Глава 18 Арина

К счастью, гостей на неудавшемся празднике предполагалось не так много, и все они без лишних слов поняли, что произошло. Но несмотря на это, я коротко объяснила, что свадьба не состоится, и принесла свои извинения за отнятое время. Родственники со стороны Паши то и дело поглядывали в сторону внедорожника Воскресенского и на него самого, выдавая глазами свои истинные эмоции и мгновенно изменившееся отношение ко мне. Мне известно, о чём они думали, но я предпочла проигнорировать косые взгляды, поскольку в настоящий момент мне и без того хватало проблем.

– Поехали, – окликает меня Кирилл, и я послушно ныряю на переднее сиденье белоснежного автомобиля.

– Где сейчас Марк? – мой голос звучит глухо.

– Они с мамой у меня в квартире, – отвечает Воскресенский.

– Я заберу его, – говорю скорее самой себе.

Кирилл не отвечает, лишь крепче сжимает кожаный руль. Прикрываю глаза в надежде хоть немного расслабиться, но очередная мысль обрушивается на мою голову ледяным дождём.

– Твоя ненормальная жена там же? – зло выплёвываю я. Всё моё тело начинает потряхивать от одной только мысли, что Олеся находится в одном помещении с моим сыном.

– Нет, – коротко говорит мужчина и сразу же замолкает. Но от меня не ускользает перемена в его настроении и напряжённая поза, в которой он пребывает на протяжении всей дороги до своего дома.

Мне уже из предыдущего разговора стало понятно, что между Олесей и Кириллом произошло нечто неприятное. Скорее всего, его супруга приревновала к ребёнку или, ещё лучше, подумала, что нас связывают близкие отношения. Мне плевать. Главное, чтобы она не приближалась к моему сыну ни на один сантиметр.

– Подожду тебя в машине, – говорю я, когда мы подъезжаем к элитной многоэтажке. Несмотря на то что мне безумно хочется увидеть сына, встречаться с Оксаной Викторовной, матерью Кира, в образе сбежавшей невесты нет никакого желания.

– Мама только что написала, что уложила Марка спать, – спокойно произносит он, а я машинально перевожу взгляд на автомобильные часы.

– Двенадцать десять?! – удивлённо восклицаю я. – Марик раньше двух никогда не укладывается.

– Сегодня он встал очень рано, – на губах Кирилла играет лёгкая улыбка. – Могу отвезти тебя домой, если не хочешь встречаться с моей мамой.

– Дело не в этом… – набираю воздуха, чтобы продолжить, но резко замолкаю, улыбаясь в ответ.

Атмосфера в машине меняется на более непринужденную, пожалуй, впервые за сегодняшний день. В какой-то момент мне даже начинает казаться, что в ближайшем будущем мы с Воскресенским сможем о чём-то договориться. Кирилл быстро поправляет часы на левой руке, после чего выходит из автомобиля. Уверена на двести процентов, что эти часы, подаренные мной, не самый дорогой аксессуар в его коллекции, но по какой-то причине Кир носит их.

– Здравствуйте! – тихо произношу я, переступая порог квартиры Кирилла.

– Привет! Проходите скорее, но потише, пожалуйста. Наш мальчик так сладко спит, – голосом, полным нежности и ласки, произносит Оксана Воскресенская. Мне кажется, я уже люблю эту женщину, хоть мы официально ещё не знакомы с ней.

Она такая, какой должна быть мама. Отзывчивая и с добрыми глазами. Та, которая станет заботиться о тебе, независимо от твоего настроения или самочувствия. Мама поддержит в трудную минуту и не станет осуждать, если ты оступился, она лишь направит на верный путь.

Чувствую, как от внезапных мыслей к горлу подкатывает ком, который мгновенно сглатываю. Натягиваю на губы дежурную улыбку и, минуя кухню, откуда доносится потрясающий аромат свежей выпечки, прохожу в гостиную.

Это место совсем не ассоциируется с Кириллом, зато очень подходит его матери. Здесь слишком по-домашнему и до невозможности уютно. А ещё складывается такое впечатление, что Олеся ни разу не была в этой квартире. И, скорее всего, даже не подозревает о её существовании.

– Арина, ты голодна? – спрашивает Оксана Викторовна, пока я разглядываю через стекло коллекцию мужских наручных часов.

– Я… э… – запинаюсь от неожиданного вопроса. – Да, я бы перекусила.

– Тогда идём к столу, я уже накрыла. Знала, что Кирюша не откажется от маминого обеда, – весело ухмыляется женщина.

– Оксана Викторовна, как мой Марик? Мы не виделись три дня, я была в командировке, а сегодня должна была… – я замолкаю, встречаясь с изучающим взглядом матери Кирилла.

– Не волнуйся, Ариша, всё отлично. – Она подходит ко мне. – Всё-таки я вырастила не одного мальчика. И обращаться с ними умею. А что касается твоего внешнего вида… – Она прикрывает дверь. – Я не имею ни малейшего представления, что произошло между тобой и моим сыном и по какой причине вы разбежались, но мне хватило тридцати секунд, чтобы понять одну простую вещь. И знаешь какую? Таким, какой он с тобой, я ещё никогда своего младшенького не видела, а он, знаешь ли, ещё тот ловелас. Думаю, если ты захочешь, – она понижает голос, – то вам удастся построить крепкую семью.

– Это невозможно, – отрезаю. – По ряду причин.

– Тебе виднее, милая. Но ты должна знать, его решение расстроить твою свадьбу – это не молниеносный порыв, уж поверь мне. А теперь пойдём обедать, а то посмотри на себя – кожа да кости.

– Конечно, идёмте, – широко улыбаюсь, следуя за Оксаной Воскресенской.

***

Мне некомфортно. И это связано не с Оксаной Викторовной. Кирилл вызывает во мне противоречивые чувства. С одной стороны, я рада, что наконец-то у Марка появится отец, а с другой… С другой стороны, я понимаю, что теперь наша с сыном жизнь изменится до неузнаваемости. И кстати, нужно ещё решить вопрос с жильем. К матери я больше ни за что не сунусь, поэтому остаётся надеяться, что смогу оперативно найти съёмную квартиру.

– Арина, как тебе новое место? – неожиданно спрашивает Воскресенский.

– Вполне себе, – киваю, – весьма интересная работа. И коллектив.

– А уровень заработной платы? – спокойно интересуется он.

– Достойный, – прищуриваюсь я.

Мама Кирилла не лезет в разговор, но по её меняющемуся выражению лица становится понятно, что слушает она очень внимательно, не упуская ни единой детали. Марк, как назло, до сих пор спит, а без него переключить внимание в другое русло будет крайне непросто.

– Ты можешь вернуться обратно. – Кусок отменного стейка из индейки застревает в горле. – Тем более теперь, когда мы всё выяснили…

– Меня всё устраивает, Кирилл, – с нажимом повторяю я.

Он не отвечает, и, как мне кажется, разговор прекращается только благодаря присутствию в этой комнате его матери.

Время тянется неумолимо медленно, а обед и вовсе кажется резиновым. Нескончаемым. Ещё один поток вопросов я не вынесу, но Воскресенский, похоже, не собирается продолжать эту беседу. Но он и не переключается. Мужчина будто пытается запрыгнуть в последний вагон нашей исчезающей жизни.

– Приеду к вам завтра, – в его голосе проскальзывают холодные нотки.

– Нет, Кирилл, завтра мы будем собирать вещи, так что давай в другой день, – под пристальным взглядом Кира я прикусываю язык.

– О каких вещах идёт речь, Арина? – Он убирает столовые приборы в сторону и складывает руки перед собой.

– Мы с Марком переезжаем, – произношу коротко, и после моего ответа вопросов возникает ещё больше.

– Куда переезжаете? И почему? – Воскресенский хмурится.

– После того, что сделала моя мать…

– Благодаря которой я вообще узнал о существовании сына, – вставляет свои пять копеек Кирилл.

– После того, что сделала моя мать, – игнорирую слова мужчины, отправляя кусок сочного мяса в рот, и продолжаю: – я с ней жить не собираюсь. Неизвестно, что ещё она может выкинуть.

– И куда ты собираешься идти? – выгибает бровь мужчина.

– Завтра же начну поиски жилья, пока остановимся в гостинице, – отвечаю.

– В гостинице? – раздражённо выплёвывает Кирилл.

– Схожу, проверю, как там Марк, – быстро вставляет Оксана Викторовна. Перед тем как уйти, женщина ласково проводит рукой по щеке сына, тихо добавляя: – Не дави на неё.

– Хорошо, мама, – отвечает мой бывший избранник, после чего всё его внимание возвращается ко мне.

Оксана Викторовна уходит, оставляя нас с Кириллом наедине. Уж лучше бы она осталась. Сердце ускоряет свой ритм так же, как и всегда в присутствии Воскресенского. Чувствуется напряжение, повисшее в воздухе. Мужчина судорожно проводит рукой по волосам. Мои мысли скачут в хаотичном порядке, то и дело перебирая разные версии того, что именно задумал Кирилл.

– Вы переедете сюда, – выдает он тоном, не терпящим возражений.

– Нет! – отрезаю.

– Мой сын не будет шататься по гостиницам, – холодно бросает Кирилл. – Эта квартира большую часть времени пустует. Мама улетит завтрашним рейсом, я уже купил ей билет. А вам я помогу перевезти сюда вещи.

– Кирилл, пойми ты уже наконец, мне не нужны подачки. Со своими, – запинаюсь, – сложностями я вполне могу разобраться самостоятельно. Уверена, что съёмную квартиру мы найдём за несколько дней и уже в скором времени сможем обустроиться.

– Я в тебе и не сомневаюсь, – кивает он, прищуриваясь. – Но давай отодвинем на второй план наши с тобой отношения и подумаем о сыне. Здесь вам будет удобнее. Утром я отвезу маму в аэропорт и приеду в квартиру Марины Лебедевой, чтобы помочь.

– Все и вся должны быть под твоим контролем! Хочешь взять под контроль и меня? – горько усмехаюсь.

Мужчина некоторое время изучает моё лицо, опуская взгляд на губы. Непроизвольно облизываю их. Хочется скрыться от его глаз, но я не делаю этого. Пальцами сминаю свадебное платье, которое мечтаю снять с того самого момента, как надела.

– Марк проснулся! – восклицаю я, срываясь с места и мечтая поскорее убраться отсюда к сыну, чтобы случайно снова не попасть на крючок Воскресенского.