Глава 5. Отстанься

Мишу я вводила в должность с трясущимися руками. И голос предательски дрожал. Парень смотрел на меня широко открытыми глазами с откровенным непониманием, что происходит, вопросов тактично не задавал, но и слушать внимательно не слушал. И у меня, и у него – как я догадывалась – шёл внутренний диалог. Не знаю, что уж, рассеянно разглядывая папки, думал Мишка, а я…

Так мерзко я себя еще никогда не чувствовала. Увольняться уже не хотелось. Развела сама шум… Хотя сказать, что передумала – что может быть проще. Но когда назвала место, куда ухожу работать, и увидела реакцию босса, словно перешла какую-то черту. К чему-то подумала, что обе компании и разделяет всего одна черта – Старый Арбат, на одной стороне которого я сейчас, а на другой – Ефрем. И мне уже хотелось остаться на этой стороне.

И всему виной эта паршивая пачка денег… Такие пачки за красивые глазки и по старой дружбе не раздают, тем более такие дельцы, как Ефрем. Он и в универе проворачивал мелкие аферы: то с букмекерскими ставками, то давал кредиты под залог и драконовские проценты, то сбыт модного шмотья и аксессуаров организовывал. Ходили слухи, что все это лишь прикрытие для сбыта дури, но за руку пойман не был, хотя «доброжелатели» стучали на него неоднократно.

Черт! Зачем я у него деньги взяла?! Не великая сумма, и я не из нуждающейся семьи, ну три моих зарплаты в «Бум-Вояже», ну и что?

Видимо, потому и взяла, что несерьёзная для меня сумма, да ещё всё в кучу собралось: вечер с боссом, побег к сокурснику, к которому на работу напросилась. И преподнесено мне было это как аванс… Я же сама ляпнула про «кого убить», теперь накручиваю на себя…

Но Владлен Леонидович будто нож в спину получил, когда я про «Кругом света «сказала. Выпрямился даже, натянулся как струна. А еще казалось, что решение далось ему с трудом. Но он остался собой – справедливым боссом и внимательным человеком, – предложив мне увольнение переводом.

Все для тебя, дорогая Лолита Андреевна, – вдруг ехидно подсказал внутренний голос. – За что боролась на то и напоролась.

Хотелось выть в голос, реветь и просить у Владлена Леонидовича прощения. Но за что? Я себя не понимала.

То и дело бросала взгляды на часы – ждала, когда закончится этот чёртов рабочий день.

***

…Ждать Тимофея пришлось часа четыре. Он пришёл в кабинет с подписанным боссом приказом о переводе меня на должность…

Я захлебнулась эмоциями и выскочила из кабинета, словно ошпаренная. Неслась по коридору чуть не бегом. В кабинет Владлена Леонидовича влетела без стука, с горящими щеками. Нависла над ним, опершись на его стол ладонями, смяв приказ.

– Так нечестно! – крикнула. – Вы напоследок меня уязвить захотели?!

Босс, отложив бумаги, закрыл лицо руками, показывая всем своим видом, как он от меня устал и глаза б его меня не видели. Да мои б тоже его не видели!

– Свердлова… почему у меня чувство, что вы президент корпорации, а не я? – вздохнул обреченно и провел ладонью по своему лицу, будто хотел стереть неприятную ему реальность. – Почему вас всегда слишком много?

– Да меня бы уже вообще было слишком мало, если бы вы не заставили снова отбывать две недели наказания и не устроили бы мне такое… такой подвох!

– Да в чём подвох?! – Владлен Леонидович встал и обошел стол, встал ко мне очень близко. Мне даже пришлось немного задрать голову. Но того, что случилось в следующую минуту, я не ожидала вообще – босс немного сжал мои плечи и слегка встряхнул меня, глядя в глаза как-то… странно. – В чём подвох, Лолита? – спросил тихо и искренне не понимая, в чем он виноват.

Наверное, это я чувствуя себя предательницей, как трус, перекладывала свои внутренние противоречия на него.

Или просто искала повода еще раз сцепиться с ним, уйти со скандалом, чтобы уравновесить свои ощущения с ситуацией.

Но теплый взгляд серых глаз босса смял мою решимость. Мои глаза заполонили слезы, картинка перед глазами расплылась. Хотелось обнять Владлена Леонидовича, прижаться к нему, повиниться и порыдать, попросить прощения и залезть к нему на ручки. Потом… потом…

Я даже сделала для самой себя едва уловимое движение ему в руки, и вдруг поняла по его взгляду, что он понимал, чего я хотела прямо сейчас.

Это словно лишило меня внутреннего стержня, вырвало зубы и дрянной язык.

– Вы… – сглотнула, изо всех сил стараясь смотреть ему в глаза, но все же молнией метнула взгляд на его губы… Господи, помоги мне его не поцеловать! Дай мне сил! – Вы сказали, – получилось хрипло и через силу, – что не надо отрабатывать… что я уволена…

Влад, молчи! Не отвечай мне ничего! Я несу чушь! Рядом с тобой я всегда несу чушь! Я не знаю почему! Потому что мне нужны твои эмоции? Другие, не те, что ты даешь всем остальным. Мне от тебя нужно больше… гораздо больше… всё, что ты можешь дать…

Тепло его рук согревало, но меня трясло. Разрывало от противоречий. А он… Владлен смотрел так… Так босс не должен смотреть на подчинённую… женатый мужчина на чужую женщину.

Я замотала головой. А он будто ждал чего-то.

Я с трудом от него отступила, разорвал тесный контакт. Стало будто холодно, одиноко, я стала без него уязвимой. Весь мир казался враждебным, а он – надежный оплотом, стеной, за которой не страшно, моей опорой.

Как я буду без него?

– Я же сказал, что увольнять вас у меня и в планах не было… – он словно тоже взял себя в руки. Отвернулся, возвращаясь за стол в кресло. И я поняла, что был момент, когда я могла позволить себе с ним что-то большее, и он бы не оттолкнул. Он давал мне шанс… – и отрабатывать не надо, если вы проведёте со мной вечер… но вы же убежали, – вздохнул, не скрывая сожаления и упрёка.

Да, это был шанс. Упущенный. Вот сейчас подойти к нему и поцеловать я уже не могла. Не тот момент. Не та атмосфера.

Я все испортила…

Но… он женат.

И он смотрел серьёзно.

– А зачем вы так про поцелуй?.. – тихо спросила, снова перекладывая ответственность на него, потому что я уже не могла выносить весь этот груз, свалившийся на меня, как только я заикнулась о «Кругом света».

Почему Ефрем снова разрушает мою жизнь? Как так получается? Не прикладывая усилий, одним своим существованием. Стоило впустить его в свою жизнь, как она встала с ног на голову.

– Который вам так не понравился, что о нём не стоит даже говорить? – прозвучало горько.

Я не понимала: Владлен Леонидович сожалеет, что по офису не пошли слухи? или намекает на то, что я выставила его несостоятельным мужчиной, не способным поцеловать женщину? Поэтому ждал поцелуя от меня вот только что?

– Стоит… Я вспоминаю его… Ой, я не то хотела сказать… Владлен Леонидович! – взмолилась.

Он подвинул мне приказ и постучал пальцем по графе для подписи сотрудника:

– Только вам решать, Лолита Андреевна.

– Я подпишу…

Схватила ручку из подставки и поставила размашистую подпись. И почувствовала, что так правильно, мое место здесь – в «бум-Вояже», компании, которую я люблю, рядом с этим мужчиной, которого…

…люблю еще больше.

Пусть не моим, но не видеть его – выше моих сил.

Я сделала шаг назад. Почему-то боялась повернуться к нему спиной, не могла разорвать наши сцепившиеся взгляды и пятилась к двери, натыкаясь на выдвинутые стулья.

Лишь оказавшись в приёмной и закрыв тихонько дверь, набрала полную грудь воздуха, поняв, что в кабинете забыла, что надо дышать.

Тимофей был уже на месте. Когда он меня окликнул, я вздрогнула так, что чуть не подпрыгнула.

– Лолита, на тебе лица нет… – заметил он.

Я слабо улыбнулась:

– Куда ж оно делось? На месте оно… там, где ему и место… где оно и должно быть… – прошептала, чувствуя, что отпускает, что все встало на места.

В кабинет шла, не чувствуя под ногами пола. Меня перевели в ведение коммерческого отдела, в блок логистики. И это много круче, чем работа экскурсоводом! Это – разработка маршрутов, их пробный прогон, поиск гостиниц, согласование меню, работа с авиакомпаниями и экскурсоводами, и…

Это сбылась мечта! И даже больше! Это работа, о которой я мечтать и не смела!

Только к ней прилагалась жена Владлена Леонидовича в качестве моего непосредственного руководителя.

***

– Умеешь ты динамить… – Ефрем скрёб в задумчивости подбородок. – Мы же договорились…

– Ну… – я развела руками, – так получилось…

Сокурсник встретил меня у входа метро с ростовой розой. Большой белый цветок пах одуряюще, я уткнулась в него носом. Мой звонок стал для не Ефрема неожиданностью. Вернее, мой отказ перейти работать к нему.

Но после разговора прошло несколько часов, которые пролетели в мгновение ока.

Я сгорала от нетерпения быстрее научить Мишу всем тонкостям и нюансам и уже самой приступить к новой работе. На месте не сиделось, и я провела бывшему подчинённому экскурсию по отделу – познакомила с теми, с кем ему придётся общаться чаще всего. Надиктовала несколько памяток, показала, что где находится в моём компьютере, и строго-настрого наказала дублировать все документы, как делала я.

К вечеру у нас обоих шла кругом голова, и предложение Ефрема проводить меня до дома пешим ходом только порадовало.

Мы шли неторопливо, и на душе у меня было хорошо. И даже Фрема сегодня больше напоминал того студента, в которого я когда-то влюбилась. Доброго, умного, хваткого, романтичного. Немного нахального, но это только добавляло драйва отношениям.

– Лолит, ну как так? – все никак не успокаивался он, но как-то неубедительно.

Он заступил мне дорогу и, взяв за руки, шёл по тротуару вперёд спиной.

– Еф, ты не очень-то и расстроен, – я прищурилась, склонив голову к плечу. У сокурсника и правда в глазах читалось удовлетворение, будто он не очень-то и хотел меня нанимать на работу, а губы то и дело растягивались в улыбке. – ой, спохватилась я и потянулась расстегнуть сумку, – сейчас отдам тебе аванс…

– Стоп, стоп, стоп! – выставил ладони и замотал годовой. – Оставь себе. Считай, это материальная помощь голодающим Поволжья.

– Я москвичка, – возразила. – Но если брать родню по маме, то она из Сибири, а не с Поволжья.

– У тебя же там… кажется, бабушка? – наморщил лоб Ефрем. – ты вроде, когда мы в Питер на тусу летали, к ней как раз уезжала?

Надо же, он, оказывается, что-то помнит обо мне со студенческих времен? В Сибири жила мама моей матери, в ту зиму она заболела и болезнь не перенесла.

– Уже давно нет, – я вздохнула. – Дом заброшенный стоит. Наверное, уже и не стоит… А ты был хоть раз в Сибири?

– Проездом зимой, – кивнул. – Там очень холодно и красивая тайга – единственное, что врезалось в память.

– А я хочу проложить маршруты от Урала до Дальнего Востока, а ещё экстремальный туризм, а ещё…

Ефрем обнял за талию, поворачивая в сторону ближайшего суши-бара:

– А ещё ты хочешь поужинать со мной. И постарайся не сбежать до того, как я расплачусь по счёту.

Я рассмеялась – что-что, а сбегать от мужчин стало моей второй натурой. Согласно тряхнув головой, вошла вслед за парнем в уютный прохладный полумрак кафе.

Народу было немного, музыка играла тихо, Ефрем поинтересовался моими пожеланиями и сделал заказ. Наш разговор продолжился с прерванной ноты:

– Ну теперь рассказывай, какие маршруты ты уже придумала…

– Это ещё в общих чертах. Когда к работе приступлю, тогда буду думать конкретно. Но заранее помониторю те, что есть у конкурентов. Знаешь, хочется что-то необычное.

– Сейчас модно всё эзотерическое. Особенно буддистские практики, паломничество.

Я вспомнила пропавший договор:

– Непал… Тибет… Кайлас…

Ефрем бросил на меня быстрый взгляд:

– Типа того.

– У тебя нет этого направления, а я хочу совершить кору.

– Уже промониторила? – усмехнулся Негожев. – Как раз прокладываю треккер. Думал, мы с тобой его обкатаем… – посмотрел пристально мне в глаза, будто докопаться до чего-то хотел. – Значит, восхождение к себе?

– Угу, – я уже взялась за еду.

– А восхождение ко мне сегодня совершить не хочешь?.. – спросил проникновенно, и я почувствовала, как его нога вклинилась между моими ступнями.

Его намерения не оставляли простора для фантазий, всё становилось предначертанным.

Бойтесь своих желаний – они имеют свойство сбываться. Даже если через несколько лет.

Только сбываться они стали как-то стремительно, все сразу и наперегонки. Я уже от такого напора начинала теряться.

Пожала неопределённо плечами.

– …Что-то как-то без энтузиазма… – вздохнул Ефрем с разочарованием. – Ладно, проехали.

Мне снова захотелось сбежать, но я решила эту встречу довести до логического завершения.

И довела.

***

– Миш, сегодня программа-максимум – подготовиться к завтрашней встрече с кустовыми администраторами. Занимай вон тот компьютер, открывай мою сетевую папку и штудируй стенограммы предыдущих собраний, чтобы иметь представление, что да как. Завтра я сама проведу встречу, вторую перед моим окончательным уходом возглавишь уже сам. Я пока разошлю всем уведомление и распечатаю регламент введения в должность. Тебя, кстати, ждёт несколько больших тестов.

– Вот не было печали… Лолита Андреевна, ну удружили вы мне.

– Не жалуйся. Небось, уже с этой мыслью переспал и обвыкся – сознавайся!

– Если бы я ещё спал… – парень потёр глаза и еле сдержал зевоту, —…такие мысли как раз сна и лишили.

– Ну ясно. Меня тоже бессонница одолела…

После вчерашнего похода в гости к Ефрему иначе и быть не могло. Квартира его меня, кстати, не впечатлила: строгий лофт в простой трёшке, хоть и большой и расположенной в элитном районе. Как-то неожиданно… Я ожидала как минимум пентхаус, обставленный в стиле барокко, или жилой комплекс с консьерж-сервисом, или особняк на Барвихе, или… Вариантов море, но это была просто трёшка в просто дорогом кондоминиуме. Мне удалось рассмотреть ее, пока Ефрем дрых, сраженный моим коварством.

– …Так что давай сегодня в вялотекущем режиме за день подготовим собрание, – продолжила я. – Это более чем реально. На большее даже не рассчитываю. – Зевоту не сдержала, прикрыла рот рукой и чуть не вывихнула челюсть. – Пойду-ка я за убойной дозой разбудителя.

Встряхнувшись, сняла жакет и повесила его на спинку кресла. Блузку я сегодня надела нежно розовую, а костюм очень тёмный шоколадный – мой любимый. Не офисный, но мне теперь можно носить не форменный бордовый или чёрный, а какие захочу, лишь бы был выдержан строгий стиль.

Автомат с энергетиками стоял только на проходной. И радовало, что охранник сегодня не тот огромный гризли, а балагур Валера, меньше всего походивший на секьюрити. Ему бы в Комеди Клаб стендапером выступать. С ним легко, улыбчиво и порой излишне болтливо. Этот добродушный улыбака с ясными голубыми глазами и огромным арсеналом анекдотов, шуток и приговорок на все случаи жизни влезал под кожу незаметно, как личинка овода, становился почти другом и мог незаметно разговорить любого на любую тему. Настоящая находка для разведывательного управления, но на это он однажды ответил, что тайны хранить не умеет, а потому допущен к оным быть не может.

Но, как я знала, все-таки чужие тайны он хранил. И маленькие услуги оказывал всем. Совсем маленькие и, на первый взгляд, безобидные и ни на что не влиявшие, но сотрудников расхолаживавшие. Иногда казалось, что нет никого в центральном офисе, кто не был хоть чем-нибудь обязан Валере.

– Свердлова…

Голос босса заставил вздрогнуть.

– …почему пропускаете занятия? Все пропущенные уроки пройдете за свой счёт.

Владлен Леонидович стоял на лестнице, и я уже собралась что-нибудь ответить в свое оправдание, но в этот момент двери в холле открылись, и девушка в кепке с лейблом службы доставки подошла к столу охранника, положила на него шикарный букет малиновых делониксов с ветками ягодного тиса и громко спросила:

– Свердлова Лолита Андреевна… есть такая?

Я опешила. И даже на минутку забыла, что это я. Валера кивнул на меня. Девушка подошла ко мне, сунула в руки букет, молча развернулась и ушла. Я, совершенно растерянная, не спросила от кого он. И глупо повернулась к боссу, будто это он мне о правил букет, хлопала глазами и забыла закрыть рот.

Владлен Леонидович горько поджал губы и, бросив тихое «Ну всё понятно…», повернулся и ушёл.

А вот мне было вообще всё не понятно.

– Валер, а что за лейбл был на ней?

– Даже не смотрел.

– Ну и как узнать, от кого это? – потрясла букетом.

– Может, там записочка лежит? – предположил Валера.

Записочек в букете не оказалось. Я купила пару банок энергетика в автомате и вернулась в кабинет.

– Миш, смотри, какую красоту мне подарили.

– Угу. Смертельная красота.

– То есть?! – упала в кресло и придирчиво посмотрела на букет.

– Из тиса делают гробы, его ягоды ядовиты, а эти королевские цветочки именуются не иначе, как кровь Христа. Поздравляю, Лолита Андреевна. Вы кому-то насолили.

– Вот тебе и записочка… – прошептала.

– Да не берите в голову, Лолита Андреевна. Вряд ли кто-то намеренно сложил такую комбинацию в букете. Это же надо быть уверенным, что адресат знает символизм этих не таких уж и распространенных у нас растений. А эти вообще редко используются во флористике. Так что это просто красивый букет, – пожал плечами Миша и вернулся к работе.

– Хм… Логично. А ты откуда знаешь это всё?

– А у меня девушка работает в этой сфере, им часто обучение проводят, а потом она все учит наизусть. Трудно не запомнить, когда стопятьсот раз услышишь и картинку увидишь.

Миша мне ободряюще улыбнулся, и у меня отлегло от души. Чего это я, в самом деле? Да и кому бы я так и чем загвоздить успела? Узнала бы, кто этот великий букетный комбинатор, я бы ему… стихи почитала.

А вот с непальским нехорошо получилось.

Я нашла в контактах мессенджера Владлена Леонидовича и набрала сообщение:

«Извините за мой плохой непальский – виновата. Исправлюсь в двойном размере».

Ответ не заставил себя ждать:

«То есть выучите ещё и белау?» 152e1bc

«А надо?»

«За свой счёт».

«Я подумаю».

«Лучше подумайте, какие шаги на первом этапе сделаете в новой должности. Я жду от вас неожиданностей».

«Я вам что, мало неожиданностей приношу?»

Босс что-то писал – карандашик бегал и бегал, а сообщение всё не появлялось. Прошло минуты две, и в итоге я с удивлением увидела:

«Работайте».

…и зелёный значок онлайна сменился на красный сигнал «не в сети». У меня отвисла челюсть – так долго писал одно слово? Скорее, писал, стирал, писал что-то ещё и снова стирал. Прямо как Тургенев. Я бы всё отдала, чтобы узнать, что стёр босс. Но, видимо, он снова взбесился.