Глава 47

Планета Кабова, звездная система Иртрикс, июнь 2047 г.

В огромной Вселенной была одна планета, где зажигались звезды. И это было связано с талантами людей. Именно здесь проходили концерты и спектакли, зажигались и горели звезды разной величины. Так произошло и весной этого года: Кабова содрогнулась от выступления, которого не ожидали, но ждали. На сцену вышли супруги Александр и Вероника Артемьевы. Трансляция шла во все доступные уголки вселенной и, конечно, долетела до Василия и Рисы. Естественно, они узнали Саню, но не понимали, как Александр Шувалов стал Александром Артемьевым. А это был точно он, Скрипач, ошибка исключалась. Вопросов хватало. Лишь поэтому Вася взял билеты на концерт брата, который должен был состояться в начале лета. Это был повод увидеть близкого человека, связь с которым потерялась уже очень давно. Риса поддержала мужа, она смутно помнила Саню и хотела увидеть его почти через двадцать лет.

Как и обещал ведущий в тот первый раз, Артемьев организовал сольный концерт через пару месяцев после дебюта на сцене. Скат привез на Кабову всю семью, а еще Эрно с семьей, с которым они слишком сблизились, узнав правду о своем происхождении. Остальные члены разросшегося клана остались дома с престарелыми родителями и маленькими детьми.

Концерт начался по расписанию и шел своим ходом. Саня собрал достаточно большой зал, несмотря на то, что пел на родном языке. К июню Ника уже родила близнецов, пела дуэтом с мужем, оставив на пару часов малышей на свою маму. Аранка спокойно справлялась с внуками, давая дочери и зятю заработать деньги, в которых они нуждались.

В левой ложе расположились все Затаны от мала до велика. Детей посадили в первый ряд, взрослые довольствовались вторым, но что звук, что видимость сцены были на высочайшем уровне. Впереди сидели восемь детей разного возраста, вперемежку, не делясь на родных и двоюродных. Взрослых было в два раза меньше, но детский десант слушался, не смея возражать и позорить семью. Все внимательно слушали концерт, аплодировали и радовались подбору песен. Вася с неослабевающим интересом наблюдал за братом, оставаясь не обнаруженным. Санька выглядел великолепно, не смотря на свои почти сорок два. Его жена, совершенно точно, его жена была значительно моложе, и их не парил этот вопиющий факт, стоивший в прошлом Васе и Рисе разрыва с близкими.

— Ты не можешь упустить его, — просто шепнула Риса, зная, как он скучает по братьям. — Поклонники не пропустят.

— И?

— Действуй, Скат, — похлопала его по бедру жена. — Ты должен, а он подхватит.

— Идет! — на все плюнул он, беря гитару: в конце концов, где еще можно и нужно петь. — А то реально соскочит, мать его!

— Мы здесь, — заверила Риса, ободряюще улыбаясь. — Восстанавливай отношения, любимый.

— Так точно, — по старой привычке хмыкнул он. — Эрно, даже не ссы.

— А я рядом всегда, — даже не моргнул он, зная настрой родственника. — Ща вылезу. Только после тебя.

— Заметано, брат, — Скат уже стоял возле двери. — Ты мне нужен.

Затаны уверенно шли по коридору, не обращая внимания на овации и крики «бис». Они пробрались и встали возле сцены, терпеливо ожидая своей очереди. Саня уже спел на бис, раскланялся и совершенно неожиданно из зала зазвучала гитара и голос, который ни с чем и ни с кем не спутаешь: "Уходят, моряки, Уходят в Маггеланы…"

— Васька?! Скат?!

— Подхватывай, десантура, — нагло, до боли знакомо раздалось из зала, хотя Саня еще не обнаружил наглеца. — Или слабо?

— Иди ты, мать твою!

— После тебя!

— А то!

Гитара зазвучала во всю силу, больше она не пробовала свои силы, а показывала, что не пылилась в чулане последние двадцать лет. И голос мужчины не уступал ей. Васька не смог удержаться от песен, которые слушал дома отец и даже дед, да и очень уж в тему она вошла. "У беседки возле дома, где все так давно знакомо…" Две гитары слаженно играли, словно еще час назад тренировались, а голоса звучали слаженно, вспоминая, как они это делали еще на Земле до Вторжения, когда ничто не предвещало беды.

— А если так, Скат? — предложил брат, и они не потерялись: в зале зазвучала ария из всемирно известного мюзикла «Нотр-дам де Пари» «Bellе», а под конец романтика от долгожданной встречи не позволила им забыть песню «Путь домой» группы «Земляне», они за несколько минут восстановили давно утерянные узы, будто и не было этих десятков лет разлуки.

— Васька!

— Санька!

Мужчины обнялись с чувством, не признавая прошедшего времени и невзгод, через которые прошли по одиночке: все это не имело значения. Они остались собой. Публика разошлась, когда отзвучал последний аккорд необычного на сюрпризы концерта, зал опустел, оставив лишь самых близких.

— Ты как, Вася?

— Живу с моей семьей, — естественно ответил он. — Она почти вся здесь.

— Как и моя, — негромко признался Скрипач.

— Хочешь познакомиться? — с живым интересом спросил Суворов.

— Да! — твердо сказал Артемьев и с улыбкой обнял жену. — Это Ника, моя жена.

— Очень приятно, — даже не дернулся Вася, убедившись, что девушка недавно школу закончила, но в ее глазах светилась любовь, граничащая с обожанием к мужчине, который касался ее. — Мою, надеюсь, помнишь.

К ним подошла достаточно большая компания из взрослых и детей. Но Вася сразу обнял одну единственную женщину, которая приникла к его боку.

— Это Риса, моя жена.

— Я вас помню, — спокойно улыбнулся Артемьев. — Мы виделись на юге двадцать лет назад.

— Это так, Саша, — просто ответила сумарунка. — Я помню вас и Егора.

— Сань, — попросил Вася со знакомой нечестивой усмешкой, заставляя напрячься и внутренне застонать: без фокусов не мог: — не падай в обморок. Наши дети: Андрас и Оана, Дейваз и Георгий, Крина и Илина, — представил Скат детей от двадцати до восьми лет, и все были парами близнецов.

— Ну ты и загнул! — опешил Артемьев, переживая легкое потрясение.

— Бывает, — скромно ответил брат. — Само собой получилось.

— У Саши тоже, — успокоила деверя красивая блондинка, — два месяца назад мы тоже стали родителями. У нас появились Алена и Леонид.

— Значит, это семейное, — усмехнулся Суворов. — Но, как видишь, мы не одни. Племянница моей жены Инара с мужем Эрно и детьми Гэврэлом и Лекарой.

— Очень приятно, — Артемьев протянул сумарунцу крепкую загорелую руку. — Предлагаю всем пойти к нам.

— Уверен? — насторожился брат. — Все же моя семья…

— Пошли, — хлопнул его по спине Скрипач и хохотнул. — Увидишь кое-что интересное. Все идем в гости.

— Идем, — развеселилась Риса, сразу беря за руку Илину. Рядом уже вырос Андрас и поймал Крину, чтобы в толчее девочки не потерялись.

— Нам сюда, — Артемьевы шли немного впереди, показывая дорогу. — У нас целый дом, учитывая, что тур еще не закончен.

— У тебя получается, Саня, — без зависти проговорил брат. — Твой голос всегда был лучше моего.

— Не прибедняйся, Скат! — закатил он глаза. — Комплементов не будет! Ты талантливый. Вот и молчи.

— Ничего не меняется, — хохотнул он, насмешливо посматривая на высокого кузена. — Меня, маленького…

— Уймись! — цыкнул на него Артемьев, ежась. — Ты это тем беднягам спой, что вваливаются с оружием без приглашения.

— А? — сделал большие глаза Вася.

— Б! Спасатель со стажем!

— Бывает, — скромненько опустил глаза спецназовец. — Я ж первый никогда!

— Как хоть прошло тогда?

— Люди уцелели, — успокоил он, до сих пор помня события в отеле, когда мог лишиться жизни и стать причиной гибели любимой женщины, если не справится. — Среди постояльцев жертв не было.

— И это главное, — сообразил Саня недосказанное: боевики понесли большие потери.

Они прошли насквозь площадки и сцены с залами, пока не вышли в жилую часть, которую умело поделили на кварталы, чтобы гости и артисты не пересекались: от поклонников тоже нужно отдыхать.