Глава 7

Утром первым проснулся Суворов. Он повернул голову на бок, любуясь спящей женщиной рядом с ним: она была красивой, сонной и ласковой — просто женщиной, что его радовало до безумия. Он не стал приставать к ней, чувствуя, что пресыщен и продержится до следующей ночи. Он осторожно вылез из постели, стараясь не потревожить Рису. Он не стал одеваться, медленно подошел к балкону и раздвинул шторы, любуясь началом нового дня. И этот день был ярче и интереснее предыдущего, ведь он был полон изменений и новых открытий. И эти прекрасные изменения расслабленно лежали в кровати у него за спиной: теперь уже ничего не будет по старому. Скат сделал глубокий вдох, но не вышел на балкон голым, оставаясь в тени номера. Он еще раз улыбнулся, услышав за спиной легкое шевеление:

— Уже проснулась, Риса? — уточнил он, не оборачиваясь.

— Да, — легко ответила она и вылезла из постели. Риса подошла к мужчине, чтобы встать рядом и прижаться к теплому крепкому телу. — Доброе утро.

— Доброе утро, — с улыбкой поприветствовал он и взглянул на нее: — Смогла выспаться?

— Да, — с удивлением ответила она, чувствуя во всем теле приятную легкость. — А ты?

— Да, — хмыкнул Суворов. — Риса, давай в душ. У нас работа.

— Согласна, — согласилась женщина, становясь серьезной. — Малахов прилетает в 10:40, еще час-полтора до отеля. Около двенадцати он будет здесь.

— Тогда, — прикинул Скат, — душ, завтрак и встреча с агентом. Он уже должен появиться: у нас ни оружия, ни техники.

— Принесут, — успокоила боевая подруга. — Это в их интересах. Да и наши скоро подтянутся.

— Вот перед кем сложнее играть, — сознался Вася и поморщился: все же они были самыми близкими людьми, доверяли и страховали друг друга. А жизнь заставила сделать новый выбор. — Но я не собираюсь ничего менять в наших планах.

— Тогда в душ?

— Ты первая, — улыбнулся он и отошел на шаг, борясь с возбуждением, — я за тобой.

Вдвоем они добрались до ванны и быстро вымылись, не тратя время на приставания. Сейчас они оба утолили чувственный голод и могли себя контролировать. Да и работа уже ждала… Достаточно быстро любовники ликвидировали последствия бурной ночи: вещи заняли свои места в шкафу и на спинках стульев, постель застелили с солдатской дотошностью, расправив каждую складочку. Кто бы сюда не зашел, ни за что не догадается, что ночью здесь творилась необузданное и страстное времяпрепровождение.

На улице уже чувствовалась подступающая духота, и одежда была тонкой и легкой, пропускающей свежее дуновение ветерка. Вася достал бежевые брюки и белую футболку, на ногах более темным пятном выделялись светло-коричневые мокасины. Риса снова надела бикини и поверх цветастый короткий сарафан, не слишком удобные для бега сабо, которые снимались одним движением. Риса сразу заколола густые волосы в высокий хвост на макушке, из которого выпустила парочку локонов, придающих ее лицу больше мягкой загадочности. Она снова не накрасилась, позволяя коже получать необходимые солнечные ванны, да и купание в любой момент тоже маячило на горизонте. На точеном плечике висела плетеная сумка с пляжными принадлежностями, да и вода с карточкой-ключом от номера. Все документы, деньги и ключи от питерских квартир заперли в сейфе в номере.

В ресторане хватало свободных мест. Завтрак начинался с восьми утра и заканчивался в десять, наплыва посетителей просто не было: кто-то просыпал завтрак, а кто-то бежал под самый конец. Все же лето, отпуск. Не многие могли заставить себя вставать по будильнику.

Но к спецназовцам это не относилось: они постоянно находились на работе, не отключая мобильники даже в выходные. Они появились в прохладном просторном зале с высокими окнами французских балконов около половины девятого. Вдоль двух длинных глухих стен стояли прилавки столов с едой на любой самый капризный вкус. В обеденном зале виднелись коричневые столы поменьше со стульями на разное количество мест.

Вася сразу заметил уютный столик на двоих рядом со створкой раскрытого окна, выходящего на кусты роз, и кивнул спутнице. Риса сразу подошла к нему, повесила сумку на спинку стула, резервируя место. Вася уже взял большую белую тарелку и медленно подошел к шведскому столу, изучая ассортимент. Он остановился на яичнице, жареных кусочках бекона, не забыв и про овсянку, которую он налил в пиалу, сдобрив маслом и клубничным джемом. Он отнес тарелки на стол и вернулся к девушке: она тоже накладывала еду, отдавая предпочтение тушеным овощам, кусочку куриной грудки, запеченной в кляре и креманке с творогом, который она полила желтым медом. Скат взял еще одну тарелку, которую наполнил нарезкой сыров, свежими круассанами и ломтиками колбасы.

— Что будешь пить? — спросил он, отдавая ей тарелку.

— Давай обычную воду, — попросила она, — и кофе с молоком.

— Отлично, — кивнул Суворов. — Иди, садись, Риса. Я принесу.

От сладкого они отказались одновременно. Вася налил два высоких бокала воды и принес их, устраиваясь напротив.

— Кофе будет позже, — проговорил он. — Не люблю холодный.

— Как и я, — заверила она. — Приятного аппетита, Вася.

— Тебе тоже, Риса, — он взял ложку и начал с каши, пока она не остыла.

Они сидели за столом, не обращая внимания на окружающих, пока ничего интересного быть не могло. Их цель еще находилась в пути, а семейные и просто парочки, которых хватало, не интересовали, а вот они привлекали внимание. Во-первых, новые лица в отеле всегда бросались в глаза, пока не примелькаются, а, во-вторых, они были красивыми и броскими, вот их и замечали, даже если они не хотели этого.

Аппетит проснулся у обоих, и они не боялись, что калории осядут на них: им это вообще не грозило, вот они все и съели, что положили. Вася сходил за кофе: себе черный, а девушке латте. Вдоль столов молча и ненавязчиво ходили официанты, замечая и сразу убирая грязную посуду.

— Так что будем делать? — уточнил Суворов. — Мне не по себе, что мы пустые, Риса.

— Не переживай и расслабься, — улыбнулась она, мягко взглянув на него. — Мы с тобой не на задании в привычном для нас понимании. Среди мирных обывателей на нас не нападут.

— Это ясно, — кивнул он, — но непривычно.

— Нам стоит быть собой, — напомнила Риса. — Что бы ты делал после завтрака, если бы отдыхал с подружкой?

— На пляж и купаться.

— Так и сделаем, — поддержала подруга. — Мы все профи. Уверена, в номере мы позже обнаружим все необходимое. Вряд ли наши помощники захотят светиться.

— Тогда дадим им время, — расслабился он, — убрать наш номер и положить подарки. Не будем мешать.

— Так и сделаем, — улыбнулась она, поставив уже пустую чашку на блюдце. — Пойдем на пляж. Сейчас можно найти места поближе к воде.

— Тогда идем, — проговорил он и встал. Вася подхватил сумку, повесил себе на плечо и протянул руку, которую Риса приняла.

Суворов не выпустил ее пальцев, делая все, как надо, да и притворства почти не было. Им самим хотелось касаться друг друга, предвкушая радость ночи. Они совершенно не выделялись на общем фоне остальных отдыхающих. Парочка заняла два свободных шезлонга на первой линии, и Суворов раскрыл большой пляжный зонт, пока Риса расстилала полотенца. Скат вытащил мобильник, отключил звук и забросил телефон в сумку, которую Риса поставила под белый пластиковый столик, из которого выходил остов зонтика.

— Окунемся? — предложил Вася, уже раздевшись до плавок. Свои вещи он повесил на одну из спиц зонта, Риса так же поступила с сарафаном, обустраивая место. Пляж, как и море, был относительно пуст, но спасатели уже занимали свои места.

— Идем, Риса, — позвал ее мужчина, — пока море не превратилось в бочку с огурцами.

Они достаточно быстро коснулись голыми ногами прохладной воды, еще не успевшей нагреться от горячих лучей солнца. И она бодрила. Они не возражали, учитывая перелет и достаточно захватывающую ночь. Они нырнули в море и поплыли, делая умелые сильные гребки. Они держались рядом и не забывали выныривать, чтобы глотнуть воздуха. Они отплыли достаточно далеко, где вода была чище и еще более синей за счет глубины.

— Здесь уже чистая вода, — обрадовалась сумарунка, нежась в море. Вася провел ладонью по лицу, смахивая капли, не отводя глаз от подруги. Он свободно удерживался на плаву рядом с Рисом, которая после их близости стала более расслабленной и спокойной. С парнем она стала самой собой, а это был слишком большой подарок, чтобы им разбрасываться. — Почему ты так на меня смотришь, Вася?

— Любуюсь, — хрипло признался он, заставляя задохнуться от тепла, затопившего ее, и расширить зрачки, — тобой, девочка. Ты очень красива в этой стихии.

— Ты тоже, — выдохнула она, видя стройное мускулистое тело в толще воды. — Я старалась не замечать.

— Теперь не сможешь, — с явным удовлетворением сказал он.

— Не захочу, — поправила она.

— Меня устраивает, — заверил он. — Плаваем?

— Давай, — живо согласилась сумарунка, и поплыла, не пряча своего умения, как и Скат. Без страха они плавали за буйками, где им не нужно было претворяться: оба почти знали, на что способен каждый, но сейчас внимательнее присматривался Скат — ему нужно было привыкнуть и настроиться на изменения в партнерше. — Покажи мне, Риса, — спокойно предложил спецназовец, не видя в ней гнева и настороженности.

— Точно?

— Да! — заверил он. — Хочу все о тебе знать, девочка. Мы с тобой в одной лодке.

— Вираг! — шепотом произнесла она, чуть дрогнув.

— Вираг, — более твердо повторил Суворов. — Так что еще мне нужно знать?

— Мы дышим под водой через поры кожи, — призналась она, видя неподдельный интерес. — Ни один из нас никогда не утонет, сколько бы времени не провел под водой.

— Покажешь? — заинтересовался он. — Нырнем?

— Давай, — решилась сумарунка, бросив сканирующий взгляд в сторону берегу: вышка спасателей была в стороне от места, где они резвились. — Только нам лучше заплыть за полуостров, — указала она на выступающую в море каменную косу. — чтобы нас не заметили.

— Согласен, — пловцы поплыли вдоль линии берега в нескольких сотнях метров от изогнутой линии и завернули за выступ, ставший для них своего рода буфером от любопытных глаз. Учитывая камни, напоминающие небольшие отвесные скалы, здесь даже не было дикого пляжа для местных, ведь спуска к воде вообще нельзя было найти.

Они заплыли в своего рода залив, где оказались одни наедине с природной стихией. За ними не наблюдали, в чем сумарунка убедилась в первую очередь, все же они собирались начать весьма необычную тренировку.

— Сейчас мы с тобой нырнем, — объяснила она, видя неподдельное внимание. — Возьми в легкие столько воздуха, сколько сможешь. Я буду рядом с тобой совсем близко. Дай знать, когда в легких не окажется воздуха, я поделюсь.

— Ясно, — несколько озадаченно ответил он.

— Поверь мне, — с улыбкой попросила Риса. — Вася, милый, я никогда не наврежу тебе.

— Знаю. Риса, — быстро ответил Скат. — Просто я не понимаю механизма, вот и торможу.

— Ты когда-нибудь целовался под водой? — каверзно спросила она с улыбкой.

— Да нет, — небрежно открестился он.

— Значит, будешь учиться именно сегодня, — обрадовала его сумарунка, вызывая откровенную улыбку.

— Согласен. Начнем?

— Да. Догоняй.

Риса первой ушла под воду, не сомневаясь в себе и своих возможностях.

— Русалка, — с лаской проговорил он и, сделав глоток воздуха, ушел под воду за ней. Она уже ждала его там, и они вместе поплыли рядом, еще опустившись ближе ко дну, где хватало не только камней, но и веточек кораллов, да и косяков мелких рыб хватало. Они провели под водой почти три минуты, когда Скат сделал знак, что больше не может, и Риса сразу оказалась перед ним. Женщина быстро обхватила его лицо ладонями, прижалась всем телом к его торсу и накрыла губами его губы, раздвигая их, чтобы дать землянину возможность дышать. Вася сначала был напряжен, но через минуту расслабился, когда его легкие наполнились воздухом, без которого ему под водой было не уцелеть.

Он сразу обнял ее за талию обеими руками, а она обвила его шею, сливая их тела еще полнее. Сейчас морской мир не волновал, они изучали то новое, что им открывалось. Риса приятно удивилась, что не ошиблась в своих предположениях: она могла дышать за обоих, как ей подсказывала интуиция. Они проверяли себя около получаса, изучая, что им дает то, что стало доступно. Они тренировались, чтобы в минуту опасности без заминок и ошибок сделать все правильно, уцелеть и уйти под водой. Скат быстро сообразил, как им взаимодействовать. Она дышала, а он плыл, беря на себя физическую сторону вопроса. Но в момент провала Риса могла помочь, увеличивая их скорость, что они тоже испробовали. Когда с тренировкой было покончено, они вернулись к буйкам и спокойно вернулись на берег. У них не сбилось дыхание, хотя заплыв был долгим и сложным.

Мужчина свободно держал ее за руку, и они вместе дошли до шезлонгов, на которые легли отдохнуть. Мимо прошел официант и взял заказ: два безалкогольных мохито. Скат достал свой мобильник.

— Скоро должны подъехать, — небрежно сообщил он и положил телефон рядом на стол.

— Не стоит сразу кидаться к ним, — проговорила она. — Сам знаешь, что лучше всего неожиданная встреча, чем спланированная. У нас номера рядом. Столкнемся обязательно.

— Спасибо. — поблагодарил Суворов официанта, принесшего прохладительные напитки. Парень не стал мозолить глаза отдыхающим, занимаясь своими прямыми обязанностями. Скат продолжил, когда они остались одни: — Мы так и сделаем, Риса. Не стоит напрашиваться самим. Мы обязательно познакомимся.

— Знаю, — заверила сумарунка. — Ресторан один. Вряд ли они пропустят обед. Мы знаем, как они выглядят. Найдем способ познакомиться.

— Тогда, — он поудобнее устроился на шезлонге, — лучше отдохнем. Одну тренировку я пережил, но впереди еще сложнее. Ты должна научить меня драться, как вы.

— Я попробую научить тебя, — тихо пообещала сумарунка, не слишком уверенно, и он это видел.

— Что тебя беспокоит, Риса? — прямо спросил он. — Скажи мне.

— Я никогда никого не учила, Вася, — ответила она. — и не представляю, как сделать это с тобой.

— Просто будь собой, — предложил он, — а я буду собой. У нас все получится. Я постараюсь успеть за тобой.

— Надеюсь, — несколько тревожно ответила она, — я не покалечу тебя, показывая свои способности.

— Не покалечишь.

— Откуда в тебе такая уверенность, Вася? — с интересом уточнила она. — Даже я не представляю, что будет.

— Ты не захочешь причинить мне боль, — ответил он самую разумную вещь на свете. — Главное найти время и место для тренировок. Нас не должны увидеть…

— … поэтому территория отеля не подходит, — со вздохом продолжила она. — Надо что-то найти.

— И поближе, — поддакнул он. — Мы должны оставаться в зоне видимости. Нас просто не поймут, если мы оставим пост.

— Здесь горы, Вася, — улыбнулась Риса. — Можно арендовать машину и отъехать по серпантину на пару километров.

— А мы услышим, Риса? — с грустью уточнил он.

— Да, но…

— Не успеем добраться, — сообразил Скат. — Отпадает. Мы оба знаем, что не имеем права отлучаться ни днем, ни ночью.

— Ты прав! — поджала она губы. — И что нам остается?

— Пройтись по территории, — предложил он, как вариант. — найти место без камер. Должны быть слепые зоны. Сама знаешь, везде камер не натыкаешь.

— Давай прогуляемся, — согласилась она, поднимаясь с шезлонга. — Нам все равно нужно изучить местность, чтобы прикинуть, где ожидать прорыва.

Вот они прогулочным шагом медленно двигались по дорожкам, забредая в самые отдаленные уголки инфраструктуры. Они были веселы и беспечны, в них нельзя было заподозрить агентов под прикрытием, учитывая, что вели они себя, как парочка, да и Вася фотографировал Рису на любом приглянувшемся фоне, благо красот хватало, но лишь на нескольких девушка была видна хорошо. Суворов фотографировал то, что им могло пригодиться, да и она понимала, как лучше всего встать, чтобы необходимые кадры запечатлелись в карте-памяти. За час прогулки они обхватили всю территорию отеля, подметив опытным взглядом две дыры, через которые могли пожаловать незваные гости.

— Пошли в номер, — предложила Риса, улыбнувшись парню. — Стоит переодеться к обеду. Все равно больше ничего интересного не увидим.

— Давай, — он обнял ее за плечи, а ее рука скользнула ему на талию, изображая то, что уже произошло между ними. И тихо пробормотал: — и мое поджарое мускулистое тело. Как же здорово, что я могу касаться тебя.

— Да, — шепнула она, чувствуя приятную теплую дрожь в теле. — Мне нравятся твои руки, твои прикосновения.

— Риса! — предостерег он хрипло, вызывая улыбку. — Сбавь обороты, русалка. До ночи еще далеко, а ты возбуждаешь меня.

— Прости, Вася, — потупилась она без всякого раскаяния: слишком давно она не заводила романов. — Я просто ни о чем другом не могу думать.

— Давай дотянем до тихого час, — прикрыл он глаза.

— Согласна, — ответила она, зная, что не упустит гостей, тем более номер Малахова уже снабдили жучками, которые станут выводить сигналы на их ноутбук.

— Тогда отставить соблазнение, — проныл он жалобно, вызвав смешок, — пока я не растерял еще остатки разума.

— Договорились, — послушно ответила сумарунка.

Они вошли в главное здание отеля и по лестнице поднялись на свой этаж, не желая ждать лифт. Когда они уже шли по коридору, дверцы лифта раскрылись, и на этаж шагнули трое: новые гости и носильщик.

Малахов был такого же роста, что и Вася, но был старше на двадцать лет и выглядел массивнее, чем спецназовец. Банкир оказался шатеном с зелеными глазами под густыми дугами бровей на обветренном лице с заметной темной щетиной. Он оставался относительно стройным, хотя сидячая работа давала о себе знать, как и возраст, но Андрей старался держать себя в форме, ходя два раза в неделю в спортзал.

Как и все гости, он оделся в одежду светлых тонов, позволяя себе более свободный стиль отпуска. В руке он держал борсетку с документами и бумагами. По укоренившейся привычке мобильник лежал в кармане брюк. Рядом с ним шла эффектная блондинка с голубыми глазами в узком красном платье с разрезом сзади, туфлях-лодочках на высокой шпильке в тон наряду. На плече покачивалась маленькая дамская сумочка на позолоченной цепочке. Ее волнистые волосы лежали на правый пробор, собранные на затылке в мягкую ракушку. В ушах виднелись серьги с бриллиантами, на шее висела цепочка с кулоном из того же набора, на правой руке браслет с похожей подвеской. Пальцы блистали золотом колец — два на левой, одно на правой руке. Жанна была ухоженной и очень красивой, но в глазах застыло холодное почти равнодушное выражение, которое она выставляла защитным барьером, возведенным ею от всего мира.

Она уже жила с Малаховым последние три года, но дальше сожительства дело так и не продвинулось. Вот она и отгородилась от всех, чтобы не видеть жалости и ожидания. Она сама устала ждать, вот и ушла в себя, оберегая свой душевный покой. Гости шли к своему номеру вслед за носильщиком, который вез два больших чемодана. Риса заметила объест с подругой одновременно с Васей, и они сработали весьма умело. Со смехом девушка прижалась спиной к стене коридора и притянула к себе парня, который спокойно прижался к ней и поцеловал, раздвигая языком податливые губы, которые сразу раздвинулись, отвечая и ластясь к нему и радуясь его огню. Женские руки обняли голые плечи Суворова, а он в ответ стиснул ее талию, прикладывая карточку к замку.

— Вася, — оторвалась от его влажных губ девушка и потянула его за собой. — Идем со мной.

— Уже, — хмыкнул мужчина, тесня ее в проход открытой двери, которую он потом захлопнул за ними.

Оказавшись отделенными от своих целей стенами и дверью, они отпрянули друг от друга, ненужная сумка сразу оказалась в углу, и спецы сосредоточились на подарках, которые доставили за время их отсутствия. На столе лежал серый мощный ноутбук, под крышкой которого лежал листочек с паролем, здесь же была сумка с оружием, которое было для них знакомо.

— Оденься, Вася, — прошептала она со стоном, прикрыв глаза.

— Сейчас, — сказал он, сразу натягивая шорты и футболку, а Риса набросила поверх бикини свободную длинную футболку с разрезами по бокам. Сейчас им обоим было не до флирта, они сразу включили ноутбук и не удивились, когда сразу пошла картинка из соседнего номера. Все было готово, запись шла, и они поглядывали на монитор, чтобы лишний раз убедиться, что у них порядок.

— В первый же день им вряд ли что угрожает, можем потренироваться. Место есть. Я постараюсь не навредить.

— Хорошая идея, — без размышлений ответил он, зная, что начинать надо с азов, а до спаррингов еще далеко. — Времени мало.

— С чего ты взял? — Риса настороженно посмотрела на него, пытаясь обуздать легкий приступ паники.

— Вряд ли Вираг даст нам время на подготовку, — негромко заговорил он, хладнокровно оценивая их шансы. Он не пытался напугать, просто просчитывал шансы, и она это знала. — Андрей дал тебе совет, ты запросто могла им воспользоваться, детка, да и убить ублюдка в аэропорту, где многолюдно…

— Он остался жив, Вася, — уверенно проговорила сумарунка.

— Поэтому в его интересах добрался до нас и разобраться.

— Но ты неопасен! — подняла на него взволнованные глаза девушка, и Суворов испытал теплое чувство удовлетворенности: ей не все равно, хотя он уже заподозрил это ночью, когда Риса откровенно во всем призналась и спала с ним без всяких ограничений, что тоже давало оглушительный ответ. — Даже если я все рассказала, ты не сможешь никому ничего рассказать. Это опасно уже для тебя: с такими знаниями не живут, Вася, и Вираг должен это понимать.

— Он и понимает, — заверил ее Скат, удерживая мечущийся взгляд. — Но ты сделала то, что он считает предательством по отношению к себе.

— Отвергла его.

— Не только, Риса, — он шагнул к ней и обнял за плечи, согревая теплом, объясняя понятное уже им. — Ты отвергла его тогда и повторила это сейчас.

— Он едва не убил меня, Вася! — уткнулась ему в грудь лицом и обняла за талию. — Как я могу?..

— Не можешь, — покрепче обнял он подругу, — и даже не смей! Ты рассказала все мне! А вот что более опасно для него и непереваримо знает он один.

— И я подвергла тебя…

— Помолчи, Риса! — перебил он твердо. — Ты сделала все правильно: бороться одной с беспринципным и мстительным ублюдком — это безумие. На твоей стороне тоже должно быть преимущество. И это я.

— Ты не должен пострадать, Вася!

— Тогда не стоит терять время, — повторил мужчина. — начнем с азов. Покажи мне необходимые каты. Не думаю, чтобы отличие было сильным.

— Отличия есть, — вздохнула она. — за счет нашей силы, подвижности и гибкости.

— А я не гимнаст, — не расстроился Вася. — Мою подготовку ты знаешь. Так с чего начнем, Риса? Если бы я был начинающим, что бы ты делала?

— Давай будем отталкиваться, — приняла решение сумарунка, — от самых простых дорожек. У тебя получится. Просто повторяй за мной.