15. Элион

Он хрипло втянул горячий, наполненный мелкой каменной крошкой воздух, и закашлялся. Спина ныла, тело казалось неуклюжим, в ушах продолжал стоять гул взрыва.

Вега.

Ужас прошиб Элиона с такой силой, что адреналин прояснил зрение. Он привстал, опираясь на колени и пытаясь дышать хотя бы мелкими глотками. Огляделся: то там, то здесь горели мелкие деревянные обломки. Масштабного пожара не было, но этих небольших очагов огня в опасной близости хватило, чтобы тошнота поднялась к горлу: Элиону мерещился запах его же горелой плоти и волос.

Ненадолго зажмурившись, он заставил себя думать о Веге. Элион стёр с лица кровь, которая залила один глаз, и наконец нашёл её. В нескольких метрах впереди – дезориентированная, вся в каменной крошке, но живая – Вега пыталась перевернуться. Элион тут же оказался рядом и первым делом проверил на переломы.

– Ты как? Где-то болит? – Собственный голос из-за гула в ушах звучал едва слышно.

Вега мотнула головой, но уставилась на Элиона распахнутыми от шока глазами, сама потянулась рукой к его голове, но он поймал её ладонь, не дав испачкаться в его крови.

– Всё в порядке. Царапина.

– Ца…рапина? – с хрипом выдавила она, показав на торчащий кусок дерева из его плеча сзади.

Элион поморщился. Вега громко охнула, когда он выдернул обломок из раны. По спине потекла кровь, но он знал, что это ненадолго.

– Ты! Что… ты наде…лал?! Нельзя… – хрипела Вега, пытаясь добраться до его ранения, чтобы зажать, но он не дал – аккуратно, но решительно взял её на руки и понёс к боковому выходу, потому что главный был завален обломками колонны. За завесой пыли и дыма он слышал голоса. У них оставалась всего пара минут, чтобы убраться до приезда настоящей полиции и пожарных. Разбираться с правоохранительными органами Элион сейчас не хотел.

Вега доверчиво обхватила его шею и перестала сопротивляться, когда он вынес её на свежий воздух. Машина была припаркована в соседнем переулке. Пока он усаживал её на переднее сиденье, в кармане уже начал вибрировать телефон. Элион хрипло фыркнул, уверенный, что это либо Иво, либо Кай с Кассией, но времени отвечать не было.

Он рванул обратно в храм и отыскал долбаного полемарха. Живого, хоть и раненного обломками. Вегу Элион сумел закрыть собой, приняв весь удар. Как выглядит его спина, Элион даже знать не хотел; к счастью, магия перстня Танатоса продолжала его лечить, но, как и предупреждал Гипнос, исцеление происходило намного медленнее из-за большого количества ран.

– Да знаю я, знаю, – проворчал он себе под нос на не утихающую вибрацию телефона в кармане. Неуверенный наверняка, не сломаны ли кости у даория, он взял его на руки, а не взвалил на плечо, благо весил тот немного.

Подгоняемый звуками приближающихся сирен, Элион уложил Паная на заднее сиденье, сел на место водителя и, заведя мотор, сдал назад по длинному переулку, чтобы скрыться по узким улицам. Он протяжно вздохнул, не услышав погони, но разбираться всё равно придётся. Наверняка священники расскажут о лучезарном. Выехав на просторную дорогу, он достал телефон, чтобы предупредить Кая о проблемах, но заметил испуганно притихшую Вегу. Она сидела как самый примерный пассажир. Пристёгнутая и абсолютно молчаливая, только взгляд, устремлённый на Элиона, был полон волнения. Похоже, выглядел он паршиво.

– Я в порядке, честно. Смотри, вот могу без рук машину вести. – Для разрядки обстановки он отпустил руль, но Вега лишь сильнее побледнела, и Элион тут же прекратил, став серьёзнее. – Я правда в порядке.

– Точно?

– Абсолютно.

Полностью убеждённой Вега не выглядела, но всё же с лица пропал застывший испуг, её плечи слегка расслабились.

– А ты? Что-то болит? – перевёл тему Элион.

– Нет… я… пара царапин, может… и синяки, – ответила она и показала край подранной юбки с десятком ссадин. Глубокие, но действительно ничего смертельного, и всё же Элиона злили даже эти мелкие царапины на её теле. – Элион, я…

– Всё хорошо. Я отвезу тебя к врачам. Они отличные. – Элион ободряюще улыбнулся, но, как он ни пытался демонстрировать беззаботность и уверенность, Вега не прекращала смотреть на него с испугом. Он хотел стереть тревогу из её взгляда, но ни шутка, ни одна из улыбок не сработали.

Он по-прежнему чувствовал кровь на лице. Заживление потребует ещё некоторого времени, скорее всего сейчас кольцо Танатоса восстанавливало ему спину. Впервые Элион был рад медлительности магии, потому что не представлял, как объяснить Веге происходящее, если бы вся кровь с его лица отслоилась хлопьями и исчезла прямо у неё на глазах.

– Ты не можешь отвезти меня к своим врачам. Мы с тобой незнакомы.

– Сраные условности, скажем, что столкнулись на перекрёстке.

– Эль, я в порядке. Пожалуйста, отвези меня домой. Здесь недалеко.

Элион не послушался, проехав нужный поворот. Вега не разозлилась, но напомнила о другом:

– Мы решили сохранить секреты друг друга. И если отвезёшь меня к своим друзьям, то нарушишь слово.

Дерьмо.

У него вертелись на языке комментарии по поводу доверия и искренности, но он не стал устраивать ребяческий спор и, ещё раз окинув Вегу взглядом, свернул на следующем перекрёстке. Оставшиеся пять минут они провели в молчании. Элион успел позвонить Каю и в общих чертах описать произошедшее с храмом, избегая любых упоминаний о Веге. Кай пообещал разобраться с ситуацией и велел отвезти даория к Дардану. Элион положил трубку и прислушался к дыханию Паная: тот был без сознания, но явно жив. Это хорошо. Вопросов у Элиона теперь тьма. Хотя не меньше их к Пандее Лазарис.

Элион остановил машину напротив дома Веги, но не разблокировал двери. Сперва он включил верхний свет и взял Вегу за подбородок, повернул её голову то в одну сторону, то в другую, проверяя реакцию зрачков. Она не стала сопротивляться, но её взгляд почти не отрывался от Элиона, из-за чего у него в голове образовалась странная пустота, будто он не мог думать, пока Вега на него так смотрит. Удовлетворённый, Элион порылся в бардачке и достал брелок экстренной сигнализации.

– Возьми. Жми не думая, если что-либо произойдёт или просто почувствуешь себя плохо. Головная боль, трудности с дыханием, что угодно, хорошо?

Вега наконец ответила слабой улыбкой и без пререканий взяла брелок.

– Хорошо, спасибо.

Он позволил ей уйти, но не двинулся с места, пока она не зашла в здание. Стены были стеклянные, и он видел, как она на некоторое время застыла перед лифтом. Элион не моргал, ожидая, что она пошатнётся, собьётся с шага. Если бы он увидел хоть один симптом плохого самочувствия, то сам бы затолкал её обратно в машину и уже без вопросов отвёз бы к врачу. Но она зашла в лифт и исчезла из его поля зрения. С заднего сиденья послышался стон. Выругавшись себе под нос, Элион поехал к Дардану.

* * *

– Снайпер был дрянь, – с ходу вынес вердикт Иво, вернувшись утром домой.

Пока Кай ехал к Элиону и Дардану обсудить состояние полемарха, Иво направился на место взрыва, чтобы уладить дела с полицией, оценить урон храму, а после несколькими взятками и обещаниями стереть воспоминания о том, что даорий и палагейцы там вообще были.

Панаю, конечно, досталось, но жить будет. Его оставили на врачей Дардана, Элион по дороге ввёл Кая в курс дела, лишь вскользь упомянув присутствие Веги, приврал, что она оказалась там случайно. До своей кровати Элион добрался ближе к утру и почти сразу отключился. Проспал всего пять часов и теперь с взлохмаченной головой сидел в гостиной вместе с Каем и Кас, пытаясь вдохнуть в себя жизнь чашкой крепкого кофе. Не спавший же всю ночь Иво каким-то образом оставался собранным и энергичным. Шутка про жизнь на сахаре как на энергии завертелась в голове, но Элиону было лень открывать рот, чтобы её озвучить. Кофеин ещё не подействовал.

– Стреляли с верхнего этажа, из-под купола, я сравнил угол и обзор с тем местом, где вы сидели, – продолжил громко пояснять Иво, уйдя на кухню. Судя по звуку, он залез в холодильник. – И вынести мозги было проще простого. На крайний случай в торс, расстояние небольшое. В общем, убить любого из вас было несложно.

Он вернулся в гостиную, открыл бутылку минералки и жадно приник к горлышку. Никто не встревал и не торопил, давая утолить жажду. Ночь у него выдалась непростая.

– Хочешь сказать, что кто-то винтовку впервые держал в руках? – уточнила Кассия, когда Иво опустошил полбутылки залпом и закрыл крышку.

– Нет. Этот кто-то целился в заложенную взрывчатку изначально, а то, что Элион заметил прицел, – тупая ошибка снайпера.

– Нет, он выстрелил в полемарха один раз. Просто я успел его оттолкнуть, – возразил Эль.

Иво призадумался на пару секунд перед продолжением:

– Тогда в его плане произошло отклонение. Я всё равно считаю, что он намеревался сдетонировать взрывчатку, но при внезапной смене цели могла произойти ошибка. Ты сказал, что говорил с полемархом. Вероятно, он выдал то, что никто не должен был услышать. О чём шла речь в конце?

Элион взъерошил волосы на затылке, понимая, что дальше придётся выкручиваться. Он и так уже ходил на опасной грани с близкими касательно Веги, буквально одно неверно сказанное слово, и Кай точно сложит картинку вместе.

– Речь шла о…

Звук прибывшего лифта прервал, и все головы обернулись к запыхавшейся Пандее.

– Простите, я немного задержалась. Я… я проспала, – виновато призналась она, её улыбка стала несдержанно счастливой при взгляде на Иво, который тут же к ней подошёл, чтобы поцеловать и помочь с пальто.

Иво подал красноречивый знак Элиону завязывать с его довольной ухмылкой. Эль не мог её сдержать. Во-первых, он искренне радовался за Иво, какими бы странными ни были их отношения, а во-вторых, он помнил Иво нелюдимым затворником в толстовке и очках, которые он зачем-то нацепил. Теперь же от того парня не осталось и следа.

Кассия успела сходить на кухню и принести гостье чашку кофе, которую та с благодарностью приняла.

– В чём была нужна моя помощь? Я готова, – сообщила Пандея, переводя внимание с одного на другого.

– Это нам расскажет Эль, – подтвердил Кай, и все уставились на Элиона.

– Что ж, Пандея действительно вовремя. Как раз о ней мы говорили с полемархом, когда всё рвануло. То есть не совсем о ней, а о её ситуации, – тут же поправил Элион, заметив, как Иво напрягся, будто кто-то достал пушку вульгарно близко к его девушке. – Полемарх утверждал, что может пригодиться нам живым, и я велел убедить меня. Парня понесло. Он выдавал всё, что мог припомнить, но внезапно сказал, что узнал госпожу Вегу. Разболтал про эксперименты последователей Мены с ихором Калиго.

Пандея приоткрыла рот, но так и не возразила. Её взгляд затуманился, словно она что-то припомнила.

– Он заявил, что видел фотографию Веги подростком, якобы она была испытуемой в экспериментах. Все опыты провалились, но она в итоге единственная, кто вообще выжил после них. Вега ничего об этом не знает. Мы ещё поговорили про их ритуальные кинжалы, и тогда снайпер подпортил храм.

Все взгляды обратились к Пандее.

– Что значит эксперименты с ихором Калиго? Насколько это возможно? – уточнил Кай.

– Я мало знаю, – смутилась Пандея. – Только то, что рассказала мама, но даже ей, нынешней главе Храма Мены, известно не так много, потому что эксперименты прекращены. Путь в зеркальный мир был закрыт, нельзя было больше обзавестись сумеречными онирами, но именно связь с ними и делала воинов Калиго почти неуязвимыми, – напомнила Пандея, глянув на свою тень, которую её «фамильяр» мог использовать, чтобы обрести отдельную форму. – От взрыва на Переправе не все воины Калиго с онирами погибли. Они продолжили жить, но тела носителей состарились. Какое-то время ониры передавались от носителя к носителю, но без возвращения в собственный мир с каждой сменой хозяина они слабели и умирали. Мама рассказала, что, погибая, эти ониры вновь становились ихором Калиго. Последователям Мены удалось ихор сохранить. Он просто лежал многие сотни лет, пока прогресс не достиг определённого уровня и не объявились новаторы, которые решили его использовать. Кажется, пытались ихором улучшить кровь потенциальных воинов Калиго, чтобы он начинал вырабатываться у них в крови без связи с сумеречными онирами. Я понимаю, что все эти эксперименты нелегальны, но, пожалуйста, сохраните информацию в тайне. Тесты уже точно прекращены, моя мама их не проводила, лишь получила записи, став главой.

Кай отставил опустевшую кружку кофе, в привычной манере затягивая с ответом и заставляя окружающих нервничать в ожидании его вердикта.

– Все останется между нами, если Фива Лазарис согласится предоставить нам эти отчёты для ознакомления. Особенно последние, которые могут касаться Веги. Если она действительно была частью эксперимента, но ничего об этом не помнит, то либо врёт, либо была ребёнком.

Вот же дерьмо.

– Пандея, буду рад, если вы передадите матери мою просьбу и предоставите документы как можно скорее.

– Как можно скорее – это сколько у меня времени?

– Неделя, – беспощадно озвучил Кай. Спина Пандеи одеревенела, но возразить она не посмела.

Разумеется, Кай не станет вредить девушке Иво и её семье, но ультиматумы выстраивать он любил.

– Я постараюсь побыстрее. Обещаю, – заверила она и виновато улыбнулась Иво, вероятно переживая, что новость про связь её семьи с такими экспериментами могла навредить их отношениям, но Иво успокаивающе сжал её ладонь.

– Иво, а для тебя у меня другое задание, – продолжил Кай. – Пришло время узнать о Веге. Нарой всё, что можно. Я знаю, что она не родная дочь Маттео, но он же её где-то нашёл. Нужна вся информация с самого её рождения.

Двойное дерьмо.

Элион ничего не сказал и не изменился в лице, чтобы себя не выдать, но мысленно поставил таймер на неделю. Вряд ли Иво понадобится больше, чтобы связать Вегу и Мелиту Кайлос. А как только эта информация будет у друзей, то они размотают абсолютно каждую ниточку их взаимоотношений. Значит, у него есть неделя, чтобы решить, что делать, или как-то поговорить с Вегой о предстоящих откровениях.

– Мы с Кас пока продолжим искать информацию о втором полемархе. Он тоже может что-то добавить к сложившейся ситуации, – закончил обсуждение Кай.

– Тогда я отправлюсь в Пелес сейчас же, – сказала Пандея, встав с дивана.

– Тебя подвезти? – спросил Иво.

– Я на машине. Спасибо.

Если Кай и Кассия отвели глаза, когда Пандея поцеловала Иво на прощание, то Элион не стесняясь таращился. Осуждающий взгляд Иво его разве что развеселил. Он впитывал, жадно поглощал их счастье, довольный, что они в порядке, и понимая, что его судьба безмолвно отсчитывает ему оставшееся время.

– Эль… Эл… Элион! – Громкий зов Кассии заставил вздрогнуть, и Элион едва не выронил кружку кофе.

Он стоял перед окном в гостиной. Что за?..

Он обернулся. Кассия и Кай по-прежнему сидели на своих местах. Иво стоял ближе к лифту, а Пандея исчезла, словно и не приходила. Три пары глаз не отрываясь следили за Элионом, который вообще не помнил, когда встал и зачем подошёл к окну. Благо кружку он держал крепко.

– Тебя дважды спросили, чем ты займёшься, – пояснила Кассия. – Всё в порядке?

– А… да, – спохватился Эль, натянув улыбку. – Извините, я задумался. Спал плохо. Я скорее всего поеду с нашими обычными делами разбираться. Мне по-прежнему надо найти, кого бы к Танатосу отправить, поэтому разберу почту. Наверняка навалом проблем, которые необходимо решить.

Не сразу, но их взгляды стали менее подозрительными.

– Я тогда съезжу на Переправу к Весте, – решила Кассия.

– Ты туда зачастила, – заметил Элион, хотя догадывался, что всё дело в нити между ним и сестрой. Кассия то ли проверяла состояние Весты, то ли караулила, чтобы Гипнос рядом с ней не крутился, склоняя выкинуть нить и отпустить Элиона. Несмотря на то что вопрос касался его жизни, с каждым днём Элион начинал продумывать речь о том, как убедить Весту и Кая его отпустить.

Его время медленно уходило, а никаких зацепок так и не появилось. Искать одного беглеца от смерти в Санкт-Данаме оказалось не легче, чем иголку в стоге сена.

Сердце Элиона бешено стучало в груди от ощущения, что его сознание отключилось на какие-то мгновения, за которые он успел встать и отойти к окну. Вот почему Вега боится своих ночных хождений? Ты будто и не ты. Пугало даже не то, что он отключился, а то, что его тело в это время бесконтрольно действовало. Но Элион не мог заболеть грёзовой хворью – эта напасть на представителей Дома Чревоугодия не распространялась.

Сердце в страхе билось о рёбра, но Элион стоял на месте с приклеенной улыбкой, буквально держась за чашку кофе в руке.

– Изучаю кое-что новое. – Пожав плечами, Кас улыбнулась в ответ.

Об этом знали все. Примерно месяц назад Кассия начала приносить книги, очень много книг. Все она их хранила в одном из кабинетов этажом выше, там же и проводила время. Иногда сутками. Синяки под её глазами становились пугающе большими, но свои поиски она не прекращала. Кай вмешиваться не стал, уверенный, что она ищет любую информацию по следопытам смерти, чтобы выяснить, можно ли помочь ему в охоте.

Они старались ради Элиона, но пока всё было тщетно, и он сожалел об их бессонных ночах и тревогах вдвойне, но не смел ни встревать, ни тем более просить прекратить, зная, что это всех разозлит. Они позволяли отбирать их время, сон и деньги ради поиска решения, но только не надежду. За неё они держались с такой отчаянной свирепостью, что Элион испытывал вину, больше думая не о том, как остаться, а о том, что им сказать, перед тем как ему придётся снять кольцо с пальца.

Кассия поцеловала Кая и хотела было уже уйти, как заметила Иво, который опять крутанул рычаг своего вендингового аппарата, чтобы получить конфету. Кас обернулась к Элиону и с победной улыбкой протянула раскрытую ладонь. Ворча, Элион достал из бумажника и передал ей сотню одной купюрой. Кассия радостно её схватила и ушла, обняв недоумевающего Иво на прощание.

Стоило ей уйти, и Элион подошёл к Каю, с довольной ухмылкой пихнул его в плечо, протянув раскрытую ладонь. Кай поморщился и достал сотню теперь из своего бумажника, чтобы отдать Элю.

– Хитрая же ты задница, – признал Кай.

– Какого хрена? – уточнил Иво, почуяв подвох.

– Я поспорил с Кас, что ты не конфетный маньяк и сможешь не трогать их три дня. Кас поставила на два. Она выиграла, но я догадывался, поэтому поспорил и с Каем, но поменял время. Сам поставил на два, а Кай на три, – воодушевлённо поделился Элион, вернув свою сотню. – Этих влюблённых голубков как детей обставить можно.

Кай выпад проигнорировал, погрузившись в работу на своём телефоне.

– Не смей спорить на мои конфеты, а то я засуну тебе их в зад. – Иво вновь одарил Элиона осуждающим взглядом.

– Не соблазняй меня вести себя хуже, – игриво подмигнул Элион и сбежал в свою комнату раньше, чем Иво успел в него чем-нибудь кинуть.