Глава о том, как трудно быть иномирянкой и не только (3)

Взгляд Вевеи

Мне казалось, всё идёт слишком стремительно и как-то странно. Вот совсем недавно я осознавала, как сердце моё разлетается в мельчайшую колкую пыль, которая пропитывает грудь и едва даёт вздохнуть. Сколько времени прошло с того момента, когда от семейного счастья и спокойной, ласковой любви, облекавшей мою душу, не осталось даже обрывков? Мало. И вот я жена одного мужчины и готовлюсь выйти ещё за одного.

Бред какой-то.

Я с недоумением разглядывала то Азибула, то Хиреама, пытаясь понять, что вообще со мной произошло. Да, красивые мужчины. Любезные. Заботливые. И ещё у них куча других достоинств. Но у меня-то душа в клочьях, я сейчас если кого и способна полюбить, так только ту кроху, которая зародилась у меня в теле.

И настолько безжизненной я себя ощущала, что даже поверить, осознать присутствие ещё одного близкого и ценного существа в моей жизни не могла. Знала, что вынашиваю ребёнка, но не прочувствовала этого. Воспринимала исключительно как абстрактный факт. К тому же в прежней жизни беременности у меня не держались. Может, и не стоило так сразу привязываться к неведомому существу, которое могло превратиться в моего малыша? А если снова не получится? Я и так обессилена горем, мне только очередной потери не хватает…

В этот день отправилась в ателье, снова примерять свадебное платье. С трудом понимала, зачем оно было нужно, учитывая принятые тут фасоны – не требовалось ничего подгонять по талии, линии груди или бедра. Достаточно было выверить горловину, линию плеча, ну, и длину. Однако, поскольку одеяние расшивали, нужно было подправлять швы как минимум дважды. Да и зачем спорить. Мне ведь несложно лишний раз съездить. Так что я с покладистым видом полезла в наёмный экипаж.

С утра Хиреам огорчённо сказал, что не сможет меня сопровождать. Поехал Азибул, только не в повозке, а верхом – то ли на этом настоял его брат, то ли он сам решил погарцевать. Да, собственно, ему так было привычнее. Время от времени я поглядывала на него в окошко. Следовало признать, в седле он выглядел очень достойно.

Правда, в какой-то момент, похоже, не справился с конём – тот взвился, метнулся в сторону. В тот же миг с противоположной от него стороны распахнулась дверка экипажа, и меня схватили чьи-то жёсткие руки, дёрнули наружу. От неожиданности я захлебнулась воздухом, а меня тем временем уже перекинули на руки другому человеку, потом ещё одному, и поволокли прочь от места, где уже полным ходом разрасталась драка. Повозку, вроде бы, остановили, в стороне визжали женщины, и понять в полнейшей неразберихе нельзя было ничего.

Меня забросили на спину лошади, к всаднику-незнакомцу, и безжалостная мужская рука вцепилась в мои волосы, заставила запрокинуть голову. Я пискнула, машинально схватилась за голову, а похититель уже ловко заламывал мне руки и одновременно развернул и пришпорил коня. Мы куда-то мчались, а мне зажимали рот, чтоб не кричала, и шептали на ухо:

– А ну заткнулась! Иначе могу и изуродовать слегка. Тебя велено привезти живой, но не обязательно целой и невредимой. Поняла меня?

У меня в ответ только всхлип вырвался. Ну а смысл орать, в самом деле. Можно подумать, жители Паратта тут же кинутся меня спасать. В том же, что он действительно способен меня изуродовать, я не сомневалась.

Потом был переход, и после него я едва ли не мешком свалилась с седла (спасибо хоть всё же кто-то меня поймал и опустил на землю довольно мягко), а следом ещё и вывернула содержимое желудка. Спасибо, что не кому-нибудь на сапоги, в этом случае, уверена, немедленно последовал бы пинок, и хорошо, если не в живот.

Впрочем, пинок всё равно последовал. Но лёгкий и по бедру.

– Встала, – брезгливо бросил незнакомец, и я подняла голову. Покрывало сбилось, юбка тоже, и выглядела я наверняка жалко. Но этому человеку было безразлично, как я выгляжу. Он смотрел на меня как на посредственный кусок мяса на прилавке, за который сейчас придётся торговаться, потому что альтернатив нет. – Делай что сказано, если не хочешь, чтоб я подбодрил тебя хлыстом.

Встала, понимая, что вести себя следует покладисто. Не факт, что это обещает мне выживание, но уж нарываться точно будет глупостью. Я не супергероиня.

Вокруг была лесная полянка, буквально запруженная людьми и конями, трава заметно вытоптана – то есть они тут давно, а может, это место постоянных встреч, вот почему тут всё ископычено и загажено. По большей части на меня посматривали лишь дежурно – видимо, следили, чтоб не попыталась бежать, вскочить в седло или выдернуть у кого-нибудь нож. Тот, кто приказывал мне, намотал на руку мои волосы, выбившиеся из причёски. Как на поводке держал.

– Это она? – окликнул его один из всадников и заставил коня подойти ближе. Обозлённая лошадиная морда с клочьями пены, срывающимися с трензелей, оказалась совсем близко, можно протянуть руку и дотронуться. Я, конечно, не стала этого делать, просто смотрела, как животное нависает надо мной, и гадала, укусит или нет. А может, затопчет.

– Она. – Меня дёрнули за волосы, заставляя поднять голову.

– Всего лишь? – всадник смотрел на меня поверх лошадиной головы. Критически. – Какая-то она… никакая.

– Плевать, как она выглядит. Если за неё платят, значит, оно стоит того. Один раз уже улизнула. – Кто-то перекинул моему пленителю длинную цепь с наручником. Мужчина наконец-то оставил мои волосы, зато схватил меня за руку, на которой и замкнул оковы. И закрепил конец цепи на луке седла. – Он сообщал, когда сможет за ней явиться?

– Пока нет.

– Ладно. Тогда перебираемся на место. – И дёрнул за цепь.

«Смотрю, у них тут таскать женщин за лошадьми – прямо традиция», – с бессильным отчаянием подумала я. Да, срок у меня небольшой, но долго я не выдержу.

К счастью, и не пришлось. Тащили меня недалеко, всего лишь метров триста до следующего перехода, за которым снова был лес, но уже почти ночной. Неподалёку, прямо в каверне под скалой, да ещё и прикрытой корнями двух накренившихся над обрывом деревьев, был обустроен лагерёк. Меня провели вглубь и уже там пристегнули к вбитому с камень металлическому кольцу. Похититель основательно проверил, что я не смогу вынуть запястье из наручника, и что с собой у меня нет ничего полезного. Потом всё-таки, поколебавшись, снял металлический браслет с руки и надел на щиколотку. Здесь металл ощущался болезненно. Давил.

– Вот так, – проговорил он. – Дайте ей воды. Киньте одеяло. И ведро какое-нибудь поставьте. Не отстёгивать!

– Она и в самом деле иномирянка? – подошёл ещё один. Оглядел меня с любопытством. – Всё-таки до чего невзрачная. – Он сдёрнул с меня покрывало, ощупал волосы и вынул три оставшихся шпильки. Многозначительно покрутил ими перед лицом коллеги. Тот досадливо цыкнул. – Ну вот, а ты глазами крутишь. Куда смотрел-то?

– Гхм.

– И вообще – иномирянки же обычно магией владеют. Она тут уже давно?

– Да прилично, вроде.

– А помнишь, что про других иномирянок говорят? Они каких только чародейских хитростей ни умудряются показать.

– У нас тут нет блокирующих артефактов.

– Да одна такая, по слухам, даже блокировку сумела преодолеть.

– Та змеюка предварительно обучалась не один год!

Бандит пожал плечами.

– Ну мало ли, насколько эта талантлива.

– Хм… И что предлагаешь?

– Во-первых, предлагаю заковать её в обычные цепи, а не в магические. А во-вторых, считаю, надо приставить к ней постоянный дозор. Будем меняться. Присматривать. Чтоб не расслаблялась. Товар дорогой, обидно будет упустить.

– Хм… Разумно. Встала. – И поторопил меня пинком в бедро. – Встала, живо! Разделась.

– Я не…

Мне в горло упёрлась палка. Шатнулась назад, прижалась спиной к камню, но и палка последовала за мной, прижала ещё сильней. Похититель надменно усмехнулся.

– Иедиф, дай-ка мне хлыст… Или ты разденешься сама, или я сниму с тебя одежду плетью. По лоскуткам. И будешь тут сидеть не только избитой, но и голой. – Я дрожащими руками начала расстёгивать пуговки у ворота. Мужчина кривился и внимательно наблюдал за каждым моим движением. – Вот так. Иедиф, проверь каждую тряпку… Всё снимай! Это тоже! – Я осталась без единой нитки на теле и, повинуясь движению палки, повернулась вокруг своей оси. – Волосы подними. Здесь тоже покажи… Иедиф?

– Вроде, чисто.

– Ладно. Можешь одеваться. Радиль, кандалы нашёл?

– Несу.

– А теперь села вот сюда. И по-хорошему советую – ни единого резкого движения. Мне проще будет избить тебя до полусмерти, чтоб валялась и кровь глотала, ни о каких побегах не думала. Поняла? – Я испуганно закивала. – Очень надеюсь.

И ушёл. Остальные потянулись за ним, сразу после того, как подоспел очередной бандит, который тащил громыхавшие цепи, и надёжно затянул мне оковы и на ногах, и на запястьях. Они были тяжеленные, в первый момент даже показалось, что я и с места сдвинуться не смогу, а есть или заворачиваться в одеяло – тем более. Непонятно, на кого вообще были рассчитаны такие цепи. На слона, что ли?

Однако приспособилась, смогла улечься, напиться, укрыться. Поблизости встал мужик, весь увешанный оружием. Разглядывал он меня с неприятным интересом, а тем, кто, проходя мимо, интересовался, не примеривается ли он ко мне, отвечал цветисто. Прямо намекая на то, что не прочь был бы со мной сделать и в какое функциональное отверстие тела. А потом и вовсе присел рядом.

– Эй, у тебя на руке два браслета болтаются, – прошептал он. – Ты, значит, уже откупоренная? Давай-ка по-быстрому. И я тебе принесу поесть, м?

– Не трогай меня!

– А ну примолкла! А то придушу.

– Эй! – окликнули его. – Ты поставлен охранять, а не развлекаться. Мне что, пойти старшего позвать?

– Да пошёл ты, звонарь! – выплюнул бандит и на прощание хлестнул меня пальцами по щеке, едва не зацепив глаз. Больно. Я сдавленно охнула и уткнулась лицом в землю.

Но, по крайней мере, ко мне он больше не приближался.

Чуть позже его сменил другой головорез. Он выглядел как-то более мирно, на меня поглядывал со сдержанным сочувствием, к тому же принёс еду – обрывок лепёшки, на котором лежала порция варёного гороха с какими-то невнятными кусочками то ли солонины, то ли рыбы. Но я уже была настолько голодна, что съела бы, наверное, всё что угодно.

Когда мне полегчало, я осторожно стала присматриваться к бандитскому лагерю. Людей было много, и устроились они даже с относительным комфортом – три кострища были давними, огонь в них разжигали регулярно. В стороне были сложены дрова, какой-то ещё скарб, который с собой, видимо, не трудились таскать, даже несколько охапок сена для коней.

Вот интересно, а это кольцо, к которому меня пришвартовали, тут с самого начала вкручено? То есть они регулярно промышляют ловлей пленников или для своих провинившихся удобное местечко приберегают?

И не плевать ли мне?

Завернувшись в одеяло поплотнее, затихла. Что я могу сделать? Только ждать, чем всё это «чудесное приключение» закончится.

Чёрт бы побрал их магический мир…