Глава с тонкостями могущества (1)

Взгляд Вевеи

За дело Иоиль взялся очень серьёзно и на свой лад. Испросив сперва моё согласие, а потом и дозволение правящего брата, он известил светскую власть Равнины о том, что отныне я – предстательница Великого Древа, способного наделить магией тамошних обитателей. Но на власть не претендую. В том числе и религиозную.

Однако преподнесено всё это было так тонко, с таким откровенным намёком, что даже мне, неопытной, по его речи читалось с лёгкостью: вы же понимаете, уважаемые, что теперь надежда на ваш доступ к магии зависит от моей супруги. А моя супруга хочет признания своего брака недействительным, а также прямого содействия в своих делах, обеспечения её безопасности за госсчёт, несколько достойных особняков в разных областях Равнины, земельных наделов при них и достойных средств на жизнь. И вы сами должны понимать, что вам намного выгоднее как можно скорее удовлетворить все её просьбы.

– Но я не прошу никаких домов! – вспыхнула я, едва мы с Иоилем остались наедине.

– Тише, тише! – Он выставил ладони. – Позволь, я всё объясню. В политике есть свои правила и нормы. Одна из норм, которую не следует нарушать – всегда стоит быть предсказуемым, объяснимым и соответствовать определённым ожиданиям. Например, никогда нельзя говорить «Мне ничего не надо». Тогда в лучшем случае тебе сядут на шею, свесят ножки и дальше будут пытаться растерзать на мелкие лоскутки. А в худшем решат, что ты куда опаснее, чем сперва подумали. Будут уверены, что ты таким хитрым способом хочешь заполучить сразу всё – и приложат все усилия, чтоб избавиться от тебя. Понимаешь?

– Упс… Кажется, да.

– Я так полагаю, что тебе помимо содействия Алифиса нужно, чтоб Равнина оказывала тебе максимальное содействие во всех делах. – Дождался моего кивка и кивнул сам. – Во-от. Значит, сейчас мы потребуем тебе сверх желаемого поместья и деньги. Они там поспешат удовлетворить что попроще – решат проблему с браком и побеспокоятся об охране – и дальше начнут торговаться. К торговле я подключу своих подчинённых. За наши позиции они будут держаться мёртвой хваткой, и эта торговля, во-первых, отвлечёт на себя внимание, а во-вторых, создаст почву для требований помельче. Мало ли что тебе может понадобиться, какое содействие, уступки, помощь. И если тебе где-то всё-таки и предоставят поместье, так чем плохо? Комфортный доступ к лесу, возможность в поездках практично и уютно устроиться. Хороший дом не бывает лишним. В будущем отдашь кому-нибудь из детей.

– Ты прав, – согласилась я, выдыхая. Да уж, сразу видно, что мужчина – опытный дипломат. Он ведь со всех сторон прав, стоять в позе бессребреника, общаясь с политическими хищниками, попросту нельзя. Тебя посчитают элементарной дичью, никто с тобой считаться не станет. А безопасность даст только общее уважение. Но кто станет уважать жертву? – Извини. Ты прав. Как мне поступать?

Меня обхватили его страстные руки.

– Не волноваться, – шепнул мужчина. – Я всё сделаю как нужно. Доверься мне, прошу. Думаю, тебе и не придётся вмешиваться, но если даже что-то пойдёт не так, я подскажу.

Вздохнула. Полной грудью.

– Понимаешь… Мне сложно довериться. Первый муж меня уже обманул, хватило.

Руки на моих плечах окаменели.

– Азибул? – ледяным тоном уточнил принц.

– Нет! Нет, конечно! Я имею в виду – на моей родине. Помнишь ведь, я тебе рассказывала. Да, я всё о том же. Но именно тогда и разучилась доверять безоговорочно.

В ответ прозвучал вздох.

– Понятно. Послушай – не каждый свой шаг я сумею тебе разъяснить. И тут вопрос не только в сложности иных интриг. Время от времени бывает так, что важно, чтоб ни единый намёк на желаемый результат не просочился. Даже в жесте, во взгляде – бывает и такое. Хотя бы в части вопросов – прошу! – попытайся довериться. Есть ли что-то, что я могу сделать, чтоб ты стала мне больше доверять?

– Не знаю, правда. На самом деле, я могла бы спросить у тебя то же самое, и даже удивлена, что тебе не нужны доказательства от меня. Ты почему-то доверяешь мне без них…

– Ты – моя жена, и я люблю тебя. Я хочу, чтоб ты рядом со мной чувствовала себя спокойно. И это не подлежит обсуждению. – Его рука уверенно легла мне на живот, и я даже не подумала отодвинуться. Его прикосновения были очень приятны.

– Я чувствую себя рядом с тобой спокойно, – заверила, прикрыв глаза. – Даже не представляю, как это работает.

И почувствовала прикосновение его губ.

– Я постараюсь, чтоб это не изменилось, – шепнул он.

Оказалось, что мой знатный муж был совершенно прав – его постановка вопроса была принята с пониманием. И более того – произошло то, чего мы никак не ожидали. Представители Равнины выслушали мои якобы условия и все их охотно приняли. Лишь поинтересовались, устроит ли меня шесть поместий по всем уголкам государства, и насколько велики они должны быть. А дальше подчинённые мужа погрузились в обсуждение параметров земельных владений, их снабжения и обслуживания, сумм денег на счетах и всего прочего. А я, ошалевшая от неожиданности, получила от равнинного Совета любезное письмо, где осторожно уточнялось, когда я готова буду приступить к исполнению своих обязанностей и как именно стану наделять магией жителей Равнины. Смогу ли дать её тем, кто уже взросл? Или только новорожденным?

Я растерянно посмотрела на Иоиля и отдала ему письмо. Но и он был слегка дезориентирован. Прочёл внимательно и взглянул на меня вопросительно. Тут и не захочешь, а сообразишь – уступчивость его мало удивила. Больше интересует ответ на заданный вопрос.

Но я тоже могла быть упрямой.

– Почему они уступили?

– Мы слишком мало потребовали по их мнению.

– Оу… И что мне делать с шестью поместьями?

– Не волнуйся, хоть бы и с сотней найдём что сделать. Что думаешь насчёт их запроса?

– Мне надо пообщаться с Древом. Мне вообще кажется, что всё произойдёт автоматически, я нужна лишь для того, чтоб ввести этот процесс в безопасное, плавное русло. Если ты понимаешь, о чём я.

– На самом деле, понимаю едва ли не лучше, чем кто-либо. Ну, может, кроме моего отца и братьев. Отличный ответ, кстати: «Надо пообщаться с Древом» – так и ответим. И обозначим, что все поместья должны располагаться на границе заповедников, чтоб твоему общению ничто не мешало. – Он снова уставился в письмо. – И что ты, пока не получишь свободу от недействительного брака, не решаешься прибыть на Равнину для общения с Древом. Так что неплохо бы с этим поспешить. Одобришь такую формулировку?

– Эм… Да, конечно.

– Вот и замечательно. – Иоиль, уже погрузившись в размышления, чмокнул меня в лоб и поспешил в свой кабинет, к помощникам.

А его заменил Хиреам. Он потащил меня в садик при том крыле, где мы жили, устроил в беседке и пристроился рядом.

– Волнуешься?

– Не особенно. – Я положила голову ему на плечо. С ним было уютно и спокойно. Крепкие мужские руки, обнимавшие меня, дарили ощущение настоящей мужской заботы. Даже не столько защиты, сколько приятного внимания. И больше всего в его повадках меня подкупало отсутствие ревности. Он на самом деле очень спокойно и добродушно общался с Иоилем, одобрительно следил за тем, как за мной ухаживают Радиль и Азибул, и сам предлагал мне провести с ними время, если был занят или считал, что наступила их очередь. Всё-таки отсутствие ревности… Здорово. – Просто я не знаю, что мне делать. Я не представляю, что следует делать с моими возможностями. А что если не справлюсь?

Хиреам посмотрел на меня с задумчивой нежностью.

– Ты справишься, – ответил он тихо. – Я даже не сомневаюсь. Достаточно пообщался с Агатой, чтоб понять, какие вы, иномирянки. А если у тебя возникнут сложности, так та же Агата что-нибудь подскажет, или Арий, или даже Иоиль. Уверен, всё получится. Главное, чтоб сейчас ты расслабилась и позволила мысли течь свободно. Тогда, полагаю, подходящая идея придёт сама.

Я взглянула на него с одобряющей улыбкой.

– А ведь ты прав! Ох… Ещё бы суметь эту уверенность реализовать.

– Мы ведь рядом с тобой. – Он соскользнул с лавки и обнял меня за талию. Осторожно прижал губы к животику. Тот уже начинал обрисовываться под одеждой, и дочка пиналась всё заметнее. Её скачки приводили в восторг всех моих мужчин. – Мы всегда поддержим, уверяю тебя. Всем чем сможем.

Пока он деликатничал с обиталищем дитяти его брата, я, отвернувшись, невесело думала, что поддержка – это здорово, само собой. Но как мне выполнить принятые на себя обязательства? Похоже, Равнина уверена, что моё появление обеспечит магией всех тамошних мужиков, которые раньше могли получить её только от своих женщин. И я даже не знала, действительно ли это так. А если и так, то каким способом можно этого добиться?

Мне и в самом деле нужно было спросить у Древа. Но Иоиль прав – сперва стоит добиться разрешения ситуации с браком. Ну сколько можно тянуть? Факт того, что Парда формально оставался моим супругом, всё-таки слегка угнетало. Мне казалось, в этом есть какая-то опасность. Умом я знала, что он сидит в каменном мешке и не сможет добраться до меня, как бы ни хотел. Причём по банальной причине: умудрился отметиться в делах, которые представители дракской правящей семьи никому никогда не простят – покусился на принцессу. А значит, выпустят Парду из своих рук только в одном направлении – в сторону кладбища для преступников.

Но всё же…

А может, снова прогуляться в горном лесу? Может, Древо снизойдёт до меня? Но я ощущала, что во владениях Пламенеющего второму проявлять себя не нравится. Оно может – но не желает, а злоупотреблять своими возможностями мне совершенно не хотелось.

Я потянулась к Хиреаму, и мы обнялись. Мужчина ласково целовал меня, успокаивал, да и сам, похоже, успокаивался.

Всего через два дня прибыл посланник из Алифиса – причём не какой-нибудь чтец и даже не простой низший рукоположенный служитель, а целый преосвященный. Кто-то вроде епископа в нашей табели о рангах. Правда, довольно молодой, похоже, лет сорока, не больше, подвижный и очень живой. И держался он до чрезвычайности любезно.

Вердикт главы Храма был однозначен – брак безусловно недействителен. Уточнения были внесены в храмовые книги по всем правилам, а служитель, заключивший мой брак с Пардой, лишён сана и заочно приговорён к заключению в монастыре. Мне приносились нижайшие извинения за поступок недостойного священника и сочувствие за промедление, в котором не крылось совершенно никакого злого умысла. Просто необходимо было в точности разобраться, какова была мотивация виновного служителя и какова мера его прегрешения.

А также у меня осторожно интересовались, каковы мои дальнейшие планы. Ведь я и дальше остаюсь доброй дочерью Храма, покорной воле божеств, не так ли?

Я, растерявшись, залепетала что-то невнятное и постаралась уйти сперва от ответа, а потом и от самого служителя, жаждавшего этого самого ответа. И, как оказалось, правильно сделала. Иоиль ворвался в залу так поспешно, словно за ним гнались бешеные псы. На самом деле он, скорее всего, только теперь получил сообщение, что меня тут ловко взяли в оборот. А теперь в считанные мгновения в хватке самого матёрого дипломата королевства оказался уже сам преосвященный. И надежд вырваться у него уже не осталось.

Очень скоро меня освободили от шелухи любых обещаний, которые только могли и хотели от меня получить. Более того, принц драков добился от посланника обещания в полном содействии, клятвы, что Храм не станет чинить мне препятствий. И я даже не поняла, что мне-то самой будет нужно за всё это сделать. Но решила пока воздержаться от уточнений.

Уже одно то, что теперь я свободна от одного из множества моих браков, было радостью. В столичном храме была на скорую руку проведена церемония, к тому же упрощённая, потому что даже эдейри и обручального браслета от Парды у меня не было. После чего преосвященный заверил меня, что пятна на моей репутации нет ни единого, и я вправе в будущем вступать в брак столько раз, сколько пожелаю.

И откланялся.

Проводив его, я прикрыла глаза. Надо же – такая мелочь, а как хорошо. Впервые так радуюсь разводу… Ну, то есть признанию брака недействительным.

– Всё в порядке? – уточнил Радиль, осторожно обнимая меня за плечи. – Вы хорошо себя чувствуете?

– Мы же договорились – на «ты».

– Прости, да. Так как ты?

– Хорошо. Чувствую себя освобождённой. – И, приоткрыв глаза, взглянула на него лукаво. – Местечко освободилось. Хочешь его занять?

– Куда уж мне, – смущённо улыбнулся парень. – Я недостоин.

– Неправильно так думать. Чем ты хуже остальных?

– Своим прошлым. Поверь, я его стыжусь и нисколько не сомневаюсь, что обязан искупить. – И потянулся осторожно поцеловать меня, если позволю. Я позволила. После чего он шепнул: – Можешь быть уверена – я искуплю и заслужу.