Глава 24. Накануне Большого Совета

Аня пришла к Гору за пару дней до Совета и принесла ему перечень требований. Она, как и предупреждала, собиралась настаивать на вхождении лейнов в государство с правами и обязанностями, равными с Чёрными волками.

— Голос в Совете, свободное перемещение по всей империи, право покупать и продавать землю внутри государства, налоги по общим правилам и далее по пунктам.

— Но, Анна, как вы себе представляете на практике ваши требования? Давайте разберём такой пример: простые оборотни не могут покинуть свой дом без разрешения владельца поселения.

— Не вижу проблемы. Если лейны хотят работать на земле, то они заключат договор с владельцем, и в нём пропишут все условия аренды.

— Но если ваши лейны — крестьяне, то они обязаны сидеть на одном месте!

— Спасибо за предупреждение. Я назову своих лейнов арендаторами, а будут они возделывать землю в целях получения урожая или захотят считать количество ос на определённом кусочке — это их дело. Арендаторы не привязаны к земле?

— Э-э, нет.

— Вот и хорошо.

— Я не могу предоставить людям свободную покупку земель. Это доступно только знатным волкам или отличившимся на войне воинам. Это привилегия, я не могу обесценить её!

— Хорошо, я понимаю. Но я надеюсь, что вы больше не планируете воевать?

— Пока, нет.

— Значит, можно сделать так: каждый покупатель обязуется в течении первых трёх лет отдавать десять процентов с прибыли на благотворительность в пользу города, деревни или какого-либо мероприятия на общую пользу. Вот и получится, что владельцы земли приносят пользу государству и вроде как достойны владеть.

— Аня, как у вас всё просто! — поморщился альфа.

— Но вы не можете не признать, что раздаривать земли воякам не всегда полезно! Я посмотрела данные, и четверть из них не могут даже оплатить налог. Три четверти «благополучных» владельцев буквально выжимают его из доставшихся им с землёй жителей. Лишь малая часть умело управляется с землёй, все остальные работают с надрывом!

— И, тем не менее, доходы от них поступают!

— Вы упёртый, и словно с повязкой на глазах, — вскипела Аня, — вы слышите, что я вам говорю: у вас есть четверть профуканных земель, с которыми надо что-то делать. Не думаете же вы, что я собираюсь скупить половину вашего государства? Следите за моими руками! Вот карта, вот измученные земли, отданные в подарок, — Аня нарвала бумажек подходящего размера и положила их на карту, — вот вам список лейнов, готовых стать лордами-землевладельцами! Посмотрите, у вас ещё останется куча бесполезной земли!

— Минуточку! Вы мне за ушком не чешите, что значит лорды-землевладельцы? До сих пор лордами вы называли моих бет!

— Ваши беты, — Анна тяжело вздохнула и посмотрела на потолок, словно там для неё заготовили ответы на сложные вопросы, — ну-у, скажем ваши беты — грандлорды, а такие как Соррин или Вартек — просто лорды.

— И как же вы их отличаете?

Аня заёрзала на стуле. Вопрос щекотливый. Как Бог на душу положит, так и отличает, на глазок.

— Э, лорды — это владельцы и работодатели, а ещё они служат вам и приносят пользу. Лорд Соррин — глава города, лорд Вартек содержит музей, и его семья активно занимается научной деятельностью.

— Хорошо, — Гор кивнул, — а ваши лейны с какой стати должны стать лордами? Их максимум — это старосты деревень.

— Вы! — воскликнула Аня и тут же, посмотрев на вожака, выдохнула. — Вы снова меня дразните! Среди крупных землевладельцев тоже должны быть лорды. Они будут выполнять важную роль, скажем, обеспечивать вас стабильным урожаем!

— Ага, значит, всё же собираетесь прибрать к своим ручкам приличный кусок моих земель? Анна, вы из меня по клочку шерсти рвёте каждым вашим предложением! Думаете, я не прочитал, что лорды имеют право приходить на Большой Совет и выражать своё мнение?

— Но выразить — это ещё не голосовать! — буркнула Аня.

— У вас уже набрались лорды — владельцы предприятий, или как вы их называете «двигатели прогресса», есть лорд учёный, — Гор внимательно посмотрел на неё, ожидая опровержения и признания, что она пошутила, но Аня лишь согласно кивнула. А что поделать, если науку в данный момент может представлять только помощник звездочёта Сибилла, и он как-то попался на глаза Гору, произведя неизгладимое впечатление. Гор тогда даже спокойнее стал относиться к Вартеку, радуясь, что его Светило миловало от такого учёного как лейновский.

— Так, теперь ещё у меня в замке будут толочься крестьяне!

— Не волнуйтесь, они вам полы лаптями не затопчут, — огрызнулась она.

— Не знаю про лапти, но складывается такое ощущение, что лейны собираются править моими землями.

— У меня есть выход из сложившейся ситуации, — подалась к нему Аня, сообщая ему радостную новость.

— Уверен, что он мне не понравится, — демонстративно устало Гор прикрыл глаза, наблюдая, как королева делает вид, что старается помочь ему.

— Чтобы вам не казалось, что лейнов на Большом Совете слишком много, увеличьте долю приглашённых из других кланов. А то вы правы, у нас получается какая-то диспропорция! Кабанов насчитывается сотни и от них один представитель, а от нескольких десятков тысяч беров тоже один!

— Анна, к чему вы стремитесь? Вы просили меня верить вам, но я не дурак, и вижу, что вы готовите переворот!

— Нет!

— Да!

— Не в том смысле! Вы же сами хотели перемен!

— Хотел и проведу. Сейчас не время, слишком неспокойно, а вы ещё и расшатываете мой народ.

— У вас всегда неспокойно! Вы так до старости будете тянуть!

— Я уже начал реформы, пока вы шушукались по углам, подрывая мой авторитет!

— Позвольте узнать, какие же?

Вожак посмотрел на неё, будто оценивая, поймёт ли она всю величину его замысла и трудов.

— Главы городов обязаны позаботиться о предоставлении рабочих мест бывшим воинам.

Аня выгнула бровь, думая, каким образом это смогут осуществить главы, но одобрительно кивнула. Не всё сразу, для первого шага очень даже неплохо.

— Или вот, — продолжил Гор, старательно скрывая, что волнуется, ожидая её реакции, — в крупных городах в следующем году должны быть открыты дома для сирот.

И снова быстрый взгляд на неё. Аня же в удивлении уставилась на него. Гор — и сироты! Это что-то новое!

— Организовал работу по помощи голодающим кланам, — Гору пришлось отвернуться, чтобы она не видела, как ему приятно её удивление и внимание. — Устроил проверку и чистку в налоговых службах.

— Ну, это не совсем реформы, но тоже хлопотно, — задумчиво протянула Аня.

— Как только проведу Большой Совет, то устрою двухмесячные курсы для своих крестьян. Посмотрю, будет ли от этого толк.

— Но это была моя идея!

— Вам должно быть приятно, что я её реализую.

— Конечно, я рада, но два месяца слишком мало.

— На вас не угодишь.

— Подождите, не сердитесь, кто будет работать с крестьянами?

— Есть у меня пара толковых медведей, которые за предоставление им земли готовы учить.

— Мне бы хотелось это проконтролировать, — забывая обо всех своих планах, Аня заинтересованно наклонилась, — тут успех дела может зависеть от нюансов. Личные симпатии, заинтересованность в конечном результате. Хорошо бы ваши беры остались на весь год, чтобы вести обучение от зерна до колоска.

— Но им самим надо сажать!

— Гор, ну какой вы! Ежели ваши медведи — учителя, то пусть их близкие работают на земле, а они продолжают свою учительскую карьеру. Надеюсь, вы предложили им щедрую оплату?

— Я им предложил стандартное поле на своей земле.

— Я заметила, что вы жадноваты, — укоризненно заметила Аня.

— Вы сами нос воротите от моих подарков! — обиженно вскинулся оборотень, вспоминая злосчастную шкурку.

— А много вы дарили? — всплеснула она руками и возмущённо отвернулась. — И вообще, мы сейчас о делах государственной важности говорим, но хочу намекнуть вам, что у нас заканчиваются кофейные запасы. Можете подарить мне мешок кофе. И икры хочу. Помните, вам привозили такую копчёную? Очень вкусно, она лучше, чем та, что продают в столице.

Гор поднялся и, подойдя к Ане, наклонился, поднял её со стула на руки и сел вместе с ней.

— Анюта, отступись, — прошептал он ей в ухо, — ты затеяла опасную игру, я боюсь потерять тебя.

У Ани сбилось дыхание, так ласково попросил её этот колючий мужчина. Она обняла его, слегка потёрлась щекой об его щеку.

— Я не могу, любовь моя, не могу, — почти со слезами выдавила она из себя.

— Анюта, я посажу тебя в подвал, чтобы ты ничего непоправимого не натворила.

Она обняла ладошками его лицо:

— Я уже запустила ход событий и без моего контроля ты получишь хаос. Не мешай мне.

— Скажи мне, что ты затеваешь?

— Нет. Горушка, ты не должен вмешиваться! Ты олицетворение стабильности — и это твоё преимущество.

— Аня-я-я, за что меня так Светила наказывают? — выдохнул он и поцеловал так, что она забыла, где потолок, где пол и вообще где находится.

Он продолжал держать её у себя на коленях и поглаживал по спине.

— Назови меня ещё раз ласково, — попросил он.

— Как? Грозным волчищем? — улыбнулась она.

— Нет.

— Неотразимым красавцем?

Аня почувствовала, что Гор улыбнулся, но всё же требовательно чуть прихлопнул её по бедру.

— Величайшим правителем?

— Укушу.

— Горушка, разве можно кусать свою избранницу?

Он резко приподнял и развернул её к себе, так что её ноги свесились по сторонам, и опалил горячим взглядом — Ане расхотелось шутить на кусачую тему. Не отводя глаз, гипнотизируя похлеще змея-искусителя, он обхватил её попу ладонями и, слегка сжав, довольно нахально притянул к себе.

Аня испугалась, что прямо сейчас она распрощается с девичеством, но Гор тут же сильнее сдавил её и ссадил с себя, стоило ему уловить этот испуг. А она отвернулась, чтобы он не видел, насколько женщины не постоянны, и что не прояви он тактичность, она уже не отлипла бы от него.

Медленно вобрав в себя воздух и так же медленно выдохнув, пряча глаза, в которых горело желание быть рядом, она уже без всякого воодушевления продолжила рассказывать о требованиях лейнов.

Гор слушал её, не прерывая, и Аню понемногу отпустило наваждение. Она перестала вышагивать по кабинету, избегая поворачиваться к нему чтобы не раскрыть своё смятение, а закончив перечисление пунктов, наконец, посмотрела.

Альфа развалился в кресле, задрав ноги на стол и вроде бы смотрел на неё, но в то же время будто не видел. Ещё бы! Немного фантазии — и размахивающая руками Аня превратилась в танцующую деву, пытающуюся соблазнить своего вожака. Ему показалось, что даже звучала музыка.

— Гор? — осторожно позвала его дева, покачивающая бёдрами. — Ты слушал меня?

— Иди ко мне, — прозвучало со стороны альфы, а глаза всё так же видели фантазию.

— Ваше величие! — воскликнула Аня — и он разочарованно вернулся в реальность.

Взгляд приобрёл осмысленность, и он строго посмотрел на неё:

— Это всё никуда не годится.

Она упала на стул и в изумлении уставилась в ответ.

— Но ты… вы же кивали, соглашаясь, — недоуменно спросила она.

Он протянул руку, и Аня вложила ему лист, где всё было подробно расписано.

— Я посмотрю, подправлю и пришлю обратно. Можете идти.

Аня задержалась у стола, окидывая его непонимающим взглядом, но он выражал полнейшее спокойствие и равнодушие. Она фыркнула и, ещё раз обернувшись у дверей, вышла вон.

Гор сидел, не шевелясь, потом подкрался к двери и прислушался. В коридоре тишина, тогда он высунул голову и, убедившись, что кроме охраны никого нет, быстрым шагом прошёл к себе в покои.

«Довела-таки до позора! Чтоб её всю ночь гнуло от желания ко мне!»

Подумал — и тут же по телу пробежала сладкая дрожь. Никогда не предполагал, что у него такое богатое воображение!

Приведя себя в порядок и успокоившись, он просмотрел всё, что она хочет для лейнов. Кое-что вычеркнул, потом ещё вычеркнул и, подумав, ещё черканул. Надо оставить себя поле для манёвров и уступок, а то возьмёт его за горло, а ему и отдать на растерзание нечего.

Он снова прикрыл глаза и подумал, что можно немного пошантажировать её, чтобы ценила его доступность. Стыдно перед ней хвостиком вилять, надо хотя бы создать видимость его сопротивления. Но вскоре он оставил размышления о своих слабостях и задумался о том, что Аня готовит.

Среди его бет идёт разлад. Им не хочется учитывать её влияние в управлении государством, но приходится. Она покушается на их власть, на внимание их вожака, разбивает привычное мировоззрение по отношению к самочке. Она для них сильнейший раздражитель, и это становится опасным для неё. Чтобы Аня не затеяла, она должна продемонстрировать на Совете свою силу и власть.

Надо бы ей подсказать или лучше спровоцировать, так будет эффектней? Пусть прочувствуют, что она не только благодаря своему уму занимает место правительницы у людей! А самому надо мятной настоечки выпить, чтобы не сильно реагировать на её воздействие. Как у человеков голова не лопается, когда она давит на них?

Гор ещё несколько раз брал листок в руки и обдумывал последствия своего согласия с её требованиями. На первый взгляд всё будет выглядеть потаканием капризам человеческой правительницы. Все знают о его заинтересованности в ней и поймут его лояльность.

Все, но не беты.

Они уже хорошо изучили её и понимают, что она планомерно движется к своей цели. Какая её цель? Благополучие её народа? Да, несомненно, но зачем тогда она будоражит его подданных? Додумать ему не дали, вернулся Клетч и, судя по всему, новости снова плохие. Не во всех городах справились с вернувшимися с войны вояками, и это вылилось в конфликты между ними и горожанами. Клетчу поручено было выяснить последствия и помочь при необходимости своей силой.

Вернувшийся из командировки бета доложил:

— Всё могло быть хуже. Главы подсуетились и раскошелились на облагораживание своих городов, задействовав свободных оборотней по нашему примеру. Ну а те, кто остались не у дел, разбрелись и устраивают разбой на дорогах, в пределах разумного. Стража их ловит и наказывает. Неожиданную помощь оказали лейны. Они собирают оборотней на площадях, развлекают и учат всех помогать друг другу. Полнейшая ересь, но народу нравится, и все действительно становятся будто доброжелательнее.

— Я видел девицу в коридоре, она мне показалась знакомой. Кто такая?

— Э-э, — бета на немного замялся, — это Уля, дочь Верта…

— Не продолжай, вспомнил. Зачем она здесь?

— Черен снял её отца с должности главы города, но, Гор, новый не справляется! Ему бы стражей руководить, а не городом.

— А эту зачем сюда приволок?

— Верт отослал её в услужение королеве, чтобы дочь вымолила прощение и ему вернули город.

— А тебе чего посулили, что ты её сюда привёз?

— Хорошенькая же девчонка, просто мала ещё, да и род у неё сильный, многочисленный, а мне жениться пора.

— Она что, твоя пара?

— Не-е. Ну так как?

Альфа усмехнулся и с отвращением посмотрел на заполненные каракулями Клетча отчёты.

— Гор, род Верта в городе на всех постах сидит, не выжить там ставленнику Черена.

— Если бы ты знал, как мне надоела эта круговая порука! Если Череновский выкормыш до сих пор продержался, то он выживет всех Вертов, а ты зря малолетнюю дурочку сюда приволок. Не нужна она здесь, и от Анны держи её подальше, если она тебе нравится.

Клетч расстроился. По настрою альфы он понял, что не получится наладить дела Верта, и подумал уцепиться хотя бы за мелочь и пристроить Улю.

— Королева вроде никого не обижает, — заметил он.

— Анне она не нужна, а на кухню я её не поставлю, ещё отравит нас всех. Если только моему повару под бок подложить, а то он зол, что ему не дают служанок пользовать.

— Ты серьёзно? Такую очаровательную малышку чуть ли не в расход?

— Я тебе наглядно показываю, что этой самочке здесь не место. Тут все работают, включая королеву.

— Но Мину ты же пристроил?

— И Мина пашет с утра до вечера!

— С ума сойти. Она же болталась здесь без толку! Женихов высматривала!

— Она отвечает за организацию Большого Совета. Ей принимать гостей, кормить их, развлекать.

— Ты говоришь о Мине? Я знал, что она деловая оборотница, но чтобы настолько!

— Анна не любит праздности.

— Так может, Улю отдать в помощницы к Мине?

Гор одарил Клетча подозрительным взглядом, не удерживая недовольства своего зверя, раздражённого настойчивостью. Бета отступил, понимая, что шаловливая улыбка очаровательной крошки заставила его позабыть об осторожности.

Ну, нет так нет, но что делать с Вертом? Как-то неловко вышло! Денег у него набрал, всё потратил, а ничего из обещанного не исполнил. Он потёр подбородок и продолжил докладывать об обстановке в городах, где побывал, зная, что альфа не любит разбирать его почерк.

— Хватит, — оборвал его альфа, — твои мысли далеко, иди, отдохни.

Клетч хотел возразить, но передумал. В общем-то, неплохо получить передышку и подумать о назойливых Вертах. Часть полученных денег он потратил на Ульку, так что не так уж он должен этой семье, но напакостить они могут. Зря он связался с ними, но больно уж хотелось Черену досадить, да и опять же Улю жалко расстраивать. Она такая нежная, чуткая и ранимая, переживает даже из-за строгого взгляда на неё.

Гор отпустил Клетча и задумался о том, как годы подействовали на его помощников.

Семич — самый верный и преданный волк, прекрасный исполнитель — сдал. Анна говорит, что он переосмысливает свою жизнь, но во что это выльется?

Черен присоединился к нему, как только он порвал второго бету своего отца. Он пришёл к нему и раскрыл заговор. С тех пор этим и занимается. Можно ли ему доверять? Доверять, но проверять, так для себя когда-то решил Гор, и время от времени пристальнее присматривается к деятельности Черена.

Есть беты, которые редко появляются в замке, но регулярно присылают отчёты. Сейчас Гор оценивает их по новому и понимает, что главным критерием отбора было его доверие к ним, а потом уже хозяйственность, ум, хваткость… Время доказывало, что они справляются, и он берёг их. Однако, если охватить всю их многолетнюю работу, то теперь заметно, что своевременные выплаты налогов и покой были достигнуты довольно высокой ценой. И всё же придётся их оставить. Других нет.

Что же делать с такими, как Клетч, Бриз? Один падок до женщин и все доходы тратит на них, а теперь ещё продаёт своё влияние. Можно ли на него положиться? Не уверен.

Второй одержим идеей главенства Чёрных волков над всеми. Раньше Гора устраивало, что Бриз всему находил смысл и оправдание, теперь же стало раздражать его высокомерие и болтовня о высших расах. Упёртый, недалёкий и чванливый оборотень! Он умеет красиво говорить, убеждать в своей правоте, но теперь Гор видит глубже, и Бриз кажется ему плоским, поверхностным со всеми своими помпезными речами. Его надо удалить от себя, но осторожно: у Бриза талант находить единомышленников.

Гор прикрыл глаза и задумался, почему любой волк может вызвать его на поединок, а если вызов будет брошен с его стороны, то это считается казнью? «Ущемление прав!» — так бы сказала Аня.

Все мысли вновь закрутились вокруг неё. Она слишком самоуверенна и действует излишне резко, порывисто, не давая обществу привыкнуть к её идеям. Понимает ли она это? Судя по всему — да!

Тогда возникает вопрос, зачем же она так поступает? И вновь приходит на ум только один ответ: она намеренно расшатывает его государство, чтобы во время хаоса встать во главе. Но тут же внутри поднимается волна возражения — она может всё получить без всякого хаоса, только с ним в придачу.

Так почему же она поступает именно так, а не иначе? У него нет сомнений в том, что она его любит, но он вынужден признать, что в случае его гибели она не сломается, и уверенной лапой придавит всех, кто встанет у неё на пути.

У неё есть цель, ради которой она будет идти, пока не упадёт.

Сладка ли для неё власть? Нет, не то, тогда что же её ведёт? Почему ей безоговорочно верит её народ и оказывает поддержку?

Гор так и не решился спрятать Анну в безопасном месте во время Большого Совета. Оказался слаб и позволил ей делать то, что она считала нужным. Он узнает на Совете, на что она решилась, и примет окончательное решение по её поводу. Если она предаст его, то он запрет её, и самое большее, что ей будет доверено, это руководство замком. Если, конечно, он выживет после её предательства! Но это всё вторично, главное уберечь её.

Представители кланов начали съезжаться уже на следующий день. Управляющая распределяла гостей по комнатам, озвучивала правила проживания и оставляла листок с распорядком дня. За ней по пятам следовал её помощник Клевер и осаживал тех, кто пытался заигрывать с Миной или излишне рьяно жалел, что нет Чарны, но всё это была несущественная болтовня.

Всем была интересна человеческая правительница и её взаимоотношения с вожаком. От неё многого ждали, но в то же время не понимали, чего именно жаждут получить от её присутствия в замке, от её возможного влияния на альфу. Чудес не бывает, и мир не поменяется в одночасье, но душа умоляла о чуде, и заглушить её неразумные чаяния не получалось.

Аня ждала окончательного вердикта от Гора по поводу её списка требований для лейнов, но его разрывали на части приехавшие гости, желая обговорить, пояснить, попросить, потребовать что-то для своих кланов, а ещё приближались праздничные гуляния в столице, и стоило присматривать за Соррином.

Глава города обзавёлся множеством помощников, и всё равно ему едва хватало времени для сна, столько дел на него навалилось. С чем-то он справлялся успешно, где-то не всё ладно получалось, на него жаловались Гору и вожак не оставлял без внимания ни одну кляузу. Он отмечал для себя, чего ожидать, когда город начинает жить полноценной жизнью. Пока что Соррин показал себя не нахальным взяточником, а довольно расторопным и искренне болеющим за процветание вверенной ему территории. Это был интересный опыт, и он помогал лучше понимать, что творится в других городах.

Следующими в замок стали съезжаться беты, и обстановка накаливалась. Некоторые наместники тепло приветствовали Анну, помня, как она, проходя с войском по их землям, гостила у них, другие же смотрели на неё с подозрением.

Был расконсервирован единственный в замке огромный зал, который временно превратился в общую столовую, а потом в нём будут проходить заседания. Мина вместе с Клевером стояла на крошечном балкончике, располагающимся почти под потолком, и наблюдала за всеми сверху.

Ниже весь зал опоясывала галерея, на которой во время голосования будут находиться главы кланов, не имеющие права голосовать. Но сейчас все были внизу, и никто не смотрел наверх.

— Смотри, как она ловко руководит всеми, — невольно вырвалось у оборотницы. — Как такое возможно? Кажется, они должны растоптать её, но сами же прислушиваются к ней.

Помощник так же следил за перемещением Анны и только согласно кивал.

— Что ты молчишь? Чарна была такой же?

Оборотень невольно хмыкнул, но, увидев выжидающий взгляд новой управляющей, осторожно ответил:

— Леди Чарна никогда не смешивалась с толпой. Она была отдельно от всех, сама по себе.

— Ты жалеешь её?

Клевер пожал плечами.

— С ней было удобно работать. Она была довольно предсказуема в делах.

— Значит, жалеешь. А я? Я хорошая управляющая?

Помощник умело скрыл эмоции. Новая управляющая ещё молода, и ей никогда не приходилось управлять таким количеством народа, да к тому же ещё и лейнами. Первое время она только и делала, что пыталась сама обустроиться и чуть не обрушила стенку с соседней комнатой, но как-то всё же пообтёрлась среди людей, стала более открытой и спокойной, а теперь работает, да так, что роздыха не знает.

— Даже не сомневайтесь! Вы многому научились за короткий срок, и вскоре к вам будут проситься поучиться другие молодые девушки.

Мина покраснела от удовольствия. Клетч на днях уже пытался пристроить под её крыло милую юную оборотницу. Она уже было согласилась, девушка смотрела на неё такими преданными глазами, что отказ ранил бы её в самое сердце, но нашлись доброхоты, и рассказали Мине, как эта милашечка вела себя, когда войско возвращалось домой. Рассказали про Улю, про другую девушку — и она по-новому взглянула на то место, которое занимает Анна, на своё место — и поёжилась, отчётливо понимая, что надо бы поберечься.

Мина не испугалась козней, но как будто повзрослела. Она многому учится в замке, расширяет свой кругозор, но это лёгкие приятные знания, а вот понимание важности и ответственности своей работы, влияния на жизни других оборотней, появление врагов, это делает её как будто старше.

— Как ты думаешь, королева выйдет замуж за вожака?

— Сложно сказать, леди Мина.

— Но она любит его, а он её.

— В их случае этого мало. Он бережёт свои земли и по-другому не умеет, а она…

— Что она?

— Не знаю госпожа, как сказать. Она заботится о своём народе, но есть что-то ещё, это чувствуется и тянет идти за ней, куда бы она ни пошла, но вот в этом и загвоздка.

— Ты прав. Я тоже стала ощущать, что надо поддерживать её, хотя она действует непонятно. Странное чувство, почти неуловимое, но если бы мы оказались посреди топи, то я пошла бы только за ней, даже если бы она выбрала самый страшный путь. А вот рискнёт ли наш вожак следовать за ней? Или всё это наваждение, и самое лучшее для нас, чтобы он прогнал её?

Внизу разгоралась ссора между главами мелких кланов, и оборотни расступились, создавая круг, чтобы спорщики могли выпустить пар, расквашивая друг другу носы.

Анну оттеснили в сторону, и ей даже пришлось проявить вёрткость, чтобы не затолкали. Хотелось демонстративно сплюнуть и, как незабвенная Раиса Захаровна воскликнуть: «Тьфу, деревня!» Но смолчала и воспользовалась передышкой.

— Не стоит стоять на пути у желающих подраться оборотней, — заметил ей подошедший Гор.

«Без тебя догадалась!»

Хотелось бы, чтобы он всех раскидал, надавал по ушам за неуважение, а не делал замечания. Аня отвернулась от него. Не умно, но всё же не сразу переживёшь такой момент, когда только что была центром внимания — и из-за двух скандалистов чуть не затоптали. Сунув в руки Гора бокал с водой, она, прищурившись, оценила степень его личной виноватости. Царственно красив, притягателен и неотразим, а ещё насмешливо поглядывает на неё. Виновен!

— Ну ладно! Я научу вас уважать женщин!

— Анна, ну вы что, обиделись? — обезоруживающе улыбнулся Гор. А толпа в стороне вторила ему громким уханьем: кто-то из драчунов пропустил удар.

Правительница лейнов чинно удалилась из зала, но кроме вожака никто этого не заметил. Драчунов из мелких кланов сменили Вад, лидер полосатых и Дорин, новый вожак беров.

Медведи всегда много о себе воображали, но проигрывали схватку за схваткой, а малочисленные тигры годами сдерживали Чёрных и могли себе позволить смотреть свысока на спесивых беров. Если бы Аня узнала о причине новой драки, то прибила бы обоих, но у неё были другие планы.

Она, оглядываясь по сторонам, словно преступница, прошла в строго охраняемые помещения и окунулась в атмосферу девичества. Праздничное застолье будет разбавлено девушками и женщинами постарше, чтобы приглядывать за порядком. Все были красиво причёсаны, нарядно одеты и оставалось только умело ввести прекрасную половину человечества в празднично украшенный зал.

— Дамы, кавалерам лишнего не позволять! Пусть учатся галантности. Хулиганов наказывать сразу, без жалости! Булавки у всех смазаны раствором для онемения?

— Да!

— Хорошо. Приглядывайте друг за дружкой и помогайте. Всё. На выход.

Двери залы вновь открылись — и под изумлённым взглядом вожака внутрь хлынул разноцветный поток, состоящий из шуршащих платьев, цветочных запахов, смеха и чего-то лёгкого, неуловимого. Стоящие по краям круга оборотни поворачивались и замирали, пока их не подхватывали под руки девушки и не утягивали в сторону. Остался только самый костяк, окружающий Вада с Дорином, но и его с лёгкостью снесло прелестной волной.

— Ах, как же таких драчунов отпустили на столь важное мероприятие, — воскликнула одна из женщин и укоризненно покачала головой. Рубашка Вада была порвана, а Дорин больше походил на дикого лесовика, чем на гостя в замке.

— Мама, посмотри какой он лохматый, а ты меня называла чучундрой! Вот же как они выглядят, а я совсем не похожа! — насмешливо воскликнула одна из девушек, красиво встряхнув парой десятков косичек, украшенных ракушками и ленточками.

Медведя можно было выносить, так ему было стыдно, когда вместо мужского круга он оказался окружён девичьим. Полосатый вдруг стал единственным другом и соратником.

Добила их Аня. Она прошла ближе и, ахнув на их непотребный вид, покачала головой и прикрыла рукой глаза. Потом сразу же отвернулась, и все девушки последовали за ней, оставив двух здоровяков одних.

Атмосфера в зале переменилась и балом правили дамы. В этот вечер были танцы, песни, угощения и снова танцы. Все культурно отдыхали, чтобы назавтра броситься в застольную битву по отстаиванию прав.

Уже вечером, укладываясь спать, Аня довольно констатировала, что главы при стольких красивых девушках вели себя как шёлковые! Особенно после того, как одного из котов потыкали булавками, и он застыл статуей минут на десять. Причём обиженная дама все это время стояла и охраняла его от злых посягательств других оборотней-насмешников.

Гор тоже был доволен прошедшим вечером. Аня как истинная хозяйка руководила гостями, часто оглядываясь на него и ища его одобрения. Ему удалось несколько раз поймать её и сорвать поцелуи, чтобы не важничала, да и чтобы другие видели, что он бдит. Но другие и так видели, что он не сводил с неё глаз и часто срывался с места, чтобы увести её в сторону, а то и унести, за что получал не только поцелуи, но и возмущения. Так закончился последний спокойный день в государстве Чёрных волков.