Глава 9. Подготовка к сражению

Как он мог отпустить её? Как?! Он уступает ей вновь и вновь, ну ладно бы в делах, но Нюта подвергает свою жизнь опасности и при этом ещё шантажирует его! Она пригрозила, что если он сейчас не отпустит её, то встанет плечом к плечу с ним здесь. Ненормальная! Ему досталась неправильная жена! Надо как можно скорее расправиться с чужаками, чтобы следовать за ней. Если лесовики её пленят, он уничтожит их лес! Они пожалеют, что родились на свет… Но сначала — чужаки!

Гор наблюдал за приготовлениями лейнов, как и вся собирающаяся стая. Пока было время, оборотни только и делали, что сравнивали людей на кораблях с лейнами. Они обсуждали отличия и неминуемо втягивались в размышления о человеческих законах. Почему лейны называют пришлых нелюдями? Что значит «проявить человечность»? Как такое возможно, что присоединившиеся к ним люди называют оборотней более человечными?

Завораживающая картинка заката, спокойный океан, белоснежные паруса… Хотелось остановиться и любоваться. Человеческие суда спешат воссоединиться, но день заканчивается, и вскоре корабли встанут на ночь. Уберут белые полотна и пару раз пальнут в замеченных на берегу оборотней.

Гор следит за ними, идёт им вслед по берегу. За другими обнаруженными кораблями тоже наблюдают, и он получает донесения каждый день. Уже нет сомнений, что всеобщий сбор состоится возле кольца городов.

Он готовится. Не пришлось строить ложный город, чтобы подманить корабли, но из-за осведомлённости чужаков подвергаются опасности сразу несколько городков.

Гор уже достаточно знает о возможностях врага и понимает, что не сможет остановить их высадку. Корабли — грозная сила, и они защитят своих воинов на берегу. Но до ближайшего города ещё надо дойти и вот тут-то людей можно подловить. Те отряды, что первыми прибыли на место, уже вовсю готовят гигантскую ловушку.

Чужаки надеются на своё оружие и на численность войска. Если бы их корабли не раскидало штормом, то Гор не успел бы собрать армию, и люди взяли бы числом. Сотне тысяч воинам даже без оружия мало кто сможет противостоять. Кольцо городов для них — наиболее удачная отправная точка для завоевания. С одной стороны океан, с другой Западный лес, позади необжитая пустошь, а впереди — Империя Чёрных волков, куда и направятся чужаки, если их не остановить.

Гор лучше всех понимает, что первая крупнейшая битва будет и решающей. Либо он остановит людей и у его империи есть будущее, либо чужаки пройдутся огнём и мечом по его землям, а зимой все умрут от голода. Сколько прольётся крови, чтобы отстоять своё право на жизнь? Пожалуй, впервые столкнётся между собою такое количество воинов.

— Ваше императорство, подходящий момент для нашей заготовки, — оторвал от мрачных дум один из мастеров лейнов, — надо торопиться, пока корабли не остановились и не опустили паруса.

Гор развернулся к оборотням, рассуждающим о людях и нелюдях, и гаркнул:

— Хватит болтать, лейны готовы! Идите, помогайте им!

Двуликие перемешались с лейнами, встали вдоль берега цепочкой и принялись возиться с добычей огня. Вскоре в воздух с трудом, будто делая одолжение, стали подниматься большие бумажные шары, подсвечиваемые зажжёнными огоньками.

Это было интересно и занимательно. Маленький огонёк очень дымил, но быстро наполнял шар своим теплом, и тот поднимался вверх. Многие смотрели на это как на чудо.

Лейны заранее показывали Гору, что такой фонарик может подняться высоко и будет лететь, пока горит крошечная свеча, но эти шары несли с собой груз и взлетали с неохотой. Каждый из них вместо свечи поднимал маленькую бутылочку из тончайшего стекла, в которой была налита жидкость. Эта ценная жидкость была прилипчива и горела так, что её сложно было потушить.

Корабли продолжали своё движение, и чужаки с интересом смотрели на проделки диких оборотней. Они без страха наблюдали за гонимыми мягким ветром шарами к их судам. Многие бумажные фонари всё же поднялись достаточно высоко, чтобы пролететь над судами, но большая часть вот-вот столкнётся с парусами.

Гор стоял на берегу и видел, как на кораблях засуетились и опустили белые тряпки. Оборотни хмурились, думая, что затея не удалась, но лейны закончили суетиться с отправкой всё новых шаров и, зайдя в воду, насколько это было возможно, натянули луки, чтобы начать стрелять по шарам горящими стрелами. Это было красиво. Тихо, огненно и жутковато.

Поначалу ничего не происходило. Многие фонарики вспыхивали и падали на корабли, но немало их опустилось в воду. С берега была видна суета чужаков. Они чрезвычайно активизировались и быстро тушили появившиеся маленькие огоньки из-за горящих стрел, но вот с пролившейся горящей жидкостью у них возникали проблемы.

Оборотни настороженно смотрели и ждали. До них доносились крики, ругань, команды и всё больше казалось, что кроме хлопот они не причинили больше никакого ущерба своими забавными непрактичными бумажными фонарями, но вот вспыхнуло пламя на одном корабле, потом на другом, на третьем.

Снова суета, и близко идущие суда стали спешить отойти от гигантских факелов, в которые превратились несколько кораблей. Команды человеческих командиров раздаются одна за другой, стараясь перекричать друг друга, и как результат возникшего переполоха оборотни слышат стук и следом звук ломающегося дерева. Это два корабля столкнулись между собой из-за неправильного понимания команд, а ветер словно почувствовав, что можно ещё поиграть, наклонил высокое пламя с одного корабля и лизнул другой. Паника охватила всех людей. Все шли слишком близко — и вот уже ещё один огромный костёр рядом с ними. Крики о помощи с горящих судов перемешались с рёвом надрывающих горло капитанов.

Гор наблюдал. Бумажные фонари сделали своё дело, нанеся ущерб, внося сумятицу, нарушив строй и порядок. Уже стемнело и ему нравилось смотреть на огонь. Иступленные вопли сладким мёдом долетели до него вновь. Люди в последний миг увидели, что к ним подобрались горящие лодки.

С нескольких сторон, пока все смотрели на сотни приближающихся фонарей, потом отвлеклись на вспыхнувшие корабли, беры подвели к крайним кораблям как можно ближе загруженные лейновскими мешками лодки, бросили в них факелы и, задав им последнее направление в наибольшие скопления кораблей, выпрыгнули в зверином обличье в ледяную воду.

Оборотни с азартом наблюдали, что будет происходить дальше. Им казалось, что корабли улепётывают от горящих лодок чуть ли не прыжками. Неужели так страшно?

Бум!

На берегу многие двуликие чуть не получили разрыв сердца от раздавшегося грохота, а уж глаза раскрыли так широко, что даже не подозревали о таких своих возможностях. Лодки оказались с сюрпризами. Они не просто горели, они взрывались. Некоторые вспухали огненным шумным цветком, столкнувшись с кораблями, некоторые чуть ранее, хотя и рядом, но суматоха получилась знатная.

Этой ночью люди лишились более десятка кораблей, и поспать им не удалось. Может, такая потеря — всего лишь капля ущерба для армады, но со стороны оборотней в этой битве потерь не было. Значит, можно сражаться с этим противником! Не так уж непобедимы чужаки даже с новым страшным оружием!

Оборотни продолжали следовать за кораблями, которые теперь не осмеливались подходить близко к берегу. Двуликие радовались, но чужаки никуда не исчезали, они всего лишь устранили беспечность в своих рядах. Ещё два раза лейны готовили огненные лодки для врагов, и армада вновь потеряла несколько кораблей, но берам в эти разы тоже пришлось не сладко.

Люди бдительно сторожили свои суда, и подойти к ним незаметно теперь было сложно. Отвлечь, используя бумажные фонарики, больше не удавалось, слишком они зависимы от направления ветра. Бывали моменты, когда чужаки подкарауливали забывшихся оборотней на побережье и стреляли с кораблей по их скоплениям. Если кто-то выживал, то навсегда оставался калекой. Такая участь была страшна, и очень быстро все усвоили особые правила слежки за людьми на кораблях.

Гор из донесений знал, что идущая к кольцу городов наиболее далеко отброшенная штормом часть кораблей уже не единожды делала высадку. Чужаки сталкивались с небольшим сопротивлением, даже пробирались вглубь земель, но где-либо закрепляться они не стали.

Волчьи отряды, смешанные или полностью укомплектованные берами, строго выполняли приказ императора. Они нападали на пришлых, пробовали их на прочность, но как только становилось жарко, отступали, уводя всех жителей из ближайших городов.

Обыватели возмущались, что их не защищают, скорбели о брошенном имуществе, впадали в отчаяние, возвращаясь в разгромленные города, и забывали только об одном, что все эти эмоции они могут позволить себе только потому, что живы.

В то время, как чужаки упорно преследовали свою цель, торопясь воссоединиться, чтобы начать тотальную зачистку, Аня скакала на лошади по направлению к Западному лесу. Иногда она пересаживалась на беров, а то и сама бежала. Она торопилась, жалея каждую минуту, и поэтому, когда от скачки у неё внутри заболели все органы, она перешла на бег. В какой-то момент тело взбунтовалось, и ей пришлось велеть сделать для неё люльку, чтобы продолжать путь. Темп снизился, но она упорно приближалась к цели. Когда её выгрузили на знакомую поляну, она, не теряя ни секунды, дала команду дуть в рог. Через пару часов ей под ноги воткнулась стрела с запиской.

— Приглашают к себе, — Аня коротко передала содержимое волку из охраны.

— У нас приказ не пускать вас в лес.

— Я приглашу лесных к нам. Проследите за тем, чтобы наши гости были в полнейшей безопасности.

Аня черканула адресованную деду записку и, обернув ею стрелу без наконечника, отправила в сторону той поляны, где когда-то она стояла в ожидании. Ответа долго не было. Девушка засомневалась, нашли ли её послание, и стала размышлять, как поступить дальше.

— Отойдите в сторону, — велела она охране, думая, что торчащие рядом с ней грозно сверкающие глазами волки мешают выйти лесным, — оставьте меня тут одну.

— Но…

— Послушайте, мы не так уж далеко стоим от леса. Достаточно желания и хорошего лука, чтобы достать меня.

Оборотень с тревогой посмотрел на лес.

— Вон, видите высокие сосны? — показала Аня пальцем.

Воин тут же прикрыл собою правительницу и попытался увести её дальше.

— Прекратите! — зло ударила его по рукам девушка. — Захотели бы — убили. К тому же своей вознёй вы мешаете мне слушать.

— Если вы даже услышите стрелу, вы не сможете её поймать, — сердито ответил ей мужчина.

— И не собиралась, а вот податься в сторону успею.

Двуликий дал знак отойти подальше своим коллегам, а сам остался рядом, и больше они с Аней не препирались. Оба замерли. Воин полагался на свои уши, а правительница пыталась раствориться и почувствовать себя единой с лесом. О приближение лесных жителей к границе они узнали одновременно. Оборотень хотел было предупредить Аню, но по её волнению понял, что она уже в курсе. Через минуту из кустарника выбрался Карем.

— Ну, внучка, заставила ты меня побегать, — заворчал он, с удовольствием наблюдая за вытянувшимся лицом её охранника, узнавшем о родственных связях императрицы.

Аня усмехнулась:

— Следите за лицом, господин старший защитник, а то я и вам найду среди лесных жителей родственника.

— У меня не может быть среди них…

Аня отмахнулась:

— Не зарекайтесь. Они живут очень долго, и кто знает, кто из ваших предков очутился там и оставил потомство.

Дед уже подошёл и насмешливо смотрел на мужчину рядом с Анной. Элитный оборотень, из породистых, следящих за чистотой крови в своей семье, но Кареманна права: такие к ним попадали, и в лесу нынче живут их детки.

Аня подошла к деду и обняла его.

— Что-то ты, внученька, паршиво выглядишь. Осунулась, измотана, глаза нездорово блестят. Плохо тебе с волками?

— Я спешила, а дорога никакая, — девушка пожала плечами.

— Ну, а с вожаком как живётся? Не притесняет? А то у нас найдутся для тебя женихи!

Оборотень угрожающе оскалился, но Аня, не обращая на него внимания, грустно улыбнулась и подошла к Карему поближе.

— Присядем, в ногах правды нет, дедушка, — она приглашающе указала на выставленные скамьи и стол.

— Присядем, — покладисто согласился старик.

Аня в упор посмотрела на защитника — и тот нехотя отступил, потом ещё и ещё на полшажочка, после чего принял независимый вид, и правительнице пришлось начинать разговор.

— Сейчас, дед, самое лучшее время для того, чтобы выйти из изоляции.

— Хм.

— Враг на подходе, и помощь, оказанная вовремя, будет особенно ценна.

— Помощь? От нас? Что же к вам за зверь такой пришёл, что Чёрным волкам не справиться?

— Люди.

Дед ошарашено молчал и с недоверием смотрел на неё. По его реакции Аня поняла, что Гор напрасно боялся, что лесники состоят в заговоре.

— Нам нечего делить с людьми, — угрюмо произнёс дед.

— Ты, верно, забыл, каковы могут быть люди? — тихо спросила она его.

— Я повидал разных за свои века, плохих и хороших, просветлённых и чёрных душою. Расскажи, внучка, кто к нам пожаловал.

— Потомки тех, что спаслись от оборотней морем. Всё это время они совершенствовали оружие и жили ненавистью. Они пришли мстить.

Дед неприязненно посмотрел на прислушивающегося защитника и сказал то, что ожидаемо:

— Это их право.

Аня кивнула, понимая, что из полученной информации другого вывода от лесного человека она не получила бы, но сдаваться она не собиралась.

— Когда-то двуликие совершили страшную ошибку, раздув пожар ненависти, напитав его завистью, обидами, непониманием. Люди дали толчок к этому, упиваясь своими знаниями, стремясь вперёд ради своего благополучия, забывая, что рядом живут простоватые соседи. Хватило бы всего лишь терпения и уважения, чтобы вместе шагнуть в новое будущее, но наши предки шагнули в хаос и разрушения. Прошли века, казалось бы, можно сделать выводы и не вступать в новый порочный круг ненависти, но нет же! У меня такое чувство, что никому нет дела до мирной жизни, где дети могут без страха бегать по улицам, где на женщину стыдно будет поднять руку…

Аня умолкла, но, сжав кулаки, снова встрепенулась:

— Не буду расписывать, какой я вижу нашу жизнь. Но подумай, дед, вот о чём. Они убивают всех! Понимаешь, не только мужчин, считая их врагами, но и женщин, детей. Им не нужны полукровки, им не нужны будут люди, жившие рядом с двуликими. Они пришли очистить мир от нас всех! Может, тебя и оставят в живых, но тебе придётся пролить реки крови, чтобы доказать, что ты достоин их вонючего расположения. И кстати, не думай, что я ругаюсь. За океаном люди хорошо научились убивать, но вот в остальном они дикие и непримиримые. Они несут с собой разрушение и смерть, они чёрные и наглухо закрыты для каких-либо убеждений. Это фанатики.

— Сама-то как рьяно выступаешь против них. Боишься, что отнимут твои земли?

Аня внимательно посмотрела на старика немного оценивающе. Он нахмурился. Слишком цепкий взгляд для молодой девочки, слишком устойчива к его влиянию.

— К нам пришла серьёзная сила, дедушка, — размеренно начала отвечать Аня, не давая сбить себя с толку и придерживаясь выбранной линии поведения, — но мы с ними справимся. Они придут ещё раз, гонимые своей верой, но мы им не по зубам. Вот только огонь ненависти между людьми и оборотнями они разожгут нешуточный, а мне стоило больших усилий наладить новую жизнь.

Аня склонила голову вбок и, заглядывая в светлые глаза старика, продолжила:

— Я зову тебя защитить мир созидания, мир, где есть уважение между всеми разумными. Этот мир ещё хрупок и юн, но все мы уже поняли, каким он должен быть! В душах двуликих и лейнов уже зажжён огонёк вдохновения и любви, добра и сочувствия, взаимопонимания и поддержки.

Выпрямившись до боли в спине, Аня внимательно смотрела на старика. От нахлынувших чувств у неё затрепетали ноздри. Дед подталкивает её к откровениям, но ей нечего скрывать. Она верит в то, что говорит.

— Люди из-за океана несут смерть, разруху, голод и как следствие — снова смерть. Против этого должны выступить все. Понимаешь, все! Слова, что люди виноваты в новых бедствиях, никогда не должны прозвучать! К нам пришли нелюди, у них нет расы! Мы все вместе должны защитить наши земли.

Она замолчала, дед думал.

— Ты, Кареманна, предвзята, — наконец обронил он. — Я не могу принимать решение на основании твоих слов.

Аня хотела было возразить, но старик поднял руку в останавливающем жесте и добавил:

— Мы всё выясним сами и выберем сторону.

— Но время! Его так мало! Я чую, что надо одним махом от них избавляться, иначе всё это растянется надолго, и мы все пожалеем об этом.

— Чуешь?

Девушка кивнула.

— Как ты чуешь? Расскажи мне, — улыбнувшись, попросил дед.

Немного удивившись и даже смутившись, Аня принялась оправдываться:

— Сейчас ощущения ослабли, и они исключительно собственные, а вот всю зиму я места себе не находила, тревожась из-за идущей к нам угрозы, и это было как подсказка, предвидение.

— Хм, интересно. А что ещё?

— Ещё? Когда ехала к вам в лес впервые, то поняла кое-что очень важное. Мир остро нуждается в гармонии, в созидании, в светлых чувствах, а их так мало, что миру приходится избавляться от тех, кто не соответствует заложенной основе мироздания. Чёрные оборотни как зачинщики смут начали деградировать. Ещё сто лет — и они сами себя уничтожили бы.

— Верно, нам и воевать бы не пришлось, только подождать ещё — и всё, — усмехнулся дед.

— А теперь подумай, кто к нам пришёл из-за океана. С одной стороны людям пришлось выживать на своих землях, поддерживать друг друга, не сомневаюсь, что было совершено немало подвигов с полной самоотдачей. А с другой стороны, ведущиеся мелкие войны поставили их на путь саморазрушения. Сейчас они придумали себе Великую идею и, уверяю тебя, эта идея вытянет их из-под карающей длани мира. Если они не откажутся от мщения, будут сеять смерть, они не будут развиваться духовно, но их истовая вера в правое дело не даст им погибнуть, как случилось бы с теми же Чёрными волками.

— Ладно, внучка, — хлопнул по коленям дед, — это хорошо, что ты смогла почувствовать гармонию нашего мира.

— А ты чувствуешь? Тогда ты должен понять, что чужаки — это угроза!

— Я знаю, что со стороны воды к нам подошла чернота, и мой народ это знает, но ещё мы все видим, что до нас она не дойдёт.

— Что это значит? Мы остановим её вместе?

Старик пожал плечами, как давеча Аня:

— Может, вместе, а может, ты сама справишься, и не придётся моему народу платить цену кровью.

— Хотите отсидеться? — недобро хмыкнула Аня. — Но тогда вернёмся к началу разговора о помощи. Ценность имеет только своевременная помощь, а в нашем случае твоя беда, дед, что я приехала и попросила её. Вот если бы я забыла о лесном народе, умеющем внушать страх, тогда вы, может быть, и отсиделись бы, но я здесь, и я жду ответа.

— М-да, внучка, могла бы и попозже о нас вспомнить. Людей на этих землях не так уж много, чтобы подвергать нас опасности.

Аня сжала губы. Дед многое понимает, но не чует, что сейчас решается судьба мира и слукавить нельзя. Либо навсегда вместе — либо лесники останутся оторванным ломтём, который со временем без какой-либо пользы сгинет. Она упрямым взглядом посмотрела на старика.

— У тебя достаточно информации о чужаках, об их намерениях, о моём предчувствии и о моих планах. Единственное, я ничего не сказала о том, как буду относиться к вам, если вы откажетесь встать рядом с нами в бою.

— Ну, так скажи, чего теперь скромничать, — усмехнулся дед.

Аня поднялась и, неожиданно тепло улыбнувшись, произнесла:

— К чему угрозы? Вы же придёте?

Старик хмыкнул и, поднявшись, развернулся и направился в лес. Аня едва сдерживала себя, чтобы не побежать за ним, спрашивая: «Ждать помощи или нет?»

Уже возле границы дед обернулся и бросил ей ничего не объясняющую фразу:

— Не отчаивайся, внучка, всё будет хорошо!

Карем исчез в зарослях, а Аню потряхивало от напряжения и самобичевания. Он почувствовал её напряжение, хотя она хотела показать свою уверенность. Это минус. А ещё, надо было убедительнее говорить, быть может, запугать…

— Госпожа, — тихо подошёл к ней старший оборотень, — они не помогут.

Аня обернулась к нему и жёстко ответила, смотря вослед скрывшемуся деду:

— Кольцо городов, куда так стремятся чужаки, находится рядом, и мне не составит труда подсказать им, где можно раздобыть золото. Вопрос только в том, сделаю я это или нет.

Оборотень посмотрел в сторону городов, потом развернулся к границе и хмыкнул. Если императрица пожалеет лесников, то он подскажет альфе, как приманить пришлых людей сюда. Пусть друг на друге упражняются в искусстве выживания.

Аня была разбита и подавлена. Ей казалось, что напрасно она себя мучила, торопясь переговорить с лесным народом. Пока скакала сюда, думала, что это отличная идея, теперь же жалела потраченного времени. Тело до сих пор ломило от безумной скачки, похоже, все органы сдвинулись с места и необходим полный покой, чтобы они прекратили болеть. Она потеряла время и ещё потеряет, пока восстанавливается.

Надо было сидеть и придумывать хитрости, а не искать поддержки у одичавших любителей природы. С фонариками лейны здорово придумали, интересно, удалась ли эта хитрость? А с лодками-сюрпризами? Это она видела в каком-то фильме и там половина вражеского флота полегла от одной такой взрывоопасной лодки. Жаль, что порох у лейнов слабоват. Дымит, шумит, а эффективность не такая убойная, как представляется.

Аня брела к стоянке, усаживалась в люльку и всё думала. А что, если сделать ставку на стрелков? Не надо метких лучниц или непревзойдённых охотников, достаточно оцарапать стрелой, смазанной ядом и… Нет, тут яда на всех не напасёшься, да и где его взять?

Но тухлая рыба — это гнилостные бактерии и если они попадут в кровь, то чем не яд?

Жестоко. Почему самую пакость придумывают женщины?

И всё же, их сюда никто не звал. Доклад беров до сих пор стоял у неё перед глазами. Впрочем, все остальные донесения так же изничтожали всю мягкость и созидательные мысли. «Значит, — продолжила думать она, — одна ранка — минус один боец, правда, он отминусуется через несколько дней, но это привнесёт панику, что неплохо».

Правительница дала знак везти её медленно, чтобы люлька с ней едва колыхалась. Главное для Ани, что они всё равно хоть как-то приближаются к Гору. Он недалеко, и она выдержит обратный путь, только бы лошади шли плавно, а то внутри всё опять прихватило.

— Найдите тех беров-извозчиков, что последними тащили меня. Вряд ли они далеко ушли. Пусть они меня везут, и помимо оплаты выдайте им полное довольствие.

Устроившись поудобнее, она продолжила думать.

Может, оборотням сражаться в зверином обличье? Нет, слишком много видов зверей, волчья стая может ошалеть из-за грохота оружия и выйти из-под контроля.

Аня страстно желала хоть что-нибудь придумать для помощи Гору, но ничего конкретного не получалось. Всё что она может — это встать рядом с мужем и воодушевлять, но так ли важно двуликим присутствие императрицы на поле боя, да и Гор не выпустит её под пули. Она будет только мешаться ему.

Обстановка на побережье накалялась. Двуликие знали, что чужаки готовятся к высадке и выполняли все приказы Гора с усердием. Даже глупец понял бы, что предстоит кровавое сражение, и никто не ждал лёгкой победы. Каждый день подходили всё новые отряды из разных округов и сердца волков преисполнялись благодарностью. Вся империя всколыхнулась, и все наместники отправляли не только воинов, но и пытались по мере сил обеспечить их провиантом или тем, что можно было обменять на него.

Впервые приходилось так тщательно готовиться к сражению, столь много копать и строить. Лейны сновали между различными группами, что-то мерили, корректировали работу и мчались дальше. Их деловитая суета вселяла уверенность, что в предстоящей мясорубке удастся выжить.

Пока Аня корила себя, что ей так мало удалось чем-то помочь Гору, оборотни, сидя у костров и съедая свои пайки, с удовольствием судачи о ней, о вожаке, о лейнах, даже о лорде военном, ну и, конечно же, о врагах.

Собиралась огромная сила, но не было беспорядка. Благодаря появлению в клане Чёрных человеческой правительницы произошло много перемен, и в результате все сидят сейчас плечом к плечу, не обращая внимания на то, у кого какой зверь. Альфа Чёрных не промах, не только заполучил у Серых королеву, но ещё и взял её себе в жёны. Вместе с ней к нему пришла невиданная удача и, зная Гора, ясно: он её не упустит!

У вояк появился хлопотливый благодетель — лорд военный. Теперь у всех новая форма, всегда есть еда, вовремя получают вознаграждение, есть пригляд за малыми детишками погибших при исполнении вояк. Вот уже несколько тысяч оборотней расположились лагерем, а все костры горят по линеечке, шатры стоят в ряд, даже туалетные ямы есть в достаточном количестве и их каждый день присыпают, чтобы не воняли. Полный порядок царит вокруг, и в этой налаженности какое-то своё, армейское счастье. Ещё бы враги утопились бы сами — и можно было бы продолжать сидеть у костров, разговаривать на наиважнейшие темы и ни о чём суетном не думать.

На кораблях тоже ужинали и болтали. Команде надоели вояки, и они мечтали высадить их и отправиться домой. Можно самим немного пошалить на этих землях, но вообще-то этот поход надоел уже хуже рыбы. За потраченное на него время можно было уже не один раз отвезти-привезти товар и получить расчёт или самим пробежаться по неизведанным территориям, и кто знает, какие сокровища они нашли бы, но с правителями не поспоришь.

Рыцари и их воины с трудом удерживали себя на кораблях. Им осточертело болтаться на воде, и они рвались сражаться. Изо дня в день жить плечом к плечу, будто косяк мелких рыбёшек, жрать тухлятину и грезить о победах, о прощении для своей семьи за все прегрешения. Не всем желающим было разрешено поучаствовать в Светлом походе с Великой целью. Их имена войдут в историю, а род пополнится новыми угодьями и обогатится.

Правда, нашлись сторожили, которые заявили, что они до сих являются владельцами каких-то городов, но священные вдохновители чётко и ясно сказали всем, чтобы не оставляли никаких поселений. Жить на этой земле начнут сначала, и никаких прошлых владельцев не будет. Всё достанется участникам похода.

Как не рваться в бой? Если бы не коварство дикарей, они бы уже выступили, но общим числом голосов решили бить наверняка, и для этого надо выждать ещё пару недель, чтобы дать возможность подойти остальным кораблям к точке сбора. Если в течение этого срока они не появятся, то можно сбросить погребальные венки на воду и приступить к искуплению своих грехов, а заодно брать землю.

Первая горстка городов станет отправной точкой для триумфального похода. Они высадятся и займут их, а корабли отправятся за новой партией воинов. И только от расторопности нынешних вояк зависит, как хорошо они успеют укрепиться и расширить свои территории. Кто-то ворчит, что не стоит рушить города, чтобы самим не оказаться к следующей зиме в чистом поле, но это дело принципа! Ничто не должно напоминать позорное прошлое, когда пришлось спасаться! Даже рабов-оборотней не нужно, невольников они привезут со своих земель.