Глава 33

Тихий всхлип вырвался изо рта принцессы, вцепившейся в простынь. Приподнятая попка жестко удерживалась грубыми ладонями, пока супруг, хрипя от натуги, всаживался в неё. Кромешная темнота окружала ложе, прерываясь ритмичным стуком и влажными шлепками. Альда давно прекратила всякое сопротивление и покорно позволяла Сверру брать все, что он хотел, а хотел этот мужчина очень много, безжалостно давя любое сопротивление и неповиновение. Три ночи назад принцесса попыталась оттолкнуть не в меру пылкого супруга, намекая, что ни сил, ни терпения у неё уже нет, и в тот же миг оказалась подмята под тяжелое тело императора.

– Я терпеливо ждал, когда ты сама придешь ко мне, – зло зашипел он, резко переворачивая дерзкую супругу на живот, осыпая её серией звонких шлепков по попке.

– Сверр, подожди, – застонала она, заведя руки назад, упираясь ладошками в мужской живот и пытаясь хоть немного сдержать напор.

– Теперь ты не имеешь права отказывать мне, – шумно засопел император, мгновенно схватив и заломив её руки кверху, фиксируя поясом от валявшегося на полу халата к изголовью. – Ни единого проклятого раза, Альда. Поняла?

Остаток той ночи она провела привязанной; хотя узел был не тугой, но сил как-то противостоять одичавшему мужчине просто не осталось. При посторонних этот варвар еще притворялся цивилизованным правителем, занимаясь делами государства, но едва они оставались наедине, все приличное и интеллигентное покидало Сверра без остатка. Сидя на своей скамье и страдая от последствий интенсивной семейной жизни, Альда анализировала, что же именно послужило катализатором такого поведения, придя в итоге к выводу, что это была банальная ревность. Ночь во дворце Рейно стала первой в череде таких же необузданных свирепых свиданий с собственным мужем. Но до конца уверили принцессу в этом обрывки мыслей Сверра. Нечто хаотичное, собственническое и яростное пробивалось сквозь пелену похоти; когда принцесса теряла ощущение реальности – слова мужа раздавались в голове. Таких выражений она никогда не слышала, но прекрасно понимала непристойный характер ругательств.

Этому беспределу просто необходимо положить конец, или хотя бы немного умерить, ибо ни автодоктор, ни фракс уже не облегчали ситуацию, и Альда отчетливо чувствовала пульсацию в промежности и груди, что доставляло неудобство. Принцесса прекрасно знала, что после обеда, который отныне подавали в зеленом зале, император увлечет её на прогулку в дальний уголок пещеры, где недавно они обнаружили скрытую завесой зелени нишу, в которой Сверр уже распорядился установить кровать. «Тебя ждет сюрприз»! Как будто она и так не разглядела, что и куда несли рабочие. Подозрения хозяйки подтвердились, и муж, с лукавой улыбкой, буквально занес Альду в этот альков, используя ложе по назначению. Сон на свежем воздухе прекрасно восстанавливал силы, что позволяло обоим супругам эффективно функционировать остаток дня, хотя принцессе после подобного «отдыха» требовалась помощь служанок: поправить прическу и заменить помятый наряд. Каждую ночь Сверр превращался в ненасытное животное, ведомое инстинктами, оставляя поутру в постели едва шевелящуюся от усталости Альду, с трудом отдирающую себя от подушки.

Помимо активных попыток зачать наследника, императрица занималась воспитанием девочек, а также плотно работала над учебным планом, который любезно составили прибывшие преподаватели. Принцесса отправила запрос в Высшую Академию наук Фарогоса, где когда-то сама получала дополнительные знания. Вако не обучал женщин важным предметам, ограничиваясь домашними уроками. Фарогос же в этом вопросе был более прогрессивным, хотя и там изменения произошли недавно. Вышедшие в отставку профессора, с которыми Альда осталась в хороших отношениях, с удовольствием приняли её приглашение и прибыли на Даркраст обучать молоденьких девушек. Религиозные науки будущим главам башен преподавали по очереди высшие жрицы, связываясь с дворцом по видеосвязи.

Наблюдая за занятой Аманитой, сосредоточенно решающей поставленные перед ней задачи, императрица пригласила танерану на приватный разговор. Сегодня Сверр во дворец не вернется до ужина, а значит, у принцессы было время спокойно решить пару деликатных дел.

– Вели накрывать обед в белом зале для нас двоих, – произнесла Альда, когда придворная дама наконец-то присела на кушетку подле неё.

– Император успеет вернуться во дворец? – приподняв брови, уточнила танерана, вновь обращаясь к своему коммуникатору.

– Нет, – покачала головой принцесса. – Ты будешь обедать со мной.

– Аааа…

– Ты супруга важного вельможи и моя придворная дама, – снисходительно отозвалась императрица. – В отсутствие императора твоя обязанность развлекать меня беседой.

– Да, ваше императорское величество, – скованно кивнув, ответила Аманита.

– К тому же я хочу узнать о результате нашего небольшого мероприятия, – лукаво уточнила Альда, заметив выступивший румянец на щеках танераны.

– Как прикажете, госпожа, – еще больше покраснев, пролепетала женщина.

За обедом императрица обсудила дела, порученные к выполнению за время их отсутствия на Даркрасте. Аманита поведала о девушках, покинувших дворец невестами, сообщив, что поддерживает связь со всеми. Танераны уже обустроились и посетили белые башни для определения круга взаимопомощи. Кто-то повторил просьбы жриц о ремонте, кто-то полным ходом составлял списки нужд, но все с благодарностью отзывались о медкапсулах, постоянно прописавшихся в помощь роженицам и травмированным.

– Как ваша семейная жизнь? – осторожно поинтересовалась Альда, заметив, как потупила взор первая придворная дама.

– Хорошо, – сдержано ответила Аманита. – Хотя вы меня и предупреждали о свойствах зелья, но я не ожидала, что все будет так…

– Помогло? – коварно уточнила императрица.

– Да, госпожа, – едва сдерживая улыбку, отозвалась танерана.

– Узнай у девочек, испытывают ли они подобные проблемы со своими мужьями, и отошли им часть зелья для преодоления порога стеснительности, – весело хмыкнула Альда.

– Я точно знаю о четырех подобных же проблемах, – ответила придворная дама. – Думаю, сегодня разошлю все срочной доставкой.

– Действуй, но сообщи, что зелье доступно лишь разово, – предупредила принцесса. – У нас нет резерва. Все, что ты видела в сундуке, – это единственный запас Даркраста.

– Да, госпожа, – кивнула Аманита и чуть потупившись, добавила. – И я хотела сообщить, что средство дало результат – я беременна.

– О! – невозмутимо воскликнула императрица. – Прими мои поздравления и передай их мужу. Мы с супругом весьма рады за вас.

– Благодарю, – произнесла танерана, сияя довольной улыбкой. – Даже не верится. Надеюсь, что скоро и вы порадуете нас такой новостью.

– Я тоже надеюсь, – с улыбкой отозвалась Альда.

Ужин они со Сверром провели стремительно. Император опоздал и уселся напротив жены, когда той уже подали десерт в зеленом зале.

– Прости за задержку, дел очень много, – произнес мужчина, выдыхая усталость и тут же принимаясь за еду, оперативно появившуюся перед ним.

– Туал скоро станет отцом, – поведала хозяйка дворца. – Аманита сообщила новость.

– Меня тоже обрадовали, – легко кивнул правитель, не придавая этому большой значимости. – Нам надо что-то сказать или сделать? Ну, как императорской чете.

– Нет, – пожала плечиком принцесса. – Это семейное событие и простого внимания с поздравлениями будет достаточно.

– Хорошо, – согласился Сверр, возвращаясь к трапезе.

Глядя на мужа, создавалось впечатление, что вопрос продолжения рода его мало волнует, но Альда знала наверняка, что все как раз с точностью до наоборот. В этот момент она бы не отказалась услышать его мнение.

– Что думаешь? – уточнила принцесса. – Когда у нас будут такие новости?

– Когда придет время, – наивно приподняв брови, отозвался Сверр, усиленно жуя. – Мы же стараемся.

– Может, мы слишком сильно стараемся? – легко намекнула императрица.

– Всё в меру, – тут же парировал супруг, пристально прищурившись и, доев свою порцию буквально за секунду, уже поднялся на ноги. – Я ушел – дел по горло, но вечером обязательно жди меня – обсудим вопрос демографии в отдельно взятой семье.

Наблюдая, как муж шагает к выходу, Альда тяжело вздохнула. Кажется, «вопрос демографии в отдельно взятой семье» его волнует не так сильно, как сам процесс переговоров. Что могло так тревожить Сверра, превратив мужчину в ревнивца. Воскресив в памяти всё, что он видел и слышал в её снах, принцесса вспомнила краткую сцену на балконе Фарогоса. Больше она о своем увлечении не вспоминала, сознательно оставив генерала в прошлом. Что могло случиться на Рейно? Эриал. Принц вполне способен неосознанно поведать императору все детали и пикантные подробности её отношений с Заном! Это объяснило бы поведение Сверра, будь у него чувства к Альде, но ведь их союз был сугубо деловым.

Ночью, когда страсть завладела её мужем и тьма скрыла их от глаз придворных, вновь превращая императора в неистового дикаря, принцесса беспомощно сдалась ему, обняв за шею. Интенсивный темп и почти звериное урчание ошеломляли её, но поцелуи смягчали творившееся буйство. Когда густое семя вспенилось от грубых толчков, затапливая промежность, Альда поняла, что супруг не останавливаясь продолжает вколачиваться в неё. Вновь и вновь она слышала настойчивый голос в голове – «Моя».

– Сверр, – тихо проскулила она в самое ушко, обхватывая мужа за спину. – Я – твоя.

– Что? – непонимающе выдохнул мужчина, замирая, вонзившись до конца.

Поцеловав его в кончик носа и повыше задрав ноги, впуская сильнее, принцесса тихо прошептала:

– Я только твоя.

– Повтори, – требовательно произнес Сверр.

– Я – только твоя, – застонала Альда, когда он пошевелился на ней, задевая жестким гребнем пульсирующий клитор.

– Еще, – приказал супруг, пока она тяжело дышала от внезапных искр перед глазами. – Повтори еще.

– Я твоя, Сверр, – выдохнула она, когда движения возобновились, но теперь заметно мягче.

– Помнишь условия сделки, которую мы заключили на Рейно? – проскрежетал император, заменяя скорость движений на жесткость толчков.

– Да, – простонала принцесса, чувствуя, как все внутри сжимается от этих вторжений, заставляющих трепетать.

– Напомни, – вновь приказал Сверр, обхватывая её попку и налегая на неё плотнее. – Я хочу услышать.

– Являться во дворец для встречи гостей, – зашептала Альда, чувствуя, как поцелуи переходят в легкие укусы.

– И? – настойчиво потребовал мужчина, вонзившись чуть жестче.

– И? – растерялась она, заскулив от сладкой судороги.

– И остаться на десять дней в моей постели, – напомнил Сверр, сделав три грубых толчка. – Повтори!

– И остаться на десять дней, – покорно отозвалась принцесса, крепче обнимая мужа, когда теплая волна захватила искрами звезд.

– Дальше!

– Сопровождать тебя в поездках, – почти задыхаясь, продолжила императрица, а когда мужчина вдруг вновь стал грубым и требовательным, добавила. – И остаться во дворце еще на десять дней после возвращения.

– В моей постели на правах полноценной супруги, – засопел он, сильнее сжимая попку и наказывая её за это упущение серией быстрых вторжений, заставив хлюпать влажные складочки, уже набухшие до предела.

– Хорошо, – выдохнула Альда, закусив губу от жара, опалявшего её клитор, и брызнувшего удовольствия, растекшегося по венам.

– Дальше! – вновь потребовал император, не давая ей спуску.

– Если мы встретимся в секторе, то я должна оставаться рядом, как супруга, до того, пока ты не решишь все свои дела, – захныкала принцесса, когда он с силой стал таранить её, забыв о нежности и сдержанности. – Сверр!

«Я приму каждое проклятое приглашение! Приглашу каждого захудалого королька и буду очень дотошным в делах секторов!» – эти мысли вихрем кружили в голове Альды голосом её мужа, вышибая собственные. Движения мужчины вновь стали безжалостными и стремительными, а удовольствие захлестывало горизонт событий. Тьма вокруг будто ожила, поглощая и растворяя всё в пыль.

Спустя несколько дней они вновь отдыхали в зеленом зале, но не в укромном алькове, а купаясь в лучах дневного света. Забытое платье, распахнутое от горла до подола, повисло на плечах, а нега и сладкое томление наполняло тело, окрыляя легкостью. Сегодня Сверр был необычайно нежным, и Альда надеялась, что он успокоил свои тревоги. Лениво поглаживая её оголенный живот, император тяжко вздохнул.

– Не все получается, как я хотел, но в целом тоже неплохо, – чуть недовольно признался он, подперев голову ладонью и продолжая поглаживать жену.

– О чем ты? – спросила принцесса, наслаждаясь теплом света и лаской мужа.

Приоткрыв один глаз, Альда взглянула на Сверра, желая услышать продолжение, и заметила поджатые губы.

– Планировалось, что хотя бы один цикл мы проживем просто супругами, а уж позже зачнем сына, – со вздохом поведал мужчина и, поцеловав её, добавил. – Но очевидно, что ты беременна.

– Что? – недоуменно переспросила она, нахмурившись. – Как это?

– Я вижу золотые искорки, которые идут отсюда, – пояснил император, мягко коснувшись низа живота.

– Начни с той части, где ты утаил, что не планировал зачатие сына, – поджав губы, потребовала Альда, окончательно открыв глаза и вперившись взглядом в наглеца.

– А-а-а, ну тогда предлагаю начать с того момента, где ты заказала и употребляла противозачаточный отвар, – иронично хмыкнул Сверр, приподняв одну бровь, но не изменив расслабленной позы.

– Ты знал? – закатила глаза императрица.

– С первого дня, – кивнул муж, вновь поцеловав её в еще плоский животик.

– И где же ты допустил ошибку? – отмахнувшись от претензий, спросила принцесса, погрузив ладонь в его волосы, пропуская пряди сквозь пальцы.

– Когда лег в медитек после Центральной станции, – признался Сверр. – Очевидно, тогда-то фертильный блок и убрали.

– Давно ты его поставил? – мрачно уточнила Альда, прикидывая, кто тут кого обхитрил.

– Незадолго до нашего эпичного воссоединения, – лукаво отозвался император. – Я уже заждался и мечтал о том, чтобы вернуть тебя в объятья. Обдумав все детали, решил, что быстрая беременность меня не устраивает, и заглянул в медитек. У меня не так много времени, но одним циклом можно пожертвовать, чтобы насладиться браком. Потом я буду слишком занят делами и воспитанием сына.

– Расскажи мне, как это будет происходить, – тихо произнесла принцесса, почувствовав ком в горле. Она беременна! Впервые, и пока не ощущала перемен, но они уже случились.

– Судя по дневникам деда и прадеда – это весьма хлопотное занятие, – отстраненно ответил супруг. – Первые циклы ребенок находится на попечении нянек, но к концу второго цикла следует начать вести беседы. Главное научить сохранить в секрете дар. Женщины должны регулярно меняться, чтобы они не успели заметить странности в наследнике.

– Ты рос так? – печально спросила будущая мать. – Достаточно одиноко.

– Ну, таким мое детство точно не было, – вдруг весело хмыкнул Сверр. – В голове всегда был отец с вечным вопросом «Ты где?». Мы с ним практически постоянно общались, и как-то я даже удивился, услышав его голос, когда он беседовал с кем-то из танеров.

– Вы обменивались мыслями? – замерев, уточнила Альда.

– Да, – спокойно отреагировал муж, продолжая поглаживать её, раскрытую дневному свету. На самом же императоре остались лишь расстегнутые брюки и высокие сапоги. – Это отличительная черта между близкими людьми. Когда ты открыт сознанием и всем существом принимаешь родную душу, то она прекрасно слышит твои мысли. Мы с отцом не имели секретов друг от друга и всегда вели диалог. Порой я скучал по его требовательным командам, когда он покидал Даркраст.

Принцесса едва дышала, слушая супруга, ибо то, что она могла слышать отрывки его мыслей, отныне много значило для неё. «Открыт сознанием и принимаешь родную душу» – такого никто никогда ей не предлагал. И никто не был так щедр с Альдой. Внезапно слезы набежали на глаза, и императрица откинула голову назад, боясь раскрыть наплыв чувств. Глубоко вздохнув, она тихо произнесла:

– Я бесконечно рада, что у нашего сына будет такой дар. Это оградит его от опасностей и заговоров.

– Но и цена за этот дар высока, – в тон ей отозвался Сверр и печально продолжил. – Однажды я не услышал отца. Звал и не находил, а позже обнаружил его в кабинете. Казалось, что он не узнал меня, а потом вдруг сморгнул наваждение и сказал, что пора подумать о троне. С того момента все закрутилось очень быстро – буквально через цикл я принял власть, но потерял отца. За это время владыка Агрог, всегда такой сильный и деятельный, заметно сдал и все чаще пропадал из моего сознания.

– На что это похоже? – взволнованно спросила принцесса.

– Отец рассказал, что будто просто все забываешь, – задумчиво ответил император. – Как тебя зовут, кто ты есть, где ты находишься. Идешь по делам и вдруг падаешь в темноту, а выплыть все тяжелее. Когда держишь в руках столько власти – любая слабость это угроза. Поэтому, чтобы сохранить дар в секрете, мои предки вынуждены спешить. Мы проживаем сравнительно короткую жизнь по космическим меркам, но успеваем совершить многое. Я составил план действий для себя и наших потомков. Прежний полностью выполнен, и мы достигли новой точки отсчета. Империя должна развиваться, а для этого нужно больше народа, который сможет защищать весь сектор самостоятельно и бороздить просторы галактики. Преподаватели, которых ты наняла для девочек, мне понравились. Три вредных деда, вечно спорящие о науке. Ты знала, что они вчера подрались в городе?

– Что? – с улыбкой переспросила Альда. – Нет. Впервые слышу.

– Они отправились выпить спиртного и немного перебрали, – весело хмыкнул Сверр. – Зашел спор про что-то там научное и они валялись, как подростки, на полу, мутузя друг друга. Победил тот, который с палочкой. Кстати, зачем она ему?

– Это дань моде, – отмахнулась императрица, едва сдерживая улыбку, представив своих старых учителей в столь комичной ситуации.

– В общем, я бы хотел, чтобы они проконсультировали преподавателей наших университетов и внесли коррективы, если нужно, – лаконично произнес император. – А то в итоге высшие жрицы окажутся умней наших инженеров.

– О, Боги, – засмеялась вдруг принцесса, почувствовав, что надо выдохнуть. – Эти деды и раньше могли спорить часами, я полагала, что с циклами они стали терпимее относиться друг к другу. Все-таки они лучшие друзья.

Весь этот разговор о ребенке и ушедшем владыке Агроге, а также том факте, что она не просто так слышит мысли мужа, пока не укладывался в голове. Взглянув на спокойного Сверра, продолжающего поглаживать её живот, Альда простила хитрый план с блоком фертильности, ибо была повинна в таком же преступлении, не встретив и тени осуждения.

– О чем молчишь? – тихо спросил муж, взглянув на неё, когда пауза затянулась.

– О том, что мне хорошо сейчас здесь с тобой, – честно призналась императрица.

– И мне, – серьезно кивнул Сверр, вновь поцеловав её живот. – И все же я хотел бы отложить рождение сына. К тому же во время беременности секс запрещен, а это, знаешь ли, будет нелегко для меня.

– И что же будешь делать? – осторожно спросила Альда, вспомнив, что никто ей верности не обещал.

– Страдать, – мрачно признался муж, состроив комичную рожицу.

Глубоко вздохнув, принцесса с облегчением улыбнулась. Что это сейчас было? Заглянув внутрь себя, она вдруг обнаружила, что ей совсем не хотелось бы, чтобы Сверр обнимал кого-то другого. Тревожно застыв, императрица стала медленно подниматься на ноги.

– Я планирую поговорить с ближайшей башней, – сообщила Альда, занявшись своей одеждой.

Магнитные замки полупрозрачного платья легко сошлись, возвращая наряду более пристойный вид, помогая хозяйке собраться с силами.

– Хорошо, – согласился супруг. – Пусть расскажет тебе все нюансы, чего ждать и когда. А так же, каких опасностей следует избегать. Я не хочу волноваться.

– А если опасность – ты? – лукаво уточнила принцесса.

– Я не стану опасностью для собственного ребенка, – парировал Сверр, также приводя одежду в порядок.

– Удержишь свои желания под контролем? – с сомнением намекнула Альда.

– Да, – кисло отозвался император.

– Сегодня я поговорю с Иттерой, – сообщила она, вновь оказываясь в объятьях мужа, но уже стоя на ногах.

– Я буду смирным, но мне хочется, чтобы ты хотя бы спала рядом со мной до конца срока, – прошептал мужчина, легко целуя её в кончик носа.

Час спустя женщина узнала шокирующую новость. Беременность на Даркрасте длится дольше, чем она предполагала.

– Три цикла?! – воскликнула Альда, уставившись на экран видеосвязи.

– Да, госпожа, – утвердительно кивнула высшая жрица.

– Вы шутите? – не унималась принцесса, с трудом представляя себя по истечении этого срока. – Почему так долго?!

– Все дело в разнице гравитаций, – пояснила Иттера, смиренно вздохнув. – Организм младенца должен сформироваться правильно, и уплотненная структура скелета, а так же внутренних органов требует времени.

– Но три цикла! – изумлялась будущая мать. – На любой другой планете формирование плода идет наполовину быстрее.

– Но не на этих скалах, ваше императорское величество, – веско произнесла управляющая белой башней. – В первый цикл вы не почувствуете каких-либо изменений, во втором эмоциональный фон будет немного нестабилен, но ничего критичного. Женщины в это время плаксивы и нуждаются во внимании и уходе. Также в конце второго цикла серьезно растет плод, так что начнутся видимые изменения фигуры, а уж в третьем цикле возникнут небольшие сложности в движении, но ничего экстремального. Рожать вы будете безболезненно, хвала Ивран за эти изменения.

– Не Ивран, Иттера, – осекла её Альда. – Хвала вашему императору.

– Я это и имела в виду, – лаконично огласилась жрица и тут же перевела тему обратно. – Если будут вопросы – я всегда готова ответить на них и даже лично явиться на помощь.

– Если это будет необходимо – вас немедленно вызовут ко двору, – строже произнесла принцесса. – К тому же я не единственная беременная женщина здесь.

Жизнь потекла размеренно, хотя проблем было очень много. В основном, связанные с работой танеран, которые с энтузиазмом брались за дела в секторах. Обсуждения шли по общей голографоконференции, и Альда была рада увидеть знакомые лица, с улыбкой рассказывающие о новых домах. Созданный фонд помощи пока не набрал обороты и не определился с финансовой составляющей, но сектора уже были готовы спонсировать эту работу из собственных бюджетов. Башни, которые находились на полном обеспечении императорской короны, так же пожелали внести вклад, но трудность состояла в том, что секторов было больше, чем храмов. Императрица распорядилась то железо, которое жертвовали башни, собирать во дворце и позже распределять по всем танератам. Этим лично занималась Аманита, ведя учетные записи. Альда имела доступ к отчетам на всех уровнях и пользовалась роем дронов, которые летали в каждом секторе, следя за ходом работ, так же и за ремонтом башен.

Семейная жизнь стала спокойнее, так как сексуальную активность пришлось существенно сбавить. И, что самое удивительное, из них двоих более сдержанным оказался Сверр, ибо принцессу внезапно стали одолевать не слишком приличные желания.

– Это чистая физиология, – весело произнес супруг глядя на мрачную и недовольную Альду, лежащую рядом с ним в постели. – Кровь приливает к важным органам, и ты чувствуешь…

– Я знаю, что конкретно происходит внутри меня, – язвительно выдала императрица, поглаживая щенков, вальяжно развалившихся вокруг.

Гуархи заметно подросли и выглядели сейчас несколько нескладно с длинными лапами. Стая уже свободно бродила по дворцу, но в основном обитала в белом и зеленом залах, на ночь являясь в спальню, если успевали прошмыгнуть за хозяевами. Для животных организовали широкие лежанки, где те любили отдыхать между поглощением гигантского количества еды и распугиванием служанок, учениц, вельмож и всех, кто попадался на пути. Их игры уже начали носить оттенок охоты и преследования, и вскоре щенкам пора будет назначить суровые тренировки, но принцесса пока была не готова отдать их на воспитание. Сверр дал ей десять дней, чтобы примириться с реальностью, и тренер уже планировал приступить к работе со стаей.

– Тогда не надо так хмуриться на меня, – весело отозвался император, шикнув на гуархов, прогоняя их с постели. – Вам запрещено тут спать. Асмх!

Недовольные малыши не слишком торопились подчиниться, так что мужчина доходчиво стал подталкивать их к краю ложа руками, пока все щенки не спрыгнули на пол.

– Вот так! – строго произнес Сверр, подняв палец вверх, оглядывая всю стаю. – Асмх! Или больше не будете тут спать.

– Не будь таким жестоким, – тихо попросила Альда, глядя на расстроенные мордашки питомцев.

– Помнится, кто-то не так давно заявлял, что «животным не место в королевских покоях», – иронично напомнил император, продолжая следить за поведением гуархов.

– А кто велел мне привыкать к их присутствию, – кисло парировала принцесса, вспомнив первую ночь на Даркрасте.

Утром сонная ласка коснулась её промежности, когда муж стал касаться её клитора, вызывая негу и истому. Выдохнув накопившееся напряжение, она вцепилась в руку Сверра, не давая той исчезнуть, но россыпь поцелуев по плечу убедила женщину в реальности происходящего. Нежно и едва касаясь, он доставлял массу удовольствия, заставляя трепетать от нарастающего оргазма. Внезапно Альда почувствовала стремительно разбухающее естество возле своей попки и мучительные попытки прижаться теснее и потереться об неё. Чуть повернувшись к мужу, она тут же наткнулась на поцелуй и шумное сопение.

– Совсем нельзя? – прошептала принцесса, чувствуя опустошающую нехватку супруга.

– Семя вредно для плода, – разочарованно пробурчал Сверр, продолжая ласкать её повлажневшую промежность.

– А если обойтись без него? – тяжело вздохнула Альда, двигаясь попкой навстречу его пупырышкам.

– Не могу рисковать, – не слишком уверенно пробормотал мужчина, крепче обнимая её, пытаясь сдержать себя и жену.

Прижавшись щекой к его лицу, она продолжала отчаянно тереться об явно страдающий орган, пульсирующий в унисон с биением сердца.

– Я не смогу остановиться, – предупредил Сверр, вновь желая образумить супругу, но в следующую секунду застонал, почувствовав проникновение в тесный и влажный жар.

Медленные едва заметные движения приносили острые ощущения трения. Казалось, будто чувствуется каждый пупырышек и каждое сокращение стеночек. Зажав её в тиски, мужчина впился поцелуем в шею Альде, продолжая тереть клитор, ускоряя ласку чувствительного местечка. Все закончилось с трепетом оргазма и последующими тремя жесткими толчками. Они кончили вместе, но Сверр успел выскочить перед извержением. Тяжело дыша, супруг прохрипел:

– Проклятье, это было слишком рискованно.

– Но необходимо, – выдохнула принцесса, чувствуя восторг во всем теле. – Если организм требует удовольствия, то должен быть способ удовлетворить его.

– Надо узнать, – все еще не отдышавшись, слабо согласился муж, хватая автодоктор со столика у кровати.

– Ты серьезно? – удивилась она, рассматривая, как Сверр проводит по её животу девайсом, получая отчет о состоянии здоровья.

– Более чем, – напряженно ответил мужчина. – Я не должен был этого делать, но дал слабину.

Автодоктор показал зеленый сигнал, означающий, что все в порядке, и выдал несколько строк о состоянии плода.

– Показания в норме, – прокомментировала Альда, наблюдая за тем, как супруг удаляет лазером последствия секса с неё и простыни.

– Если что-то случится – я этого себе не прощу, – серьезно признался Сверр, улегшись позади неё и вновь прижимаясь.

– Я поговорю с кем-нибудь об этом, – тихо произнесла императрица, понимая, что они рискнули наследником. – Ответ должен найтись. Не может быть, чтобы женщины так страдали.

– Разве ты уже не обсудила это с ближайшей башней? – просопел супруг, нежно поглаживая её животик.

– Иттера мне показалась не слишком дружелюбной, – призналась Альда, зевая вслед за мужем.

Уже засыпая от сытого удовлетворения, она услышала его мысль – «Пусть это будет дочка».