Глава 39

Возвращались домой с таким облегчением, что Альда упивалась отдыхом в объятьях мужа. Сверр часто замирал, раздумывая над тем или иным вопросом, который еще предстояло решить, но все же уделял ей достаточно внимания. Большую часть времени, они без стеснения провели в каюте, предпочитая общество друг друга. На Гелиосе оказалось слишком много проблем и задач, требовавших максимума сил и энергии.

Чем больше императрица задумывалась о будущем, тем сильнее сердце заходилось в стуке. Фактический развод, но с функцией «семьи на время» уже казался абсурдом. Как она сможет уйти из дворца, от мужа, оставив сына на попечении чужих людей? Касаясь своего живота, Альда постепенно проникалась мыслью, что ребенок уже самая настоящая реальность, а не абстрактная обязанность каждой принцессы крови. До конца беременности было еще много времени, но она знала, что то пролетит словно один миг за заботами и решением проблем.

Надо подготовить империю к приезду новых подданных. Где разместить всех? Что делать с одинокими женщинами, а как поступить с теми, кто воспитывал малышей? Взрослые мужчины, у которых на попечении были матери, дочери и жены? Всем нужен кров и пропитание, и самое главное – работа. И это помимо всех уже имеющихся сложностей Даркраста с его тернистым путем к реформам.

Остановка на Цератоне была краткой. Дозаправка и выгрузка останков королевской династии Гелиоса. Альда наблюдала за всем из окон главной каюты. Одновременный обмен контейнерами прошел без лишних задержек. Эфиры не выказали желания пообщаться, хотя все на судне и так были напряжены, прекрасно зная о возможности древних оставаться незамеченными. Отстыковавшись от доков техностанции, «Исполин» поспешил скрыться от радаров Цератона.

– Через несколько дней мы прибудем домой, – со вздохом сообщил Сверр, полулежа в постели.

– Ты рад или нет? – иронично уточнила Альда, взглянув на мужа.

– Рад-рад, – кивнул мужчина, вновь печально вздохнув. – Просто…

– Работы будет еще больше? – подсказала она, прижавшись к боку супруга, чтобы почувствовать его силу. В последнее время это стало привычкой, от которой будет нелегко отказаться.

– Да, – мрачно согласился император, поморщившись. – А я-то планировал насладиться супружеством, а не мотаться по трем планетам, решая очередные проблемы. Полагаю, что придется прокатиться по всем секторам.

– Обычно правящая династия периодически так и делает, – иронично вставила Альда. – Все равно тур необходим.

– Я бы предпочел ограничиться голографами и визитами танеров во дворец, – кисло проворчал муж.

– Как будешь размещать гелиосийцев? – вкрадчиво уточнила принцесса, понимая, что это первостепенные вопросы.

– Равномерно, – хмыкнул Сверр, приобнимая её за плечи. – Не стоит им давать возможности организовать новый Гелиос при случае. Я вообще хотел бы ассимилировать их среди даркрастиан.

– Нельзя заставить людей разом забыть прошлую жизнь и принять уклад новой, – мягко напомнила Альда, погладив его по животу. – Нужно время и какой-то компромисс.

– Это понятно, – тяжко вздохнул он, неосознанно лаская плечо Альды, чертя пальцами круги и линии.

«Расселить и дать работу. Нужны новые жилища, но перемешать со всеми, чтобы не было обособлений» – размышлял император, строя план дальнейших действий.

– Что будешь делать с одинокими женщинами? – спросила принцесса, прекрасно понимая, что Сверр вновь забывает о большей половине новых подданных. – С теми, кто не имеет защитников, но воспитывает детей? Вдовы, пожилые и слишком юные девочки?

– Это твоя половина Даркраста, – иронично парировал муж. – Что ты планируешь делать с ними?

Выпрямившись, Альда уселась, скрестив ноги под себя. Она ждала этого разговора еще со времен образования империи.

– Для начала надо подумать о том, чтобы всех одиноких и нуждающихся поселить в белых башнях, – осторожно высказалась принцесса. – Для женщин такой масштабный переезд большой – риск, особенно когда у них на руках дети. Храмы примут женщин всех возрастов, не состоящих в браке. Семейные пары, конечно же, разлучать нельзя.

– Что делать с мальчиками, у которых нет отцов, а по возрасту они уже не подходят для башен? – задумчиво уточнил Сверр.

– Оставить с матерями, – пожала плечами императрица. – Храмы Ивран лишь временная мера.

– Все там не уместятся, – иронично хмыкнул супруг, пристально взглянув на неё.

– Ты прав, – кивнула Альда. – До того, как все прибудут, я собираюсь выдать замуж жриц из храмов.

– Нельзя это делать просто так, – тяжко вздохнул муж.

– Я знаю, – тут же перебила его принцесса. – Позволь мне изменить закон «О женщинах».

«О-о-о, началось», – вдруг «услышала» она, глядя на скептичное выражение лица Сверра.

– Что? – терпеливо вздохнула правительница, желая знать продолжение.

– Хорошо, – вдруг удивил её император. – Только мы с тобой будем обсуждать его. Я не хочу, чтобы твой закон расколол государство, если вдруг окажется, что у женщин больше прав, чем у мужчин. И ты примешь все мои доводы как руководство к действию.

– Если они будут обоснованны, – парировала Альда, наставив на него указательный пальчик.

– Мы не будем ругаться из-за каждого пункта, – предупредил Сверр, притягивая её обратно в свои объятья. – Но ты должна учесть интересы обеих сторон.

– Как ты? – уколола его принцесса, намекнув об игнорировании женских проблем.

– Признаю, я – не идеален, – хмыкнул мужчина. – Так что будь лучше меня. Поверь, это сократит наши трения и ускорит процесс. Ты же хочешь добиться успеха в итоге, а я могу быть очень упрямым.

– Ты планируешь быть непоколебимым и жестким переговорщиком? – недовольно спросила императрица, пока муж целовал её шею.

– Коварным, хитрым и несгибаемым в некоторых нюансах, – добавил Сверр, подняв голову и посмотрев на неё. – Учти, меня не проймешь нежным взглядом и сладкими речами.

«Хотя ты можешь» – тут же подумал супруг, напустив на себя суровый вид.

«Посмотрим» – иронично хмыкнула Альда, целуя своего несговорчивого оппонента.

Ласка в последнее время стала нежной вуалью, окутывающей их постель. Впервые принцесса стремилась не за конечной точкой удовольствия, а сполна наслаждалась процессом, чувствуя, что парит от восторга. Крепко обнимая мужа, она впитывала в себя его жар и силу, желая продлить моменты счастья.

Вернувшись домой и с наслаждением усевшись на свою скамью в белом зале, Альда поняла, что искренне соскучилась по этим скалам. Монументальность высоких колонн, тихий серебряный перезвон потолочных украшений и легкий свежий ветерок, гуляющий по обширным залам дворца, стали частью её и откликались в душе спокойствием и уверенностью. Вот только и у этого был срок. Коснувшись своего живота, императрица сглотнула ком в горле, горько признавшись, что поспешила с решением уйти от мужа. Даркраст сильно изменился с тех пор, как она впервые спустилась в это подземелье. Практически все вокруг неё трансформировалось: сам дворец, её место и обязанности, даже сердце империи отныне выглядело не вырванной из скалы каменюкой, а роскошным и драгоценным троном, на котором она легко умещалась рядом с мужем. Супруг тоже изменился. Раньше Сверр либо не замечал её, либо в лучшем случае считал средством для достижения цели. Но все кардинально изменилось, когда она возобновила их брак и вдруг стала слышать мысли мужа.

– Добро пожаловать домой, ваше императорское величество, – произнесла танерана, поднимаясь по лестнице с тронного плато.

– Спасибо, Аманита, – отозвалась Альда, отвлекаясь от своих мыслей, пока придворная дама усаживалась на кушетку подле неё.

Выросший живот бывшей служанки привлек внимание принцессы. Для неё это был неприкрытый сигнал о собственном скором разрешении от бремени.

– Как ты себя чувствуешь? – поинтересовалась императрица, пока помощницы расставляли рядом с ними напитки и легкие закуски. – Что нового произошло за время нашего отсутствия?

– В целом все хорошо, – поспешила отчитаться танерана. – Ваш фонд заработал и многие остались довольны. Башни полноценно участвуют в жизни малышей. Старики планово посещают медитеки и также привлечены к выращиванию харагрутоса.

– Хорошо, – задумчиво ответила Альда, размышляя о том, что надо изменить в работе фонда.

– Вас долго не было, – осторожно произнесла Аманита. – По секторам ходят разные слухи.

– Например? – ровно спросила императрица, чуть склонив голову набок.

– Что наш владыка силой занял трон Гелиоса и теперь вынужден остаться там править, – пожав плечами, недоуменно поведала танерана. – Часть специалистов срочно отбыли на новую планету и будут добывать гравитационные камни. Никто точно не знал, что думать и что будет с Даркрастом.

– Кто именно распускает подобные слухи? – мягко уточнила Альда.

– В основном слухи шли с Руа, ибо именно их инженеры первыми покинули империю по зову владыки.

– Аманита, не «владыка», а «император», – напомнила принцесса и, дождавшись потупленных глаз танераны, скептично продолжила. – Часть слухов – правда, но все не так мрачно, как вам тут казалось. Правители Гелиоса трагически погибли, но перед этим моя сестра назначила Сверра наследником. Положение планеты не совсем стабильно, поэтому мы задержались для решения основных проблем. Все остальное вы узнаете позже.

– Да, ваше императорское величество, – произнесла придворная дама.

– Сообщи Соуру, что я ожидаю от него сегодня настоящего пиршества, – благосклонно сменив тему, попросила императрица. – Нам порядком надоела космическая еда, а Гелиос не смог и близко сравниться с его шедеврами.

– Как пожелаете, – кивнула Аманита, набирая на коммуникаторе сообщение для главного повара.

Решение посетить все сектора и узнать, как идут дела с Зерцалами Правосудия, оказалось верным, ибо Сверр хотел лично рассказать танерам о грядущих изменениях, а также определить места для новых жилищ. Для принцессы это будет первый тур по империи и возможность ближе познакомиться со всеми подданными и храмами богини Ивран. Первыми о переменах узнали придворные вельможи, которым поручили организовать постоянную связь с Гелиосом и вести учет всех поступающих данных. Император пожелал знать, сколько именно прибудет народа, каких специальностей, а так же их пол и возраст. В путешествии по империи их сопровождал небольшой отряд стражи, слуги и многочисленные счетоводы. Альда захватила трех служанок, которые не летали с ними на Гелиос, и одного поверенного – Тахуа, который отныне вел сводные дела фонда и общие финансы башен. Невысокий мужчина был родом с планеты Журанга, но уже давно осел на Даркрасте, занимаясь учетом сокровищ в хранилищах дворца. Еще со времен глобального ремонта Альде понравился этот добродушный на вид седовласый вельможа, имевший тем не менее хватку азрака. Танераны и высшие жрицы были оповещены, что императорская чета планирует совершить тур по секторам для важных новостей и полного аудита империи. Вновь распрощавшись с Аманитой, принцесса уселась в удобный челнок, который с запредельной скоростью помчался по внутренним магистралям Котахи – основной планеты из трех.

Даркрастиане жили достаточно компактно, аккумулируясь в одном поселении сектора. Кроме белой башни, центральной площади и административного здания, служившего жилищем управляющему, и инженерного бюро, танераты могли похвастаться учреждениями для малышей и юношей постарше, базарами и улочками с барами и магазинчиками. Лавки ремесленников соседствовали с бакалейщиками. Но основное место занимали дома, словно кубики, взгромоздившиеся друг на друга. В империи не было внешних погодных условий, так что жители не беспокоились о пыльных бурях, ветрах и прочих сюрпризах жизни на поверхности, как и регулировке суточного баланса. Дня и ночи не существовало как таковых, и каждый жил по собственному графику. Узнав об этом, Альда, приподняв брови, взглянула на мужа.

– Дворец живет по моему графику, – пояснил Сверр. – Я бодрствую – работа кипит, сплю – дела стоят.

«И этот мужчина еще считает себя НЕ эгоцентриком» – иронично подумала императрица, глядя на спешащую в их сторону единственную пока семью сектора. Девушку принцесса узнала сразу. Милая брюнетка с нежно-карими глазами практически всегда молчала, но в этот раз было заметно, что она рада видеть гостей. Знакомое черное платье, украшенное символом власти, не скрывало, что семья пока не ожидает наследника, но между супругами чувствовалось взаимопонимание. Поужинав, Сверр тут же пригласил управляющего в кабинет для оперативного совещания. У императора на часах было утро, и сектор был вынужден жить по его времени.

– Как ты, милая? – заинтересованно спросила Альда, присаживаясь в гостиной с явным женским духом.

– Хорошо, ваше императорское величество, – смущенно улыбнувшись, ответила Зойла. – Забочусь о детях, как вы и приказали. Со жрицами у меня хорошие контакты. Они рады быть причастны к судьбам мальчиков. Вышедших на заслуженный отдых тоже не обделяю. Мужчины составили список того, чем бы хотели заниматься в секторе, помимо обучения юношей и малышей. Многие помогают ремесленникам – подрабатывают в магазинах, чтобы не бездельничать.

– Тебе нравится твоя должность? – задумчиво поинтересовалась императрица.

– Очень, – закивала танерана. – Я помогаю людям и разрешаю их небольшие трудности. Когда нужно взаимодействие с башней, они идут ко мне, и наоборот. Жрицы часто обращаются, если дело касается малышей или судьбы их отцов.

– Вижу, что ты нашла общий язык с супругом, – кивнула принцесса, констатировав факт. – Какой он?

– Очень занятой и деятельный, – подумав, произнесла Зойла. – Император ставит перед ним четкие задачи и сроки, так что порой он сильно напряжен, если не успевает с выполнением плана добычи. Плюс дела сектора отвлекают его, но тут я стараюсь ему помочь, чем могу.

– Как люди восприняли Зерцало? – чуть прищурившись, спросила Альда.

– Сначала с опаской, но со временем к нему стали обращаться все чаще, – поджав губы, призналась танерана. – Если честно, жители используют Зерцало несколько иначе, чем инструмент суда.

– В каком смысле?

– В любом споре они обращаются к нему – клясться и проверять друг друга на честность, – отозвалась супруга управляющего.

– И что в итоге? – весело уточнила императрица, зная, что по ту сторону Зерцала находится туаканец.

– Оно не ошибается и правда заглядывает в душу того, кто перед ним предстает, – расширившимися глазами поведала Зойла. – Но иногда оно ругается, если к нему обращаются по пустякам. Однажды дети обступили Зерцало и спрашивали в каком кармане что находится, кто съел больше всех ягод или кто из них дальше всех плюнул.

Отсмеявшись, принцесса добродушно улыбнулась танеране и, глубоко вздохнув, произнесла:

– За всей этой суматохой я забыла сказать, что Зерцало стоит оградить от подобных экспериментов. Оно предназначено для серьезных процессов, чтобы установить истину, а не шаловливых проделок ребятни.

– Мы уже пресекли эти инциденты, – смущенно ответила хозяйка дома.

– Я хочу сказать тебе первой, – мягко начала Альда, когда тема с Зерцалом была исчерпана. – Как ты уже в курсе, Даркраст получил наследство. Император принял решение, что сохранить часть имущества на другом конце галактики слишком накладно и жители планеты переселятся к нам. Гелиосийцев немного, и в основном это женщины, дети и старики. Как понимаешь, через два цикла забота о них ляжет на нас. Расселять будут во все сектора, так что готовьтесь принимать гостей, а до этого, чтобы разгрузить храмы, я планирую выдать жриц замуж. Завтра мы с тобой посетим башню и пообщаемся с обитательницами.

– Мы уже обговаривали это с Понной, – тревожно высказалась Зойла. – Высшая жрица должна подготовить желающих выйти замуж и подобрать оптимальные кандидатуры, но нам казалось, что времени больше.

– Придется ускориться, – веско парировала принцесса. – Я планирую, что позже новоприбывшие тоже обретут семьи среди наших мужчин. А пока я постараюсь подготовить закон, защищающий права новых граждан.

– Нам не помешает знать о том, что мы можем и не можем, – пространно отозвалась танерана.

– Какие моменты своей новой жизни ты считаешь незащищенными? – уточнила Альда.

– Пока я об этом не думала, – призналась женщина.

– Порядок наследования в случае смерти мужа? – предложила императрица. – Возможность развода? Право на ведение предпринимательской деятельности? Имущественные вопросы? Обязательства детей по отношению к родителям, и наоборот?

– Мне кажется, все это, – серьезно ответила Зойла. – Если судьба сложится так, что я останусь одна, мне бы хотелось жить дальше самостоятельно. Хотя всегда будет возможность уйти в башню, но все же иметь право выбора хорошо.

– Я тоже так считаю, – кивнула правительница империи.

Вечер у Сверра наступил под утро. Супруг явился в спальню, когда Альда уже засыпала, но, услышав громкий стук и проклятья, тут же приподнялась на локтях.

«Боги, да что случилось?» – морщась от сочных эпитетов императора, подумала она.

– Это я напоролся на непонятно что, – проворчал страдающий мужчина, прыгая на одной ноге.

– Свет, – четко произнесла принцесса, тут же разглядев мужа. – Автодоктор нужен?

– Ну, не настолько все плохо, – буркнул Сверр, становясь на обе конечности.

– А когда я в прошлый раз почувствовала себя плохо, ты что сделал? – скептично напомнила Альда.

– Ты беременна, все что угодно могло произойти, – возразил император, раздеваясь.

– А случилось простое несварение желудка и газы, – язвительно ответила беременная женщина.

– У тебя все бурлило внутри, и выглядела ты, мягко говоря, не совсем нормально, – хмыкнул Сверр, сбрасывая на пол сапоги, щелкнув магнитными замками.

«Может оттого, что хотела пукнуть, а кто-то суетился рядом так, будто я умираю?», – мрачно подумала насупившаяся принцесса, наблюдая за веселым мужем, ползущим к ней по кровати.

Улегшись поудобнее на соседней подушке, император серьезно продолжил:

– Позже мы конечно узнали причину дискомфорта.

Внезапно в спальне раздался громкий мужской хохот и звонкое женское возмущение.

– Ты права, это был я, – миролюбиво произнес Сверр, когда Альда прекратила его колотить. – У тебя было такое недоуменно-удивленное лицо, что это не могла быть ты.

«Боги, просто заткнись!», – сокрушенно подумала принцесса, спрятав лицо в ладонях.

– Спи, давай, – сдержанно буркнула она, покосившись на улыбающегося мужа.

– Сплю-сплю, – добродушно сдался супруг, поерзав в поисках удобной позы. – Всё, я готов к песням.

– Кто-то слишком поздно явился, – проворчала Альда, зевая и укладываясь к нему спиной.

– Но ты обещала и должна сдержать свое слово, так? – прошептал Сверр, обнимая её и поглаживая животик.

– А что если я не хочу? – кисло спросила принцесса, пока муж целовал её плечо и шею.

– Бездна поглотит нас всех, – со страшным голосом произнес император. – Или как там говорят?

– «Правитель, не сдержавший данного им слова, будет предан всеми», – тихо подсказала она, внезапно замерев.

– Да-да, – зевая, отозвался супруг. – Так что я готов слушать твой нежный голосок.

Альда сморгнула наваждение и запела новую песню, которую узнала с голограмм тетки. Кахини в свой визит на Гелиос внезапно привезла несколько записей, где еще юная Нилаима Шангрийская веселила своих служанок и сестру.

Следующий день императрица провела в белой башне, общаясь со жрицами. Хозяйка храма внимательно выслушала о грядущих гостьях и серьезно отнеслась к делу, представив Альде огромный список женщин, желающих связать судьбу с отцами своих детей. Большая часть жриц планировала покинуть башню, оставались лишь самые молодые и пожилые, занятые воспитанием девочек.

– Что ж, вы провели огромную работу, – одобрительно кивнула глава религиозного культа богини Ивран. – Я постараюсь подготовить закон, защищающий жриц в новом статусе. Надо учесть каждый нюанс и возможные ситуации. Как только он будет готов, я дам знать и женщины смогут покинуть башни. Сообщите мужчинам, что если разногласий нет, то я позволяю создавать брачные союзы. Пусть подготовятся к появлению жен. Необходимо проверить каждое жилище и условия. Этим займется танерана Зойла с несколькими помощницами из числа ваших подопечных. Оповестите гарнизон, что жрицы будут передвигаться по сектору, пусть выделят охрану. У нас меньше двух циклов до прилета новых жителей, так что к этому моменту все должно быть уже сделано. Башне так же нужно заняться переселением девочек на верхние уровни, чтобы они не слишком тесно контактировали с юношами Гелиоса, размещенными ниже. Позже они смогут образовать брачные союзы, но мальчикам надо доказать, что они способны обеспечить супругу в будущем.

– А чем они будут заниматься? – нахмурившись, спросила высшая жрица храма, пока Альда медленно прогуливалась по главному церемониальному залу в компании других женщин.

– Гелиос – аграрная планета, – задумчиво произнесла принцесса. – Полагаю, их опыт будет нам крайне полезен. Отдадим им теплицы башни, позже на Даркрасте будут организованны общественные поля, ибо всех надо кормить. Сейчас мы большую часть продовольствия закупаем извне, но скоро всё изменится. Ваш император планирует выращивать не только харагрутос для нужд государства, но и прочие полезные растения. Это создаст рабочие места и занятость специалистов, а так же даст нам качественное и доступное сырье для питательной пасты, которое при излишках можно продавать. Пока же план таков: заняться судьбами наших жриц, перераспределить структуру самой белой башни, подготовить её к прибытию новых граждан империи и помочь им наладить быт в секторе. Если кто-то из женщин пожелает выйти замуж – не препятствуем, отныне это не запрещено. Оставшихся на вашем попечении – пристроить к делу по способностям.

– А молодые жрицы?

– Те, что постарше, будут переселены в другие сектора, как и задумывалось, если они не захотят остаться здесь. Тщательно подбирайте им избранников: в случае грядущего брака не должно быть никаких родственных связей, – проинструктировала императрица. – Совсем малышки могут покинуть башни вместе с матерями, если на это готов пойти отец, ибо основную ответственность за них будет нести мужчина. Выйдя из храма, женщины не должны оказаться в худшем положении, чем до брака. Жриц тоже предупредите, что, выходя из-под крыла богини Ивран, они должны полностью осознавать серьезность поступка. Метаться между мирской жизнью и башней недопустимо. Конечно, никто не вправе отказать в защите женщине, но все же и она должна понимать, на что идет, выходя замуж и тем более забирая с собой ребенка. Каждая из новоявленных жен несет ответственность за себя самостоятельно, как и за выбор мужчины, который стал их супругом.

– Я полностью с вами согласна, госпожа, – коротко кивнула Понна, высшая жрица храма сектора Доракс.