Глава 32

Мариб

Ненавижу растерянность. Когда я не понимаю, что происходит, это очень давит на нервы.

В клинику мы съездили в прошлом месяце, где меня уверили, что никакой опасности нет и беременность протекает нормально. Мире я звоню часто. Интересуюсь ее самочувствием. Один раз даже махнул рукой на все и вывез ее погулять в парк. Разговор неожиданно для меня самого был наполнен весельем и лёгкостью. Все же с Мирой я ощущаю себя так, как ни с одной женщиной раньше. Но просто так перешагнуть через то, что она сделала, я не могу. Мы словно на разных берегах одной реки. А течение слишком стремительное.

Решив, что лучше нам видеться нечасто и при свидетелях, я просто приезжал домой к Ковалю, каждый раз наплевав на бешеную волну негатива, устремлённого в мою сторону. Но открытых конфронтаций пока удавалось избежать. Алексей вынужденно молчал, если не считать скупого приветствия в мою сторону.

И я почти всегда лично вожу Миру к врачу, потому что точно хочу знать, как протекает беременность. И самое главное: сейчас девушке нельзя нервничать.

Каждый раз, когда наталкивался на ее взгляд, видел в нем что-то необъяснимое. Печаль — самое первое, что приходит в голову. Она смотрела с сожалением. И тоской. Да, мне бы хотелось знать, что она по мне тоскует, потому что я теперь о ней думаю постоянно. И ничего с этим поделать невозможно.

— Ты наверное устал с работы.

За все время с момента встречи с Мирой на парковке с Лией мы виделись два раза. И второй — как раз сейчас.

Разуваюсь и отодвигаю ботинки к стене. Пытаясь избежать нежеланного поцелуя, отворачиваюсь, и Лия слегка скользит губами по моей щеке.

Аккуратно снимаю ладошку с талии и прохожу на кухню, подбирая слова. Подобные шокирующие новости необходимо сообщать лично.

— Мариииб, ты так задумчив сегодня.

Я ещё в прошлый раз хотел ей сказать, что ничего у нас уже не получится и пора заканчивать. Но неожиданный звонок застал меня врасплох, и пришлось поменять планы. Я уехал, оставив все как есть ещё на некоторое время. Дальше откладывать не хочу.

— Лия. Я приехал поговорить. У меня ребёнок скоро родится, — произношу четко, не отводя взгляда. Внимательно слежу за выражением лица девушки.

Ожидая взрыва, смело смотрю ей в глаза. Ей понадобилось некоторое время на осознание.

Она скрещивает руки на груди и вызывающе вскидывает подбородок.

— Но я думала… — ее голос растерян, да это и объяснимо. Вряд ли бы на ее месте кто-то обрадовался и пожелал мне счастья. Скорее, гореть в аду. Вечно. — Я думала, мы друг у друга только…

— Я сам так думал раньше, но ситуация несколько запуталась.

Вообще-то она запуталась прилично, но это уже только мои проблемы.

Девушка смотрит настолько разочарованно и осуждающе, что я вдруг начинаю перебирать в голове данные когда-то обещания. Ни одного относительно общего будущего. Ни намёка на серьёзные намерения.

— Ты женишься?

— Я бы предпочёл не поднимать эту сторону вопроса, — она отлично знает, что если я не хочу обсуждать что-то, то можно даже не пытаться. Я не оправдываться пришел. И она это прекрасно понимает.

Лия поджимает губы и стоит, переминаясь с ноги на ногу. Ее грудь тяжело вздымается. Я никогда не воспринимал наши встречи всерьёз. Но в ее глазах такой шок, что я невольно задумался: а как она на самом деле ко мне относится? Наверное, ждала чего-то. Большего. Того, о чем мы сразу условились: не будет.

— И… как давно?

— Не слишком.

— И что… она так много для тебя значит?

— Я не буду это обсуждать, Лия, — замечание прозвучало чересчур резко, и я решаю добавить примирительное. — Извини.

Она странно сдержана. Я ожидал взрыва. Но она общается вполне спокойно. Даже голос не повысила. Никаких эпитетов не навешала. А она может. И ещё каких. Видимо, ее слишком подкосило неожиданное известие. И мне становится не по себе.

Внутренне я чертыхаюсь, потому что четко вижу в карих глазах то, чего видеть не желаю. Боль.

— Лия, я узнал не так давно. Поэтому проясняю ситуацию между нами… почти сразу.

— То есть меня ты просто вычеркиваешь из жизни. А совсем недавнее знакомство значит для тебя намного больше. И… и ты даже ничего против ребёнка не имеешь? А со мной ты ведь не хотел, Мариб. Ты ведь четко дал это понять с самого начала. Говорил, что официальные отношения тебе не нужны, но все же приемлешь нечто более постоянное с другой!

— Я не отказываюсь от своих слов. Но получилось… получилось так, что я очень жду этого ребёнка.

Мне нужно было произнести эти слова, чтобы по-настоящему осознать. Действительно жду. Мои мысли уже не со мной. Я переживаю за Миру. Мне необходимо знать, как она, чем занята, с кем проводит время.

— Вы живете вместе?

— Лия. Личные моменты я не обсуждаю ни с кем. Мне жаль, что все так вышло у нас с тобой. Я сам не люблю обман. Поэтому проясняю сразу.

— Сразу?! У меня одновременно с тобой не было никого вообще. Ни разу. А у тебя почти семья нарисовалась. Это разве не обман?

— Ещё недавно этого не было.

— Малыш по залёту. Какая прелесть. Что ж ты так неаккуратен-то был?

Я вполне четко ощущаю, как моя челюсть выезжает вперёд. Скрип зубов мне почудился или правда глухо раздался в гнетущей тишине?

— Лия, советую тебе пропускать слова через мозг, прежде чем они увидят свет. Можешь поливать грязью обиды меня. И только.

— Ушам своим не верю…

В кармане вибрирует телефон, а я на автомате тянусь к нему, решив выключить звук и закончить с Лией. Потому что мне душно здесь. Атмосфера накаляется и давит. Хочется выслушать, какой я баран, и поскорее оказаться за пределами этой квартиры.

Отключаю вибрацию, но вижу ее имя. И тут же снимаю трубку. Мира просто так не звонит. Теперь нет. Она… кажется, сама она вообще позвонила первый раз за все время после случившегося.

— Немного занят. Если очень срочно, то я слушаю.

Я слышу в трубке громкие всхлипы, сбивчивое дыхание и сдерживаемый плач.

— Что случилось? — напрягаясь моментально.

— Мариб… пожалуйста, извини, что отвлекаю! Но… ты не мог бы приехать? Я папину машину разбила. А они с Леной уехали отдыхать на неделю. И я не знаю, что делать! Тут мужчина… ругается… и слушать ничего не хочет. А я так испугалась! Я просто случайно руль выкрутила…

Внутри меня происходит что-то странное. Как будто внутренности кто-то враз перемешал воедино.

— Ты не пострадала? — уже направляюсь в коридор. Ни секунды промедления.

— Я нет, — она плачет навзрыд, голос срывается. Перепугана. Черт. Ей страшно. — Машина только.

— Успокойся. Я уже выезжаю. Только смс напиши, куда.

Прячу телефон в карман и перевожу отстранённый взгляд на Лию. Девушка внимательно за мной наблюдает и прислушивается к разговору.

Не говоря ни слова, она делает два шага вперёд, отворачиваясь, и распахивает передо мной дверь. А я успеваю заметить слезы на ее лице.

Стремясь отделаться от неприятного чувства и поскорее выйти на улицу, чтобы больше не участвовать во всем этом, я молча разворачиваюсь и несусь к лифту, пытаясь унять тревожное волнение. Мысленно я уже не здесь.

Барабаню пальцами по рулю и, мгновенно просчитывая в уме несколько вариантов, выбираю наиболее приоритетный.

Роюсь в списке контактов и останавливаюсь на фамилии Нестеров. Мы сто лет назад с ним организовывали подставы дтп и ворованные тачки двигали, а теперь он большая шишка в главном управлении, но мы до сих пор на одной волне, поэтому общаемся, когда очень уж приспичит.