Глава 9. Валэри

Злость, ярость и отчаяние граничат с отупляющей похотью, когда он до боли сжимает волосы на затылке. Его шёпот опаляет губы, которые ещё минуту назад были в его власти.

Ненавижу ли я его? Да.

Хочу ли? До безумия, аж накрывает.

Скучала ли я по нему? Ответ очевиден.

Может, я головой повредилась, но я и правда рада его видеть.

Ищу ли я ему оправдания? Нет. Возможно, я и тронулась слегка, но ясно вижу всю картину. Я поняла, какой он и что из себя представляет.

Джозеф опасен. И до умопомрачения притягателен.

Не то чтобы мне всегда нравились плохие мальчики, однако с ним я испытываю такие эмоции, которые не испытывала никогда и ни с кем.

Меня тянет к нему на физическом уровне словно магнитом.

Он прикасается – и кровь вскипает.

Он целует – и мозг отключается.

Он трогает меня там – и я стону во весь голос, изнывая от дикого, необузданного желания. Хочется ощущать его в себе, вбирать полностью, чувствовать, дышать им, видеть, как он дышит мной.

Я не слепая и не дура. Я вижу, да, я вижу, что небезразлична ему. Вот только свои чувства все люди выражают по-разному.

Джозеф никогда не признается в том, что я ему действительно нравлюсь. Не как женщина для утех, а как человек. Личность. Та, которая может ему противостоять. Он увидел этот вызов и принял его, думая, что выиграет.

Джозеф хочет, чтоб я подчинялась ему, боготворила, растекалась от одного его вида. Он хочет сломать меня, сделать своей. Ему нужно не только моё тело. Он желает добраться до сердца. Но ему не удастся.

Потому что я бессердечная сука.

Осознанно стала такой. Я не живу в позиции жертвы, не виню других в своих промахах, принимаю реальность такой, какая она есть. Без искажений, без ожиданий, без сожалений.

Я не жду, что Джозеф меня полюбит. Поэтому я не собираюсь любить его. Не подарю я сердце тому, кому оно по факту не нужно.

Моя любовь для него лишь очередной трофей. Победа. Выгодная сделка.

Я и сама довольно неплохо руковожу бизнесом и умею отделять личное от дела. Я могу отделять чувства от плотского наслаждения. Я умею носить маски и прятать истинные эмоции. Умею, когда надо.

И сейчас мне надо.

Остро.

Срочно.

Сию секунду.

Поэтому я срываю с него пиджак, развязываю галстук, дёргаю пуговицы на рубашке.

Я хочу добраться до его тепла. Хочу снова почувствовать себя живой, нужной, важной, а не запертой в четырёх стенах безвольной куклой, с мнением которой никто не считается.

И пусть он и есть мой кукловод, но я жажду его. Каждой клеточкой пылающего от желания тела.

В серых глазах вспыхивают зловещие искры. Джозеф распалён не меньше моего. Он не станет сдерживаться и трястись надо мной. Он возьмёт меня грубо. Жадно. Страстно.

Подтверждая мои мысли, Джозеф развязывает пояс, рывком тянет платье в стороны, распахивая его, оголяя моё тело. Сбрасываю с себя платье и с вызовом смотрю Джозефу в глаза.

И снова он всё понимает без слов.

Несколько секунд – и я уже на кровати, а Джозеф нависает надо мной. Обнажённый. Опасный. Возбуждённый до предела.

Сильные толчки.

Поцелуи в кровь.

Наглые руки.

Я растворяюсь в нём, подаюсь навстречу, прошу ещё.

Животная, необузданная страсть. Горячая кровь. Бешеный ритм сердец.

Мы на краю пропасти. Падаем туда одновременно, сливаясь воедино, умирая и возрождаясь заново – раз за разом.

– Валэри, – шепчет Джозеф, наваливаясь всем весом. – Что ты со мной делаешь?

Он скатывается вбок, прижимает меня к себе, целует в висок, зарывается в волосы, прокладывает дорожку поцелуев по задней поверхности шеи и дышит. Боже, как он дышит…

Будто я его кислород, его жизнь, его всё.

Джозефа трясёт.

Он скользит руками по моему телу, трогает, сжимает. Нежно. Трепетно.

Пальцы ласкают бедро, выводят узоры на чувствительной коже.

– Прости, что сорвался тогда.

– Забудь, Джо. Оглядываться назад – плохая примета. Я просто отомщу тебе. Найду возможность, поверь.

– Ты уж постарайся, сладкая.

Джозеф приподнимает мою ногу, прижимается плотнее. Член скользит по половым губам, растирая влагу и сперму. Не сдерживаю стоны. Зачем? Я хочу его. К чему притворство? Мы двое взрослых людей, которые не стесняются своих желаний. Жаль, ни один из нас не умеет читать мысли другого. Хорошо, что ни один из нас не умеет читать мысли другого.

Больше я не предпринимала попыток сбежать. И дело даже не в том, что воспоминания о наказании ещё свежи. Я хотела увидеть его. Вновь почувствовать. Дотронуться. Вдохнуть пьянящий запах. Ощутить внутри себя.

Глупо? Очень. Глупее некуда.

Он отлупил меня без разрешения – и ему понравилось.

Он запер меня здесь – и не думает выпускать.

Нет, я не наивная дурочка. Но даже такая бессердечная сука, как я, может влюбиться. Нет, я не влюблена в него. Пока ещё не влюблена.

Джозеф вызывает во мне неистовое животное желание. Меня влечёт к нему. Когда он рядом, голова отключается. Я хочу его телом. Пока ещё не душой. Но, как известно, если женщине хорошо с мужчиной в постели, рано или поздно она обязательно к нему привяжется, влюбится, возможно даже – полюбит.

Мы так устроены. Поэтому мне нужно быть аккуратнее.

Я обязательно от него сбегу. Но пока я здесь. Рядом. Кричу от наслаждения и качаюсь на волнах нирваны: Джозеф вновь отправил меня в рай.

Обессиленно закрываю глаза. Дурацкая улыбка поселяется на лице, и её никак не смыть. Так хорошо. Мне сейчас очень хорошо.

– Голодная?

– Ммм…

– Валэри?

– Ммм…

– Ты выглядишь довольной.

Открываю глаза.

– А сам-то, – усмехаюсь. – Словно кот, объевшийся сметаны.

Он прикусывает кожу на моём плече, затем встаёт, поднимает меня с кровати, несёт в ванную.

В фильмах сцены, в которых мужчина намыливал женщину, казались мне какими-то слащавыми и неестественными. Но вот Джозеф мылит меня, моет, а внутри ничего не вопит от возмущения. Всё так, как должно быть.

Стою под струями тёплой воды. Разомлевшая. Довольная. Уставшая. Хочется свернуться калачиком и заснуть на его плече.

Как глупо, Валэри….

Он вытирает меня, кутает в халат, несёт обратно в спальню, укладывает на постель, ложится рядом. Просит, чтобы я придвинулась ближе и обняла его. Выполняю его просьбу, и внутри разливается тепло. Кажется, он и сам получает от этого удовольствие.

Целый месяц я мечтала расцарапать ему лицо, отбить яйца и сделать массу ужасных вещей. Но стоило ему прикоснуться ко мне, между нами заискрило так ярко, что мозги утекли в трусы.

Ни от одного мужчины мне так не сносило голову. Это же ненормально. Но как приятно, чёрт подери. Я бы была с ним по своей воле, если бы не факты, играющие против него.

– Джозеф?

– Да.

– Почему ты так реагируешь на меня? Разве я какая-то особенная?

Он молча водит пальцами по моей коже. Слишком долго.

Варианта всего два: либо Джозеф соврёт, либо и вовсе не ответит. Но правду вряд ли скажет. Хотя я могу ошибаться. Люди полны сюрпризов.

– Ты слишком особенная, Валэри. Не уверен, что смогу тебя отпустить. И не могу дать гарантий, что со мной ты будешь в безопасности. Ты права, я кретин. И всегда поступаю как сволочь. Ты не сможешь принять меня таким. Просто не будет, Валэри. Ни тебе, ни мне. Кто-то обязательно пострадает.

Вот она – правда в его исполнении. Почти признание в любви. Не уверена, что Джозеф знает, что такое любить по-настоящему. Ведь когда любишь, то желаешь человеку счастья. Неважно, с тобой он это счастье обретёт или без тебя.

– Ты не боишься меня, Валэри. Почему?

– Бояться нужно реальной угрозы. Сейчас ты вполне безобиден. Если возьмёшь в руки нож, вот тогда я испугаюсь.

– Странная ты женщина. Любишь лошадей?

– Ты что, ещё и зоофил? – морщусь.

– Нет, сладкая. Таким недугом не страдаю. Но лошадей люблю. У меня есть парочка породистых скакунов. Можем на днях покататься, если хочешь.

– Хочу.

Да, я правда хочу. Но есть одно «но».

– Только я не умею.

– Я научу тебя. Всему научу, о чём попросишь. Сделаю всё.

– Отпустишь меня?

И снова долгие минуты молчания. Очень долгие. Конечно, я и так знаю ответ, но спросить стоило. Может, он одумается. Ну возможен же такой вариант. Разве нет?

Джозеф поворачивается на бок, приподнимает пальцами мой подбородок и выдыхает в губы:

– Никогда.

Усмехаюсь. Ни единого шанса. Ни одного шанса он мне не оставил, чтобы я не боялась влюбиться в него.

Мне бежать от него надо, а не млеть в его объятиях. Но как бежать, если я в западне, откуда нет выхода? Зато есть он – снова рядом. Искры желания уже побежали по телу, дыхание сбилось, а руки сами тянутся к его лицу.

Провожу пальцами по щетине, Джозеф прикрывает глаза, перехватывает мою руку, целует мои пальцы. Один за другим. Медленно. Чувственно. С упоением.

Он толкает меня на спину, распахивает мой халат.

Горячий рот всасывает сначала один сосок, затем другой. Наглые руки сминают грудь. Джозеф прокладывает дорожку поцелуев вниз, добирается до заветного места, прикусывает клитор.

Шумно выдыхаю, прогибаюсь в пояснице, запускаю пальцы в его волосы. Это снова происходит. Я таю в его руках. Отдаюсь его губам. Точно на погибель.

Мне нельзя в него влюбляться. Нельзя. Он уничтожит меня. Сотрёт. Выпьет до дна, а потом выбросит.

Я должна сохранять трезвую голову. Но как это сделать, когда от стонов наслаждения закладывает уши? Когда ураган ощущений смывает все здравые мысли напрочь. Когда хочется ещё – ближе, глубже, прямо под кожу.

И он пробирается. Словно яд. Отравляет собой каждую клеточку, оседает на подкорке. Его уже не вытравить. Я сама ему позволила подобраться как можно ближе.

Думай, Валэри, думай. Не отключай голову. Не позволяй ему взять над тобой власть. Не вверяй ему свою жизнь. Не теряй контроль. Держи себя в руках. Не поддавайся.

Джозеф – не милый, не хороший, не дарованный Богом.

Когда-нибудь он сам убьёт тебя, Валэри.

И вроде ты понимаешь, что неправильно, нельзя, так не должно быть. Вроде ты ненавидеть его должна. Но где-то внутри, глубоко внутри, разгорается чувство, которое способно испепелить. Оно может стереть тебя в порошок, изуродовать не только тело, но и душу, если ты подаришь его не тому человеку.

Джозеф – не тот человек, которого можно любить.

От него бежать надо, Валэри. Бежать без оглядки пока ещё не поздно.

Но ты наслаждаешься и воспламеняешься в объятиях того, кто врал тебе, причинил вред и против воли удерживает тебя здесь. Того, кто не умеет любить.

Что же ты делаешь, Валэри?