Глава 21. Валэри

Люди, как правило, боятся рисковать. Мы готовы годами влачить жалкое существование, становясь рабами своих профессий, отношений, имущества, банковских счетов, и ни разу за всю жизнь не решиться сделать то, что вытолкнет нас из уютного болотца. Пусть даже очень хочется, пусть это мечта всей жизни, мы, зачастую, за неё не боремся, не идём ей навстречу. Потому что нам страшно.

Человек делает или не делает что-то либо из любви, либо из страха. Страх перемен – сильная штука. Его может перебить разве что огромное желание вырваться из дерьма. А если человек продолжает сидеть в говне, значит, человека всё устраивает. Как бы он ни ныл, как бы ни скулил и ни жаловался. Если он не пытается ничего изменить, то ему нравится так жить.

Мне не нравилось. И я не ныла. Цеплялась за любую возможность, работала как вол – и у меня получилось. Но ничего этого бы не было, если бы не замечательные люди, которых подарила мне судьба.

Я много думала о том, как выжила. Как стала той, кем являюсь сейчас. Это точно не лично моя заслуга. В одиночку добиться успеха сложно, а выжить – практически невозможно. Люди – существа социальные. Мы обитаем в стаях. Боремся за место под солнцем с себе подобными или уходим в тень. Помогаем или рвём глотки соплеменникам. Но все мы тянемся друг к другу. Не бывает на сто процентов хороших. Не бывает на сто процентов плохих. Человек устроен так, что в нём сочетаются и свет, и тьма. И только ему решать, какая сторона победит.

Мне помогли хорошие люди: тот пожарный, работники социальной службы и приюта. Если бы не они, моя жизнь закончилась бы, не успев начаться.

И даже среди ублюдков бывают не совсем конченные. Если бы не Джо, Томас, Гектор, Айлин, мистер Джексон и все сомнительные на первый взгляд личности, которые встречались на моём пути, я бы не поднялась так высоко. И, вероятно, если бы не они, я бы давно отчалила на тот свет.

Но я жива. Вполне себе жива и счастлива. Сижу на коленях любимого мужчины и потягиваю горячий кофе.

Уже два месяца прошло с той ночи, когда меня в очередной раз пытались убить. Ощущение, что все убийцы разом про меня забыли. Даже обидно немного. Неужто у них нашлись дела поважнее?

Ох, простите. Какая я забывчивая. Рождество же на носу, а потом ещё и Новый год. Декабрь перевалил за середину. Видимо, все киллеры заняты покупкой подарков. Но где они пропадали целых два месяца?

– Да, скинь мне всё, – произносит Джозеф в трубку, а я улыбаюсь.

Такой серьёзный, сосредоточенный. Но это не мешает его руке хозяйничать под моим халатом.

Я теперь живу с Джо под одной крышей. По своей воле. И, надо сказать, пентхаус нравится мне куда больше, чем тот жуткий помпезный замок. Здесь гораздо лучше.

Современный минималистичный интерьер оформлен в светлых тонах. Много свободного пространства, есть терраса с открытым бассейном, а также тренажёрка, сауна и закрытый бассейн. А вот собак – нет. Я хоть и подружилась с ними, но всё равно они нагоняли страх.

– Ладно, сладкая, – Джо делает знак рукой, и я встаю с его колен. – Пора работать, – он поднимается на ноги, целует меня в губы. – Увидимся вечером. Буду поздно. Жди.

Смачный шлепок по заднице – и Джо скрывается в проходе, ведущему к лифту. Угораздило меня связаться с трудоголиком. Хотя я сама такая же.

Но сегодня у меня день шопинга и красоты. Айлин настояла. «Ви, ты впахивала месяц без выходных, можно и расслабиться», – так она сказала.

Несколько часов мы с ней угробили на походы по магазинам. Я себе ничего не присмотрела, зато Айлин накупила кучу развратного белья. Кажется, у неё появился ухажёр или любовник. Она не говорит, но я вижу, что Айлин прям расцвела.

Ещё пару-тройку часов мы провели в спа-салоне – бассейн, массаж, косметолог – и лишь под вечер зашли в кафе перекусить. Честно признаться, не думала, что день красоты может вымотать похлеще аврала на работе. Какая-то я неправильная девушка.

– Это было волшебно! – восклицает Айлин, прикончив десерт, и откидывается на спинку кресла. – Обязательно нужно повторить.

– Когда-нибудь обязательно, – сдержанно киваю, давая понять, что не разделяю её энтузиазма.

– Как у тебя с Джо?

– Всё отлично. Мы нашли общий язык.

– А секс?

– С этим у нас никогда проблем не было.

Она так загадочно улыбается, что я ещё больше убеждаюсь: у неё кто-то есть.

– Ой! – вскрикивает Айлин, стоит ей глянуть на часы. – Я жутко опаздываю. Гектор будет волноваться. Он, оказывается, такой заботливый, представляешь?

– Стоп… – смотрю на неё во все глаза и не могу поверить своим ушам. – Ты и Гектор?

– Знаю, знаю, – она машет рукой. – Но у него идеальный член, – Айлин прикусывает губу. – А то, как он с ним обращается… ммм…

Она мечтательно прикрывает глаза, а я качаю головой.

– Идеальный член, значит. Ну-ну. А я уж подумала, что ты влюбилась.

– Издеваешься? Ладно, я побежала, – Айлин встаёт, огибает стол, целует меня в щёку. – До завтра.

– Передавай привет Гектору. Точнее, его члену.

– Иди ты, Ви, – она шлёт мне воздушный поцелуй, затем направляется к выходу.

Сижу в одиночестве, не переставая улыбаться, и потягиваю апельсиновый сок. Ну кто бы мог подумать? Она ж его терпеть не могла… Однако между ними ещё в первую встречу искрило и дымило так, что можно было пожарных вызывать. Так что… ничего удивительного. Гектор хоть и беспардонный, но человек он неплохой. Ну, относительно. Первое впечатление и правда бывает обманчиво.

На улице уже стемнело, и отражение в окне демонстрирует шикарную уверенную в себе женщину. По мне и не скажешь, что ещё два месяца назад я была в полнейшем раздрайве.

– Можно присесть? – приятный мужской голос обрывает поток моих мыслей.

Оборачиваюсь и вижу мужчину среднего роста. На внешность он самая настоящая серая мышь. Такое «лицо без лица». Когда смотришь на человека, а отвернувшись, сразу же забываешь, как он выглядит.

– Простите, мы знакомы?

– Как невежливо, вы правы. Бастер Барри, – мужчина протягивает руку. – Приятно познакомиться, Валэри.

Учтиво пожимаю её, а сама еле сдерживаю улыбку. Что за имя такое дурацкое – Бастер Барри?

– Откуда вы меня знаете?

– О, я много кого знаю. Работа такая. Разрешите?

Не дождавшись моего согласия, он присаживается напротив.

– И кем же вы работаете?

Бастер Барри подзывает официанта, заказывает чай, спокойно ждёт свой заказ, не переставая меня разглядывать, и, лишь сделав глоток, отвечает:

– Я составляю базы данных.

– Базы данных? Какие? На кого? Или на что?

– На преступников, – произносит он будничным тоном. – В данный момент занимаюсь сбором информации на Джозефа Томпсона и надеюсь, что вы мне поможете.

– Но с чего вы взяли…

– О, Валэри, – перебивает он и снова делает глоток обжигающей жижи. – Давайте не будем всё усложнять. Джозеф на ваших глазах убил семерых, но вы не заявили в полицию. Получается, теперь вы соучастница. И это только за несколько месяцев. А что будет дальше? Вы в курсе, что он стоит за убийством Бекера и Нельсона? Нет? А скольких он ещё убил, вы знаете? В каких грязных делах замешан, он вам рассказывал? И про то, что по его вине гибнут и пропадают невинные люди, он тоже вам говорил? Неужели вам хочется покрывать такого человека? Он-то в очередной раз отмоется, а вот вы – сядете пожизненно.

– Я не понимаю, о чём вы говорите.

– Разумеется, – Бастер кладёт визитку на стол. – Если передумаете, дайте знать. Уверен, мы найдём взаимопонимание и придём к решению, которое всех устроит. Вы же не хотите в тюрьму? Возможно, вы мне не верите, думаете, что я вас запугиваю, но именно так всё для вас обернётся, если не согласитесь сотрудничать. До встречи, мисс Доналдсон.

Он уходит, а я сижу в полнейшем ступоре. Мысли разбегаются, их так много, в голове суета и толкучка, разумно мыслить сложно, но я пытаюсь взять себя в руки. Не время ударяться в панику.

Спокойно расплачиваюсь за ужин, покидаю кафе. Сажусь в машину и всю дорогу до дома не произношу ни слова, даже на вопросы водителя не отвечаю. Скрещиваю руки, давая понять, что не стоит меня беспокоить.

Бастер Барри прав, я соучастница, раз не заявила в полицию. Но откуда он знает про то, что Джозеф на моих глазах убил семерых человек? Что-то тут не сходится. Может, Бастер Барри вообще не имеет отношения к правоохранительным органам. Никому нельзя верить. Слишком много людей желают зла мне и Джозефу.

Разумеется, я ему всё расскажу. Но сначала я должна убедиться, что Бастер Барри соврал мне. Что Джо не причастен к убийствам и исчезновению невинных людей. Что он не имеет отношения к смерти Бекера и Нельсона. Что он не замешан в грязных делах.

Хотя насчёт последнего я даже не сомневаюсь. Замешан. Ещё как замешан. Но я хочу знать, насколько грязные его дела. Джо не сказал мне всей правды. Он не лгал, просто не посчитал нужным просветить меня.

«Я плохой человек, Валэри. Чем меньше ты будешь знать, тем крепче будешь спать. Я не раз нарушал закон, на моих руках кровь, но я не убиваю тех, кто не пытается мне навредить. Мной давно интересуются разные структуры. Если я расскажу тебе всё, ты станешь соучастницей», – примерно так он ответил, когда я спросила.

Но я уже увязла в этом дерьме по уши, можно и нырнуть, хуже точно не станет.

И нырну я, видимо, прямо сейчас, потому что Джозеф пока не вернулся. Его не будет, по крайней мере, ещё часа четыре. Пентхаус в полном моём распоряжении, никого нет, даже прислуги. Я всех отпустила. Охранники проверили все комнаты и, убедившись, что всё чисто, ушли, как я и просила. Сказала, что хочу устроить Джозефу сюрприз и не хочу, чтобы мне мешали.

Раз последние два месяца Джозеф живёт здесь, значит, и все важные документы хранятся тоже здесь, а не в замке. Конечно, есть вероятность, что они могут находиться в его офисе, но она ничтожно мала.

Если я хочу найти доказательства виновности Джо, то сейчас самое время. Я успею отключить камеры в кабинете, обшарить каждый сантиметр, прибраться, а затем включить их и подготовиться к романтическому вечеру. Потом, когда Джо будет доволен и расслаблен, я расскажу ему всё.

Захожу в комнату охраны, активирую аварийную блокировку дверей, чтобы никто не смог зайти внутрь и помешать мне, отключаю камеры и с бешено колотящимся сердцем иду вдоль коридора.

Обыскивая кабинет, чувствую себя самой настоящей предательницей. Но я должна убедиться, должна знать наверняка, а Джозеф мне не расскажет. Он хочет уберечь меня, я понимаю. Я всё понимаю и помню, но его секреты не дают мне покоя. Я роюсь в его вещах не с целью накопать на Джо компромат и грязь и сдать его правоохранительным органам. Я просто хочу знать правду. Только и всего.

Я обшарила каждый ящик, каждый угол, каждый шкаф, изучила все бумаги, но не нашла ничего подозрительного. Осталось всего два хранилища, куда я пока не сунула свой нос: ноутбук и сейф.

Пожалуй, начну с сейфа.

Ввожу код, который Джозеф называл мне ещё давно, и с удивлением понимаю, что он подходит. Неужели Джо все свои сейфы так запаролил? Неужели настолько мне доверяет?

Укол совести ощутимо вонзается в защитную броню, но я его игнорирую. Я расскажу Джозефу всё, но позже. Конечно, он разозлится, однако с этим я справлюсь. Я же не собираюсь обманывать его и что-то скрывать. Просто поставлю Джо в известность постфактум. Побесится немного и успокоится.

В сейфе находятся папки, жёсткий диск, три флешки и диктофон. Достаю несколько верхних папок, несу их к столу, но замираю на полпути, потому что понимаю: я здесь больше не одна. Папки с файлами летят на пол, когда я слышу наполненный клокочущей яростью голос:

– Нашла то, что искала, сладкая?

Медленно поворачиваюсь и встречаюсь с дулом пистолета, направленным мне в лоб. Кровь стынет в жилах, страх пульсирует в висках, а по телу расползаются мерзкие мурашки.

Попалась.

Как глупо, Валэри. И как ты теперь ему всё объяснишь? Думаешь, он тебе поверит?

– На самом деле, нет, – пытаюсь улыбнуться, но у меня не выходит. – Я в процессе. Просто хочу знать правду.

– Я говорил тебе, Валэри, моя правда отвратительна.

– Но я хотела…

– Мне плевать!

Громкий крик заставляет отшатнуться назад.

– Какой я идиот. Думал, что сюда кто-то проник, что тебе грозит опасность. Послал людей, но они не смогли попасть внутрь. Нёсся на всех порах, а оказалось, что это ты отключила камеры, заблокировала двери и копаешь за моей спиной.

– Джо, я…

– Заткнись, – цедит он. – Отвечай на вопрос. Что ты искала?

– Информацию. Доказательства.

– И ты не хотела, чтоб я об этом узнал, верно? Поэтому отключила камеры? Какие доказательства ты искала, Валэри? Для кого?

Он прищуривается, и мне становится по-настоящему страшно. Хочу рассказать про Бастера Барри, про клевету на Джо, но не могу вымолвить ни слова. Дрожу всем телом, не в силах собраться с мыслями, а всё потому, что Джозеф взвёл курок и переместил палец на спусковой крючок.

– Вижу, ты нашла способ мне отомстить.

Гремит выстрел, и пуля проносится рядом с моей головой. А затем ещё одна – с другой стороны. Зажимаю уши руками, вжимаю голову в плечи и врастаю ногами в пол, не смея пошевелиться, ведь Джо палит по воздуху рядом со мной. Любое движение может стать для меня смертельным. Собственный визг оглушает похлеще выстрелов, которые не прекращаются, пока не заканчиваются пули.

Слышу, как Джозеф отбрасывает пустой магазин, вставляет сменный, и вновь раздаётся выстрел. На этот раз пуля вонзается в пол между мной и Джо.

Он словно высек невидимую черту, за которую мне теперь запрещено заходить.

– Кто подослал тебя?

– Н-никто. Я…

Голос срывается, начинаю задыхаться. Валэри, ну что за глупость ты сотворила? Как теперь всё исправить? Разве он поверит тебе? Всё и правда выглядит так, будто ты играешь против него.

Делаю четыре шага по направлению к Джо, перехожу черту, подхожу ещё ближе, хочу взять его за руку, но он лишь отмахивается от меня. Встречаюсь с ним взглядом. Лучше бы не поднимала головы. Джозеф смотрит на меня с таким презрением, что становится тошно от самой себя.

– А, впрочем, неважно, кто тебя подослал. Какая разница, правда, сладкая? Ты выбрала сторону.

– Всё не так! Я расскажу. Дай мне объяснить.

– Ты могла это сделать до того, как перевернула вверх дном мой кабинет и залезла в сейф. Но ты выбрала другой путь. Убирайся с глаз моих.

– Нет, Джо, послушай, – собственный голос кажется жалким. – Дай мне всё объяснить.

– Мне не нужны объяснения лживой суки. Убирайся. Или я тебя убью.

– Пожалуйста, Джо!

В один шаг он уничтожает оставшееся расстояние между нами, хватает меня за скулы, задирает мою голову вверх. Его рваное дыхание опаляет кожу, ярость, беснующаяся во взгляде, прожигает насквозь, а пистолет, который он приставляет к моей шее, заставляет кровь застыть.

– Я говорил, чтобы ты не предавала меня? – цедит он мне в лицо. – Говорил, чтобы всё мне рассказывала, чтобы сразу шла ко мне? Говорил же! Я предупреждал тебя.

– Джозеф, пожалуйста…

Он отталкивает меня от себя и орёт:

– Убирайся!

– Пожалуйста, дай объяснить, – тараторю так быстро, что сама еле разбираю слова. – Я не работаю ни на кого, я тебя не предавала и никогда бы не предала. Я…

– Заткнись. У тебя есть час, чтобы собрать вещи и покинуть территорию. Когда я вернусь, тебя здесь быть не должно. Знать тебя больше не желаю.

– А как же доверие? Ты мне даже объясниться не даёшь. Так нечестно, Джозеф. Я ведь не сделала ничего плохого. Позволь рассказать.

– Доверие? Ты только что просрала его.

Он выходит за дверь, оставляя меня одну посреди разгромленного кабинета.

– Джо!

Крик повисает в воздухе, пока я медленно оседаю на пол, осознавая, что и пентхаус Джозеф тоже покинул.

– Джо…

Шёпот кажется таким громким, но Джозеф его всё равно не услышит. Он ушёл. Дал мне время, чтобы я собрала вещи. Чтобы успела уйти. Чтобы осталась жива. Чтобы не погибла от его руки.

Джозеф не прощает предателей. Однако я ещё жива, а ведь все, кто предавал его, мертвы. Пусть я и не сделала ничего плохого, но я нарушила обещание, данное ему. Он не убьёт меня. Но это не значит, что сможет простить.