Глава 19

Оливия

Ночью у Габриэля поднялась небольшая температура, сбивать не имело смысла. Но, чтобы ему стало легче, я обтирала его водой.

В одном он был прав: как бы я ни заботилась о своих пациентах, к нему отношение получалось особенное.

Ближе к утру Габриэлю стало лучше, и под его спокойное дыхание я тоже смогла поспать.

Разбудила нас полиция, опять говорили с Габриэлем, а я приготовила на всех завтрак.

– Спасибо, жена босса, – изрекал каждый из охраны, вставая из-за стола.

А я всем отвечала:

– Пожалуйста, но лучше называйте меня Оливия.

Телохранители соглашались, но я точно знала, что «жена босса» им нравится больше. И звать они всё равно будут именно так.

– Мне надо съездить в город. – Габриэль сел за стол. – Останешься здесь под охраной?

– Нет, лучше с тобой. Мне надо к родителям и на работу.

– Это точно нет, – покачал головой Грейхарт. – Если поедешь, то будешь под охраной сидеть в квартире.

– Напали из-за тебя, да и полиция ищет преступников, никто в здравом уме сейчас не покажется!

Габриэль недовольно нахмурился, и я поняла, что если хочу в город, то спорить нельзя.

Я поставила перед ним тарелку с яичницей, тост, овощи и кружку с кофе.

– Это входит в заботу о пациенте? – с надеждой спросил Габриэль.

– Демоверсия хорошей жены. Но не привыкай, это большая редкость, чаще я или на дежурстве, или сплю после дежурства.

– Кстати, почему? Ведь могла бы работать в клинике родителей или даже ей руководить?

– Потому что я не они и иду своим путём. Да и у них только кардиологи, а я кардиохирург.

Он не спросил, но я видела его замешательство.

– Кардиолог лечит таблеточками, а я вскрываю грудную клетку.

– Звучит кровожадно, – протянул Габриэль.

– Если хотел милую жёнушку, то выбирал бы педиатра.

После завтрака мы отправились в город. Габриэль уехал в полицию и по делам. Думаю, что его люди тоже ищут заказчика. У Грейхарта явно есть план.

Я же уговорила завезти меня в квартиру: очень хотелось переодеться. А ещё купила новый телефон, и даже удалось восстановить свой обычный номер.

Почти сразу посыпались звонки. Большинству я отвечала, что всё хорошо. Но на работе должна была начаться моя смена. И с одной стороны, если я возьму отгул, то ничего не случится, и на это есть причина. А вот с другой… Когда я позвонила заведующему, то услышала в ответ лишь недовольство.

– Оливия, я не удивлён. Знал, что вы перестанете работать, как только услышал о вашей помолвке.

– Это не так, я хочу работать…

– Жёны политиков не работают в больнице. Не обманывайте себя и меня.

– Я не увольняюсь, а беру отгул.

– А лучше бы уволились и освободили место для настоящего хирурга.

Стало так обидно: я столько лет училась, с трудом пробилась в ординатуру по любимой специальности. Работая, выполняла не только свои обязанности, лишь бы всему научиться и остаться. А теперь из-за моего замужества все считают, что я должна просто уйти.

Решение пришло молниеносно: я докажу, что могу работать. И отгул мне не нужен.

Только как оторваться от охраны? Телохранители меня явно не отпустят погулять. Грейхарт не даст такой приказ, но если…

Я достала из стирки вчерашнюю рубашку, на ней осталась кровь Габриэля. Разорвала на куски и намочила. А потом швырнула нож в мойку и вскрикнула.

Прибежавшим телохранителям показала, как прижимаю окровавленную тряпку к руке. И громко всхлипнула:

– Нож соскочил, прям по вене… Мне надо в больницу!

Парни переглянулись, один шагнул вперёд:

– Давайте посмотрю и перевяжу. Я умею.

– Я тоже умею, я же врач! – зло рявкнула на него я. – Поэтому и говорю, что надо в больницу!

– Жена босса, то есть Оливия, но…

– Немного ли вопросов?! Боссу позвонить? Немедленно заводите машину!

И они послушались, через несколько минут меня везли на место работы. А там уже силой не вытащат, пусть сидят на первом этаже и охраняют всех.

Так и получилось, я быстро смылась от них ещё в приёмном покое и сбежала в отделение.

– Оливия, вы пришли. Значит, отгул вам не так уж и нужен был. Но я рад, что вы сделали правильный выбор, – хмыкнул заведующий.

Зато Мэт выглядел обеспокоенно:

– С тобой всё в порядке? Ты разве должна быть здесь?

– Конечно, моя же смена.

– А ещё вчера тебя с мужем чуть не убили.

– Не сходи с ума.

И я побежала на операцию. Несмотря на грубости заведующего, ассистировать он меня ставил часто. Обучал всему, что умел сам. Я этим с удовольствием пользовалась.

Сегодня по плану протезирование аортального клапана через транскатетерную операцию. Это значит, операция не на открытом сердце, а с помощью катетера. Так человек быстрее восстановится. Получилось довольно долго, только через четыре часа вышли из операционной и меня отпустили немного отдохнуть.

Я видела, как телохранители слоняются в холле, но сама выскользнула через боковой вход. Купила кофе в автомате и решила спокойно посидеть на лавочке больничном парке.

Устроилась на дальней скамейке и подставила лицо солнцу.

– Извините, доктор, нам нужна консультация.

Я открыла глаза и посмотрела на говорившего. Вокруг меня стояло трое мужчин, и они не выглядели как пациенты.

– Вам надо пройти чуть дальше и зайти в главный вход, там помогут.

– Нет, нам нужна именно твоя консультация, Оливия Грейхарт.

Я резко подскочила, но меня взяли в кольцо. К животу приставили пистолет. Стаканчик с недопитым кофе упал на асфальт. Кофейный аромат ударил в нос. Птички продолжали чирикать, солнце – светить, а у меня похолодели руки.

Что же я натворила?!

– Пройдём, и не смей кричать.

Я всхлипнула, но сдержала эмоции и пошла с преступниками. Мы ушли к дороге, там меня запихнули в микроавтобус. Уже внутри на мне застегнули наручники и надели мешок на голову.

Я молчала, а главарь похитителей продолжал издеваться:

– Оливия, что же ты расстраиваешься? Ты ведь врач, а врачи обязаны помогать людям.

– Вот и помогла нам! – хохотнул один из них, но я уже не видела кто.

– Я спасаю жизни, а вы их забираете. Мне нечем вам помочь! – твёрдо сказала я.

– Верно говоришь, красоточка. Нам надо было забрать жизнь твоего мужа, но он хитрый сукин сын.

– Зато теперь послушается, если захочет тебя спасти.

– Вы ошиблись, Грейхарт не будет с вами договариваться. Он меня не любит.

– Любит не любит, какая разница? Спасал же из-под пуль, значит, и здесь рискнёт.

Больше со мной не разговаривали, а я корила себя за дурацкий поступок. Так глупо подвела Габриэля! Он будет прав, если меня не спасёт. Его же убить хотят! Ему нельзя даже думать о том, чтобы договориться с убийцами. Меня тоже, скорее всего, убьют: я видела их лица. Жива только ради выманивания Габриэля.

Мы долго ехали на машине, много раз поворачивали, но я не могла сосчитать сколько и даже не представляла, в какой части города сейчас нахожусь. Из автомобиля меня перетащили в какое-то здание. Опять много коридоров и поворотов. А потом я оказалась в небольшой подвальной комнате – окошко было с решёткой под потолком – с меня сняли мешок и сделали несколько фотографий.

Один включил запись видео, а другой тряханул меня:

– Давай, крошка, передай привет мужу!

Я подняла глаза на камеру.

Мысль была одна: «Габриэль, это ловушка. Они тебя убьют».