Глава 23

Оливия

Проводя время вместе с Габриэлем, я начала входить во вкус. Может, и правда стоит взять отгулы? Мы же заслужили медовый месяц.

Но пока проводили наш странный маленький отпуск, который должен был помочь решить главную проблему и ответить на важные вопросы, ведь я мечтала, чтобы в нашей жизни больше не случалось покушений и похищений. Опыт так себе получился.

А ещё я расстраивалась из-за выборов, поскольку испортила Габриэлю карьеру. Однако мои извинения он не принимал, словно это больше не имело значения. И это меня пугало. Он столько лет шёл к должности и многим для этого пожертвовал.

Мы дошли до маленького семейного ресторана, где нас усадили за стол.

Это была европейская кухня, но с южным колоритом, даже от описания блюд появлялась слюна.

Пока Габриэль с Адрианом шушукались, я выбирала еду. И так мне всего захотелось, что назаказывала много.

– Вас можно уже поздравить? – спросил Дюлак, внимательно рассматривая выстроившуюся шеренгу блюд передо мной.

– С чем? – Габриэль, резонно решивший, что я столько не съем, благородно помогал пробовать разное.

– С беременностью. Вряд ли это привычный ужин Оливии.

Мы с Габриэлем переглянулись, ведь ещё не обсуждали этот вопрос. А стол и правда выглядел нестандартно.

– Лив? – Габриэль осторожно спросил у меня.

Я помотала головой:

– Нет, времени немного прошло, да и я же таблетки пью…

Вдруг до меня дошло, что свою упаковку я оставила в поместье Лайтвудов, вместе с вещами. А потом решила сделать перерыв, всё равно расстались с Томом. И больше не пила. Витамины по утрам пила, а гормональные – нет. Видимо, все эти мысли промелькнули на моём лице, и Габриэль аккуратно взял мою ладонь в свою, погладил большим пальцем.

– Оливка?

Я обвела глазами стол и посмотрела на мужа:

– Нужно найти аптеку.

Дюлак ухмыльнулся, но промолчал.

А я не знала, что и делать. Нет, я мечтала о детях в будущем, хотела большую семью… Но не предполагала, что это случится так внезапно. Хотя именно с Габриэлем я стала задумываться о нашей совместной жизни.

Муж убрал мой бокал с вином и попросил принести домашний лимонад. Вот так легко он принял новость о моей возможной беременности.

Я наклонилась и шепнула:

– Ты совсем не боишься?

– Я буду очень счастлив.

Стало спокойнее. Если Габриэль не беспокоится, то и я не стану. Тем более шанс небольшой.

Дюлак не мог усидеть на месте, наша личная жизнь его не волновала, для него главное – докопаться до истины, поэтому, пока я хорошо проводила время с гастрономическим уклоном, он искал возможность встретиться с хозяином ресторана.

– Напомни, как его зовут? – Габриэль отложил приборы в сторону.

– Франсуа Вальен.

Мой муж так же спокойно встал и ушёл к администратору. О чём-то поговорил с девушкой и вскоре вернулся. А ещё через пять минут нам сообщили, что нас будут ждать у выхода. Но чтобы мы не торопились и наслаждались вечером.

Адриан подскочил в ту же секунду, как услышал, и никакими силами его невозможно было усадить на место. Габриэль хоть и не показывал, но явно о чём-то задумался.

Вскоре мы вышли из ресторана, перед входом нас уже ждала чёрная машина.

– Это выглядит крайне подозрительно, – пробормотал Дюлак.

– Думаешь? – выгнул бровь Габриэль. – А не ты ли нас сюда заманивал?

– Мы так и будем стоять и пялиться на машину? – не выдержала я и пошла вперёд. – Мы же сами приехали и хотели встретиться с этим Вальеном.

Мужчины последовали за мной, Габриэль галантно открыл дверь машины. Он выглядел спокойно, но я чувствовала, что рукой ощупывает кобуру под пиджаком.

Недолгая поездка закончилась в центре города – у небольшого особняка с табличкой нотариуса.

Мы вышли из машины, и нас окликнул пожилой мужчина, стоящий в тени:

– Добрый вечер, вы искали со мной встречи?

– Здравствуйте, вы Франсуа Вальен?

– Он самый. А вы Габриэль Грейхарт.

Вальен не спрашивал, а утверждал.

– Видели меня в газете или по телевизору?

– И да и нет. Вы очень похожи на Леонарда, от матери вам достались глаза и цвет волос, остальное – от моего друга.

Вот и всё. Главный ответ получен. Незаконнорождённый ребёнок.

Я взяла за руку Габриэля, он молчал, но скулы побелели.

– Пройдёмте в кабинет, я покажу доказательства и откроете завещание. Всё должно быть официально.

Мы пошли за ним в офис нотариуса. Сам хозяин кабинета кратко представился и не вмешивался в наш разговор.

Вальен показал нам альбом с фотоснимками: молодой Леонард Блурсток на чёрно-белых фотографиях был вылитый Габриэль.

И это сходство явно не доставило ему удовольствия. Мой муж молча рассматривал изображения. Кажется, он даже не прислушивался к рассказу Франсуа.

– Леонард и Кларисса любили друг друга, мечтали пожениться, но в высшем обществе браки по любви – редкость. Клару выдали замуж за Грейхарта, но отношения не прервались, пока не родился ты. Они думали, что ты сын Эдвина. А потом Леонард женился, а Кларисса ему этого не простила, и даже когда овдовела, не захотела восстанавливать отношения. Только на её похоронах Леонард увидел тебя и понял, что ты его сын.

– Из-за внешнего сходства? – хрипло спросил Габриэль.

А я у меня в горле встал ком от истории, ведь сколько людей стали несчастными из-за одного брака по расчёту.

– Есть результаты ДНК-экспертизы, – раздался голос нотариуса, он достал документы и протянул Габриэлю.

Я заглянула ему через плечо и прочитала вслух:

– Вероятность родства – девяносто девять процентов.

– Почему он не сказал?

– Не хотел рушить твою жизнь. Или испугался. Леонард уже тяжело болел и знал, что при самом благоприятном прогнозе ему оставалось несколько лет. А ты был взрослым, состоявшийся человеком, и он побоялся вмешиваться. Но перед смертью не выдержал и хотел попросить прощения, поэтому написал завещание.

– Которое уничтожил Оливер Блурсток! – вскочил на ноги Адриан.

У нашего журналиста горели глаза в предвкушении сенсации.

– Скорее всего, но это дело полиции. Леонард перестраховался и второе завещание составил здесь. Оно полностью идентично первому, есть только одно отличие – это его оглашение. Наследник должен сам прийти к нотариусу.

– Он решил, что если первое завещание не будет исполнено, то, значит, всё плохо. А так ты сможешь избежать опасности. Но если узнаешь правду, то найдёшь меня, а я приведу тебя к нотариусу. – Франсуа указал рукой на немолодого нотариуса, неподвижно сидящего в кресте.

– Глупо. Но я здесь и теперь хочу знать всё.

– Кроме завещания, есть ещё и письмо.

Вальен протянул закрытый конверт. Пухлый и со складами от долгого хранения.

Габриэль взял его, но открывать не торопился. Повертев в руках, передал мне. По весу тяжёлый, а на ощупь стало понятно, что там явно ещё и фотографии лежат.

– Давайте перейдём к завещанию: не терпится узнать, за что меня хотят убить.

– За деньги! – фыркнул Дюлак. – Всегда причина в больших деньгах!

– Не думаю, что у Оливера их меньше, – поморщился Габриэль, я взяла его за руку, хотелось хоть как-то поддержать мужа. – Скорее, боялся скандала в прессе.

– И из-за этого убить несколько человек, – проворчала я тихо, но все прекрасно услышали, поэтому я продолжила в полный голос: – Надо быть последней тварью, чтобы так поступать! Вилли должен его посадить!

Теперь уже Габриэль успокаивающе гладил меня по ладони.

– Продолжайте.

Нотариус разорвал конверт и перед тем, как начал читать, отправил данные по сети.

– Предосторожность, так информация не пропадёт, – пояснил он.

Смысл оказался простой: Леонард Блурсток оставляет всё Габриэлю Грейхарту, который является его сыном и наследником.

Получается, мы должны быть Блурсток, а не Грейхарт… Надеюсь, Габриэль не станет менять фамилию, как-то я уже к ней привыкла.

Муж подписал бумаги, данные сбросил Вилли. Адриан уже загорелся писать разоблачающую статью, его сдерживало только расследование полиции. Сначала нужно было арестовать Оливера и доказать его вину.

Вскоре мы вышли на улицу. Уже стемнело, нагретый за день воздух начал остывать, но от асфальта всё ещё исходил жар. Полная луна с розоватым отливом сияла посередине неба, такую называют клубничной.

От машины мы отказались, хотелось прогуляться и проветрить голову. Некоторое время шли в тишине, но потом я спросила:

– Как думаешь, Саманта всё знала? И поэтому хотела меня отравить? Или просто ненавидела меня из-за Томми?

– Или это сделал сам Томми, – дотошно уточнил Габриэль. – Или ещё куча людей на свадьбе.

– Остальные, кто заходил, были мои друзья, им я доверяю! – возмутилась я.

– Их могли использовать вслепую, – заметил Адриан.

– Хватит! – прервал его Габриэль. – Давай отдохнём немного. Оливка, у нас же репетиция медового месяца.

Пришлось согласиться, и оставшийся путь до отеля мы говорили только о незначительных и весёлых пустяках.