10 глава. Паша

Вот уже буквально минуту наблюдаю, как Аня пытается дрожащими руками вставить ключ в замочную скважину. Не выдержав, положил свою ладонь на ее. Приблизившись сзади, обвил талию одной рукой, нагнулся и тихо сказал в ушко: – Аня, не надо бояться. Помнишь, что я тебе говорил? Она замерла на несколько секунд, а я ловил ноздрями так дурманящий меня аромат ее тела с нотками кокоса. – Эм… да помню. – Повтори. Вожу носом у ее шеи и уха, как наркоман. – Эм… Вы не насильник. – Каждый раз, когда твой страх будет брать над тобою верх, вспоминай эти слова и не вздумай их забыть. Поняла? – Да… – неуверенно ответила она. Убрал ее ладонь с ключа и сам открыл двери. Мы вошли, к нам навстречу выбежал кот, похожий на чудовище. Я с прищуром посмотрел на этого морщинистого, лысого уродца, и он вперил в меня свои зеленые немигающие глаза. Так и застыли, пока Аня не взяла его на руки, и он сразу стал ластиться к ней. Вот же котяра, так и хочется сказать, что она моя. Твою мать… уже начинаю ревновать к животному… мда. Прошел в комнату и остановился возле аккуратно заправленной кровати. Подошел ближе, взял мягкого зайца с заломанным ухом, который сидел на середине кровати, хм… – моя девочка еще совсем девчонка. Положил его обратно, повернулся и подошел к столу. В стакане для ручек были ручки с какими-то перышками, мягкими свисающими игрушками. Я будто попал в комнату к подростку. Мне очень понравилась ее комната. Рамки для фотографий, думаю, она сделала их своими руками. Интересная девушка попала в мои сети, хочу все узнать про нее. Посмотрел на подоконник и улыбнулся, на нем сидели небольшие мягкие игрушки. Да-а… кому бриллианты и деньги, а вот ей игрушки. Что-то мой воробушек долго кормит кота. Пошел на кухню. Квартира маленькая, гадать не приходится, все рядом. Встал в проеме, застал ее, сидящей на стуле и поглаживающей кота. – Аня, нам пора. – посмотрела на меня и кивнула, опустила животное и мы пошли на выход… Приехали к моей квартире, припарковались и пошли к входу. Я не повез Аню на квартиру, где трахаю шлюх. Здесь мне нравится, тут я могу отдохнуть, когда надо остаться в городе и сегодня я хочу, чтобы Аня была со мной. – Проходи. Закусив нижнюю губу, сжимая сумочку в руках, вошла во внутрь. Мягко подталкивая ее в поясницу, веду за собой. Я заранее подготовил для нее все принадлежности для ванной и домашнюю одежду. Не лично, конечно, у меня есть работники, которые выполняют такую работу. – Добрый вечер, Павел Степанович. – Добрый вечер, Маргарита Алексеевна. – Добрый вечер. – тихо поздоровалась Аня. Ей ответили кивком головы. – Через десять минут подавайте ужин. – Хорошо. Мы двинулись вглубь квартиры. – Ты можешь принять душ, если хочешь и переодеться. – Я не хочу, спасибо. Но руки я бы помыла. – Пойдем, покажу тебе мою комнату. Только пересекли порог комнаты, как она приросла к месту. – Аня… ну что такое? Никто на тебя набрасываться не будет, все пойдет своим чередом. Иди, ванная вон там, я тебя подожду. Не поднимая глаз на меня, пошла в ванную. Какой ублюдок с ней такое сделал, что она так боится? Повернулся на звук открывающейся двери. – Пойдем, пора и поужинать. – Хорошо, я бы поела. Повернул голову к ней: – Это правильно. Мы вошли в просторную столовую, присели за круглый стол. Нам подали ужин – рыба и авокадо, на гарнир нут и помидоры черри, зеленый салат и по бокалу вина. – Эм… а можно я не буду вино, можно просто воды? Поднял глаза на нее: – Нет, пей вино… оно расслабляет, бокалом вина не споить. – Я просто не люблю спиртное. – Это тебе понравится, пей. После ужина нам подали кофе. Я люблю натуральный без сахара, а воробушек, как и многие женщины, предпочитает с молоком. Мы перебрались в кресла, пили каждый свой напиток. – Маргарита Алексеевна, вы мне сегодня больше не понадобитесь, можете быть свободны. После того как домработница ушла, и мы допили кофе, посмотрел на сидящую с опущенными глазами и сжатыми кулачками Аню, сказал: – Подойди. – протянул ей свою ладонь. Нервно закусила губу и посмотрела на меня, не решаясь встать. – Аня… я жду. Медленно встала и подошла ко мне так, будто она Анна Болейн и идет на эшафот. Взяв за запястье, потянул ее и, как только она подошла ко мне, усадил на свои колени. – Скажи мне, моя девочка, сколько у тебя было мужчин? – поглаживая ей шею, спросил у нее, а она от моего вопроса покраснела и прошептала: – Один. Я на секунду застыл, а потом продолжил свои вопросы: – Это был тот парень, с кем ты встречалась? Повернув ко мне голову, удивленно спросила: – А откуда вы знаете, что у меня был парень? – О тебе я знаю достаточно. Ты не ответила. – Я не обязана вам отвечать. – Аня… не зли меня, отвечай. Тяжело вздохнула и, нахмурившись, ответила: – Не хочу это все вспоминать. – Ладно, тогда не будем. – поворачивая ее голову к себе, провел пальцами по точеной скуле. – Открой ротик, покажи свой язычок. Она же, наоборот, закусила губы, будто думала, что я насильно буду ей открывать рот. – Аня… я просил другое действие… давай, девочка, выполняй. Опустив глазки, немного помешкав, она все же подчинилась. – Я вижу лишь кончик твоего розового языка, а хочу весь. И смотри мне в глаза. Подняла свои глаза и высунула язык. – Да, маленький мой, напуганный воробушек, именно так. Она меня возбуждает, даже ее страх в глазах… он меня тоже возбуждает – это сумасшедшая смесь. Приблизился к ней, взял в плен ее влажный язык, пачкая его своей слюной, ухватив одной рукой за голову и фиксируя в таком положении. Вылизывая ее язычок, слежу за реакцией, глаза моего воробушка блаженно закатываются. Перешел на рот, кусая губы и язык. Она сносит мне голову напрочь. Подхватив на руки, понес в сторону своей комнаты. Под пальцами чувствую, как девочка напряглась. Развернулся, не разрывая поцелуя, толкнул плечом двери в комнату, опустил на ноги только когда донес до кровати. Оторвался от ее рта, покусывая ей шею, расстегнул блузку, которая была надета на ней. – Не надо… Я отстранился от ее шеи: – Тогда сама… разденься сама. Сглотнув, она сказала, глядя на меня: – Пожалуйста, только не делайте мне больно. Немного нахмурив брови, ответил: – Не сделаю. Мы вернемся к этому разговору чуть позже. Давай, малышка, раздевайся. – и я отошел от нее, сел в кресло и следил за тем, как она раздевается, краснея по мере того, как снимала одежду. Впился цепким взглядом, следя за каждым ее движением. Оставшись в нижнем белье и черных чулках, остановилась. – Белье тоже снимай. Немного подумав, сняла и его. Попыталась прикрыться. – Нет… убери руки… я хочу посмотреть на тебя. Когда она разделась, я встал с кресла, подошел ближе, пристально рассматривая ее. – Ты очень красивая, чулки не снимай. Я сам это сделаю позже. Волосы распусти. После того как она подчинилась, стал снимать с себя одежду и смотрел на нее, но она так и не подняла своего взгляда от пола, пока я весь не обнажился. Подошел к ней, взял ее ладони и положил на свои плечи. Надо вытаскивать ее из своей ракушки и делать это надо постепенно, шаг за шагом, мне нужно ее доверие. – Иди ко мне, воробушек. – взял ее на руки, и она вцепилась в мои плечи ногтями. Положил на кровать. Как только она увидела, что уперся рукой и коленом в простыни, чтобы забраться на кровать, попятилась от меня к изголовью. Ну, нет, малышка, я так красиво опутывал тебя своей паутиной не для того, чтобы ты смогла сбежать. Сжав простыни в кулачки, уставилась на то, как я подползаю к ней. Замечаю, как ее глаза расширились, и она часто задышала. Ее взгляд упал на мой член во всей его красе, он стоял колом с открытой головкой, на которой блестела капля смазки. Поджав ноги к груди, зажмурила глаза. Ну, заебись… сука… я найду этого гандона, который отбил у нее охоту к сексу. Уверен, стоит только вытащить из нее эту зажатость, как успевай только ее демонов ловить. Я даже представил, как они с моими дружбу водить будут. Это придало мне настроения. Положил ей руки на лодыжки, дернул на себя. Сюсюкать не умею и не смогу. Если рубить, то сразу голову. Навис над ней и сказал: – Руки на подголовник, возьмись за него и не отпускай. Поняла? Быстро кивнула. – Умница… расслабься. Посмотрел на ее тело – красивой формы грудь, и все таки двоечка, с маленькими сосочками, узкая талия, округлые бедра, плоский животик и точеные ножки, шикарная девочка. Ладонью спустился с шеи, дошел до груди, поводил пальцем вокруг сосочка, не касаясь его, а он отреагировал, твердея на глазах. Я чуть усмехнулся, и все таки тело не обманешь и против своей природы не пойдешь. Если есть внутри огонь, он обязательно вырвется наружу. Также провел и по второй груди. Прошелся пальцами по животу, чуть касаясь нежной кожи, она стала покрываться мурашками. Какая мгновенная реакция. Чуть приоткрыла рот, с шумом выдохнула, уставившись в потолок. Моя рука спустилась к гладкому лобочку, и тут она дернулась. – Тихо. – предупреждающе рыкнул я. – Раздвинь ноги… Аня, я с кем разговариваю? Раздвинь, покажи мне себя. – Я… пожалуйста… – Без пререканий, я говорю – ты выполняешь, ничего сложного. Давай, девочка, покажись мне… ну же… – бля, это так возбуждает, то, как она стесняется при этом. Ее щеки пунцового цвета. Она медленно раздвигает колени и показывает свои гладкие складочки. – Еще… – охрипшим голосом сказал я. Закусив губки, она раздвинула ноги шире. Сглотнув, рассматриваю ее, еле сдерживаясь. Хочется наплевать и отодрать ее. Но вместо этого, говорю: – Красавица… ты – красавица. Открыв глаза, она посмотрела на меня немного растерянно. Провел ладонью, проверяя гладкость ее лобка, и спустился к половым губкам. Провел пальцем, раздвигая розовую плоть, не совсем сухая, но и не готова пока. Большим пальцем надавил на клитор и сделал круговое движение. – Не дергайся… – склонившись над ней, проговорил, как только она завозилась подо мной. Моя железная выдержка уже трещит по швам. Взял в рот манящий сосок, не удержался, укусил, оттянув на себя. Когда услышал благодарный стон, ставший призывом к действию, я рыкнул в грудь, не переставая терзать такой чувствительный сосок и мучить ее клитор, который покрылся влагой. Средним и указательным пальцами скользнул к влажной дырочке, попытался всунуть пальцы в нее, но как только девочка почувствовала натиск, то затрепыхалась. Я оторвался от сладкого соска. – В чем дело? – спросил, глянув в потерянные глаза, которые недавно смотрели на меня с поволокой страсти. – Угомонись… все нормально, ты уже влажная… и хочешь меня, а я, пиздец, как хочу тебя. Ты же не маленькая девочка, и должна понимать, что возможно будет некомфортно, пока не притремся друг к другу… это нормально… намеренно больно я тебе делать не буду. Мне от тебя нужно полное подчинение и доверие. Ты сможешь… мм… скажи, воробушек? Хлопнув своими ресничками, ответила тихо: – Смогу. – Ну, вот и умница, раздвинь пошире ножки… очень хорошо… ты безумно красивая… везде. Провел по влажной плоти вверх-вниз, задевая клитор, заворожено глядя на свои действия. Всунув средний палец в ее тугую дырочку, повернул к ней лицо, лизнул ее дрожащие полуоткрытые губы. Всунул свой язык ей в рот, вылизывая каждый уголок. Она изрядно намокла, я подключил еще один палец. Стал растягивать мышцы ее текущей дырочки под себя. – Вот так маленькая… послушная девочка, согни глубже в коленях ножки… хорошо. Я расположился между ее разведенных ног. Сев на колени, пятками в ягодицы, аккуратно снял чулки и отбросил их в сторону. Потянул ее на себя. – Расслабься… Говоря, пристроил головку уже одеревеневшего члена к ее мокрой дырочке, небольшим давлением стал проталкиваться в нее. – Ты такая узкая малышка… потерпи… только не напрягай мышцы… По спине стекает дорожкой пот, твою мать, проще шлюху выебать, чем вот такую малышку. – Хорошо, девочка… – головку просунул, и понемногу продвинулся вперед, пока не вошел весь. Подтянул ее глубже на свои колени, взялся за бедра. – Смотри на меня, воробушек, смотри в глаза, хочу твои эмоции… дай мне их. – чуть вышел и снова толкнулся, не сводя с нее глаз, а она с меня. – Да… вот так, Аня, в глаза и не отводи. Сначала раскачивал, чтобы привыкла к размеру. Мы подходим, прямо впритирочку, обтянула меня как перчатка, чувствую стеночки ее влажной дырочки. Работаю бедрами взад-вперед, растягивая под себя. Спустя десять секунд мог уже свободно выходить и заходить до упора. Нельзя испортить первый раз, мне нужно ее доверие и полное подчинение. Трахая, смотрю на девочку, как она кусает губы, пытаясь контролировать свои эмоции. Тебе нравится, малышка, я вижу. А как тебе вот так? Я вышел до головки и с размаху врезался, упираясь головкой в стенку. – А…ах… да… именно… – Хорошо, девочка, не закрывайся. Огонечек… ты страстная, давай… хочу слышать твой голос. Вцепившись в белоснежные бедра, трахаю ее, размашисто врезаясь бедрами, но грань не перехожу… пока не перехожу. – А…а…ах… – Скромница моя, давай, я вижу все эмоции в твоих затуманенных похотью глазах… от меня тебе их не скрыть… давай, малышка… кончай… ты на грани… – А…а…ах… ма…а…а… – ее выгнуло всю дугой в оргазме после того, как я прокрутил в ее лоне восьмерку… размашисто трахал, порыкивая, пока не кончил и не залил ее лоно своей спермой. Только после понял, что мне даже в голову не пришло предохраняться. Со всеми предохранялся, а с ней и мысли не допускал. Сразу понял, что девочка чистенькая, и с ней хочется кожа к коже. Опустив голову, прихожу в себя после оргазма, в глазах мелькают мушки… черт… вот это оргазм… поднимаю глаза на Аню, а ее бьет мелкой дрожью. Вышел из нее, спрыгнул с кровати, пошел быстрым шагом в ванную комнату. Пока набиралась теплая вода в ванну, пошел за Аней. Мой воробушек лежала, свернувшись калачиком. Взял ее на руки и сел в наполняющуюся теплой водой ванну, бережно уложив на себя сверху. Уткнувшись в мою широкую грудь, она кажется, заснула. Я усмехнулся… надо же у меня такое впервые, чтобы после траха кого-то так вырубило. Поглаживая своего воробушка… смотрю на нее и говорю: – Перенервничала, маленькая, или я фантастический ебарь. – снова усмехнулся, но уже собственной шутке…