Глава 13

Ева Клубничкина

— А теперь, ложись, Лапушка, — его голос бархатным прикосновением, прокатилось по мне, заливая запретным удовольствием мою израненную душу.Арес отступил на шаг, и его ухмылка смягчилась, превратившись в почти что нежную улыбку, которая светилась в полумраке комнаты теплым, обнадеживающим светом.

Арес отошел к резному столику у стены, где в ряд стояли темные стеклянные чаши.

Он прикрыл глаза, и медленно провел рукой над стеклянными емкостями, с шумом вдыхая ароматы.

— Вот эта в самый раз! — В голосе Ареса прозвучала нотка удовлетворения. — Аромат свежей розы, ванили и кокоса… Роза для нежности, которую ты заслуживаешь. Ваниль для сладости, что прячется в тебе даже сейчас. А кокос… чтобы напомнить о тропическом рае, где нет места боли… Только безумное нереальное наслаждение…Его движения были гипнотически грациозными, напоминая ритуал волхва, готовящего зелье. Пальцы замерли над одной чашей.

С чашей в руке Арес вернулся к кушетке.

Я все еще сидела на краю, съежившись, свесив босые ноги с краю, не доставая до прохладного пола.

Легкая простынка, которую я судорожно прижимала к груди, казалась ничтожной защитой от всего мира и от того огня, что разгорался в их глазах.

“Божечки! — пронеслось в голове вихрем. — Кто бы знал… Кто бы мог подумать, что все обернется именно так…”

Внутри меня все еще бушевала буря.

Страх и отчаяние, от которого в кровь произошел выброс адреналина, медленно отступали, оставляя после себя дрожь… Мелкую, предательскую, то ледяную, то горячую… Она струилась под кожей, распаляя все сильней...

Напряжение по капле уходило из мышц, расслабляя все мое тело, но на смену ему приходила оглушающая, сюрреалистичная пустота в душе… Что мне ждать от них?

— Тебе делали массаж в восемь рук? — раздался голос Клима, хриплый, и в то же время мягкий.

Я обернулась и застыла.

Клим стаскивал через голову облегающую белую футболку, и это ошеломляло, завораживало, очаровывало.

Под интимным приглушенным светом, его торс переливался внушительными мускулами. Словно сама Мать Природа разукрасила его тело стальными мышцами, в которых скрывалась недюжинная сила.

Клим показательно размял кисти рук, играя мускулами бицепсов, обещая мне наслаждение, и в тоже время, давая понять что будет относится ко мне бережно и с любовью…

— Нет! — я только покачала головой, и голос мой прозвучал сипло и чужо. Мозг отказывался верить в реальность происходящего. Я ввязалась в опасную игру с ними, моими повелителями, моими титанами, а теперь они… они будут делать мне массаж? Это была какая-то изощренная, прекрасная пытка.

— Расслабься, Лапушка! Мы хотим лишь показать помочь тебе расслабиться…

— Хотим доставить удовольствия…

— Хотим успокоить…

— Хотим показать, насколько офигенное удовольствие может приносить мужская сила, если ею пользоваться умело, а не насиловать, причиняя своей избраннице боль и страдания…

— Те уроды, в сауне, они тебя напугали… мы поможем забыть об этом, Лапушка…

Мои боссы окружили меня, встали спереди, и за кушеткой на которой я все еще сидела, сжавшись в комочек…

Напуганная, смущенная, не решаясь согласится на то, о чем мечтала очень давно…

— Как вы тут оказались? — выдохнула я, пытаясь ухватиться за логику, как за спасательный круг. — Нет, я не это хотела сказать… Я безумно рада вас видеть! Благодарна, что успели вовремя… — Голос снова начал срываться, предательски дрожа.

Картина того, что могло бы случиться, вспыхнула перед глазами ярким и ужасным кадром. И тут во мне что-то прорвалось.

Плотину, сдерживающую весь ужас, всю униженность и ярость, прорвало окончательно. Спазмы истерики вырвались наружу без спроса. Я не просто заплакала — я разрыдалась. Это были не слезы, а целая буря, выворачивающая душу наизнанку. Тело сотрясали беззвучные, прерывистые рыдания, от которых не хватало воздуха.

И тут же Клим оказался рядом.

Не просто рядом — он вклинился между моих ног, захватывая пространство, заполняя его собой.

Обнимая сильными руками, прижал к своей обнаженной груди. Я уткнулась лицом в его горячую кожу, чувствуя соленый вкус своих слез и вдыхая его густой, пряный, его запах.

Мой босс ладонями, шершавыми и жесткими, принялся поглаживать мою спину, мои волосы, и от каждого прикосновения по коже бежали мурашки, пробуждая меня к жизни…

Возрождая казалось погибшую чувственность...

— Поплачь, Лапочка, вылей всю боль! — его горячее дыхание обжигало макушку, а низкий голос проникал прямо в душу, укачивая и успокаивая. — Давай, легче будет, сладкая…

Я не знаю, сколько времени просидела так, прижатая к его груди, этому человеческому щиту от всех бед.

Я выла и рыдала, пока не ощутила полное опустошение. Истерика выжгла все дотла, оставив после себя лишь легкое, почти ошеломительное оцепенение.

Под конец я просто тихо всхлипывала, икала и жадно принюхиваясь, втягивала в себя его запах.

Он был повсюду — он проникал в меня, в каждую пору, в легкие, в каждую клеточку. Заполнял собой все пустоты, убирая всю боль что копилась во мне последнее время. И я тонула в его запахе, наслаждаясь каждым мгновением. Быть рядом с любимым мужчиной. Нежиться в его объятиях, купаться в его запахе, в его утешении, в его ласке…

Это было так просто и так офигенно.

Никогда еще я не чувствовала себя настолько защищенной и… счастливой…

— Клим… — прошептала я, все еще не до конца отпустив страх, когда его пальцы вновь заскользили по моей спине, теперь уже разгоняя не мурашки, а целые волны жара. — Ч-ч-что…

— Тсс! — Он мягко, но властно прижал палец к моим губам, и шершавая подушечка скользнула по ним, заставляя замолкнуть и затаить дыхание. — Просто расслабься, Лапочка…

— Доверься нам, сладкая, — проурчал позади меня мягкий низкий баритон Ареса. Его голос был как физическое прикосновение, он разлился по спине теплой волной, разгоняя жар в теле еще сильнее.

— Ляг на живот, Ева, — к разговору присоединился третий голос, бархатный и спокойный. — Ты же пришла на массаж… Позволь нам… мы можем помочь расслабиться… А ты просто лежи и чувствуй…

— Обещаем, только массаж… — добавил четвертый босс, и его слова повисли в воздухе, сладкие и двусмысленные. — Ничего больше… ничего из того, что ты сама не захочешь нам дать…

— Сейчас, позволь нам о тебе позаботиться, Лапочка…Это был коллективный сеанс психотерапии, где лекарством были их голоса, их руки, их внимание.

Я подняла глаза и взглянула на Клима, прямо в его темные, почти черные зрачки. И замерла.

В них полыхало обжигающее пламя — голое желание, яростное собственничество, невероятная, с трудом сдерживаемая сила. И я видела, насколько он сдерживается, контролирует собственную страсть.

Чувствовала, как мелко дрожат его пальцы на моей коже, как они пересчитывают мои позвонки, ласкают, слегка надавливают на зажатые мышцы и тут же отпускают, словно говоря:

«Видишь? Мы можем быть разными. Мы можем быть той силой, что тебя защитит, и той нежностью, что тебя усладит».

Почему они не злятся? Почему не наказывают за все мои проделки? Почему такие ласковые? Что вообще происходит? Они меня жалеют?

— Вы все знаете? — вырвался у меня тихий шепот. Это было не сомнение, а горькое утверждение.

Игра окончена.

Они раскрыли все карты.

— Лапочка, — горячее дыхание Ареса обожгло мое плечо, шею, макушку, — все вопросы потом. Ты пришла сюда расслабиться, отдохнуть… Ложись на стол, мы поможем… — Его пальцы уперлись в зажатые мышцы моей шеи, и под их властным, но бережным нажимом я невольно расслабилась, откинув голову назад, на ту самую надежную, обнаженную мужскую грудь.

— Не бойся! — Жарко прошептал Клим голосом змея-искусителя, который обещает не грех, а спасение. — Больше тебя никто не посмеет обидеть!

И я сдалась.

Сдалась полностью и без остатка.

Я выдохнула — долго, с облегчением, позволив телу обмякнуть, растеклась лужицей в их двойных объятиях.

Решила, что единственный способ вытеснить плохие воспоминания — затопить их хорошими. Заменить моментом с моими мужчинами.

— Хорошо! — Доверилась я своим боссам, своим спасителям, своим мужчинам. — Верю!

— Что?.. — успела я только ахнуть, инстинктивно вцепившись пальцами в его мощные, каменные плечи. — Куда?В следующее мгновение Клим счастливо и победно ухмыльнулся, легко подхватил меня на руки, как перышко, и понес.

— Не бойся! Мы просто решили сменить обстановку. Ведь изначально тебя должны были привести в наш личный массажный кабинет…

— Та девушка, Дашенька… — робко напомнила я, чувствуя укол стыда и страха за нее.

— Ее уже ищут, — его голос стал твердым и холодным, как сталь. — И накажут как полагается, не переживай… А сейчас сменим обстановку…

Мы вышли из того жуткого кабинета и оказались в пустом, беззвучном коридоре. Лифт беззвучно доставил нас на самый верхний этаж. Когда его двери разъехались, я едва сдержала возглас изумления. Мы оказались в роскошном пентхаусе, откуда через панорамные окна открывался вид на весь ночной город, сверкающий как рассыпанное сокровище.

— Это наша служебная квартира… — прозвучал чей-то голос, но я уже почти не слышала. Я была здесь, с ними. И это было только начало.