Глава 17

Дождаться возвращения Шувалова оказалось сложнее, чем я представляла. Несмотря на то, что с утра до вечера я готовилась к предстоящему экзамену по теории государства и права, зубря билет за билетом в надежде вычитать все сто пятьдесят штук, затем тарабанила смены на работе, возвращаясь практически затемно, все мысли занимала ситуация Валентины Петровны.

Я не только хотела помочь Алининой маме, но и боялась подставить саму Алину. Пообещала ведь, что помогу, никто за язык не тянул. Зная, как подруга надеется на меня, я не могла ударить в грязь лицом, и потому по мере возможности изучала тему сама.

В голове уже наварилась каша из экзаменационных билетов, статей с юридических сайтов и выдержек из Трудового кодекса, но сидеть сиднем, не предпринимая ничего несколько дней, не позволяла совесть.

Потому, когда утром тринадцатого числа Андрей позвонил мне и обрадовал, что вылетает домой, я ломанулась его встречать, не думая. На такси? В аэропорт? За Шуваловым? А как иначе?

Его рейс прилетал только через полчаса, а я уже сидела, как штык, в зале ожидания, вздрагивая каждый раз, когда безразличный голос диктора оповещал о прибытии очередного самолёта. А ещё я отправила Андрею сообщению, надеясь, что, включив телефон, он сразу же его увидит.

Недалеко от меня расположилась симпатичная молоденькая девчонка с малышом. Совсем такая, как показывают в рекламе детского питания: улыбающаяся, румяная, с собранными в небрежный пучок волосами и какими-то нереально-космическими глазами, горящими любовью к своему ребёнку. Малыш лет трёх-четырёх был одет в забавный коричневый комбинезончик, на капюшоне которого красовались медвежьи ушки. Он не сидел ни минуты — то тянул маму к автомату с напитками и сладостями, то чуть ли не застревал своими крохотными пальчиками в отверстиях металлического ряда сидений.

Я никогда не питала особой любви к детям, меня никогда не отправляли быть нянькой к родственникам, а на всех семейных торжествах я лишь издали поглядывала за тем, как женщины крутятся вокруг карапузов. А уж после планов Давыдова, в которых мне предстояло быть матерью-домохозяйкой, без права на самореализацию в выбранной сфере, я и вовсе шарахалась от материнства, как от огня.

Поэтому я даже догадываться не могла, что привлекло меня в этой девчонке и её малыше. Может, то, что она выглядела всего лишь на пару лет старше меня? Или может то, что она обещала мальчику скорую встречу с отцом? Интересно, какого это — вот так встречать своего мужа с командировки или поездки? Глядя на эту девушку, я не была уверена, что она сиднем сидит дома, занимаясь только хозяйством да воспитанием. И всё-таки… нет, такое будущее было явно не для меня.

Объявили прибытие рейса Андрея, и я соскочила с места, направляясь к раздвижным дверям, скрывающим за собой зал прилёта, из которого должен был появиться Шувалов. Рядом со мной собралась почти толпа — затесалась даже тройка предприимчивых таксистов, готовых увезти доверчивого пассажира за бешеные деньги хоть на край света. Да уж, в эру агрегаторов такси, необходимость в таких «шофёрах» таяла на глазах.

Увидев Шувалова, я не смогла сдержать улыбку.

— Так-так-так, Кристина! — разулыбался Шувалов, приблизившись ко мне. — Я не понял, что за непорядок? Раз уж ты решила мне встречать, то где цветы, а? Где искренняя радость на лице? Где объятия, а?

Сказать, что он поверг меня в ступор, — ничего не сказать. Я так и замерла с приоткрытым ртом.

— Да ладно тебе, я шучу! — хохотнул Андрей. — Радость на лице я вижу! Будем считать, что это ты так по мне сильно соскучилась.

— Андрей! — я вспыхнула и одарила парня ощутимым тычком в бок.

— Ой-ой, чего ты сразу дерёшься? — он веселился во всю. Да так, что на нас стали с подозрением поглядывать люди вокруг.

— Поехали уже, — я не была привычна к такому вниманию и почувствовала себя неуютно.

— Поехали, — охотно отозвался Шувалов, пригладив пятернёй растрепавшуюся причёску. — Только давай сперва заедем перекусить, я жутко голоден!

— Вызываю такси?

— Какое такси, Кристина? — сморщился парень. — Я на своей, — и, ухватив за руку, он потянул меня к ближайшему выходу.

На платной «долосрочной» парковке, кроме серебристого купе Шувалова, стояло ещё два автомобиля. Это при том, что мест тут ого-го сколько. Сказывалась кусачие расценки. Впрочем, всё относительно и зависит от кошелька.

— Клиент платит или сам не скупишься? — поинтересовалась я, пока Андрей на всякий случай осматривал своё авто на сохранность. Камеры-камерами, но мало ли.

— Сам, — отозвался парень. — Моя же прихоть. Мог бы и на такси скататься. Но, знаешь, Крис, не люблю я такси. Ная дорогах и так черти-что творится, а тут ещё свою жизнь «рандомному» водиле доверять — такое себе. Я себе-то не всегда доверяю, — он усмехнулся. — Всё ок, поехали.

Как и в прошлый раз, история с «я знаю, ты не голодна, но возьми себе что-нибудь» повторилась, хотя, к счастью, я отделалась ещё легко. Андрей же затарился по полной.

— Ты не представляешь, как я обожаю фастфуд, — разоткровенничался он, пока мы ждали у окошка выдачи. Я не удержалась — взгляд невольно скользнул к животу парня — белая рубашка заправлена в брюки, чёрный ремень затянут, но лишнего веса явно не наблюдалось. — Ха, — покачал головой Шувалов. — Я столько энергии трачу, что никакой бургер и картошка фри меня в колобка не превратят.

— Надо питаться правильно, — с мамиными интонациями нравоучительно произнесла я.

— Надо, — с готовностью согласился со мной парень. — Непременно начну. — И со смешком добавил: — Когда-нибудь.

Мне только и оставалось, что страдальчески закатить глаза.

— А чего это ты о моём здоровье переживаешь, м? — а лицо хитрое-хитрое, довольное-довольное.

— А кто мне тогда помогать будет?

— Ну вот, а я губу уже раскатал. Какие меркантильные нынче студенточки пошли, — сказанная в шутку фраза попала в цель и больно царапнула. — Эй, Крис, ну ты чего, я же прикалываюсь.

— Ага, — кивнула.

Благо в окошке выдачи появился паренёк с пакетом съестного, и Андрей был вынужден отвлечься на получение заказа. Терпеливо дождавшись, пока парень уничтожит содержимое бумажного пакета, я сменила тему, акцентировав на главном — на том, зачем, собственно, мы собрались.

— С Алиной я договорилась, они нас ждут.

— Чё-ё-ё-ёрт, — вдруг воскликнул Андрей, не успев даже пристегнуться. — Я совсем забыл. Мне же надо было сразу в офисе появиться. Так что сначала погнали до туда, я недолго, а потом уже к твоей Алине поедем. Идёт?

Как будто у меня был выбор. Я в данной ситуации оказалась зависимым от Шувалова лицом, а потому только и могла во всём соглашаться с ним. Правда была вещь, на которую я всё-таки могла повлиять: когда Андрей убежал в офис, я осталась в машине.

Градов (к слову, который так и не выходил со мной на связь с наших выходных в его доме) был на месте — его чёрный седан стоял через одно парковочное место от купе Шувалова. По крайней мере скучать по Евгению Александровичу мне было некогда, а завтра, как-никак, экзамен, на котором мы с ним вновь увидимся в привычном амплуа «преподаватель-студентка» в последний раз.

Между автомобилями вклинился красный паркетник, лишая меня живописного вида на железного коня Градова. Находящаяся за рулём платиновая блондинка с короткой пышной причёской и в модных широких солнечных очках раздражённо разговаривала по телефону. Я не знаю, почему задержала на ней взгляд. Может, потому что в пассажирское боковое стекло виднелся висящий на складной вешалке белоснежный пиджак. Или может потому что в какой-то момент незнакомка повернулась ко мне, и на её правой руке, держащей телефон, я разглядела обручальное кольцо.

Моё стекло было приопущено, и потому я прекрасно слышала все слова блондинки, когда он вышла из автомобиля и раздражённо хлопнула дверью, чуть не задев сверкающий бок купе Шувалова.

— Я уже перед твоим офисом, Градов!

Слова собеседника ни за что не расслышать, но женские эмоции не давали ошибиться в теме разговора.

Мельком бросив взгляд на меня, сидящую на пассажирском сидении и разглядывающую её во все глаза, она сжала полные губы в «куриную жопку», как любила говорить Вероника, и отвернулась, одновременно ставя автомобиль на сигнализацию.

— Знаешь что, мой дорогой! — она практически шипела. — Пока я твоя жена, будь добр посвящать меня во все свои планы. Пусть Света сделает мне кофе! — она уверенно шла к офису, а я буравила взглядом её спину, обтянутую тонкой нежно-жёлтой тканью блузки. Широкие белые штанины брюк при каждом шаге развевались, а шпильки, словно боевые там-тамы, яростно цокали по асфальту.

Жена Градова превзошла все мои ожидания — кто вообще заводит любовниц на стороне, имея такую женщину рядом с собой?

Раньше я думала, что во мне что-то ёкнет, если я увижу ту, что посмела отодвинуть в сторону. Воображение, конечно, не рисовало образ румяной домохозяйки, но… появление этой дерзкой акулы, под стать Градову, не вызвало гласа совести. Единственное, что я испытала — удивление и некоторое разочарование.

С одной стороны, я догадывалась, что постоянное противостояние двух сильных характеров может утомлять Евгения Александровича. С другой же…. Приходилось признать, что я — не соперница этой зрелой, уверенной в себе, состоявшейся в жизни красавице. У него никогда даже не возникнет вопроса, кого выбрать: её или меня.

На протяжении ближайшего получаса я старалась сделать всё, чтобы мои мысли не возвращались к законной супруге Градова. У меня есть другие заботы, куда важнее, чем раз за разом проигрывать в памяти её эффектное появление.

К счастью, из-за дверей офиса наконец-то показался Шувалов. Правда не один… Вслед за ним на крыльцо вышел Градов и незнакомый мне презентабельный мужчина. Андрей пожал обоим руки и размашистым шагом направился к машине. Градов и незнакомец тоже двинулись в сторону парковки, и в этот момент сработал закон Вселенной: Евгений Александрович вдруг посмотрел прямиком на меня. Наши глаза встретились, и моё сердце пропустило один удар.

Казалось, с чего бы? Но… В ту секунду, пока Градов буравил меня совершенно безразличным взглядом, в моей голове пронёсся ураган мыслей. И «Что он подумал?» — занимала среди них первое место. А затем он отвернулся.

— Заскучала? — Андрей уселся на сидение и сразу же запустил двигатель, чем заставил меня отвести глаза и обратить на него внимание. — Прости, что долго. Заявилась Маргарита, и мне пришлось ждать, пока Градов разберётся с её претензиями.

Парень уверенно задним ходом выехал с парковки и вырулил на оживлённый проспект.

— Маргарита? — я прекрасно поняла, кого Андрей имел в виду, но вопрос сорвался с языка раньше, чем смогла закрыть рот. А если быть честной с самой собой, то вот именно сейчас разговор об этой женщине мог отвлечь меня от самобичевания.

Не так-то просто избавиться от того, что вдалбливали несколько лет. Потому тот факт, что Градов увидел меня с Шуваловым, казался настоящей катастрофой. Впрочем, так и было бы — если бы на месте преподавателя оказался Давыдов. А так… я не знала, чего ожидать. Где-то на краю сознания маячил здравый смысл: «Ничего страшного не случилось. Ты не принадлежишь Градову и можешь делать всё, что хочешь, и общаться с кем захочешь».

— Ага, — к счастью, Андрей не замечал мое внутренней борьбы. — Жена Градова. Она редко приезжает в офис, но если уж появилась, то день обещает быть весёлым, — усмехнулся

— Она тоже юрист?

— Нет. Маргарита — бизнесвумен, руководит парочкой контор. Аренда строительной техники, подряды — ничего особенного. Под протекцией влиятельных родственников её бизнес процветает.

Кажется, всё встало на свои места.

— А кто у нас родственники? — придала своему голосу шутливую игривость.

— А что это ты интересуешься? — прищурился Шувалов, бросив на меня короткий взгляд.

— Ну как, — воскликнула. — Это же всестуденческая загадка — кто у ТГПшника жена.

— Столько лет прошло, а ничего у первого курса не меняется, — хохотнул парень. — Как будто и не выпускался… в мои годы одногруппницы тоже из себя сыщиков строили. Но если я тебе скажу, ты получишь ответ нечестно.

— Ну и что, — протянула я. — Я никому не скажу. Правда-правда! Хочешь на мизинчике поклянусь?

— Ой, ребёнок, — хмыкнул Андрей. — Ладно. Маргарита Фёдоровна Павлова — полное ФИО, если для тебя это важно. Мать — Александра Ивановна Павлова — судья в кассационном арбитражном суде нашего округа, отец — Фёдор Сергеевич Павлов — бывший ОБЭПовец, ныне на пенсии, но связей своих, как ты понимаешь, не утратил. Гуглить дальше будешь?

Я замотала головой.

— Нам на Сибирский тракт, — только и успела предупредить Шувалова, чтобы он свернул на нужное направление. — Коллективный сад «Ротор», забьешь в навигатор?

Больше опасные темы я не поднимала, удовлетворившись тем, что открылось. На мою голову.

Я занялась другим — выспросила у Шувалова план действий. Из рассказа Андрея следовало, что нужно не просто минимизировать конфликты, но и попробовать найти возможность трудоустроиться в другом месте.

— Ты же понимаешь, Крис, что там ей теперь спокойной работы не будет. Отобьем одну нападку, вторую — и к чему придём? Да, мы выиграем суд в случае чего, получим компенсацию, но… надо ли всё это? Здоровье дороже. Люди обычно тяжело переживают такие конфликтные ситуации, поэтому… — Андрей замолчал. И я прекрасно понимала, к чему он вёл.

Встреча с Алининой мамой прошла успешно, даже несмотря на то, что мы не сразу нашли нужный нам участок. В саду у Алины я никогда не была, и потому подруге пришлось встретить нас и провести сквозь ряды узких улочек.

Пока мы с ней накрывали на стол, Андрей проводил правовой ликбез Валентине Петровне.

— Хорошенького ты вместо Давыдова нашла, — довольно лыбясь, подколола меня подруга, изредка поглядывая в комнату, где устроились наши переговорщики.

— Это друг, Лин, — сразу же пресекла ход её мыслей. — Мы только дружим. Ничего больше.

— Ну и дурочка, он клёвый, — по-простому вынесла вердикт Алина и смачно куснула персик. — Ты бы присмотрелась, а то потом локти будешь кусать.

— Кого вы тут кусать собрались? — Андрей невовремя зашёл на кухню. — Я поражаюсь кровожадности нынешней молодёжи.

— Никого, — улыбнулась. — Садись за стол.

— Ага, — поддакнула Алина. — Угощайся. Чай — с мятой, варенье вон своё, вишнёвое.

— Ещё смородина есть, — в руках Валентина Петровна крепко сжимала листочек, на котором видимо записывала заметки во время консультации Шувалова.

Удивительно, как Андрей быстро сходился с людьми. Он везде чувствовал себя в своей тарелке — настоящий экстраверт, не боящийся новых компаний. Даже Алининому брату, высунувшемуся с чердака, перепала толика внимания.

Первое впечатление о Шувалове оказалось верным. Он и правда был таким: невозможно добрым, сопереживающим, хорошим и отзывчивым. Я смотрела на него и удивлялась, как вообще их пути с Градовым пересеклись. Они были диаметрально противоположными, как плюс и минус, как север и юг. Как они вообще могли сработаться?

На обратном пути, пока мы выбирались из коллективных садов, Андрей поделился своими впечатлениями от разговора с Валентиной Петровной. Она спокойно приняла тот факт, что ей всё же нужно поискать другую работу — на всякий случай. Хотя по ней всё-таки было видно, что уходить с места, где она проработала почти двадцать лет, она не хочет. Но бывает, что жизнь вносит коррективы в наши планы, и не считаться с ними мы не можем.

— Слушай, Крис, давно хотел спросить, а ты чего на права не учишься? — вопрос Андрея застал меня врасплох. — Не хочешь?

— Хочу. Очень, — призналась. — Обожаю автомобили. Я мечтала о том, как буду ездить за рулём, с самого детства. Правда пока не получалось, но… Поднакоплю и пойду. Обязательно.

Андрей вдруг загадочно улыбнулся и… стал останавливаться, прижимаясь к обочине.

— Ты чего? — всполошилась, когда он отстегнул ремень безопасности.

— Садись.

— Что?

— За руль, говорю, садись! — и, не дожидаясь моего ответа, открыл дверь, намереваясь выйти из машины.

— Нет! — я выпучила глаза от абсурдности ситуации. — Ни за что. Я… я же не умею… и машина у тебя дорогая. Я… тебе её не жалко?

— Ты мне доверяешь? — посмотрел на меня так пронзительно, что все отговорки показались детским лепетом.

Кивнула.

— Тогда садись. Мы на поле, дорога ровная, никого нет. Никуда не въедешь, ничего не случится. Просто садишься, жмёшь на педальку и едешь вперёд. Даже руль почти крутить не надо.

Наверное, потом я буду корить себя за это, но… я не смогла удержаться. Медленно, как в замедленной съёмке, открыла дверь и обошла машину.

За руль садилась с чувством страха и предвкушения. Руки почти не тряслись, но сердце билось часто-часто, вызывая жар. Я чувствовала, как мои щёки стали пунцовыми, по цвету сравнявшись со спелыми помидорами.

— Мы с тобой одного роста, сиденье не двигай, только спину отрегулируй, чтобы было удобно, — парень, как ни в чём не бывало, будто он так каждую неделю девушек за руль сажает, устроился на пассажирском. — Удобно? Хорошо. Теперь правой ногой выжимай тормоз, переводи коробку передач в «драйв». Ага, а теперь смотри в левой зеркало. Чисто? Отпускай тормоз и поехали!

Андрей объяснял мне, как маленькой девочке. Всю эту теорию я знала, не зря же столько времени пропадала с Давыдовым в гараже, но сидя за рулём дорогущего «Мерседеса», за который мне ни в жизнь не расплатиться, все знания куда-то улетучились.

— Вот молодец! Ты умничка, у тебя отлично получается! — Шувалов похвалил, когда я осторожно съехала с обочины и тихонько повела автомобиль. Пусть с черепашьей скоростью, но… я управляла машиной! Денис пару раз доверял мне «Лексус», но это было так давно, что почти стёрлось из памяти.

Я была счастлива настолько, что с лица не сходила улыбка, а затем и вовсе рассмеялась. Мне не верилось, что всё это происходит на самом деле…

Стоит ли говорить, что когда на горизонте показалась асфальтовая трасса, и мне пришлось пересесть обратно, я без умолку тараторила. Благодарность Андрею, впечатления от поездки… я замолчала только, когда мы въехали в город. И надо же — Шувалов всё это время даже не думал меня перебивать.

Через полчаса наступала моя смена, и я попросила его отвезти меня на работу. Андрей припарковался перед жилым комплексом, рядом со входом в зал.

— Спасибо тебе огромное, Андрюш! — я расчувствовалась и повернулась к нему всем телом, насколько это вообще позволяло сидение.

— Не за что, — он улыбнулся и вдруг поправил прядь, выбившуюся из хвоста из-за ветра и теперь спадающую мне на щеку. Его пальцы мазнули по коже, а потом я поймала его на том, что он не сводит глаз с моих губ.

Нужно быть полной дурой, чтобы не понять, к чему ведёт этот момент. Единственное, о чём я успела подумать: «Нет, только не…», прежде чем он начал наклоняться ко мне, опасно приближаясь к губам.

— Андрей, я… я не могу, — выдохнула за секунду «до», отворачиваясь в сторону.

Настала какая-то гнетущая тишина. Даже музыка будто умолкла. И эту тишину я поспешила нарушить.

— Андрей, ты очень хороший парень. Правда, — нашла в себе силы повернуться к нему. — Я тебе очень благодарна за помощь, за твою доброту, за то, что ты доверил мне свою машину, но… я совсем недавно рассталась со своим молодым человеком и…

— Я всё понял, — совершенно спокойно произнёс он.

— Я не ищу сейчас отношений… прости… — отчего-то я чувствовала себя виноватой. Может тому виной моя двуличность? Или то, что я говорила совершенно не так, как планировала? Я не думала связывать свой отказ с недавним расставанием, но слова вырвались сами. И с моей стороны это было подло — я будто давала ему надежду.

— Крис, я понял, — снова повторил он. В его голубых глазах промелькнуло нечто, похожее на разочарование, но он быстро взял себя в руки.

— Сколько я должна тебе за консультацию? — эта фраза оказалась первой, что пришла мне на ум, чтобы разрядить ситуацию. И только озвучив её, поняла, что сказала.

— Ты мне ничего не должна, Кристина, — Андрей посмотрел на меня, как на врага народа.

— Но ты же потратил своё время, и твоё беспокойство должно быть оплачено, — как там поговорка? Сгорел сарай — гори и хата?

— Хорошо, если ты так горишь желанием мне заплатить, то сходи со мной на свидание, — он едко усмехнулся. От смешливого Шувалова не осталось и следа. — Но ты не можешь. Так что забей.

— Андрей… — постаралась сказать как можно мягче.

— Не надо, Кристина. Закрыли тему. Ок?

— Хорошо… спасибо, что подвёз, — и я позорно сбежала.

Чёрт. Чёрт. Чёрт. Всё же шло хорошо, что потом-то пошло не так?

Хотя кого я обманываю.

День скатился в дерьмо с самого начала. С момента, когда приехала жена Градова, а затем он сам лицезрел меня в машине Шувалова.

И эта помощь… эти покатушки… господи, какой я была дурой. Сразу могла понять, что дело нечисто! И ведь понимала, на самом-то деле, только рассчитывала… на что? Чёрт его знает.

Стоит ли говорить, что сегодняшняя смена оказалась худшей за всё моё время работы.