Глава 36 · Дракон

Грэм пожал плечами, не понимая моего напряжения.

— Деревенский. Сирота. Воспитывался очень дальними родственниками после смерти родителей. Говорят, обращались с ним плохо. Недокармливали. Одежду донашивали за старшими. А потом сдали сюда, как только он стал заигрывать с их дочкой. Избавились, одним словом.

Я сжал трость так, что дерево скрипнуло.

«Значит, поступал один, а учится другая. Хитро она придумала. Перехватила документы? Подменила личность? В казарму вернулся уже не Джейлорд, а она?».

Эта картина вспыхнула перед внутренним взором: темный коридор, обмен вещами, тихий шепот, страх и отчаянная решимость девочки, которая предпочла ад военной муштры возвращению в дом.

— Медкомиссию прошел? — спросил я, хотя уже знал ответ. Комиссию проходил настоящий Джейлорд.

— Да, сэр. Серьезных проблем нет. Легкие чистые, сердце в норме. Немного недобор веса, но для деревенского парня из бедной семьи это нормально.

Нормально.

Еще один разметал кадетов с возвышения. Несколько смогли увернуться, но двое остались лежать. Один из них мелкий, худой.

Внизу, в грязи, двое кадетов лежали неподвижно. Остальные продолжали бой, топча землю, орудуя учебными мечами, которые могли сломать ребра при неправильном ударе. Этих, контуженных, вот-вот затопчут.

Я уже знал, что она среди них.

Проклятье!

И тут внутри что-то дрогнуло. Не разум. Инстинкт. Тот самый, что спасал меня в окопах, когда вокруг рвались снаряды.

— Достаточно! — приказал я.

Голос прорезал шум боя, как клинок.

— Бой окончен! — оглушительно заорал Грэм, подхватывая команду. — Приказ генерала!

Тишина наступила не сразу. Сначала послышалось тяжелое дыхание, стук сбрасываемых щитов, кашель. Затем — абсолютная, звенящая пустота, в которой кто-то из кадетов надсадно кашлял, прижимая руку к груди.

Я спустился с возвышения. Сапоги увязали в жиже. Я шел медленно, чувствуя каждый шаг. Трость отбивала ритм, похожий на сердцебиение.

Подойдя к первому кадету, я остановился. Он лежал на спине, широко раскинув руки. Его грудь ходила ходуном.

— Имя! — приказал я, глядя на маску.

— Корвин… — прокашлялся он, и звук вышел басом, густым и низким.

Корвин? Странно. Ладно, этот жив. Сломанных костей, кажется, нет. Только контузия и грязь.

Мой взгляд переметнулся ко второму. А, вот и она.

Он лежал лицом вниз, в луже грязной воды. Не двигался.

Я подошел ближе. Воздух вокруг него казался странно плотным. Тишина стала абсолютной.

Я наклонился. Трость в моей руке дрогнула.

— Поднимите его, — бросил я двум ближайшим курсантам.

Они подбежали, схватили лежащего под руки и перевернули.

— Имя! — приказал я.