Глава 72 · Дракон

Безупречная осанка. Холодный расчет. Абсолютный контроль над эмоциями. Умение подавлять, ломать, удерживать. Умение выглядеть спокойным и учтивым, даже когда все было плохо, когда рядом заклинания разрывали на части полки. На его лице никогда не было паники. И это вселяло уверенность в солдат. Они знали, раз адъютант спокоен, значит, все под контролем. И с этой уверенностью шли в бой.

Я ставил его в пример. Я вешал ему медали на грудь. Я не видел, как под слоем лака и учтивости гниет то, что должно было оставаться человеческим. Или, может, я не хотел видеть. Потому что признать это значило признать, что моя система безупречна. И именно эта безупречность рождала палачей.

«Это моя жена. По закону».

Его голос тогда прозвучал не как мольба. Как констатация факта. Как отчет о сохранности имущества.

Я резко захлопнул папку и бросил ее на стол.

Что хуже? Солдат, который не умеет воевать? Или чудовище, которое умеет делать это слишком хорошо, но не умеет жить обычной жизнью?

Если человек идеально убивает, но не способен жить среди людей — он вообще человек?

Я провел ладонью по лицу. Кожа горела. Под ребрами шевельнулось что-то тяжелое, звериное. Дракон не любил эту мысль. Он хотел крови. Хотел разорвать, сжечь, уничтожить источник грязи.

Зрачки сузились, мир на долю секунды окрасился в оттенки серого и зеленого, но я сдавил горло волей, заставляя их округлиться.

Тишина в кабинете стала осязаемой. Густой. Душной.

Стук в дверь. Короткий. Уставной. Три удара.

— Войдите.

Я приказал двери открыться. Магия сработала моментально.

Дежурный офицер шагнул через порог, вытянувшись в струнку. В руке — конверт. Кремовый, плотный, с золотым тиснением и сургучной печатью. Запах дорогих духов, воска и лоска, от которого у меня всегда сводило скулы.

— Господин генерал. Приглашение. Вдова майора Вальтера просит чести видеть вас на ежегодном благотворительном балу.

Я принял конверт.

Бумага была холодной, гладкой, почти неживой. Мир, который я давно вычеркнул из своей жизни. Мир шелковых платьев, светских сплетен, фальшивых улыбок и договоров, скрепленных рукопожатиями, а не кровью.

— Что ответить, господин генерал? — спросил дежурный. — Посыльный ждет на проходной!