Глава 10. Офис

К началу мая Баттлер не выдержал. Жозефине был выделен кабинет на одном этаже с его собственным – через стенку. Никакая субординация при этом не соблюдалась, потому как этаж прочно закрепился за директорами и старожилами. Жозефина чувствовала себя не слишком уютно среди зрелых мужчин, проработавших на фирме под десять лет. Некоторые из них были с Роном с самого начала, и большинству уже было около сорока. Было, правда, в руководящем составе и двое девушек. Обе – достаточно молодые – одной было тридцать три, другой двадцать семь, и Рон повысил обеих совсем недавно. Эта новость не прибавила Жозефине уверенности в себе, и теперь она старательно искала встречи с этими двумя, чтобы выяснить, насколько они могут интересовать Баттлера в непрофессиональном плане.

Она из них, Паула Каммингс, оказалась слишком жёсткой и сухой, чтобы Жозефина могла представить её в постели Баттлера. Рон так или иначе питал интерес к хрупким созданиям, это Жозефина успела уяснить вполне ясно и по внешности Дэзире, и по случайным обмолвкам Баттлера о достоинствах тех или иных актрис.

Другая, Карлита Калво, к неудовольствию Арманд, не только отвечала всем необходимым физическим параметрам, но и чем-то смутно напоминала графиню де Мортен. Ей было двадцать семь, она обладала копной чёрных волос и такими же черными, как угли глазами и явно не собиралась прибавлять ни в росте, ни в весе. Зато Баттлер был весьма высокого мнения о её интеллекте – Карлита специализировалась на финансовой аналитике, что самой Арманд, как она прекрасно понимала, было недоступно в принципе.

Карлита проработала на фирме около полугода – фактически, меньше самой Арманд, однако, судя по всему – Жозефина не побрезговала обратиться к секретарю и затребовать всю информацию об этой персоне, – Рон возлагал на неё большие надежды. Правда, Карлита могла похвастаться состоятельной семьёй и хорошим образованием – последнее стало для Арманд ещё одним ударом, но насколько знала Жозефина, подобные качества для Баттлера всё же не могли иметь принципиального значения.

Это стало решающим при подаче документов в колледж – Жозефина упустила момент, и теперь приходилось при помощи Гукайнда искать обходные пути.

К июню ей удалось восстановиться в Кембридже и перевестись на факультет международных связей, однако сейчас от неё требовалось досдать разницу. Кроме того, Жозефина теперь категорически не хотела переезжать на Землю и искала способ организовать обучение дистанционно.

Перед внезапной угрозой в лице соблазнительной испанки отступили даже её собственные страхи – первое время Жозефина категорически не хотела лишний раз появляться в помещениях общего пользования. Ей казалось, что все вокруг бросают на неё косые взгляды и обсуждают их отношения с Баттлером.

Косые взгляды были. Правда, Арманд всё же не учла, что имеет дело не с офисным планктоном, которого всегда и везде интересует чужая личная жизнь – за неимением собственной. Секретарши давно уже стёрли себе языки и признали поражение, директорский состав же персона новой фаворитки интересовала с разных точек зрения.

Многие откровенно пренебрежительно относились к последней игрушке, считая её возвышение временным явлением. Эта категория коллег старательно присматривалась к тому, с кем имеет дело, и, к облегчению Жозефины, кое-кто готов был дать ей шанс.

Других Жозефина старалась не замечать – их взгляды были не просто любопытствующими.

Как-то в коридоре она столкнулась с Клиффордом Уэйдом, директором подразделения по связям с общественностью. Уэйду было тридцать девять, но выглядел он куда свежее Баттлера и, не зная о нём ничего, Жозефина могла бы дать ему тридцать. Сказывалось, возможно, и отсутствие шрама – лицо Уэйда, едва прикрытое каштановыми волосами, было чистым как кристалл, а карие глаза светились теплом.

Едва не уронив Арманд на пол, Уэйд тут же сам же и подхватил её на руки, каким-то образом умудрившись перевернуть и притиснуть к стене. Свет в его глазах стал подозрительно обжигающим.

– Мисс Арманд, – Жозефина не сразу поняла, как её рука оказалась в тёплой ладони Уэйда, – очень приятно.

– Взаимно, мистер Уэйд.

Жозефина попыталась податься назад, но обнаружила, что сзади только стена.

– Рад, что мы с вами столкнулись. Я всё собирался зайти познакомиться, но не было времени.

– Кажется, вы и сейчас спешили.

Уэйд реплики не заметил.

– У нас с вами есть ряд вопросов, которые нам стоило бы решить. Не хотите ли сегодня обсудить их за чашечкой кофе?

Жозефина приподняла один уголок губ.

– Простите, мистер Уэйд, какое отношение мой проект имеет к связям с общественностью? Насколько я знаю, пиар этой продукции в планы Баттлера не входит.

– Именно это нам с вами и следует обсудить, – Уэйд ослепительно улыбнулся.

Жозефина подалась в сторону, пытаясь обойти Уэйда слева.

– Боюсь, я буду занята, – Жозефине удалось наконец высвободить руку, но её запястье тут же оказалось стиснуто пальцами Уэйда опять.

Уэйд потянул Жозефину на себя, заставляя наклониться ухом к его губам.

– Сколько он тебе платит?

Жозефина дёрнулась и с недоумением посмотрела на Уэйда, не уверенная, что правильно поняла суть вопроса.

Уэйд кивнул, подтверждая её догадку.

– Больше, чем стоит ваша жизнь, – сказала она тихо и спокойно, выдёргивая руку, – спросите у Кёнига.

Она прошла мимо, оставляя Уэйда позади, и поспешила свернуть в собственный кабинет. Миновав приёмную, она закрыла за собой дверь и привалилась к ней спиной, тяжело дыша. Дрожащими пальца расстегнула пуговицу на воротнике блузки, чуть высвобождая горло. Стоило ей коснуться блузки рукой, как раздался телефонный звонок.

Жозефина взяла трубку и ровным голосом сказала:

– Алло.

– Мисс Арманд, будьте добры зайти ко мне через десять минут.

Баттлер явно был в ярости. Будто учуял каким-то образом, что произошло только что.

– Да, – сказала Жозефина, понимая, что спорить бесполезно, и нажала отбой.

***

– Ты уверен? – Сидзуити Танака пришёл к Баттлеру около двенадцати и как всегда без приглашения. Это была особая привилегия, и Рон никогда не пытался её ограничивать, зная, что Танака занят не меньше, а то и больше его самого.

Рон постучал кончиком карандаша по столу. Он не понимал, зачем повторять вопрос, ответ на который уже дан.

– Ты говоришь мне про Бёлера не в первый раз, но у тебя нет никаких доказательств того, что он играет против нас. Признай, Танака, это просто застарелая ревность?

Сидзуити усмехнулся коротко и зло, и тут же снова сомкнул губы.

– Я не считал и не считаю его стоящим человеком. Но это не имеет никакого отношения к тому, что он пытался тебя убить.

– Доказательства, – повторил Баттлер коротко, но Танака ничего не ответил.

Лишь через несколько секунд он продолжил, и уже совсем о другом.

– Проект с истребителями опасен. Ты уверен, что хочешь использовать в нём Арманд?

Рон удивлённо посмотрел на Танаку.

– Я же вижу, – продолжил Сидзуити, – если с ней что-то случится…

– С ней ничего не должно случиться, – произнёс Баттлер жёстко, буравя Танаку испытующим взглядом.

– Само собой, мы стараемся держать всё под контролем. Но уже в мае было два случая… И это только начало.

– Танака, – сказал Баттлер мрачно, – что было, то было, главное, что до Жозефины они так и не добрались. И я надеюсь, что она и впредь не будет замечать, что происходит.

Танака покачал головой.

– Это неправильно. Мне всё равно, но она должна понимать, во что впуталась, – Сидзуити сделал паузу, – а пока что мне кажется, что этого не понимаешь даже ты.

– Ты становишься слишком осторожен.

– Это моя работа.

– Это хорошо, – добавил Баттлер после паузы, – ты прав, если с ней что-нибудь случится… Наверное, это будет конец. Она въелась мне… под кожу.

Танака покачал головой.

– Ты всегда чувствовал сильнее, чем нужно, – Сидзуити встал. – Будь осторожен с Бёлером.

– Ты уже говорил, – Рон отвернулся, опуская глаза на мобильный телефон.

– Ладно… Понял.

Танака вышел, не говоря больше ни слова, а Баттлер так и не посмотрел ему вслед.

Он пролистал меню в поисках приложения, которое не давало ему покоя уже полгода. Несмотря на то, что разговор с Танакой никакой радости не принёс, в груди у Рона разливалось тепло, к которому он начинал понемногу привыкать.

Баттлер щёлкнул по иконке и почувствовал, как за шиворот ему выливают ушат холодной воды, а тепло в груди сменяется колючей болью.

Жозефина стояла в коридоре, прислонившись к стене. Одна рука Клиффорда Уэйда лежала у неё на талии, другая сжимала ладонь. Лицо директора по PR находилось всего в паре сантиметров от лица Арманд.

Рон невольно надавил на экранчик чуть сильнее, чем нужно – настолько, что изображение пошло разноцветными кругами, а затем исчезло.

Первым желанием было вызвать охрану – но пары секунд хватило на то, чтобы понять, что ничего криминального не происходит, и он только выставит себя идиотом перед подчинёнными.

Баттлер глубоко вдохнул и снова вошёл в камеру.

Жозефина была так же прижата к стене. Рука её поправила ворот блузки.

Рон торопливо вышел в меню и набрал номер Арманд.

– Алло?

Жозефина говорила так спокойно, будто сидела сейчас у себя за столом, но Рон скорее чувствовал, чем слышал её учащённое дыхание.

– Зайдите ко мне, мисс Арманд, – бросил он, с трудом сдерживаясь, чтобы не зарычать, и выслушав покорное «Да» злорадно нажал отбой. Если у них с Клиффордом и планировалось веселье, то теперь его придётся отменить.

Жозефина появилась в кабинете меньше чем через десять минут. Рон уже стоял почти что у самой двери, и тут же, не дожидаясь, пока она закроется, толкнул Жозефину к стене. Прижимая её горло рукой, он наклонился к уху Арманд и прорычал:

– Что у тебя с Уайдом?

По испуганному взгляду Жозефины он понял, что попал в точку. Но Арманд молчала.

– Тебе всё мало, да, Жозефина? Ты выпила меня до дна, как вампир, и теперь тебе нужна следующая жертва?

– Псих, – выдавила Жозефина и попыталась оторвать от горла руку Баттлера, но это оказалось абсолютно невозможно.

Жозефина закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями, но Рон тут же с силой тряхнул её, чуть приподнимая над полом.

Если бы Жозефина и знала, что ответить, то ей бы не хватило дыхания произнести вслух ни слова, и она сделала то единственное, что могло выбить Баттлера из колеи бешенства.

Потянувшись вперёд всем телом, она прильнула к твёрдому бедру и потёрлась о него. Жозефина ничуть не удивилась, что сама стремительно возбуждается от этой близости, от безумного жара, исходящего от разъярённого мужчины, и от самой мысли о том, что жизнь её сжата в стальной хватке жёсткой уверенной руки.

– Шлюха, – выдохнул Баттлер, наклоняясь к её лицу.

***

Жозефина слышала слова, но значения их уже не понимала. Только это горячее дыхание имело значение, только неожиданно мягкие губы, приникшие к её рту.

Рон легко толкнул её губы языком, и они покорно раздвинулись, впуская Баттлера внутрь. Он миллиметр за миллиметром принялся изучать и присваивать глубины рта Арманд.

Перед глазами у Жозефины уже темнело, когда рука Баттлера отпустила её горло, и вместо этого уже две ладони сжали её бока, притискивая к себе.

Жозефина зажмурилась, полностью погружаясь в знакомое сладкое тепло и стараясь теснее прижаться к Рону каждой клеточкой тела.

Секунда – и руки Баттлера снова исчезли, чтобы рывком сорвать с Жозефины пиджак, а затем, схватив Арманд за плечи, Баттлер толкнул её к письменному столу лицом вниз. Перехватив запястья, завёл их за голову, так что хрустнули плечевые суставы, и, придавив к столешнице одной рукой, другой рванул ремень. Потом всё так же одной рукой Баттлер задрал вверх юбку Жозефины и потёрся промежностью о её лоснящиеся от пота бёдра.

– Ждала… – пробормотал он и, двумя короткими движениями высвободившись из плена собственных брюк, с размаху вставил ей до предела.

Жозефина издала сдавленный крик, а Баттлер выгнулся и закрыл глаза, пытаясь свыкнуться с доводящей до безумия пульсацией вокруг его плоти. Он мог бы кончить только от этой узости, от жара и мощных судорог, охвативших стройное тело изнутри.

– Ты всегда ждёшь меня… – прошептал он.

– Я тебя люблю, – услышал Рон сдавленный шёпот, полный боли.

Стыда не было. Только жажда – неутолимая и безграничная.

Он протянул руку, подхватил Жозефину под живот и принялся резко двигаться.

Прошла пара минут, прежде чем Жозефина расслабилась под ним и испустила сладкий стон. Затем ещё один.

– Не разжимайся, – попросил Баттлер, наклоняясь к шее Арманд и целуя её у самой линии роста волос.

Жозефина тут же выполнила приказ.

Не отпуская запястий девушки, Рон продолжил одной рукой шарить по её телу. Баттлер принялся мягко целовать её шею, жалея, что не успел избавиться от блузки, и стараясь проникнуть под воротник.

– Рон… – выдохнула Жозефина.

– Да, солнышко.

– Всё…

Конец слова потонул в протяжном выдохе.

Всё так же удерживая Жозефину поперёк живота, Рон прижал её бёдра к себе и, чуть двинувшись, утонул в пульсации тела Жозефины.

– Чёрт… – прошептал он и осел на пол, утягивая Жозефину за собой за запястья. Та упала между его разведённых бёдер. Ресницы девушки были мокрыми, и Рон поцеловал сначала её веки – одно за другим, – а затем точно так же запястья. – Ты сводишь меня с ума, Жозефина.

– Я заметила, – Жозефина хрипло усмехнулась и прижалась к его груди щекой.

Рон отпустил её запястья и приподнял лицо, заставляя заглянуть себе в глаза. Глаза Жозефины были усталыми, немного растерянными, но спокойными.

– Всё в порядке? – спросил Баттлер на всякий случай, и Жозефина кивнула. А потом вывернулась и снова положила голову Баттлеру на грудь.

– Рон, я не буду спрашивать, как ты узнал, что произошло в коридоре. – сказала Жозефина, и Баттлер тут же напрягся, – я просто хочу, чтобы ты понял, я могу представить в себе только тебя. Я не знаю, почему это так.

Баттлер закрыл глаза и откинул голову на столешницу.

– Ты думаешь, я не понимаю?

– Что ты понимаешь? – спросила Жозефина.

Она подняла голову, а Баттлер опустил, и их взгляды встретились.

Рон некоторое время молчал.

– Ты молода, Жозефина. Когда ты пришла, возможно, ты не знала, как могут реагировать на тебя мужчины. Но если ты не поняла, то обязательно поймёшь, как легко сводишь с ума. Есть те, кто богаче меня. И есть те, у кого нет шрамов. А есть и те, кто не будет… так бояться, что ты уйдёшь.

Жозефина прикрыла глаза и неловко поцеловала Баттлера в щёку.

– Я тоже всё понимаю, Рон. Но мне нужен ты. С твоими шрамами и с твоим безумием. Когда-нибудь ты в это поверишь. Надеюсь, это случится раньше, чем ты меня убьёшь.