Глава 11. Лес

— Мисс Арманд, — Гарднер улыбался, и голос его был мягок. С расстояния в несколько метров Жозефина увидела, что тот счастлив, и невольно замедлила шаг.

Лицо Гарднера могло бы показаться приятным. Он протягивал руки, явно собираясь пожать руку Жозефине, — но не по-деловому, а так, будто та была его старой знакомой. Или — долгожданным подарком на рождество.

— Мистер Гарднер, — Жозефина остановилась в полушаге от него, но руки не подала. В ушах всё ещё стоял грохот автоматных очередей, а перед глазами — тела охранников, медленно оседающие на землю. Она сама этого хотела. И всё же она не думала, что эта сцена засядет в сознании так глубоко.

Гарднер сейчас выглядел добродушным хозяином — более приветливым, чем большая часть тех, кто принимал Жозефину у себя. И всё же Жозефина отлично помнила, что тот сделал с Эби, что сделал теперь и что мог сделать, если не получал желаемого.

— Мы ведь уже перешли на имена, — Гарднер посмотрел на неё с укоризной.

— Да, Дэвид, я помню, — Жозефина слабо улыбнулась.

Гарднер шагнул чуть вперёд, внимательно вглядываясь в её лицо.

— Вы плохо выглядите. Перелёт прошёл тяжело?

Жозефина покачала головой.

— Просто устала, — она чуть заметно встряхнула волосами, надевая маску вежливости, — вы, наверное, хотите поговорить?

— Да, я бы хотел. Но если вы устали, это может подождать.

Жозефина колебалась. Ей хотелось прояснить всё сразу.

— Даже не спорьте, — Гарднер всё-таки поймал её руку и поднёс к губам. Жозефина зябко повела плечами, но сопротивляться не стала. — Вы мне нужны свежей и отдохнувшей, я не люблю смотреть на красные глаза и унылые лица.

Жозефина опустила веки и кивнула. Это он могла обещать.

— Вас проводят в спальню для гостей. Элис! — последнее слово Гарднер крикнул куда-то в сторону входа в особняк, и тут из теней появилась стройная темноволосая девушка в форме горничной, — покажи нашей гостье её апартаменты.

— Мистер Гарднер! — остановила его Жозефина прежде, чем девушка успела взять её в оборот, — Дэвид… — поправилась она, уловив укоризненный взгляд хозяина, — я должна предупредить. В помещениях, где я нахожусь, не должно быть никаких камер. Это не мой каприз, — добавила она поспешно, увидев на лице Гарднера напряжение, — у меня есть основания полагать, что через них меня может найти Баттлер.

Гарднер поджал губы. Условие ему явно не нравилось.

— Хорошо, — сказал он совсем другим голосом, а затем повернулся к девушке, — Элис, проводи её в восточное крыло, — он снова посмотрел на Жозефину. — У меня бывают гости, которые не любят камер. Пока что вы можете устроиться там, а потом мы с вами всё проясним.

— Да… Благодарю.

Жозефина опустила голову и полностью отдалась в руки прислуги.

* * *

Дом Гарднера составляли три этажа — верхний для прислуги и два нижних для хозяина и гостей. Жил Дэвид один, если не считать нескольких горничных и дворецкого, хотя дом явно был рассчитан на куда больший штат.

Всё это Жозефина поняла только на утро следующего дня — она проспала почти сутки так глубоко и спокойно, как не спала все последние дни. Только проснувшись, она ощутила слабое чувство утраты, будто что-то должно было случиться вот-вот, что-то приятное, хоть и недолгое — и никак не могло произойти.

Вздохнув, она открыла глаза и посмотрела в потолок. Утро было пасмурным, но светлым. Из-за окна пахло влагой и свежей листвой.

Жозефина улыбнулась. Этого запаха она не чувствовала давно. Улицы Астории пахли чем-то искусственным, названия чего Жозефина не знала.

Она потянулась и, оглядевшись, обнаружила на столе кнопку вызова горничной. С этого и решила начать. Хотелось кофе — это желание Жозефина тоже осознала не сразу, лишь пролежав пару минут неподвижно, и странно было понимать, что она не может ни сделать его сама, ни попросить в номер, как делала в отелях.

Уже через секунду мысли о кофе заставили её вспомнить о Роне, и Жозефина, зажмурившись, покачала головой.

Ещё одна страница жизни была закрыта. Боль, нежность, утраты, страх и безумие — всё осталось позади, будто она закрыла любимую, но такую утомительную книгу.

Что ждало впереди — оставалось неясным. Она не была уверена, что готова к разговору с Гарднером, потому что не знала границы того, на что готова пойти. Она потеряла не только любимого — она потеряла работу, которую тоже успела полюбить, образ жизни, к которому успела привыкнуть, и всех тех людей, к кому могла бы обратиться за помощью.

Сейчас она была так же одинока, как и в тот день на Андромеде, когда шла по улицам в поисках любого возможного заработка. Тогда ей предлагали только один — торговлю собственным телом.

Изменилось ли что-то? Жозефина поёжилась. Пока было похоже, что нет. Стоило ли тратить столько времени на колледж, мучительно пытаться разобраться в делах «Баттлер корп»… если всё сводилось к одному.

Жозефина вздохнула и села. И всё же что-то поменялось. Она чувствовала это, но не могла подобрать слов, чтобы назвать. Она не собиралась идти на поводу у нового хозяина своей жизни. Она собиралась диктовать условия.

Горничная появилась раньше, чем Жозефина решилась встать и отправиться на поиски душа. У этой были светленькие волосы, собранные в пучок. Как и Элис, она была симпатична, но не настолько, чтобы затмевать собой дорогую мебель.

— Как мне вас называть? — спросила Жозефина, внимательно разглядывая девушку.

— Мари, мэм. Вы что-то хотели?

— Я бы хотела кофе. Свежую одежду. Душ. Что вы можете мне предложить?

— Половина десятого, мэм. Мистер Гарднер просил отложить завтрак, но обычно он проходит в девять. Душ здесь, — она нажала какую-то кнопку в стене, и Жозефина увидела, как открывается дверь. Дом был с секретом — как и его владелец. — Свежая одежда, — девушка подошла к другой стене и нажала ещё одну кнопку, открывая гардеробную, где ровными рядами висели платья и костюмы. — Вас ждали, — ответила она на удивлённый взгляд Жозефины, — если вы позволите, я бы предложила вот это, — она сняла вешалку со светло-серым платьем до колена и продемонстрировала Жозефине, — мистер Гарднер давно хотел увидеть вас в нём.

Жозефина молча кивнула. Встав, она побрела в сторону душа — Мари при этом безо всякого стеснения наблюдала за движениями обнажённой гостьи. Жозефина лишь повела плечами — вот уж этого стесняться теперь не было никакого смысла.

После душа она почувствовала себя лучше. Будто подзарядила батарейки. Сонная нега прошла, и она ощутила себя посвежевшей и абсолютно свободной.

Одевшись так, как просила Мари, Жозефина оправила ворот платья и посмотрела на себя в зеркало. Платье не только идеально сидело по фигуре, — будто Дэвид знал все её мерки — но и на удивление шло к её глазам, подчёркивая их хрустальный блеск. Сама она вряд ли выбрала бы нечто подобное, так как вся её одежда делилась на две группы — то, что предписывал дресс-код «Баттлер корп» и то, что нравилось им с Роном. У Рона были собственные представления о моде, он хотел, чтобы его женщина выглядела королевой даже по выходным. Однако со временем они начали лучше понимать друг друга, и обнаружилось, что обоих вполне устраивают, к примеру, дорогие и сексуальные джинсы, удобные для Жозефины и нравившиеся Рону. Оказалось, что вкусы их, если избавиться от требований профессии со стороны Рона и воспитания со стороны Жозефины, совпадают один в один.

Сейчас Жозефина смотрела на гардероб, достойный герцогини Арманд, с тоской. Она не хотела возвращаться к той жизни, которую вела в доме отца. Многое она могла бы с Гарднером обсуждать, требуя уступок, но то, что в подобных домах ужинают за общим столом, собираясь под удар гонга, вряд ли подлежало обсуждению. Так же, как и форма одежды и элементарные правила этикета.

Ещё раз оправив платье, Жозефина направилась к выходу.

Вопреки её ожиданиям в доме не было узких коридоров, а все помещения были ярко освещены. Мари проводила её в столовую и ненавязчиво указала на причитавшееся Жозефине место — на противоположном конце стола от хозяина.

Гарднер появился через пару минут и, не дойдя до своего кресла, замер в полуметре от гостя.

— Мистер Гарднер, — Жозефина привстала, приветствуя его.

— Дэвид, — произнёс Гарднер опять с укоризной, — Жозефина, вы восхитительны. Мне трудно поверить, что вы здесь.

Жозефина отвела взгляд и решила на вторую часть фразы не отвечать.

— Простите, Дэвид, атмосфера вашего дома не располагает к фамильярности.

— Вы привыкнете, — сказал Гарднер мягко и будто невзначай скользнул пальцами по запястью Жозефины, лежащему на столе. От взгляда Дэвида не укрылась секундная дрожь и он тут же убрал руку.

— Уверен, это не потребует много времени.

Гарднер легко поклонился и прошёл к своему месту.

Завтракали в молчании. Жозефина жмурилась, наслаждаясь вкусом нормальной домашней еды, которой не пробовала больше года.

Гарднер почти не ел, внимательно наблюдая за каждым движением гостьи.

— Вы всегда такая? — спросил он, когда прислуга уже разливала кофе по фарфоровым чашкам.

— Простите, — Жозефина слабо качнула головой, — я не понимаю.

Гарднер улыбнулся, но пояснять не стал.

Кофе был не самый лучший. Дорогой и популярный в богатых домах, но не хватало в нём каких-то ноток, которым Жозефина не могла дать определения. На язык так и просилось банальное объяснение — он не был сварен с любовью.

Жозефина покачала головой, отгоняя дурацкую мысль, сделала последний глоток и посмотрела на Гарднера.

— Вы, должно быть, хотите что-то со мной обсудить?

Гарднер ответил не сразу.

— Пойдёмте, — сказал он и встал.

В голосе его была привычная решительность, с которой владелец «Intelligence» обычно вёл переговоры, и Жозефина кивнула, чувствуя, что дело возвращается в нужное русло. Она тоже встала, приготовившись проследовать за Гарднером в кабинет, но, миновав несколько коридоров, они почему-то вышли к дверям, ведущим в сад.

Гарднер ступил на влажную от дождя почву, а Жозефина замешкалась на секунду. Происходящее выглядело вполне безобидным, и она сама вовсе не отказалась бы пройтись по накрытому утренним туманом лесу — слишком давно она не видела настоящего земного неба и живых деревьев в таком количестве.

— Мистер Гарднер, я ведь предупреждала вас насчёт камер.

Гарднер нахмурился.

— Что вы хотите сказать?

Жозефина помешкала.

— Это не паранойя. Но у меня есть серьёзные основания считать, что сигналы с камер передаются охране мистера Баттлера. Кроме того — я не уверена, но полагаю, что они могут воспользоваться и данными со спутников.

Гарднер кивнул, принимая к сведенью.

— Не волнуйтесь. Я помню ваши слова. Вы расскажете мне обо всём, но чуть позже. А пока позвольте просто насладиться вашим обществом. Здесь в парке нет камер, и съемка со спутника тоже невозможна, — Гарднер усмехнулся, — не считайте меня самонадеянным, но у меня тоже есть основания охранять свою частную жизнь.

Жозефина поколебалась ещё секунду, а затем кивнула.

Она вышла и, сделав несколько шагов, прикрыла глаза, а затем полной грудью вдохнула свежий воздух летнего леса.

— Вам здесь нравится? — спросил Гарднер.

Жозефина на секунду поджала губы, а затем честно сказала:

— Здесь чудесно. Но я бы предпочла всё же прояснить условия сделки, прежде чем приступлю к исполнению своих обязательств.

— Всему своё время, Жозефина. И позвольте мне решать, когда оно наступит.

Жозефина поморщилась. Манера Гарднера выбивать почву у неё из-под ног ей не нравилась. Сейчас она ещё готова была говорить твёрдо, но что будет дальше — предсказать не могла. И тем не менее настаивать она не стала. Только вывернулась, когда Гарднер попытался взять её под локоть, и торопливо шагнула вперёд, создавая между ними небольшой задел.

— Показывайте, Дэвид. Я с удовольствием посмотрю это место.

Гарднер настаивать не стал. Он вышел на пару шагов вперёд и повёл Жозефину по мокрым аллеям, рассказывая о самых живописных местах.

Только спустя полтора часа прогулки, заметив, что спутница порядком устала, Гарднер свернул к беседке нависшей высоко на уступе над лесом и первым устроился на мраморной скамейке.

— Хотите чего-нибудь? — спросил он. — Может, грога? Утро выдалось прохладное?

Жозефина повела плечами. Алкоголя она не хотела точно. Опустилась на скамейку напротив и, откинувшись на спинку, стала смотреть туда, где далеко внизу шелестели листвой деревья.

— Довольно мелочно имея такие угодья выкупать ещё и маленькое поместье в Арманд, — сказала она наконец, стараясь всё же развеять идиллию, воцарившуюся между ними.

Гарднер, до сих пор молча любовавшийся грациозными движениями гостьи и плавным изгибом её шеи, перевёл взгляд на её лицо.

— Вы так любите всё портить, Жозефина.

— Издержки профессии, — Жозефина сверкнула на него глазами и хищно усмехнулась.

— Да. Может быть. Что ж… — Гарднер вздохнул и посмотрел на парк, — вы сказали, что дадите мне шанс. Вы судя по всему хотите предъявить свои условия. Именно поэтому вам не терпится выслушать мои.

Жозефина напряглась.

— Я вижу, что прав, — ответил Гарднер за неё. — Думаю, достичь компромисса нам будет не трудно. Вижу, вас раздражают мои попытки нарушить границы вашего личного пространства. Вы не любите прикосновений?

— Вы хороший психолог.

— Я внимательный и опытный человек. Вы могли бы заметить это давным-давно.

— Я не слишком приглядывалась.

Гарднер невесело усмехнулся.

— Напрасно.

Он опустил локти на спинку скамьи и тоже посмотрел на парк.

— Мои условия, для начала, таковы. Я не хочу, чтобы вы меня раздражали. Я не хочу, чтобы вы тыкали мне в нос своим положением и изображали из себя жертву. Вы пришли сами. Вы опытная молодая женщина и должны понимать, что никому не нужна компаньонка, которая делает своему благодетелю одолжение.

Жозефина вздрогнула и сжала зубы. Почему-то перед глазами тут же встала последняя ссора с Роном, но она поспешила отогнать воспоминания прочь, пока не увязла в них с головой.

— Компаньонка, — повторила она, — что вы подразумеваете под этим словом?

— Я могу подразумевать под ним многое. Не скрою, я хочу видеть вас в своей постели. Но это не главное. Вы приятная девушка — когда не кичитесь своей порочностью. Я уже получаю удовольствие, наблюдая за вами, и рассчитываю получить ещё больше. Я понимаю, что вы не уличная шлюха. По крайней мере, надеюсь на это, исходя из вашей биографии. Вам нужно время, чтобы свыкнуться с мыслью… обо мне. Если бы это было иначе, если бы вы могли просто запрыгнуть в постель к тому, кто предлагает больше — вы вряд ли привлекли бы моё внимание настолько. Так что я вполне отдаю себе отчёт в том, чего следует от вас ждать. Я не стремлюсь вас ломать. Дорогое вино не пьют залпом — а вы уже обошлись мне очень дорого.

Жозефина прикрыла глаза и вздохнула, не сумев сдержать облегчения.

— Всё это слишком фантастично, Дэвид. С учётом того, что вы уже сделали.

Гарднер склонил голову и хищно усмехнулся.

— Я — охотник, Жозефина. Кстати я рассчитываю, что вы разделите со мной это увлечение, в июле тут часто можно видеть оленей.

— Полагаю, на охоте вы тоже используете любое оружие?

— Не совсем. Только то, которое необходимо, чтобы настичь цель.