Глава 21. Доверенность

Просыпалась Жозефина с трудом — будто выплывала из мутного болота на поверхность, еле-еле разгребая руками толщу воды.

Зато когда чья-то тёплая ладонь коснулась её полуобнажённой груди, она вскочила моментально, разом распахнув глаза. Обвела взглядом непривычную ещё комнату и уткнулась глазами в лежащего рядом Дэрека. Сначала увидела такой же голый торс и только потом, осторожно отодвинув вниз одеяло — джинсы. Последняя находка Жозефину немного успокоила.

— Спи давай, — пробормотал Адамс и подсунул отброшенную Жозефиной руку себе под щёку.

Жозефина помотала головой и тут же об этом пожалела.

— Что вчера?.. — она замолкла. Вопрос звучал глупо, да и Адамс явно не собирался отвечать — только дёрнул щекой и плотнее прижался к подушке.

Жозефина встала и медленно побрела на кухню. Недоваренный кофе так и остался стоять на плите.

Она сделала глоток прямо из джезвы и прикрыла глаза — тонкий аромат ощущался даже теперь.

«Рон».

Жозефина вздохнула. Эту часть вечера она ещё помнила. К тому же, уж кто точно следил за всеми её приключениями, так это Баттлер.

Жозефина вернулась в спальню и, покопавшись в разбросанной по полу одежде, добралась до мобильного.

Вышла на веранду и набрала номер Рона.

Над морем всё ещё шёл мелкий холодный дождик. Капли приятно касались горячего лба и стекали по виску.

Гудки продолжались с минуту. Пока равнодушный голос не произнёс «абонент не может подойти к телефону». Жозефина перезвонила ещё два раза с тем же успехом. Прислонилась виском к промокшей деревянной подпорке и прикрыла глаза. Так голова кружилась ещё сильней.

Зато через пару секунд на плечи легли тёплые руки. Пальцы мягко сдавили затёкшие мышцы, и Жозефина, не сдержавшись, застонала в голос.

— Чёрт, Адамс, что ты делаешь?

— Помогаю тебе прийти в себя, — дыхание Дэрека ощущалось у самого уха. Оно не возбуждало, но и не вызывало отвращения — было просто тёплым, таким же, как руки.

Жозефина медленно повернула голову.

— Что тебе от меня надо?

— Кроме твоей сладкой попки?

Жозефина вдохнула. Произнесено было таким тоном, что даже не обидишься толком.

— Кроме неё, родимой.

Адамс пожал плечами и уронил подбородок ей на плечо. Руки его сместились вниз, скользнули по влажной от дождя коже и замерли на животе, затянутом в тонкую майку, теперь уже вызывая вполне однозначную реакцию.

— Да ничего. Просто с тобой хорошо. А я тут совсем один среди этих акул.

— Бедный маленький буратино… — Жозефина повернулась, выскальзывая из объятий и опираясь теперь о подпорку спиной.

Дэрек отступил назад и, привалившись к такой же свае напротив, спрятал руки в карманы. Лохматый, полуобнаженный, с ссутулившейся спиной, он и правда выглядел жалко до умиления.

— Мне с тобой тоже хорошо. Но я не готова. А ты сегодня улетаешь.

Адамс пожал плечами и криво улыбнулся.

— Я прилечу. Да и это… знаешь, не главное.

Он шагнул вперёд и, вопреки своим словам, опустил руки Жозефине на плечи. Жозефина закрыла глаза, погружаясь в приятное ласковое тепло, а в следующую секунду почувствовала касание нежных губ на своих губах. Дэрек не настаивал, но ей хотелось ответить, потому что весь он был мягким, а на губах его чувствовался вкус каких-то терпких фруктов. И Жозефина поддалась, подпуская его чуть ближе к себе, а когда поцелуй закончился, уронила голову Дэреку на плечо и застонала.

— Что же ты творишь…

— Соблазняю тебя.

— Рон был прав…

Дэрек поймал в ладони лицо Жозефины и приподнял, заставляя посмотреть себе в глаза. Он долго молчал, а потом спросил:

— Ты любишь его?

— Да, — Жозефина не отвела взгляда, только прикусила губу, чтобы справиться с внезапно подступившей болью.

Губы Дэрека дёрнулись в подобии улыбки.

— Это бывает. Но я же не требую любви.

Жозефина отстранилась и покачала головой.

— Всё слишком сложно. Давай поговорим… потом. Когда вернёшься. Если вернёшься. Ты, наверное, уже опоздал.

Дэрек опустил взгляд на часы и, выругавшись, бросился в комнату. Судя по тому, как он заметался по спальне, сбивая по пути небольшие предметы, Адамс в самом деле опоздал.

— Продюсер меня убьёт, — выдохнул Дерек не останавливаясь, когда Жозефина, потягиваясь, появилась на пороге. Затем замер с наполовину надетой футболкой в руках и посмотрел на Жозефину, — тебя подбросить в город? Или останешься тут?

Жозефина подхватила с пола блузку и, накинув на плечи, принялась неторопливо застёгивать.

— Подбрось, — сказала она, — если хочешь, я и с продюсером поговорю.

Дэрек натянул-таки футболку и хихикнул.

— Не думаю, что она тебя послушается. Вид у тебя знаешь… не тот, чтобы запугивать самоуверенных стерв.

Жозефина усмехнулась:

— И всё же это моя работа, — настаивать она, впрочем, не стала. — Езжай. Я вызову машину.

Закончив одеваться, Дэрек улыбнулся и подошёл к Жозефине вплотную.

— Я вернусь через три недели.

— И из-за этого весь сыр-бор?

— Надо же было тебя попугать.

Жозефина усмехнулась и тут же обнаружила, что её губы пойманы чужими. Губы Дэрека скользнули в сторону и, почти коснувшись уха, прошептали:

— Ничего не было.

— Что?

Дэрек уже исчезал в дверях.

— Адамс! — крикнула Жозефина, но догонять его не стала. Просто подхватила с кушетки плед и, выйдя на веранду, уселась в плетёное кресло. Губы сами расползались в улыбке.

* * *

Она хотела провести за городом все выходные, но телефонный звонок вырвал её из благостного отдыха около трёх часов дня. Номер был незнакомым.

— Да, — Жозефина нехотя взяла трубку.

— Мисс Арманд? — хриплый мужской голос она тоже не узнала.

— Я вас слушаю.

— Сержант Перкинс. Вы можете подъехать в отделение полиции южного округа и внести залог?

— Стоп! — Жозефина помотала головой и снова пожалела об этом резком движении. — Сержант, о чём речь?

— Мистер Баттлер находится в камере предварительного заключения. У нас есть сомнения в его вменяемости.

— Что… чёрт. Во-первых, он вменяем. Во-вторых, у него есть жена, почему вы вообще звоните мне?

— Доверенность на медицинское обеспечение в случае чрезвычайных обстоятельств. Там ваша подпись и телефон. А жены у него нет, мы проверяли. Так тихо провернули развод, — сержант хмыкнул.

— Что… — Жозефина приложила ладонь к лицу и с силой потёрла глаза. — Это какой-то бред.

— Вы отказываетесь вносить залог?

— Нет. Я еду. Мне нужен час или около того.

— Можете не спешить, — Перкинс усмехнулся. — Батлер никуда не денется.

* * *

Не спешить всё же не получалось. Водителя Жозефина вызвала сразу же, но тому в самом деле требовалось время, чтобы доехать до побережья.

Просто сидеть и ждать Жозефина уже не могла и попросту принялась обзванивать тех, кто мог быть в курсе ситуации. Начала она с Танаки, так как по всему тот должен был решить проблему ещё до того, как о ней узнала полиция.

Сидзуити ответил на звонок сразу же и объяснил, что около двенадцати Рон по своей идиотской привычке попросил охрану подождать его у входа в бар «Золотая молния». В двенадцать двадцать он пил бренди в компании двух девушек — брюнетки и блондинки. А в половине первого уже завязалась драка, в которой он явно выступил на главных ролях.

— Охрану не пропустили в клуб, и ребята решили не связываться с вышибалами — Рон и сам может за себя постоять.

— Заметно, — буркнула Жозефина. — Из-за чего хоть началась драка?

— Не думаю, что нужен был серьёзный повод.

Жозефина вздохнула и протянула:

— Да….

Помолчала.

— Как понять — у него нет жены?

Танака молчал.

— Танака! — не выдержала Жозефина.

— Будет надо — скажет сам. Это всё, мисс Арманд?

Жозефина поморщилась.

— Да.

* * *

— Пятьдесят тысяч, — отчеканила Жозефина, едва увидев покрытое ссадинами лицо с мечущимся полным ярости взглядом. Рон выглядел отвратительно, и по большому счёту его было жалко — и в то же время злость хлестала через край. — И ещё двести за ущерб. Ты что, не мог просто поехать и проспаться?

Как ни странно, при виде Жозефины ярость немного утихла. Оба замерли, глядя друг на друга, и стояли так какое-то время — до тех пор, пока охранник не прокашлялся, желая их поторопить.

— Пошли, — Жозефина кивнула на дверь, и Рон безо всяких возражений направился за ней. Оба уселись в машину и отвернулись каждый к своему окну. Воцарилась тягостная тишина.

— Куда ехать, мис… — решился на вопрос шофёр, но закончить не отважился, не зная точно, кто сейчас будет отдавать приказ.

— В банк, — мрачно бросил Баттлер. — Отдам деньги.

Жозефина промолчала. Она молчала всё время, пока машина двигалась вперёд и до тех самых пор, пока они не остановились у здания банка.

Только когда Рон уже собрался выходить, Жозефина перекинула руку через него и ловким движением поставил дверь на фиксатор.

— Что, чёрт побери, значит «у Баттлера нет жены»?

Рон посмотрел на неё. Взглядом Баттлера можно было бы колоть орехи.

— Видимо то, что у меня её нёт.

Жозефина молчала, безмолвно требуя продолжения, и в конце концов Рон сдался.

— Я развёлся.

— Великолепно! И я, конечно, узнаю последней.

Баттлер, который уже перевёл было фиксатор в нужное ему положение, снова захлопнул дверь и повернулся к Жозефине.

— А ты не спрашивала. Ни один чёртов раз.

Жозефина молчала.

— Когда? — спросила она после долгой паузы.

— Когда — что?

— Когда ты развёлся.

— Развод начался прошлым летом. Документы Жози подписала в этом июле.

— В июле, — повторила Жозефина медленно и прикрыла глаза. — До или после?

— Какая теперь разница?

Жозефина снова долго молчала, а потом пожала плечами.

— Зачем? — спросила она наконец.

— Ты правда хочешь, чтобы я сказал это вслух?

Жозефина покачала головой и открыла глаза.

— У меня голова от тебя болит, Рон, — пожаловалась она. — Каждый мой день ты превращаешь в какой-то взрыв Хиросимы. Неужели ты не можешь просто быть счастлив. Со мной?

— Счастлив с тобой? — в глазах Баттлера снова блеснула злость. — Как этот мальчик?

Жозефина поморщилась и повела плечом.

— Как этот мальчик, — сказала она тихо.

Рон сжал кулак.

— Я давно уже не мальчик, Жозефина. И не буду бегать за тобой и соглашаться на то, что тебе не жалко мне отдать.

Жозефина прижала ладонь к глазам и глухо застонала.

— Убирайся к чёрту, — выдохнула она. — Вместе со своими деньгами. Убирайся — или отпусти меня.

Открыв глаза, она снова столкнулась с тем же тяжёлым взглядом и мрачной злой улыбкой, тронувшей только один уголок губ Рона.

— Я тебя никогда не отпущу, Жозефина. Ты сама об этом просила.

Жозефина снова закрыла глаза и помотала головой.

— Тогда убирайся сам.

Какое-то время стояла тишина, а потом дверца хлопнула, и Жозефина поняла, что осталась одна.