Глава 13

Меня разбудила трель будильника, что-то больше похожее на сверчков или пение птиц. Поерзав на постели, я с удивлением для себя осознала, какой сегодня мягкий матрас и невесомое пушистое одеяло. Вокруг стоял приторный ванильный запах, от которого голова шла кругом. Да и шум за окном был непривычно громким: сигналящие машины, чужие голоса…

Поерзав по месту справа и слева от себя, я не обнаружила раздражитель. Звук будильника становился все громче и громче, а мелодия раздражала сильнее и сильнее.

— Да черт бы тебя побрал! — раскрыла рот я, но моментально замерла, услышав совершенно посторонний голос. Сонливость тут же как рукой сняло! Сев на постели, я обернулась по сторонам: никаких чужих женщин. Но я ведь точно слышала.

Кроме того, обстановка была совершенно не знакома: дорогой номер отеля в стиле французского Прованса. Много золота, розовых цветов и ужасные пафосные балдахины… Фе!

Мозг вскипел, пытаясь вспомнить то, что было вчера. Голова работала не так ясно, как обычно. Кажется, мы с Алексом были где-то…

Точно! На его собственном острове! Потом был ужин, его срыв и наш ужасный секс, после которого я в отчаянье распаковала «подарок» Зельды и выпила.

Почесав затылок, я пришла к двум возможным выводам. Первый: то, что я трескалась, будто лопнувший хрусталь, было лишь глупым сном. Но что более вероятно, второй: я подцепила некую волчью болезнь, и Кроуфорд вынужден был вернуть меня в город.

За окном был явно центр Лондона.

— Но почему не в больницу? — прошептала я вслух и снова подпрыгнула от испуга. Снова чужой голос. Это уже было не смешно и смахивало на сумасшествие.

В дальнем углу комнаты стояло зеркало на подставке с яркой неоновой подсветкой. Подскочив на ноги, я рванула к нему, чувствуя себя непривычно тяжелой. Может, припухлость один их симптомов? Или это от чрезмерного употребления жидкости?

Все вопросы канули в лету, когда я увидела себя в зеркале. Оцепенев, я стояла так долгие-долгие минуты. Возможно, часы.

Еще недавно мне казалось, что ничего хуже, чем трескающееся лицо не могло со мной случиться. Могло.

— Что за черт?! — прямо из зеркала на меня смотрела перепуганная, растерянная, ошарашенная и потерявшая всякую связь с реальностью Сьюки Кроуфорд. В какой-то момент я почти убедила себя, что это жестокая шутка Алекса. Дескать, зеркала нет, а за рамой прячется Сьюки и копирует мои эмоции. Но… Нет. Когда пальцы коснулись стекла, я четко осознала, как глубоко влипла. — О. Мой. Бог.

Длинные светлые волосы спускались волнами на грудь. Тело было облачено в розовую и совсем скромную пижамку. Сьюки не была толстой, но больше меня килограммов на десять точно.

Меня оживил возобновившийся сигнал будильника. Только найдя телефон, я поняла, что это звонок.

— Я освободился, — фривольно протянул Роман. Подобного вальяжного тона со мной он никогда не допускал. — Могу подъехать.

— Подъехать? — удивилась я. Неужели между Сьюки и охранником что-то есть?! Когда они успели??

— Именно! — фыркнул мужчина, — Алекс всех напряг, а меня выгнал вон. Представляешь? Твой муженек сегодня в ударе.

Значит, Алекс вернулся. Вопрос вот в чем: знает ли он, что произошло?

Но этот вопрос стоило задать совершенно другому человеку, дорогу к которому я бы никогда не смогла найти сама.

Прикусив губу, я осторожно протянула:

— Роман, ты сможешь отвезти меня к Зельде?

— Слушай, вчера после секса ты вытолкала меня на улицу, как бродячего пса. Побоялась, что нас кто-то увидит и твоя честь будет опозорена. А сейчас приказываешь мне отвезти тебя куда-то? Серьёзно? — вспылил охранник, вгоняя меня в краску. Неужели Сьюки действительно так себя вела?

— Прошу тебя, пожалуйста, — ласково протянула, услышав по ту сторону трубки странный протяжный свист. Дескать, ничего себе. — Буду очень благодарна за помощь.

— Вот это да, миледи, — издевательским тоном выдавил собеседник. — Впервые слышу от тебя что-то, кроме «быстро» и «бегом».

— Это значит «нет»? — поджав губу, я пыталась понять, как найти адрес ведьмы без встречи с Алексом. Ничего в голову не приходило!

— Естественно, помогу, — сдался Роман, на заднем плане засвистели шины. — Буду через пять минут. Глядишь, ты так и перестанешь нашу связь скрывать.

— Связь?! Какую еще это связь?? — послышались гудки, охранник бросил трубку. В личной жизни Романа разбираться не хотелось, потому что в моей происходили совершенно нереальные, бессвязные события.

Что с моим телом? Почему так произошло? И, главное, что с ребенком? Удивительно, ведь еще вчера я совершенно его не хотела. Радовалась каждый день, увидев, что живот до сих пор плоский. Где-то в глубине души я настраивала себя на то, что новость о беременности — инсинуация Алекса. Способ заставить меня быть с ним.

Но сейчас я ощущала себя странно. И все же свободно. По большей части непонятно и растерянно.

В гардеробе Сьюки были одни штаны — классические белые брюки клеш. Обувь лишь на каблуках. Блузы с рюшами и старыми запонками, драпировкой и брошами. Натянув все это непотребство, я выбежала из комнаты и спросила у работника отеля, как мне выйти на улицу. Он посмотрел на меня как на сумасшедшую. Но было как-то плевать. Я летела к Зельде, чтобы встряхнуть эту хитрую старушку и спросить, что за отраву она мне подсунула.

Я стояла у центрального входа в самый дорогой отель Лондона. Топая на месте и стуча каблуками на всю округу, поглядывала на Биг-Бэн. Внезапно позади меня раздались сигналы проезжающего мимо черного байка. Лишь мельком взглянув на водителя, я тут же отвернулась: черный шлем, кожаные штаны и косуха.

— Черт… — отойдя как можно дальше от дороги, искреннее считала, что на этом интерес пропадет. Видимо, напротив. Незнакомец подъехал вплотную, зарулив на бордюр, и припарковался рядом. — Что вам нужно?! Я тут жду кое-кого, так что не стоит…

Потянувшись к шлему, мужчина снял его с себя резким движением, косо уставившись на меня:

— Сьюки, ты перегрелась?

Роман. Это был, черт его дери, мой скромный, сдержанный и чертовски обходительный охранник! Мне было проще представить его верхом на лошади, чем на машине, предназначенной для настоящих мужчин.

— Эм… — когда первая волна шока прошла, я отвела взгляд в сторону. Выдавать себя не стоило. — Не думала, что ты увлечен подобным…

— Не думала? — вопросительно приподнял бровь Роман, закашлявшись. — Я купил его три года назад. И все это время ты выносила мне мозг.

— Ясно, — щеки стали красными, дыхание участилось. — Поехали?

— Ты точно не заболела? — ладонь Романа легла мне на лоб, а я тут же отшатнулась. Прикосновения мужчины были непривычными, вызывали какой-то внутренний страх. — Кто говорил, что брошь на твоей голове стоит дороже моего драндулета? Что ты сядешь на него, только когда рак на горе свиснет?

— Считай, — отмахиваясь, я резко села за спину мужчины, желая наконец закончить этот странный разговор, — свистнул.

В кассовых американских фильмах, которые мы ранее часто смотрели с Кларой, позади любого байка были ручки-держатели. Именно за них цеплялись крутые девушки-байкерши, позволяя ветру сексуально трепать волосы.

Но как бы не так! Ручек не было, а на мои поиски Роман лишь рассмеялся, предоставляя единственную возможность не потеряться по дороге — свой живот. На этом сложности не закончились. Маленький выступ для ступни пассажира был совершенно неудобным для туфли, особенно на шпильке! Мои ноги то и дело соскальзывали. Возникла реальная проблема остаться без них. Со всеми этими переживаниями я безумно потела и удерживала мышцы в напряжении. Наверное, по этой причине не умерла от холода во время ледяного потокового ветра.

— Останови тут! — прокричала я Роману, но тот не сразу меня расслышал. Пришлось повторить дважды, прежде чем он свернул на парковку дешевого стокового магазина. — Черт бы тебя побрал, Роман! Эта адская машина сводит меня с ума… Жди меня, я вернусь через пару минут!

— Ты пойдешь туда? — удивленно почесал затылок охранник, резко перестав так откровенно насмехаться над моим бедственным положением. — В секонд-хенд? Сьюки, если ты…

— Жди! — отмахнулась я, упорхнув внутрь.

Деньги Сьюки тратить не хотелось, но мне нужно было в чем-то ходить и выживать. По крайней мере, пока Зельда как-то не разъяснит ситуацию. Думаю, обеспеченная миссис Кроуфорд даже и не заметит пропажи тридцати долларов, которые я нашла помятыми под кроватью и на которые я купила в американском магазине подержанные кроссовки, узкие джинсы, майку и теплую ветровку сверху. Все выглядело очень скромно, но достаточно стильно и комфортно.

— Это край, Сьюки, — увидев меня, резюмировал Роман. Он не дал мне сесть за его спиной, преградив дорогу. — Давай поговорим.

Сложив руки на груди, я миролюбиво улыбнулась. И тут же себя одернула. Так бы сделала Руби: свела конфликт на нет, а вот Сьюки совершенно другой человек. Еще та сучка!

— Я знаю, что разрыв с Алексом влияет на тебя… странно. Может, стоит обратиться к психологу? — продолжил охранник, пока я судорожно пыталась придумать вариант, как вернуть его обычное настроение. Без подозрений!

— Слушай сюда, дорогой мой друг, — язвительно протянула, ткнув пальцем в грудь мужчине. Было мерзко от самой себя, но теперь поведением я очень походила на Сьюки. — Сегодня я была в хорошем настроении и позволила тебе довезти меня до Зельды. Не разочаровывай меня, Роман. Иначе я передумаю.

Теперь Роман выглядел озадаченным, но, кажется, успокоился. Пока я садилась обратно на байк, думала о том, как не повезло охраннику с истинной. Слушать ее вечные капризы и приказы было наверняка невыносимо. Она не отпускала его далеко от себя и постоянно унижала.

Дорога до дома старушки пролетела незаметно. Виной тому аккуратное вождение мужчины и моя удобная одежда. Я чувствовала себя безумно неловко перед Романом, потому как только байк остановился, тут же спрыгнула с него и, не говоря ни слова, побежала в дом.

— Есть кто? — прокричала, входя в калитку. Дверь в дом была открыта, и я решила, что могу пройти дальше по тропинке. — Зельда? Ау…

Старушка выглянула из окна кухоньки, слабо прохрипев:

— Сьюки? Ну, заходишь, раз пришла, — радости и приветливости в ее взгляде не наблюдалось. Репутация у Сьюки была еще та!

Ускорив шаг и буквально перепрыгнув три ступеньки, я оказалась рядом со старушкой спустя пару минут. Та за это время, тяжело вздыхая, едва успела повернуться. Зельда замерла, прищурила глаза, а после глубоко вдохнула воздух, будто пытаясь забрать себе весь кислород в комнате.

— Оу, нет… — она удивленно уставилась на меня, не верящим голосом протянув: — Это ведь ты, Руби.

Как бы я не выпытывала хоть слово, Зельда молчала. Пребывая в каком-то пугающем спокойствии, она монотонно подошла к креслу-качалке, поставила на небольшой столик рядом с ним прозрачный хрустальный круг. После в ход пошли подпаленные сушеные травы и странные «заклинания» на непонятном мне языке.

Когда я поняла, что старушка сосредоточена на своих манипуляциях, то просто села напротив, нервно ерзая на деревянном стуле. От напряжения свело мышцы ног, внутри бил непрекращающийся тремор. Глухо глядя вперед, я словно ждала чего-то… Ужасного? Пугающего? Хотя, казалось бы, куда еще?

— Удивительно, — наконец протянула она, странно хмыкая. Ее глаза горели, будто у маленького ребенка, рассматривающего что-то невообразимое. — Живу уже не первую сотню лет, а в первый раз вижу такое воочию.

— Что именно «такое» вы там видите? — стараясь говорить медленно и сдержанно, я не давила на старуху. Ведь она запросто могла отослать прочь!

Зельда молчала, будучи только в своих мыслях. Внутри меня накалялось напряжение, потом лопнуло и терпение.

— Прошу вас, скажите хоть что-то! Я… Я не понимаю ничего, что происходит вокруг. Все кажется каким-то очень странным сном, именно по этой причине я до сих пор спокойна, — глаза стали влажными, руки тряслись. Я смотрела на старушку со всей надеждой, какую только могла найти внутри.

— Это не сон, девочка, — поджав морщинистую губу, выдохнул она, наконец обращаясь не в пустоту, а ко мне. — Все правда. Ты выпила особую траву… Ее цель — излечить владельца. Любым способом! Видимо, духи предков решили, что это единственный вариант тебя спасти.

Я жадно впитывала каждое слово, фразу, брошенный взгляд. Любая информация была ценной, могла ответить на важные вопросы.

— Так, так, так… — встав с места, я принялась вымерять шагами комнату, попутно сгрызая маникюр. Потом вспомнила, что это ногти Сьюки и заплевалась. Шестеренки в голове складывались в цельный пазл, некоторые части я додумывала на ходу: — Значит, я выпила чай, и какие-то там духи решили, что было бы не плохо запихнуть меня в тело Сьюки Кроуфорд. А ее — в меня. Хм… В этом есть конкретная логика: Сьюки любит Алекса, а теперь еще и беременна от него. А я… Свободный и счастливый человек.

Посмотрев на Зельду, я улыбнулась, пытаясь скрыть, что кое-что меня в этой схеме огорчает. Я больше не была беременна. Мое дитя таки достанется другой. И мое тело тоже.

— Да, логика в этом есть, — согласилась женщина, выгнув бровь. — Но… Все не совсем так, как ты думаешь, дорогая.

— Я беременна? — с надеждой спросила, но Зельда тут же покачала головой. Кто бы мог подумать, что отсутствие нежелательной беременности может так ранить.

— Сьюки… Я не чувствую ее души, дорогая, — Зельда говорила об этом так спокойно, будто речь шла о погибшей рыбке, а не о человеке. У меня челюсть едва не ударилась о пол. — Она не в твоем теле, Руби. Ее нет в мире живых.

— Я… — ноги подкосились, и я буквально осела на стоящий за спиной комод. — Я убила ее этой вашей чертовой травой! О, боги…

— Нет, тут что-то другое, — цокнув языков, старуха взяла в руки стеклянный шар, заглядывая в него, словно в книгу. — Сьюки сама нарушила обмен. Она… Черт, совсем сдурела! Жадная, вечно недовольная жизнью идиотка!

— Не понимаю, о чем вы, — прошептала я, совершенно не ощущая губы. Они онемели.

— Вижу, как сидит она в номере отеля и жалеет себя несчастную, — Зельда закатила глаза и разозлилась, выражая свое отношение к блондинке. — Истинный у нее бедный, уродливый, глупый. Муж бросил, денег не дает. Жизнь у нее кончена. Придется идти работать, унижаться. Как смотреть в глаза подругам? — будто пересказывала мысли женщины Зельда. — А потом она выпила волчий яд, запив его отваром из вербены. Идиотка! Какая идиотка…

— Она пыталась покончить собой, — догадалась я в полном ужасе. Сьюки не производила впечатление психически неустойчивого человека. Как раз наоборот, слишком самоуверенного. Почему же сдалась так внезапно? В чем причина? — Но… Как же Роман? Если я правильно поняла, он должен был уйти вслед за ней.

— Должен, но Сьюки было плевать. Она всегда жалела только себя, — странно взглянув мне в глаза, она проговорила: — Хочешь знать, почему она решилась на это? Алекс сказал ей кое-что. То, что разбило сердце и разрушило все надежды.

— Боги… — в который раз за вечер проговорила я.

— Не переживай, она прожила почти сто пятьдесят лет. Всему есть свое время, — отрезала женщина, будто не желая больше говорить о блондинке. — Для тебя это значит лишь одно: назад пути нет. Твоего тела тоже нет, оно стало прахом. Прошлая жизнь исчезла. И ребенок тоже, ведь души у него еще не было.

— А Алекс? — голос охрип, я слышала его где-то вдалеке.

— С Алексом все сложнее… Он не знает, где ты. Не слышит запаха, не чувствует. Волк внутри сходит с ума, но не умирает. Ведь ты все же в этом мире, — Зельда померкла и побелела. Видно, что альфу она любила намного больше, чем его жену. — Он будет искать тебя, но когда поймет, что нет смысла…

— Что с ним случится? — сглотнув вязкий ком, я уставилась на Зельду в предвкушении.

— Вечная агония, не прекращающиеся мучения. Если повезет — сойдет с ума. Не повезет — будет страдать до последнего своего дня.

— А я? Он… не узнает меня в теле Сьюки?

— У тебя другой запах и запертое на ключ сознание… Нет, не узнает, — тяжело вздохнув, Зельда недолго помолчала: — Знаешь, я не могу тебя просить. Видела все, что происходила между вами. Но… Может, ты навестишь его? Вдруг поможет? Я не знаю ни одного случая выздоровления, но ваша история такая странная, запутанная и сказочная даже для нашего волшебного мира. Вдруг повезет? Вы ведь больше не вместе, не пара. Зачем ему умирать?

Поднявшись на ноги, я подошла к окну, складывая на груди руки.

Факт: теперь я свободна. Тоже факт: без ребенка, не замужем. И третий факт: из-за этого пострадали трое, так или иначе.

— Лестница из трупов в счастливую жизнь? — прошептала я себе под нос, а ведунья попросила говорить громче. Повернувшись к ней, я натянула легкую улыбку. — Я подумаю над вашей просьбой.