Глава 16

Хмельной мозг словно заклинило, по телу прошла волна мурашек. Но это была не паника, не страх или ужас… Просто внезапно стало интересно.

Жадно втянув воздух через стиснутые зубы, я на долю секунд зажмурилась, а после резко распахнула глаза, глядя исключительно на Алекса Кроуфорда.

— Чего ты молчишь? — хрипло протянул он, глядя на меня сверху вниз с какой-то всезнающей улыбкой. Будто родитель на нашкодившего ребенка: умилительно и строго. — Говори уже.

Но я не хотела этого делать, в моей голове была самая настоящая борьба. Правды и лжи. Гордости и чувств. Эмоциональности и рассудка. Разрывало на части, доводило до безумия…

Напротив меня стоял мужчина, который волею судеб стал важной персоной в моем существовании. Уже было не важно, хотела ли я этого или нет. Он стал моим первым полноценным мужчиной, от него я была беременна. Этого не изменить, не вычеркнуть.

И сейчас, когда все позади, вдруг осознала, что не знаю его другим. Какая-то важная часть моих воспоминаний пустовала. Будто не хватало важной части Лего или последнего пазла.

— Может, ты уже скажешь что-то? — альфа подцепил мой подбородок, заставляя слегка приподнять голову. — Самое время.

— А давай, — резко выдохнула я, сама не веря тому, что произнесла это вслух.

Кроуфорд напрягся, немного нахмурился и будто замер.

— Что «давай»? — растерянно протянул он.

Я бы никогда и никому в этом не призналась. Ни самой себе, ни Алексу Кроуфорду. Но я была Сьюки, а оборотень этого не знал. Мое решение не меняло моих чувств и наших отношений. Но это был важный этап в осознании прожитого.

Мне было важно знать, что все это время не было прожито зря. Что я не потратила его на абсолютного монстра, способного лишь трахать меня у бассейна от злости. До чертей в глазах хотелось перечеркнуть эти мерзкие воспоминания чем-то хорошим. Узнать его другого. Нежного? Спокойного? Доброго? Таким, каким он никогда не был со мной и всегда был со Сьюки. Судя по всему…

— Ты хотел переспать напоследок, — на вдохе выдавила из себя я, стараясь на сдаться. Не сбежать в последний момент. Алекс смотрел на меня так очумело, будто вообще не ожидал такого ответа. Странно, будто не сам предложил! Я нервно рассмеялась, ехидно съязвив: — Чего не сделаешь, чтобы ты поскорее свалил… Так ведь, дорогой?

— Слушай, — руки Алекса на моем лице расслабились, он сделал шаг назад. Я видела, как пульсируют вены на его шее, играю желваки. — Ты понимаешь, что говоришь?

— Честно? Не знаю, — поднявшись с барного стула, я отвернулась к стене, сложив руки на груди. Трясло, резко стало холодно. — Ты можешь просто уйти, и закончим на этом.

Люди часто принимают опрометчивые решения. Но лучше сделать и жалеть, чем всю жизнь придумывать оправдания своим психологическим проблемам. Пусть последнее воспоминание о Кроуфорде будет не подвал, не покушения, не насилие и смерть, а что-то человеческое, простое, легкое.

Как… секс? Мы ведь взрослые люди.

Я и вправду не знала, что делаю… И готова была уже свести все в шутку, чувствуя себя полнейшей и беспросветной идиоткой. Как вдруг руки мужчины обвили мою талию, а теплое дыхание коснулось шеи. Пальцы Алекса нежно коснулись моих ладоней, сплетаясь с ними воедино.

— Не думал, что ты захочешь, — прошептал он на ухо. — Чувствую себя полным болваном. Не стоило так шутить.

— Шутить? — ухнула я, резко разворачиваясь. Пик стыда разразился нахлынувшими слезами. Я вырвалась из объятий мужчины, желая поскорее спрятаться, бежать, укрыться от странного, слишком сложного для меня мира. — Тогда простой проваливай, и закончим этот бессмысленный…

Альфа потянул меня за руку, заставляя закрутиться на месте и буквально упасть на грудь мужчины. Подхватив за талию, он приподнял меня над землей, чтобы мы оказались на одном уровне. «Странно, — раздался слабый голос разума, — Сьюки ведь была одного роста с Алексом…»

Губы мужчины накрыли мои в каком-то странном, отчаянном, остервенелом, жадном поцелуе, глаза оставались закрыты. Сперва я оцепенела, не понимая, что происходит, а после попыталась расслабиться. Даже выпитого алкоголя оказалось мало, но я заставила себя ответить ему, иначе это будет и вовсе странно…

Ощутив мою отдачу, Кроуфорд зарычал, подсаживая меня на барный стул, а сам вклинился между ног. Он сделал легкое вдавливающее движение бедрами вверх-вниз, давая ощутить, как сильно он готов к сексу. Его член ощутимо дрожал, грозя прорвать ширинку.

Алекс касался меня так нежно и осторожно, будто я какая-то треснувшая фарфоровая кукла. Его губы скользили по шее, груди, лицу так нетерпеливо, страстно, чувственное… Все это разбивало меня изнутри окончательно. Вот каким он всегда был со Сьюки. А я просто вторая жена, инкубатор, человек, созданный для подвала.

Алекс ненадолго отстранился, осматриваясь вокруг. Его крылья носа нетерпеливо раздувались, будто альфа пытался что-то вынюхать. Наконец в поле зрения попал барный столик, спрятанный в углу комнату. Судя по всему, он единственный полностью устроил Кроуфорда.

Я и моргнуть не успела, как оказалась лежащей на нем спиной, пригвождённая телом мужчины. Он тяжело дышал, глядя мне в глаза.

— О чем думаешь? — внезапно спросил он на полном серьезе.

— О том, что ты самое настоящее животное, — честно выпалила я, поджимая губы. Почему именно мне выпала карта остаться с разбитой душой? Разбитым сердцем? Разбитым прошлым и будущим? Почему кого-то любят, боготворят, уважают, а кого-то принимают за расходный материал?

— Согласен, — хмыкнул тот, резко потянув за плотную ткань и срывая ее с меня так легко и просто, будто это какая-то фольга от шоколадки. — Рядом с тобой по-другому не получается.

Алекс закинул мои бедра себе на плечи, после чего приспустил штаны и вошел в меня одним резким движением. Тело сотряслось от внезапного спазма, чувство наполненности заставило низ живота сжаться в тугой ком.

— Эй, — ладонь Алекса легка мне на щеку, а его губы коснулись моих осторожно и выжидающе. — Выдохни и расслабься. Обещаю, все будет хорошо…

Именно это я и заставила себя сделать: выдохнуть прошлое, расслабить мозги. Прошлое закончилось, будущее туманно. Я есть только здесь и сейчас. Никогда и никогда этого не увидит, не осудит меня. Мне ведь самой хотелось узнать, какой он, другой альфа. И какая она — другая я.

— Хорошо, — выдохнула, кратко кивнув. Мои руки крепко обвили шею мужчины, давая понять, что я готова. Тогда он сделал первый толчок, а я резко сжалась. Алекс зашипел, тело его покрылось мурашками, а мелкие волоски стали дыбом.

— Не делай так, малыш. Либо все быстро кончится… — с усмешкой хмыкнул он, но, не дав мне и слова сказать, закрыл рот глубоким и требовательным поцелуем. Рука Алекса крепко держала меня за шею, пока его член неумолимо вколачивал меня в стеклянный столик, заставляя все вокруг сотрясаться, крушиться… В какой-то момент тело мужчины затряслось будто в судорогах, а по моим бедрам потекла горячая жидкость. — Ох, черт…

Я думала, что все кончилось, но нет. Алекс поднял меня на руки, не выходя из меня, и прижал спиной к стеклянной двери, ведущей в спальню. Скрюченная в позе эмбриона, я ощущала каждый его толчок.

Быстрые движения доводили до грани, но Кроуфорд тут же останавливался, не давая мне кончить, меняя позу. Комод, ковер, барная стойка, железные перила для сушки белья… Комната содрогалась от шлепающих звуков, моих сдавленных стонов, невнятного хрипа и бормотания Алекса. Он кончил несколько раз, а я словно не могла перешагнуть черту. Ведь это был мой первый секс, которого я попросила сама.

Губы Кроуфорда опустились на мои соски, а ладонь протиснулась между нами, и палец помассировал и без того набухший и пульсирующий клитор. Член внутри меня дрожал, предупреждая о скором финале. А меня бросало то в жар, то в холод… По телу стекали ручьи пота…

— Ты такая сладкая, — зубы оборотня сомкнулись на моем соске, жадно оттянув его на себя. — Моя девочка…

Мой первый настоящий оргазм был похож на тайфун, срывающий крыши. На вспышку сверхновой или падение с самолета без парашюта. Я неумолимо летела в бездну, растворялась в ней. Тело содрогалось долгие минуты, а Алекс довольно покрывал мою кожу поцелуями. После его губы оказались между бедер. То ли зализывая «рану», то ли слизывая тот самый оргазм, который мне подарил. Он был похож на бешеного, слетевшего с катушек, но безумно довольного волка.

Странная, липкая розовая нега отпустила меня спустя целую вечность. Я лежала на коврике и всматривалась в потолок, пытаясь осознать происходящее.

И тогда я поняла, зачем мне было все это: иначе в будущем просто не смогла бы спать с кем-то другим. Это была бы огромная травма, напрочь перечеркивающая всю личную жизнь.

— Чертовски хороший секс, — вынуждена была признать я, подмятая под бок Кроуфорда. Лучше помнить это, чем все «до».

— Не сомневаюсь, — хмыкнул он, но тут же голос посерьезнел: — Нам все равно нужно поговорить. Ты ведь понимаешь?

Я по инерции повернула голову в сторону Алекса, но засмотрелась в черную стеклянную дверцу двери. В ней сложно было рассмотреть отражение четко, но я совершенно точно заметила одну пугающую деталь: мои волосы точно потемнели. Во всяком случае белыми они больше не были. Возможно, виной всему пот, который намочил каждую прядь, но внутри появилась тревога.

— Обязательно, — резко подобравшись, я подхватила с пола сорванный оберег, а также сумочку и чистый банный халат, оставленный горничной в прихожей. — Только мне сначала нужно… Эм… В туалет.

Зайдя в ванную, я заперла дверь и, тяжело дыша, плюхнулась в мягкое кресло. Было страшно смотреть в зеркало, но я все равно оцепенела, когда заглянула в него.

Мои некогда платиновые волосы стали гораздо темнее, чем были ранее. Не такие черные, какими обладала Руби, но на грани этого. Черты лица заострились, тело будто высохло, стало значительно худее. Кроме того, кожа заметно потемнела и видоизменилась.

Зажав рот рукой, чтобы не закричать, я рассматривала себя чертовски долго, пытаясь понять, что происходит. Одно было ясно: сейчас я была больше Руби, чем Сьюки.

«Надеюсь, Алекс не заметил этого, — приходилось надеяться мне. — Все-таки эмоции застилают глаза».

Трясущимися руками, пытаясь застегнуть оберег на шее, я пыталась придумать, что делать. Ведь окна или еще чего-то, через что можно было бы смело сбежать, тут не наблюдалось.

— У тебя все в порядке? — после двух стуков в дверь раздался вкрадчивый вопрос Алекса. Судя по близости голоса, он буквально оперся на дверь, что заставило сжаться изнутри.

— Да, конечно, — стараясь говорить как можно расслабленнее, я включила душ. Так выглядело более правдоподобно и реалистично. — Дай мне еще пять… Нет, десять минут!

— Хорошо, — облегченно выдохнул Алекс. — Жду тебя.

Когда шаги альфы удалились, я достала телефон и попыталась найти в контактах Зельду. Но ее не было, а значит, единственный человек, которого я знала, был Роман. Звонить было опасно, посему быстро набрала ему краткое смс: «Очень нужна твоя помощь».

Пока мужчина отвечал, я успела принять душ, смывая с себя последствия своего взбалмошного и странного решения. Не хотелось, чтобы кто-то из соратников Кроуфорда унюхал его запах на мне.

«Что случилось?» — ответил Роман, и тут же последовало еще одно сообщение: «Я возвращаюсь в отель».

«Дело дрянь, позже все объясню. Нужно как-то выманить Алекса из моего номера».

«Понял. Жди сигнала», — кратко, лаконично и без лишних вопросов ответил Роман.

Я поражалась тому, как свято он верит мне и без колебаний впрягается в каждую проблему. Не знаю, чем я заслужила такую признательность, но хотела бы это выяснить при ближайшей встрече.

Когда Роман дал мне знать, что прибыл в отель, я все-таки вышла из душа в теплом халате, завязанном на два узла. Алекс сидел за барной стойкой в одних брючных штанах, торс его оставался голым и по-прежнему блестел от капель пота. Он поднял на меня томный, горячий взгляд, в котором я не разглядела ничего, кроме пошлости и откровенного желания.

— Душ свободен, можешь идти, — сложив руки на груди, я будто закрылась. Но это не мешало мужчине рассмотреть меня с кончиков пальцев до макушки.

— Почему ты в капюшоне? — удивился он, странно хмыкнув. — Замерзла?

На самом деле, стянув волосы в тугой жгут, я запрятала их от взгляда мужчины. Оставалось надеяться, что в полумраке комнаты различия во внешности он заметит не особо хорошо.

— Я не хочу идти в душ, — хрипло протянул он. — Меня и так все устраивает.

Инстинктивно сделав шаг назад, я уперлась спиной в спинку дивана и вынуждена была остановиться. Не знаю, в чем заключался план Романа, но лучше бы ему было поторопиться.

— Это был прощальный секс, Алекс, — напомнила ему я. — Тебе пора бы уходить.

Кроуфорд и вправду поднялся, но только для того, чтобы обогнуть стол и подойти вплотную ко мне. Его глаза прожигающе горели ярко-золотым, словно два фонаря, и освещали комнату.

Пальцы мужчины коснулись кожи ног, немного отодвинув халат. Он медленно вел их вверх, скользя по обнажённой коже.

— Я не хочу уходить, — внезапно выдохнул он и глухо вобрал воздух сквозь стиснутые зубы, когда его руки оказались на ягодицах. — Позволь мне остаться.

Давно пора было послать Алекса, но я боялась оказывать явный напор. Лучше не вызывать опасений, быть скромной и покладистой. Иначе Кроуфорд насторожится и не даст мне сбежать.

— Так не честно. Ты меня обманул? — губы альфы были безумно близко, а руки крепко сжимали пятую точку, осторожно поглаживая большими пальцами покрытую мурашками кожу.

— Нет, — задумчиво протянул мужчина, касаясь своим носом моего. — Скорее себя.

Со стороны мы казались типичной семейной парочкой, которым грозит долгая семейная жизнь, полная счастья и детей. Но это была ложь, абсолютная и беспросветная.

— Ты говорил, что любишь Руби, — отчаянно пробормотала я, решив, что эта информация немного приведет в чувство Алекса.

— Ничего не изменилось, — удивил меня он, но вместе долгожданного «ведра холодной воды» на голову прижался еще сильнее, будто пытаясь впечатать меня в себя. — Наоборот. Мне кажется, это чувство стало еще сильнее и крепче.

— Замечательно! Значит, тебе пора, — настояла я, пытаясь осторожно вывернуться. Но вместо этого ввязла еще крепче, будто в лиану.

— Слушай, — решительно выдохнул он мне в ухо, когда я таки отвернулась. — Может, хватит уже…

Мысль Кроуфорда оборвал звонящий стационарный телефон, принадлежавший отелю. Он находился рядом с рукой альфы, потому он без труда поднял трубку, рявкнув в нее недовольно и злобно:

— Да! — я не могла расслышать слова, но извиняющийся тон разобрала сразу. — Да, позже заберем. Что? Срочно? Да черт…

Положив трубку, мужчина перевел полный негодования взгляд уже на меня:

— На кой черт тебе живые рыбки? У тебя даже нет аквариума, и ты в отеле.

Совершенно не понимая, что происходит, я лишь пожала плечами и выдала ту фразу, которая должна «объяснить» все вокруг:

— Хочу.

— Их нужно срочно забрать, пока не погибли. Курьер ждет на ресепшне, — не без недовольства мужчина сделал шаг назад, потерев переносицу. Кратко просканировав меня взглядом, он решил для себя: — Ты в таком виде никуда не пойдешь. Я сам их заберу. Жди здесь.

Кратко чмокнув меня в нос, Алекс схватил с пола рубашку, на ходу натянул ее на себя и быстрым шагом вышел из номера.

У меня было около двух минут, чтобы натянуть первую попавшуюся одежду и выбежать из комнаты лишь с одним телефоном. На глаза сразу попалась горничная, закатывающая каталку в лифт для персонала. Она любезно согласилась пустить меня внутрь в обмен на часы Сьюки.

Выход был на парковку для работников отеля, куда я и выбежала, с трудом балансируя на каблуках Сьюки. В суматохе не было времени перебирать гардероб. Достав телефон, я принялась набирать Романа и вздрогнула, когда чья-то ладонь легла мне на спину.

— Выкинь его тут, иначе это все бессмысленно, — заявил мужчина, кивая мне в сторону старого и пошарпанного внедорожника. — Садись, отвезу тебя куда скажешь.

С потолка свисала паутина, стары обои отвалились до середины, обветшалая мебель крошилась от любого прикосновения.

— Ты здесь живешь? — ужаснулась я, оглядывая Романа с ног до головы, будто видела впервые. Он выглядел вполне прилично, Алекс платил ему более чем достойную зарплату.

— Нет, — саркастично хмыкнул охранник. — Здесь можешь пересидеть ты. Пока не определишься…

Когда я села в машину, то вдруг четко осознала, что дальнейшего плана нет. Роман понял все без слов и привез меня в старую заброшенную деревню. Дом находился у ручья, и ближайшие соседи располагались так далеко, что доехать можно было лишь на транспорте.

— Горячая вода, свет — самое главное. И здесь это есть, — продолжал нахваливать жилище мужчина, пока я осторожно присела на самый край хрустнувшего подо мной стула.

На душе скребли кошки, а общая атмосфера нагнетала тоску.

— Я съезжу за продуктами и вернусь к ночи, — осведомил меня тот, направляясь к выходу.

Внутри меня будто перегорел последний фитиль, а из глаз ручьем полились слезы. Рана на сердце, которую я так отчаянно зажимала ладонью, снова принялась кровоточить. Спазм в груди мешал дышать, боль растекалась по венам.

— Что с тобой? — Роман присел рядом со мной, заглядывая в глаза. Он выглядел растерянным, словно боялся меня касаться. Обнять и утешить было бы неуместно, а просто смотреть — более чем странно. — Что-то болит?

— Да… Нет! Не знаю, — слова путались, а слезы не останавливались. — Может, за продуктами отправишься потом? Я чертовски сильно не хочу сейчас оставаться одна.

— У меня в машине есть стейк, немного картошки и шпинат. На ужин хватит, — удивил меня Роман, заставляя поднять вопросительный взгляд. — Я ведь не знал, что все так затянется. Купил домой…

— Значит, ты живешь не здесь, — отвлекаясь, я пыталась угомонить дрожь и накатывающую с каждой секундой все больше и больше депрессию. Роман подыгрывал мне, как только мог. — Почему мы здесь?

— Алекс знает все другие места, — объективно оценил ситуацию он. Мои глаза стали по пять копеек от одного упоминания Кроуфорда. Роман подловил этот момент, своей ладонью накрыл мою и вкрадчивым голосом осторожно протянул: — Ты уверена, что стоило сбегать?

Я вдруг задумалась: почему Роман вдруг решил, что я хочу вернуться к альфе? Что его подвигло на такой «своевременный» вопрос, который будто вонзил гвоздь в рану. И тут наконец дошло — у оборотней отменное обоняние, хоть я и приняла душ.

— Черт… — щеки моментально стали пунцовыми. Я была самым ужасным человеком на этой планете! — Тебе наверняка неприятно…

— Не могу сказать, — удивленно протянул Роман, будто сам пытался разобраться в своих чувствах. — Я не ощущаю связь со Сьюки как раньше. Мой волк не страдает от этого. Его словно все устраивает. Не знаю, странно все это…

— То есть, думаешь… — я отвела взгляд к окну, часто дыша носом. Мне почти удалось справиться с эмоциями, и добрая часть заслуги в этом Романа. — Алекс сможет жить дальше? Не будет болеть?

— Судя по тому, что я видел, сможет, — большой палец Романа поглаживал мою ладонь, наверняка неосознанное, но это движение меня почему-то волновало. Я не могла понять, чего хочу больше: раздраженно одернуть ладонь или поблагодарить его за теплое отношение. — Все происходящее для нас в новинку. Если не знает Зельда, никто не знает.

— Он все равно будет меня искать, — констатировала я, тяжело вздыхая.

— Будет. Это ведь чистокровный Кроуфорд, род завоевателей. Алекс не просто привязан к тебе волчьей частью, но еще и человеческой, — зачем-то сказал Роман, будто проверяя мою реакцию на данную информацию. Теперь я оставалась нейтральной, не давая лишней пищи для размышлений. — Но будь спокойна, даже без твоего амулета от тебя больше нет никакого запаха. Никогда такого не видел! Сейчас ощущаю лишь Алекса.

— Ты говорил что-то про горячую воду? — поднявшись с места, направилась в душ. Он был старый, но вполне работоспособный.

Намыливая себя старым засохшим бруском мыла, я четко ощущала, что больше это не тело Сьюки. Это была я — Руби. Худощавые ноги, выпирающие кости. Происходящее вокруг настолько травмировало мою психику, что я совершенно не понимала, как к этому отношусь. Мне было… ровным счетом никак.

Когда я вышла, Романа не было в доме. Выбежав на улицу, чтобы проверить на месте ли авто, заметила его сидящим у ручья. Мужчина разжег костер и собирался жарить там мясо с картошкой. Я решила помочь ему, разыскав на кухне пару более-менее пригодных железных блюд, вымыла их и «накрыла» нашу поляну.

Когда мясо почти закончилось, а картошка уже просто не лезла, я решила, что Роман достаточно расслабился для моего ключевого вопроса, мучившего меня долгие дни:

— Почему ты мне помогаешь? Не понимаю, ты ведь рискуешь высокооплачиваемой работой, почетным местом в стае…

Уже темнело, красное солнце тонуло в реке. Я смотрела на это зрелище неотрывно, но ощущала, как Роман рассматривает меня.

— Я знал, что произошло с Кларой. Отчасти, это был мой недосмотр. Ведь я глава охраны, ты знаешь, — мужчина тяжело вздохнул и откинулся на землю. Она была достаточно холодной, ведь сезон пикников давно закончился, недавно шел снег. Но ни я, ни Роман больше не ощущали холода. — Ты была такая грустная день ото дня. Видеть это было невыносимо. Зачем мне такая «карьера», в которой нужно калечить психику людей? Я ухожу от Алекса, Руби. Мне предложили хорошее, высокооплачиваемое месте в Америке, — я резко взглянула на Романа, а тот лишь пожал плечами, дескать: «А чего ты после всего этого ожидала?». Внезапно лицо мужчины помрачнело, он сфокусировал свой взгляд на небе. — Я не чувствую больше связи со Сьюки, и это прекрасно. Возможно, это мой билет на свободу. И… Ты нравишься мне. Я бы хотел, чтобы ты поехала со мной.

— Ты только перестал испытывать что-то к Сьюки и сразу зовёшь меня на другой край планеты? Оригинально! — слова Романа звучали как шутка. Или я просто не хотела воспринимать их всерьез.

— Ты не понимаешь… Истинная связь совсем не похожа на любовь. Вот почему у нас двоежёнство. Истинную хочется только трахать. Тебе плевать на то, как ее дела или настроение. Плевать на моральное и душевное состояние. Волку надо, чтобы истинная вовремя раздвигала ноги. Все, — Роман повернулся на бок, подложив одну руку под голову, и прищурил глаза. — Вот почему я считаю, что Алекс любит тебя. Он относится к тебе иначе. Ты волнуешь его больше, чем все на свете.

— Ты рекламируешь мне Кроуфорда? — хмыкнула я, откидываясь на траву. — Что же, твоя кампания провалилась.

— Просто не хочу давить, решение принимать только тебе, — несмотря на всю мою иронию, Роман оставался серьезным. — Я бы хотел, чтобы ты поехала со мной. Но приму любое решение. Ведь скоро я стану отцом, это кому нужен мужчина с прицепом, верно?

От воспоминаний о ребенке стало не по себе, а желчь подкатила к горлу.

— Я ведь была беременна, ты знаешь, — зачем-то объявила я, и Роман промолчал.

Он больше ничего не говорил, мы просто смотрели в пустоту, каждый думал о своем. Рядом трещали дрова в костре, шуршала трава. Было спокойно и умиротворенно. Но все равно что-то было не так. Не на своем месте.