Глава 7

Через закрытую дверь спальни я слышала, как громко стучат колеса чемодана по лестнице. Думаю, Сьюки делала это специально. Ведь с волчьей силой она не являлась хрупкой, слабенькой девушкой и могла поднять шлакоблок одной рукой.

К тому же были отлично слышны ее всхлипывания и причитания. Она буквально проклинала Алекса, не забывая при этом обо мне.

Когда дверь машины хлопнула и авто отъехало с парковки, Крофорд спустился вниз, без стука зайдя в мою комнату. На нем была черная рубашка и синие джинсы, ноги непривычно босые. Он внимательно просканировал меня прищуренным взглядом, после чего отошел к окну и не поворачивался до конца разговора.

— Ты больше не будешь наблюдаться у доктора на постоянной основе. Это слишком опасно, — резюмировал он, и, судя по повелительному тону, я могла понять — это решение не обсуждается. — Тетушка Зельда будет вести твою беременность.

Я тут же напряглась, не понимая происходящего:

— Зельда? Та, которая колдунья? — голос был полон недоумения и сарказма. — Она будет ставить мне диагноз на кофейной гуще?

— Тетушка Зельда на крови поклялась действовать в интересах стаи и, если нарушит обещание, умрет, — раздраженно процедил сквозь зубы альфа. Видимо, его очень задело мое неверие в ворожбу и заклинания. — К тому же она еще и повитуха. Все местные девушки наблюдаются у нее. Зельда зарекомендовала себя как самый лучший специалист.

— Так почему же ты изначально не направил меня к ней? — сложив руки на груди, я уставилась на спину Алекса. Было сложно представить, что альфа стаи доверяет какой-то старухе рождение детей.

— Сьюки убедила меня, что прогрессивная медицина выигрывает в сравнении с неординарными методами колдунов, — сделав большую паузу, он выдохнул:

— Теперь я считаю иначе.

Прошло около минуты гробового молчания, которое, судя по всему, Алексу нисколько не мешало. Тогда я наконец-то осторожно протянула:

— Почему уехала Сьюки? Что произошло?

— Будешь по ней скучать, правда? — саркастично выпалил мужчина, ехидно хмыкнув. — Сомневаюсь, Руби.

— Я спросила тебя по-хорошему! Ты не собираешься вести со мной диалог? — вспылила я, чувствуя, как сердце начинает стучать быстрее.

— Хорошо, — сдался Алекс, потерев переносицу, — Воспоминания, которые я увидел у тебя… Они отличались от тех, что я нашел у нее в голове.

— А так можно? — теперь настала моя очередь растеряться и опешить.

— Видимо, — пожал плечами Алекс.

— И… Различие было сильным? — боясь сбить момент откровения, я не особо давила на Кроуфорда, пытаясь выудить побольше информации. Вряд ли можно на слово верить мужчине, который обманывает каждую секунду. Но все же это лучше, чем вечное молчание.

— К примеру, — раздраженно процедил сквозь зубы он, — помнишь, как ты набросилась на меня и мы занимались сексом всю ночь? Это было действие особой травки, которую тебе подмешали женщины в доме Араша Айдына. Волчьим нюхом невозможно его учуять…

— Сьюки знала об этом? — сгорая от стыда, прошептала я. Теперь было ясно, почему так произошло.

— Узнала через сутки после случившегося. Я понял это, сложив некоторые события из твоих воспоминаний воедино. Но, — он демонстративно развел руками, — ее воспоминания были иными. Когда я принудительно залез ей в голову, понял, что половина из них была изменена.

В голове не укладывалось! Кто бы мог подумать, что даже от Алекса Кроуфорда можно упрятать нечто важное? Но… Как? Принуждение? Таблетки? Очередная травка от доктора? На поверхности лежал лишь один, наиболее реальный вариант:

— Самовнушение, — догадалась я, увидев, как спина альфы напряглась.

Думаю, ему было сложно поверить, что любимая жена, брак с которой длился десятилетиями, врала ему направо и налево. И все же почему-то казалось, что пощечину вызвало нечто более радикальное, осудительное, страшное. Откашлявшись, я спросила:

— Это ведь не все, так?

— Это все, что тебе следует знать, — рявкнул Алекс, а я подпрыгнула на месте от испуга. Бедная птица, сидевшая на подоконнике, едва ли свалилась вниз пластом. — Через час Роман отвезет тебя к тетушке Зельде.

— Роман? — растерялась я, вспоминая слова поварихи. — Мне казалось, между вами произошло…

— …Недоразумение. Теперь-то я это понимаю, — загадочно протянул Алекс. Почему-то мне казалось, что и тут замешана Сьюки. — Еще вопросы есть?

Резко развернувшись на пятках, Кроуфорд внимательно заглянул мне в глаза, и тотчас стало не по себе. Будто мгновенно всю кровь выкачали из организма, началась тошнота и сильное головокружение.

— Как насчет переезда в другой дом? — облизав пересохшие губы, протянула я. Опасно было спрашивать такое после всего произошедшего за день в доме, но я ничего не теряла. Выгони Алекс меня — только обрадовалась бы.

— Сьюки съехала, а меня ты рядом больше не увидишь. Поверь, я не настроен на общение с кем-то из вас, — выгнув одну бровь, альфа будто говорил: «Что еще? Что тебе опять нужно?» И, не дожидаясь моей реакции, продолжил сам: — Я буду жить наверху, ты по-прежнему здесь. К тебе прикреплена другая горничная и другая служба охраны. Телефон, планшет, ноутбук, телевизор… Если тебе что-то из этого нужно, можете заехать с Романом в магазин после посещения Зельды. А можно заказать через интернет. Твое дело. Карточка, оформленная на твое имя, находится у Романа. Она безлимитная.

Алекс быстрым шагом направился к выходу, а я растерянно хватала воздух губами. Это было не похоже на знакомого мне ранее Кроуфорда. Едва успев в последний момент, я крикнула ему вдогонку:

— Решил купить мое хорошее расположение?

— Нет, решил купить свое спокойствие, — резко развернувшись ко мне, тот раздраженно улыбнулся. — Чем реже ты будешь меня дергать, тем дольше я проживу.

Ахнув от наглости мужчины, я какое-то время продолжала пялиться перед собой, пытаясь понять. Что произошло между Алексом и Сьюки? Что он увидел такого, способного поменять его восприятие реальности? И, главное, поумерить любовь к жене. А еще, судя по всему, ко всему женскому полу в целом?

Мои внутренние баталии продолжались ровно до того момента, как в комнату постучала горничная и напомнила, что пора собираться на встречу с тетушкой Зельдой.

Сегодня Роман был особенно молчалив. К тому же к привычному строгому костюму охранника добавились черные перчатки и кепка с очками. Все это превращало мужчину в тень самого себя, и что-то мне активно подсказывало, без альфы тут не обошлось.

— Что у вас произошло с Алексом? — все-таки решилась просить я, когда авто припарковались на стоянке.

— Ничего того, что стоило бы обсуждать с его женой, — слишком уж резко осадил мою инициативу помочь и поддержать Роман. Это было настолько неприятно, что я даже ощутила себя идиоткой… Ведь еще сегодня собиралась разговаривать с Кроуфордом об охраннике, рискуя своим же благополучием.

Зельда жила достаточно далеко от дома альфы стаи. Ее небольшой деревянный дом с внушительным огородом располагался на въезде в Лондон. Стоило открыть калитку, как в нос ударил резкий аромат сладкой розы, а также гроздей винограда, раскинувшегося повсюду.

— Эм… — неловко остановившись на входе, я не знала, могу ли идти дальше. Роман проводил меня лишь до калитки, а Зельды поблизости не было. Не хотелось бы вновь нарушить очередные правила стаи. — Есть кто-то? Могу ли я войти?

Внезапно в высоком кустарнике что-то зашевелилось, и сердце упало в пятки. Ноги приросли к полу, горло онемело… Медленно повернувшись к источнику шума, я едва не оглушила всю округу, когда оттуда на меня прыгнул громадный кот, решивший, что он — охотник, а я его ужин.

— Ох, — на пороге дома возникла бабушка, которая выбежала на мой крик быстрее, чем бы это сделал маленький шустрый ребенок. При этом выглядела она очень древней: усохшая, мелкая, полноватая, со сморщенной, растянутой кожей и длинными, уложенными в неопрятные косички волосами. — Какие вы все нежные, эти городские! Проходи уже… Тьфу на тебя! Кота она испугалась. Мда…

Закатив глаза и покачав головой, Зельда повернулась ко мне спиной и проследовала в дом. Я же, покрывшись густым румянцем, отправилась за ней. Сложно было скрыть неловкость.

Под ногами скрипели половицы, звенели навешанные повсюду монетки на красной нити. К тому же на каждом подоконнике стояло по букету засушенной вербены.

— Это, — Зельда без слов указала на монеты, — отпугивает незваных духов и людей, кто желает мне зла. А это, — старушка ткнула пальцем в вазу и, что странно, не получила ожог. Либо она не была оборотнем, либо имела какой-то иммунитет. — Это не дает волкам зайти без спроса.

«Она еще та социопатка!» — хмыкнула я про себя, но тут же услышала ворчание:

— Я люблю людей, но в моем возрасте приключения уже не доставляют радости.

«Неужели она читает мысли?» — не веря сама себе, подумала я, а Зельда лишь рассмеялась, присаживаясь на кресло-качалку.

— Такая взрослая, а веришь в сказки! Нельзя мысли людей читать, Руби. Такого не бывает.

Изо рта вырвался истерический смешок, а по спине прошли мурашки.

— Не бойся так, Руби. У тебя ведь все на лице написано, — «успокоила» меня так, взяв в руки прозрачный стеклянный шар. Мне показалось, или он стал отливать золотом? Возможно, все дело в освещении через витражные окна.

— Но вы ведь шли ко мне спиной, — насупилась я, но тут же решила закончить эту тему с фокусами. — Алекс прислал меня к вам. Он уверен, что я беременна. Я же… не уверена. И почему-то сомневаюсь, что вы врач и чем-то сможете помочь.

— Сейчас поглядим, что там да как! — фыркнула старуха, обиженная моим неверием. Закрыв глаза, она погладила шар и тут же активно закивала:

— Беременна, конечно же, беременна! Но…

Пусть я и не хотела рожать от Алекса и мысль о том, что могу стать мамой, не укладывалась в голове, стало страшно, что ребенком может быть что-то не так. По инерции положив руку на живот, я напряглась, а Зельда все молчала.

— Но… — поторопила ее я.

— Природа взяла свое. Волк внутри Алекса давно ждал момента для зачатия. Оно не могло не произойти. Только вот твое тело… Оно отказывается принимать ребенка. Сопротивляется, — старушка резко распахнула глаза, а я перестала дышать. Потому что капилляры ее глаз полопались, делая белок полностью красным. — Обычно самка во время беременности становится сильнее. В ней бушует двойная сила. Ребенок наделяет ее новыми способностями и развивается очень быстро. Это не твой случай, Руби. Твой ребенок развивается как человеческий. И ты… лишь немного отличаешься от человека, — Зельда указала на уши и глаза. — Станешь слышать как Алекс. А еще зрение будет более чувствительным. Ты уже замечаешь то, что раньше не могла.

— Вы не можете знать этого, — качнула головой я, злясь на происходящее. Почему Кроуфорд отправил меня к этой шарлатанке? Она может наговорить всего, что ей угодно! А правду надо делить на два. — Вы не врач.

— Дай мне свою руку, девочка, — Зельда протянула мне свою сморщенную и покрытую мозолями ладонь. — Не бойся, давай…

Не знаю зачем, но я послушала ее. Видимо, просто не верила, что Зельда может сделать что-то плохое. Да она же едва ли стояла на ногах! Даже сидя тряслась и с трудом дышала.

— Смотри, — прошептала та, положив мою руку на шар и прикрыв своей.

Это было похоже не сон или внезапную потерю сознания. Мгновение — и я оказалась сидящей на лавке в доме Алекса, а вокруг цвели ландыши. Засмотревшись вдаль, едва не пропустила мимо ушей плач. Детский.

Подорвавшись на ноги, быстро побежала в прилегающую летнюю кухню. А там в маленькой розовой коляске лежал ребенок. Глаза, нос, губы — все, как у моей мамы. А вот овал лица и серьезный взгляд, будто у Кроуфорда.

— Иди сюда, Стефан, — как только я взяла малыша на руки, он замолчал, и мне стало спокойно. — Самое время тебя покормить.

— Я этим займусь, Руби, — голос Сьюки позади заставил встрепенуться, а по телу разлилась острая боль. От одного вида девушки злость захлестывала с головой! — Ты устала, иди поспи.

— Нет, — сделав шаг в сторону, я не дала блондинке прикоснуться к ребенку. Та насупилась, щеки ее покраснели. — Я не устала. Сама разберусь.

— Хватит, — рявкнул Алекс, возникший в проходе. Он устало посмотрел сперва на меня, а после на Сьюки. — Руби, ты не можешь все время никого не подпускать к Стефану. Сьюки просто хочет помочь…

Толчок — и я снова оказалась в доме Зельды. Одышка была такой сильной, будто я сейчас задохнусь. Внутри горел пожар, хотелось воды.

— Держи, — Зельда протянула мне бутылку, которую я опустошила за один раз. Внутри бурлил адреналин, конечности потряхивало. А самое главное — не было никаких мыслей по поводу того, что я только что увидела. — Это твое будущее. Не ближайшее, но вероятное.

— Алекс выгнал Сьюки из дома, — протараторила я, пытаясь найти лазейку во всем этом вранье. — Они больше не вместе, так что…

— Они прожили в браке многие-многие годы. Это уже не просто любовь. Это привязанность и долг обеспечить человеку счастье. И пусть они не могут заниматься любовью, навсегда останутся лучшими друзьями, — протянула старуха, тяжело вздыхая. — Алексу суждено всю жизнь желать того, чего он никогда не получит. Тебя, Руби.

— Нет, — хмыкнула я, не веря и слову. — Алекс и Сьюки прекрасно занимаются любовью, и ничего им не мешает. Пусть сходятся или расходятся, мне плевать. Лишь бы это никак не отражалось на мне или моем возможном ребенке.

— Они занимаются любовь? — недоверчиво переспросила Зельда и тут же закатила глаза. — Какие глупые эти мужчины, против природы не попрешь. Как бы он ни пытался, ничего не выйдет. Хочешь, я тебе покажу, как все было на самом деле?

Старушка попыталась схватить мою руку, но я тут же отстранилась. Меньше всего на свете хотелось видеть то, что происходит в спальне Алекса.

— Нет, спасибо.

— Тогда ладно, — немного разочарованно пожала плечами женщина. — Знаешь, почему Алекс выгнал Сьюки? Она скрыла от него наличие истинного. И ее истинный тоже это скрыл. Такой обман сложно простить. А еще наш альфа очень злится на тех, кто выказывает тебе неуважение. Сьюки не исключение.

— Ясно, — кивнула я, возвращаясь к интересующей меня теме: — Что по ребенку? Он здоров?

— Все прекрасно, — кивнула она. — Можешь пока идти. Придёшь, как будут вопросы.

Резко поднявшись с места, я торопливо направилась к выходу, желая поскорее уйти прочь. Но Зельда окликнула меня уже у выхода:

— Когда берешь в руки зонт — оглядывайся.

Данная фраза показалась мне настолько странной, насколько возможно. Поэтому я лишь ускорила шаг.

Когда мы подъехали к дому, я не услышала никаких голосов. Это была небывалая ситуация для апартаментов Кроуфорда, вокруг альфы всегда кипела активная жизнь.

Войдя в дом, я с удивлением подметила, что даже повариха не на месте. Стук каблуков по деревянному полу отдавался эхом на весь этаж. А ведь я шла на носочках.

Мне удалось застать женщину около панорамного окна в столовой. Та стояла перед стеклом, увлеченно наблюдая за чем-то по ту сторону. Я тоже подошла и с интересом проследила за ее взглядом. А там Алекс и большая часть работников дома разбирали каменную кладку.

Ранее на небольшом постаменте располагались скамейки, а также бесчисленное количество роз с фонтаном. Плюс этой постройки заключался в том, что с обеих сторон росли пышные и высокие деревья, создавая тенек даже в самый жаркий день.

Зачем Кроуфорд рушил такую красоту, мне было непонятно. Ведь хоть территория и была внушительной, она была занята важными постройками. Только это место отвели под декор и убранство.

— Что они делают? — спросила у поварихи, и она резко вздрогнула, будто не услышала моего приближения. Это могло значить лишь одно — женщина была слишком глубоко в своих мыслях.

— Руби, вы вернулись, — улыбнулась она, но вышло уж слишком натянуто. Что-то ее очень огорчало. — Альфа затеял ремонт…

— Ремонт? — удивилась я, взглянув на часы. Был поздний час, немного оставалось до темноты. К тому же он только вышел из больницы, а еще поссорился со Сьюки. Разве не должен мужчина сейчас отдыхать с бокальчиком вина на мансарде?

С удивлением наблюдая за тем, как альфа в рабочей одежде выкапывает лавочки, пробормотала себе под нос:

— Но… зачем?

— Новая планировка. Здесь будет огромная детская площадка, занимающая все свободное место. Альфа даже дал добро срубить часть деревьев, хотя для волков они почти что священны, — повариха тяжко вздохнула и вытерла краешком фартука глаза. Судя по всему, слезу удавалось сдерживать с трудом. — Этот участок много-много лет назад выкупили родители Алекса. Мама его мечтала о личном уголке с кучей цветов и мраморным фонтаном. Только не дожила. Наш альфа достроил это место в честь нее.

— Они здесь похоронены? — ужаснулась я.

— Нет, конечно же, — отмахнулась женщина, как будто я сказала какую-то несусветную чушь. — Просто мы все воспринимали это как память, Но время идет дальше… Зачем смотреть на лавки и грустить, если можно наблюдать детскую площадку и радоваться. Правда, Руби? Ведь скоро появится новый альфа!

Но я не была с ней согласна от слова «совсем». Не отвечая, быстро распахнула дверь и вышла на балкон. С него можно было без труда спуститься вниз, где проходили работы.

— Алекс, — окрикнула я мужчину, заставляя его повернуться и бросить на землю лопату, чтобы подойти ко мне. Жутко не хотелось, чтобы кто-то из присутствующих услышал наш разговор, поэтому я говорила едва ли слышным шепотом. К тому же общий гомон вокруг, смешанный со сверлом и бурением, отвлекал внимание. — Зачем ты это делаешь?

— Ребенку нужно будет свое место дома. Лучшего не найти, — пожал плечами мужчина, вытирая грязной ладонью лоб.

— Но, — тяжко вздохнув, торопливо протараторила, — я ведь не была у нормального врача! Нет никакого подтверждения, что ребенок вообще есть! Ты совершаешь ошибку.

— Освободить место для своего ребенка — это ошибка? — хмыкнул Алекс, глаза его в этот момент горели лютым энтузиазмом. Даже один факт того, что сам альфа взялся за работу своими руками, говорил, как сильно он увлечен этим делом.

Вдруг Кроуфорд замер, побелел и переменился в лице:

— Зельда что-то сказала?

Сглотнув, я пыталась угомонить бешеное сердцебиение. На нервах, неосознанно я топала ногой по траве и с ужасом наблюдала за тем, как Алекс рушит память о своих родителей из-за ребенка, которого еще нет. А может, и не будет.

— Что-то вроде того, типа мой организм не принимает этого ребенка. Не помню точно, — выпалила я, даже не подумав о том, что Кроуфорд воспримет это серьезно. Ну кто вообще в нашем веке воспринимает слова гадалок как прописную истину? Только вот молчание затянулось, в какой-то момент я даже забыла о стоящем рядом альфе. А когда повернулась к мужчине, увидела лишь тень. Он был сам на себя не похож. Глаза растерянно метались, под ними залегли откуда-то взявшиеся синяки, пот стекал по лбу.

— Беременность замерла? — прохрипел он так невнятно и медленно, будто каждая буква давалась с трудом. У меня по телу прошли мурашки от надрывности в голосе. — Я боялся, что это может случиться. Та травка, что заменяет возбудитель, теоретически может повлиять как угодно…

— Беременность не замерла. Во всяком случае Зельда такого не говорила, — посчитала нужным сказать я. — Она лишь акцентировала внимание, что развиваться ребенок будет точно так же, как и у обычных людей. Медленно. Но не думаю, что можно верить каким-то…

Я не успела договорить, потому что Кроуфорд внезапно шагнул вперед, буквально поднимая меня вверх над землей, после чего прижимая к себе так сильно, что затрещали кости. От такого странного порыва я буквально окаменела, не понимая, что происходит.

— Черт! — облегченно выдохнул он, положив ладонь на живот. От неожиданности кожу покрыла гусиные мурашки, душа буквально ушла в пятки. — Я уже было думал… Дважды черт!

— Алекс, — отчетливо проговорила я, пытаясь мягко отстраниться. Но он держал крепко, чем вызывал полное недоумение. — Ты совершаешь ошибку. Еще рано принимать какие-то решения в духе этого. Не стоит.

— Нет, Руби, — губы альфы коснулись мочки уха. Это дало мне почувствовать, как часто и нервно он дышит. Мне показалось, или конечности его подрагивали? — Самое время.

Кто-то из работников позвал мужчину, и он осторожно поставил меня на ноги. Даже чересчур, будто я какая-то фарфоровая статуэтка.

— Иди, уже холодно на улице, — скомандовал он, разворачиваясь и возвращаясь к работе.

И тут в голове всплыло то самое воспоминание, в котором Сьюки находится рядом с моим ребенком.

— Зельда сказала, что Сьюки вернется, — крикнула я вслед альфе, и тот замер, будто ожидая продолжения. — Даже если там что-то есть… Я не хочу отдавать ребенка посторонним людям. И не отдам.

Те мгновения, что Алекс молчал, во мне бушевала буря, разрушающая все под корень.

— Сьюки не вернется, — раздраженно выпалил он и ускорил шаг.

Я хотела догнать его и спросить: «Что это значит?», но начался дождь с громом. Быстро забежав в столовую, не снимая мокрой обуви, бросилась за зонтиком. Огромная ваза с ними располагалась прямо в прихожей.

Свет решила не включать, в полутьме выхватила трость и сделала шаг обратно. Только вот поскользнулась и полетела назад. Инстинктивно я еще помнила, что на уровне бедра располагался открытый шкаф для верхней одежды, поэтому потянулась рукой туда, не глядя хватаясь.

Позже оказалось, что одна их полок поломалась после отъезда Сьюки. Она кинула туда свою здоровую, перегруженную сумку. И теперь на месте выпирающей полки остался лишь гвоздь.

Именно на него я и напоролась.