Глава 32

На следующий день, вечером, приглашенный визажист осмотрела Дашу, выбранное платье на вечер и начала колдовать. Стильно и небрежно уложила волосы, нарисовала загадочный, но аккуратный смоки-айс, сделав глаза девушки бездонными, добавила немного румян, подчеркнув скулы и персиковой помадой украсила и без того яркие от недавних страстных поцелуев маленькие губы. Платье, выбранное Дашей, оказалось из переливающейся молочно-белой с серебром ткани, с короткими рукавами, которые едва держались на открытых плечах, сдержанным декольте и открытой спиной. Оно мягко обволакивало тонкую талию, подчеркивало изгиб бедер девушки и элегантно струилось по ногам. Телесные чулки и туфли с усыпанными мелким блестящим бисером шпильками дополняли образ.

Когда Михаил зашел в ее комнату, чтобы помочь спуститься, то замер на пороге, не в силах дышать. Вместо его взъерошенного, обычно одетого в мешковатую одежду воробушка, стояла тонкая элегантная молодая женщина, красивая настолько, что было больно смотреть. Огромные глаза, аристократичный профиль, длинная шея, невероятная фигура, бесконечно-длинные ноги с изящными щиколотками, тонкость которых помнили его руки. Увидев застывшего на пороге мужчину, она вопросительно подняла брови.

— Я сейчас как никогда близок к фразе «остаемся дома». Ты фантастически выглядишь, родная!

Михаил подошел к ней и встал рядом, развернув к ростовому зеркалу. Они действительно смотрелись удивительно гармонично: высокий широкоплечий мужчина в смокинге и тонкая, воздушная девушка в серебристо-белом. С легкой улыбкой она прислонилась головой к его мощному плечу:

— Тебе очень идет смокинг, Миш. Возмутительно элегантно.

— Будешь меня ревновать, маленькая?

— Буду охранять личный периметр. С фужером и зубочисткой через плечо. Пойдем?

Альфа, запрокинув голову, открыто и от души рассмеялся.

— Обожаю твои метафоры. Подожди, родная, кое-чего не хватает, — он достал из-за спины квадратный черный футляр и положил перед парой.

— Это что?

— Это — просто дополнение к платью. Но у меня до сих пор лежит подарок, который я не подарил тебе на Новый год.

Он открыл футляр и у Даши перехватило дыхание: на черном бархате лежал ослепительной красоты сапфировый набор: колье, серьги и браслет. Густо-синие камни в обрамлении переливающихся всеми цветами радуги бриллиантов. Пока девушка в немом изумлении любовалась украшением, Михаил достал колье и застегнул на шее своей Луны, слегка прикоснувшись губами к шее. С нескрываемым восхищением посмотрел на пару. Блеск бриллиантов добавил ей ту необходимую толику роскошной обворожительности, вслед которой сегодня будут сворачивать шеи все мужчины. Хотя для него она была самой красивой даже в растянутой футболке. А лучше — без нее.

Когда он взял в руки браслет, девушка протянула ему левую руку.

— Я знаю, что неправильно. Но я часы ношу на правой. Мне, как левше, думаю можно.

— Тебе можно все, Луна моя.

Даша надела серьги и слегка нахмурившись, посмотрела на себя.

— Что-то не так, Дашенька? Не нравится? Хочешь другие камни?

— Мне кажется, что я сейчас моргну и все это окажется сном. Я проснусь в нашей с девочками квартире, и Ира будет ругаться, что я не встаю даже после пятого будильника.

— Давай я сделаю так, — альфа склонил голову и ощутимо прикусил метку, — будем считать, что я это я тебя ущипнул.

— Ай, Миша! Синяк будет!

— Пусть все видят, что ты в моих зубах. И если хоть кто-то взгляд опустит ниже твоих глаз — я им ноги поотрываю!

— Пошлый волчара, лучше скажи, где мой подарок?

Вместо ответа он поставил перед ней компактную, но увесистую коробку. Даша с нетерпением ребенка оттеснила его и открыв, замерла.

— Боже, я точно сплю! — дрожащими пальцами она погладила содержимое, — это точно мне? Точно-точно?

— Неужели угадал?

— О!!! Более чем. Это же — «Глок»! — Даша достала из футляра увесистый пистолет, проверила обойму и, уверенно взяв в руки, навела на ближайшее окно.

— Нравится?

— Очень! Он такой красивый! Восхитительный. Без предохранителя же, верно?

— Да. Я сомневался, но решил рискнуть. И спасибо, что не навела его на меня.

— Папа… мой русский папа всегда говорил, что целиться надо в человека только, когда собираешься стрелять. Все остальное — дурость.

— Он — мудрый человек. Я бы хотел познакомиться с тем, кто тебя вырастил.

— Думаю, он тебе понравится, — Даша вернула пистолет на место и нежно коснулась губами губ альфы, — спасибо, Миш. За все. Ты снова делаешь реальностью то, что я считала невозможным.

— А ты не перестаешь меня удивлять, Луна моя. Первый раз вижу девушку, которая пистолету обрадовалась больше, чем бриллиантам.

— Я у тебя совсем неправильная?

— Ты — эксклюзивная, нежная, восхитительная. И моя. Поехали, иначе еще немного и я начну тебя убеждать гораздо более действенным способом, чем слова.

— Ненасытный волчара!

— Голодный до тебя. И сегодня ночью ты в этом убедишься.

Когда Альфа с Луной прибыли, вечер уже был в самом разгаре. Но стоило им войти в зал, как все разговоры стихли как по мановению волшебной палочки. И если мужчины-двуликие смотрели на Луну вскользь, чтобы не злить ревнивого альфу, то волчицы с нее не сводили глаз. Разных: любопытных, радостных, оценивающих, раздраженных, завистливых. Только на секунду ей стало страшно, но потом она взяла себя в руки. Это он, альфа стаи, самый сильный волк, ее выбрал, он уверенно держит ее за руку и не смотрит ни на кого вокруг, так чего же ей волноваться? В конце концов, у нее на шее его метка, а это говорит красноречивее любых слов. Она выпрямила спину, подняла подбородок и с царственной улыбкой легко зашагала рядом с альфой. Рука об руку они вышли на середину зала. Альфа встал за ее спиной, положив руки на плечи:

— Знакомьтесь, стая, — властно произнес он, — это — моя Луна. Моя истинная пара. Дарья ди Томацци.

По залу прошел изумленный гул, как по команде люди, мужчины и женщины, опустились на одно колено и опустили головы. Даша на минуту опешила, но тут же поняла, что слабину давать нельзя, однако и холодно говорить с людьми, которых она уже считала своими, не хотелось. Она тепло улыбнулась, давая понять, что рада всем присутствующим. И пусть, когда заговорила, тон ее был сильным и властным, но теплая волна омеги прошла по комнате, окутав каждого и не оставив никого равнодушным:

— Добрый вечер! Я рада всех вас видеть и быть частью этой стаи. Встаньте.

После некоторой заминки люди начали подниматься. Если минуту назад и были у кого-то сомнения в выборе альфы, то теперь их не осталось — ее силу почувствовали все.

Их почти сразу окружил ближний круг, приветствия, сдержанные комплименты. Роман подошел одним из первых.

— Хорошо выглядишь, мышонок.

— Ты тоже, Белоснежка.

— Рад, что вы, наконец, помирились.

— Не без твоей помощи, но и домочадцы — молодцы. Я позже поблагодарю каждого.

Роман наклонил голову и чуть повел носом.

— Ну, наконец-то! То-то я смотрю у Мишки физиономия сияет.

— Хочешь подробностей? — Даша изогнула одну бровь, сдерживая смущение изо всех сил.

— Да, боже упаси! Рад, что ваши брачные игрища наконец закончились. Никому от вас покоя не было.

— И ты, наконец, можешь перестать строить из себя засранца. А я всегда мечтала о таком брате, — привстав на цыпочки, Даша слегка щелкнула Романа по носу. Тот от неожиданности захлопал глазами.

— Кажется, моя Луна поставила тебя в тупик, брат?

— А ты изменилась, Дашка. Теперь я вижу Луну, которая может приструнить любого волчару, включая альфу, — Роман улыбнулся ей, без ерничанья, тепло и открыто, по-братски.

После его слов Даша расслабилась окончательно. Ира, ее подруга, будучи парой беты, не отходила от нее, но было заметно, что Луне подстраховка особо и не нужна. Она почувствовала свою силу и без страха говорила с каждым. К ней многие подходили познакомиться, сначала настороженно, потом, заметив ее открытость и добрую улыбку, окружили толпой.

К Ольге с дочерью Луна подошла сама, они стояли поодаль и не решались ее побеспокоить. Даша тепло поздоровалась с обеими и поблагодарила за помощь в примирении с альфой. Пока разговаривала с домоправительницей, несколько раз косилась на Катю, прислушиваясь к себе, пытаясь убедиться в правоте своих ощущений. Потом не выдержала и крепко обняла молодую женщину, стараясь напитать ее своей силой, словно окутать теплым коконом. Дед доходчиво объяснил ей основы владения силой, но у альфы другой источник мощи. Поэтому Даша совмещала его теорию со своими интуитивными ощущениями. Катя опешила от неожиданности, обычно Луна даже в доме, наедине с близкими вела себя довольно сдержано, а тут вдруг такое открытое проявление дружбы. Она, разумеется, обняла ее в ответ. Даша подождала несколько секунд, прислушалась к себе, а потом повернулась к уху женщины:

— Теперь все будет хорошо, Катя.

— Что именно, Луна?

Даша разжала объятия и тепло улыбнулась.

— Скоро узнаешь. Думаю, тебе понравится.

— Луна…?

— Главное — все будет хорошо. Верь мне, — Даша погладила ее по руке и отошла к другим гостям, оставив мать и дочь недоуменно переглядываться.

Какое же это счастье, что получается помогать людям! Желание обогреть своим теплом переполняло ее, сила радостно бежала по венам, нетерпеливо выискивая новый объект для заботы. Ей, омеге, обязательно нужно было если не любить, то хотя бы симпатизировать объекту для помощи. А у Даши врагов не было, она с детства старалась хорошо относиться ко всем. Веря, что людей, можно как гирлянды, зажигать теплом и улыбкой.

Альфа наблюдал за ней со своим ближним кругом. Она, слегка наклонив голову, с улыбкой слушала, смеялась, что-то отвечала, вызывая удивление и восторг в глазах его стаи. Словно маленькое солнышко, Луна согревала окружающих, к ней неосознанно тянулись, жадно ловя ее мимолетную улыбку, теплый взгляд или нежный смех. Альфа несколько раз уволакивал ее танцевать, слегка раздражаясь от обилия ее внимания к другим. Даша охотно соглашалась, его руки на оголенной спине одновременно дарили тепло и будоражили обещанием предстоящего удовольствия. Он шептал ей на ушко предстоящие пошлости, заставляя Луну очаровательно краснеть.

Но через некоторое время Луна опять упархивала к новым знакомым, заставляя альфу хмуриться, ведь он периодически терял ее из виду. Хотя для волнений повода не было несмотря на то, что охрана была сокращена до минимума. Все члены стаи хотели праздновать в такой великий день — альфа обрел истинную. Но на внучку главы Совета и Луну стаи Черных волков мог покуситься только самоубийца.

Даша, разговаривая, посмотрела за спины собеседников и вдруг увидела скромно жмущегося к стенке садовника. Он переминался с ноги на ногу и явно чувствовал себя не в своей тарелке. С теплой улыбкой девушка подошла к старому волку.

— Алексей Тимофеевич, здравствуйте. Как я рада вас видеть!

— Здравствуйте, Луна. С возвращением, — смущенно поприветствовал ее старый волк и протянул маленький букетик.

— Фиалки? Зимой? Вы — мой волшебник из сказки, — девушка вдохнула нежный аромат, — головокружительно пахнут. Спасибо, замечательный вы наш!

Пока порозовевший от комплиментов садовник, смущенно улыбался, Даша внимательно посмотрела на него, потом опустила глаза на его колено. Ей было сложно объяснить, что и как она видела и чувствовала, но мешать своей силе не стала.

— А пойдемте-ка, танцевать, Алексей Тимофеевич? Вот и мелодия медленная.

— Что вы, Луна, какой из меня танцор? Только ноги оттопчу.

— Ничего-ничего, я тоже — не Плисецкая. Пойдемте, потопчемся вместе, — Даша с улыбкой увела старого волка на танцпол, стараясь сконцентрироваться на его больном колене. Старик во время танца молчал, но незаметно для себя начал увереннее наступать на больную ногу. Даша понимала, что не сможет помочь ему за один раз, но сейчас снять боль и немного расслабить неправильно сросшиеся связки в состоянии. Да и суставу помочь можно, силы есть.

После танца садовник поклонился и галантно поцеловал Даше руку. Он был слишком стар, чтобы навлечь гнев ревнивого альфы.

— Алексей Тимофеевич, просьба к вам есть.

— Слушаю, Луна.

— Тайна у нас вами будет. Пожалуйста, никому.

— Сделаю все как скажете.

— Приглашу вас на чай на днях, не отказывайтесь. Постараюсь вашей ноге помочь. Обещать не буду, постараюсь.

— Но врачи…

— Так я — не врач, — хитро улыбнулась ему Даша.

Старик пору мгновений смотрел с непониманием, но потом его глаза расширились от изумления.

— Луна, вы… Быть не может!

— Тс-с, Алексей Тимофеевич, вы обещали.

— Приду, Луна! Когда скажете. Ради такого…

— Вот и договорились. И еще раз спасибо за цветы, они чудесные!

В этот момент на Дашины плечи опустились тяжелые ладони и властный голос слегка недовольно пророкотал ей на ухо:

— Я тебя на цепь посажу. Опять вокруг тебя самцы вьются.

— Ага. И даже цветы дарят. Учись, — не смущаясь, Даша ткнула букетом в нос оторопевшего альфы, — Алексей Тимофеевич, я не поблагодарила вас за присланные букеты для меня, пока я болела. Это было очень трогательно, спасибо большое.

Даша подхватила за руку Михаила и увлекла в сторону.

— Ты чего рычишь? Я его просто за букет благодарила. Видишь же какой он стеснительный.

— Он — самец, и вьется вокруг моей женщины!

— Вот же, ревнивый волчара, — неожиданно засмеялась пара и легонько чмокнула его в щеку, — не ревнуй. Ты же знаешь, что лучший.

— Лиса ты, хитрющая, а не волчица, — прижал к себе пару сразу успокоившийся альфа.

— Праздник чудесный. Спасибо. И ко мне тут все хорошо относятся. Очень милые… волки.

— Самоубийц нет, — иронично улыбнулся Михаил, — ты же теперь мать стаи. Кто посмеет криво посмотреть?

— А мне кажется, они сами по себе хорошие. А не из-за моего статуса. Да и нам в дом скоро потребуется новая горничная.

— А что не так с Катей? Я думал она тебе нравится.

— Нравится. Но у нее скоро будут дела поважнее.

— Поясни, — нахмурился альфа.

— Это большой секрет, но Ольга станет бабушкой.

Альфа помрачнел.

— Бедная Катерина, неужели опять…

— Нет, на этот раз все будет хорошо. Но в доме она будет до декрета. Хочу, чтобы была у меня на глазах.

— Дашка…

— Не спрашивай. Я не знаю, как это работает. Просто делаю.

— Омежка моя, а давай сбежим отсюда через полчасика? У меня тысяча идей как интересно провести время.

— В карты на раздевание?

— Лучше раздевание без карт! Ты так выглядишь, что я хочу это платье сорвать зубами.

— Похотливый волчара, — слегка покраснела Даша, — у меня из-за тебя щеки горят. И в жар бросает. Нам обоим срочно нужно успокоиться. Так рано уходить невежливо. Жди здесь, я скоро приду.

Лавируя между гостями, Даша отыскала дамскую комнату. На удивление она была пуста, хотя обычно это место не только для поправки макияжа, но и обмена сплетнями.

Девушка взяла с полки маленькое полотенце, открыла холодную воду и склонилась над раковиной, чтобы намочить его и остудить лицо. Скорее почувствовав, чем увидав какое-то движение за спиной, Даша подняла глаза, чтобы посмотреть кто это, но внезапный легкий укол в шею — и на нее накатила тьма.