Глава 33

Первое, что почувствовала Даша — это тряска. Поверхность, на которой она лежала, заметно потряхивало. Девушка прислушалась к ощущениям — ее куда-то везли, состояние было заторможенное, мысли ворочались лениво и нехотя. Руки и ноги едва слушались. Осторожно, чуть приподняв веки, попыталась осмотреться. Было темно, она лежала на полу какого-то грузового фургона. Вокруг было пусто, никого не наблюдалось. Приподняв голову, она увидела крепкий затылок водителя. Больше в фургоне никого не было. Стало страшно, сердце в груди забилось испуганной птицей. Девушка попыталась мысленно потянуться и позвать альфу — глухо.

Пока Даша собирала мысли в гудящей голове, пытаясь сообразить, что делать дальше, как движение прекратилось. Неприятно громко хлопнула водительская дверца. Девушка положила голову на пол и закрыла глаза, решив не выдавать раньше времени тот факт, что пришла в себя. Открылась задняя дверь, ее бесцеремонно, как мешок, закинули на плечо и куда-то понесли. Сквозь ресницы девушка пыталась осторожно осмотреться, но увидела только облезлый двор, кусок заброшенного частного дома и лестницу, по-видимому, в подвал, потому что ступеньки спускались вниз.

Противно заскрипела железная дверь, ее внесли в комнату, и скинули на какой-то старый матрас. С трудом удалось сдержать стон от падения. Шаги, скрежет закрываемой двери и наступила тишина. Даша медленно села и осмотрелась: голые бетонные стены, под потолком висит одинокая лампочка. Окон не было. Девушка скинула мешающие туфли и пошатываясь, встала. Сейчас шпильки годились только в качестве сомнительного оружия, но нападать с туфлей наперевес на тренированного бойца было бы верхом глупости. Это только в кино хрупкая героиня бросает через плечо стокилограммовую тушу противника. В жизни все гораздо прозаичнее — мышечная масса решает все.

В комнате было холодно, Даша, медленно, поджимая пальцы ног, босиком прошлась по периметру, ища хоть какую-то лазейку. Бетонные стены были голыми, только в одном углу под потолком были прикреплены тяжелые цепи с наручниками. Для кого? Неужели ее будут пытать? Но зачем?

Словно в ответ на ее мысли, снова заскрипела дверь. Даша успела вернуться к матрасу и села на него, поджав ноги. Двое дюжих мужиков втащили безжизненное тело Романа и одели на него те самые наручники на толстой цепи. Почему-то с него сняли смокинг, он был только в штанах и туфлях. У Ромы подогнулись колени, он со стоном повис на цепях. Молодчики, проверив крепления, отошли к двери, а в комнату в роскошном красном платье вплыла красавица Алена — та самая девка, что висела на Михаиле в день ее падения! Если бы не странная слабость, Даша не задумываясь, бросилась и выцарапала стерве глаза.

Со злорадной ухмылкой на красивых ярко-красных губах волчица посмотрела сначала на Романа, а потом перевела взгляд на Дашу. На лице появилось брезгливое выражение, словно она смотрит на какое-то мерзкое насекомое.

— Уже пришла в себя, тварь?

— В туалете — это была ты? Что ты мне вколола?

— Блокиратор оборота и седативное. Как ты умудрилась обрести волчицу, человечка?

— Какая разница? Зачем ты это сделала? Миша не простит тебе.

— Альфа мой! И так будет всегда.

— Ты можешь ненавидеть меня. Но зачем тебе Рома?

— Он просто обеспечил мне алиби. Для всех — мы поехали развлекаться на его машине. Он такой дурачок, я сказала ему, что видела подозрительный фургон, и он тут же запрыгнул в машину. Где и получил укольчик. Правда ему понадобилась тройная доза, никак не хотел отключаться. Но Ромик у нас будет героем второго плана. Главной звездой будешь ты. Приготовься.

— К чему?

— Будет развеселое кино. Правда 18+. Подружка альфы развлекается с четырьмя порноактерами, пока его братец на заднем плане истекает кровью. Но похотливую сучку это, разумеется, не остановит.

— Ты будешь снимать, как меня насилуют?

— Ну что ты! У нас все добровольно. Примешь веселую таблеточку и будешь сама на них запрыгивать. Жалко Ромочку придется добить, мне не нужен лишний свидетель. Правда будет больше поводов для сочувствия безутешному альфе. Убитый брат и подружка-шлюха. Впрочем — тоже убитая, — Алена, решив, что удачно пошутила, истерически расхохоталась.

— Это не поможет, я — его Луна.

— Он ошибся. Его Луной буду я! А ты — временная постельная грелка, — она злобно оскалила зубы, — в общем готовься, почисть перышки. А то вдруг у мальчиков не встанет на такое убожество. Сейчас они подъедут, Рома немного придет в себя и начнем. Жаль меня не будет, я поеду изображать бурную деятельность и сочувствие альфе. Но потом с удовольствием посмотрю отснятый материал. Да, мальчики, — повернулась она к охранникам, — я хочу, чтобы он вопил погромче, пока ее будут драть, как мартовскую кошку.

Сверкнув глазами от предвкушения, Алена вышла, громко цокая каблуками. Охранники ушли следом. Даша бросилась к Роману. Обхватив его лицо руками, она погладила его скулы большими пальцами, пытаясь привести в чувство. Он открыл затуманенные голубые глаза и попытался сфокусировать на ней взгляд.

— Дашка?..

— Ромочка, как ты?

— Это… пройдет. Черт…

— Ты слышал, что она сказала?

— Да… Я зол… что так слаб сейчас…

— Послушай меня, пожалуйста! Рома, я сделаю все, чтобы не допустить этого. Чтобы тебя не тронули.

— Воробей защищает волка? — он криво улыбнулся, неловко дернув головой.

— Я тоже — волк. Хотя сейчас это не важно. Мне очень-очень страшно, Ром, но я попытаюсь им помешать. Прости меня, пожалуйста, за все, что сейчас увидишь.

— Дашка…

— Ш-ш-ш, — девушка осторожно коснулась его щеки губами, а потом порывисто обняла за шею, — но, если у меня не получится, помни: ты — замечательный брат и я тебя люблю.

— Дашка, не смей…

Она разжала руки и отступила. Роман невольно дернулся к ней навстречу, пытаясь что-то прочесть по ее лицу, но оно было спокойно. Она последний раз одарила его теплой улыбкой и отошла к матрасу. Легла, закрыла глаза, стараясь абстрагироваться от происходящего. Голова была тяжелая, эмоции приходилось подгонять, чтобы они не плавали как ягоды в желе. Дед говорил, что сильные омеги могли внушать разные эмоции. Что ж идея была безумная, в ее плане было слишком много «если», но выхода не было. Кроме нее самой их с Ромкой никто не спасет.

Когда через некоторое время зашел охранник и, достав армейский нож, направился к пленнику, Даша даже не дернулась. Судя по запаху, он был человеком, с ними работать было легче. Охранник поднес лезвие к груди прикованного двуликого и провел кровавую дорожку до ребер. Потом еще одну, чуть ниже. Роман дернулся, но не издал ни звука.

Не открывая глаз, Даша начала мысленно внушать ему, что он может провести время гораздо приятнее. Осторожно, словно яд, по капле вливала в мысли возбуждение. Уговаривая, предлагая, заманивая. Концентрацию терять было нельзя, иначе ее наваждение схлынет. Когда через несколько мучительных минут ее ноги коснулась мужская рука, она не дернулась. Но бешено зарычал Роман:

— Отойди от нее, ублюдок! Не прикасайся!

— Что мальчик, завидуешь? Я тут подумал, а не трахнуть ли ее, прежде чем все начнется? Так сказать, для разогрева?

— Я тебе руки отгрызу, мразь!

— Тебе скоро твои отрежут, так что не обещай то, чего не сможешь сделать. Лучше посмотри, как я сейчас ее отымею. Какая сладенькая сучка!

Жадные руки начали задирать Даше подол платья. Удерживая концентрацию, она одновременно делала вид, что пытается вяло сопротивляться.

Рома бесновался в цепях, пытаясь освободиться, срывая скованные руки до мяса. Эту девочку он должен был защитить ценой своей жизни. Это Луна стаи, Мишкина истинная. Та, что назвала его своим братом! Он должен! Должен вырваться! Но цепи были сделаны для двуликого, а сейчас он был ослаблен препаратами и, как ни старался, не мог разорвать тяжелый металл. Боль проясняла голову, заставляя стряхивать дурман препарата. Кровь бежала по наручникам, оставляя бурые лужицы на полу. Рома рвался, раз за разом не оставляя попыток освободиться. Он должен ее спасти! Должен!

Охранник, со смехом преодолевая слабое сопротивление девушки, развел ей ноги, уселся между ними и начал расстегивать штаны. Одновременно подался вперед, чтобы спустить платье с плеч и обнажить грудь. Даша поняла, что это ее шанс. Она выгнулась дугой, схватив мужчину за плечо. Левая рука скользнула за его спину, молниеносно выхватила заткнутый за пояс пистолет, пальцем смахнула предохранитель и выстрелила ему в подмышку. Тот от неожиданности и боли подался вперед, но она изо всех сил отшвырнула его ногами. Поднявшись, выстрелила еще и в ногу, чтобы наверняка обездвижить. Он мог попытаться напасть, а непроходящая слабость помешала бы ей оказать достойное сопротивление. Охранник завизжал, не зная за какое из ранений хвататься. В этот момент девушка, не моргнув глазом вытащила обойму, проверила количество патронов и только потом поправила задранное платье. Подошла к катающему от боли мужчине и спокойно произнесла:

— Запасную обойму. Быстро.

— Сука…

— Альфа-сука. Обойму. Иначе заберу с трупа. И нож.

Мычащий от боли охранник швырнул в нее запасную обойму и холодное оружие. Девушка надрезала платье сбоку, чтобы не мешало двигаться, засунула лезвие за резинку чулок. Пистолет остался в руке.

— Ключи от его наручников у кого?

— У… хозяйки.

— А если найду?

— Да нет их у меня!

— Не ори. Ногу ремнем перетяни, вояка. Сдохнешь от кровопотери.

— Ты кто вообще? Откуда взялась на нашу голову?

Не удостоив его ответом, Даша подошла к Роману. Тот смотрел на нее со смесью злости и восхищения.

— Дашка, я едва не поверил…

— Все потом, Ром. Я проблююсь, ты напьешься. Сначала нужно выбраться. Попробую выйти наружу и найти телефон. Охранников двое было, может быть и больше… Ты можешь мысленно связаться с Мишей?

— Пробовал, не выходит. Мы далеко. И видимо то, что мне вкололи, блокирует способность.

— У меня тоже не получилось. Хотя мне вкололи, наверное, меньшую дозу. Ладно, разберемся. Я пошла.

Даша направилась к выходу, но за дверью раздался шум, грохот, глухие звуки борьбы. Оценив ситуацию, отошла чуть в сторону от двери, которая открывалась внутрь, встала в удобную стойку, как учили, и приготовилась стрелять. Через некоторое время все стихло. Когда кто-то попытался войти, Даша подняла ствол, спокойно и четко произнесла:

— Если кто сунется, положу на месте. У меня две обоймы, на всех хватит.

Дверь перестала открываться, но тишину прорезал знакомый насмешливый голос:

— Даже меня, маленькая синьорина?

— Марио?

— Отошел! — бешенный альфа отпихнул бету ди Томацци и влетел в подвал. Мгновенно осмотрел периметр, брата, скулящего охранника. Нашел глазами Луну, которая птицей рванула в его объятия. Обхватив рукой мужчину за талию, она всхлипнула, изо всех сил сдерживая рыдания. То нечеловеческое усилие воли, которым она держала себя, покидало ее, и тело начала сотрясать крупная дрожь.

— Я здесь, маленькая. Я с тобой. Они не успели тебе навредить? — Кольский, едва сдерживая рык, стиснул ее в медвежьих объятьях. Не в силах говорить, Даша отрицательно замотала головой, — вот и славно. Отдай мне эту железяку, у тебя дома лучше есть.

Даша выпустила из пальцев пистолет и изо всех сил вцепилась в пиджак мужчины, наслаждаясь силой рук, которые ее обнимали, теплом родного сильного тела. Сквозь шум в ушах она слышала, что в комнату вошли еще люди, Марио бросил кому-то негромкое указание насчет Романа. Неужели все закончилось? Точно? Надо выяснить. Со вздохом она отстранилась и оглянулась назад. С младшего Кольского сняли наручники, и он, слегка шатаясь, потирал разодранные едва ли не до кости запястья. Даша бросилась ему на шею. Он обнял так, что едва не затрещали ребра. Девушка улыбалась, шмыгала носом, к глазам опять подступили слезы:

— Ну что ты, Дашонок-мышонок? Не плачь, ты же девочка со стальными яйцами. Такое провернула!

Она засмеялась и чуть отстранившись, чмокнула Романа в щеку.

— Почему у тебя раны и кровь еще идет?

— Препарат, чтоб его. Блокирует оборот и регенерацию. Пройдет.

— Я так рада, что ты жив, засранец!

— Что со мной сделается, малышка? А вот ты рисковала. И мое ущемленное мужское эго вопит фальцетом.

— Приложи к нему лед и все пройдет, — улыбнулась Даша. Но потом изменилась в лице, отпрыгнула от мужчины и отбежав в угол, упала на колени, где ее стошнило. Рвотные позывы, которые она сдерживала, пока ее лапал посторонний мужик, наконец-то прорвались. Пустой желудок мучительно сжимался, не желая успокаиваться. Тяжело дыша, она попыталась встать, родные руки ее мягко подняли за плечи, в руках оказалась бутылочка с водой, к которой она жадно приникла. Михаил стоял рядом, осторожно придерживая. Подошел Рома.

— Мих, забирай Луну и уезжайте. А мы с Марио найдем чем себя занять.

— Уверен, что не хочешь поехать с нами?

— Не-ет, — кровожадно улыбнулся Роман, — тут ребята такую вещь хотели провернуть. Расскажу потом, иначе всю округу разнесешь. Теперь хочу эту команду мечты собрать в полном составе. Чтобы никто не ушел. И я уверен, что Марио мне с удовольствием поможет. Поделится богатым опытом.

— Ты так приглашаешь, что невозможно отказаться, Романо, — сверкнул темными глазами Марио.

— Как вы нас нашли, Миш?

— Отследили Ромкину машину. Посмотрели по записям камер, он в машине сидел почти в отключке. А он никогда так не напивается. И никому не позволяет садиться за руль своей тачки. И никогда бы не связался с моей бывшей. Слишком много неправильного.

— Алену поймали?

— Нет, — помрачнел альфа, — но это вопрос времени. Она покусилась на самое ценное. Ее будут искать и люди Марио, и мы. Не уйдет. Но ты не должна об этом думать, мы едем домой.

Михаил снял с себя пиджак, завернул в него пару и бережно поднял на руки. Даша со счастливым вздохом приникла к широкой шее.

— Мне было так страшно…

— Ты — мой маленький герой. Охранника специально не добила?

— Я не уверена, что смогла бы убить. К тому же он — свидетель, многое может рассказать.

— О, да! Этим двоим он расскажет все. Можешь не сомневаться, — коротко хохотнул альфа, — а мы едем домой, но сначала — в больницу.

— Это еще зачем?

— Я не знаю, какой коктейль она тебе вколола. Хочу убедиться, что это не опасно.

— Спорить бесполезно, да? — жалобно протянула Даша.

— Абсолютно. Там, где касается твоего здоровья, я буду непреклонен.

Не сбавляя шага, Михаил поднялся по лестнице и вынес драгоценную ношу на воздух. Машины стояли чуть поодаль заброшенного дома, в котором держали пленников. Как только альфа с Луной на руках вышел, их окружили люди клана, суровые мужчины в черном камуфляже, зорко поглядывающие по сторонам. Среди них Даша увидела Макса, Алекса и нескольких охранников дома. Все были вооружены, но в бронежилетах поверх рубашек, явно бросились на поиски прямо с праздника.

— Дом обыскали, кроме еще двоих охранников — никого не было, — отчитался Макс.

— Найти всех, кто причастен, — холодно бросил Михаил и направился к своей машине. Андрей уже вышел из авто и предупредительно открыл дверцу.

Даша задрала голову, улыбаясь скупому солнечному свету. Было хорошо и радостно. Наконец-то все закончилось!

— Даша! Ой, Луна! — раздался детский крик.

Михаил с ношей и охрана мгновенно повернули головы. Из багажника одного из джипов выскочил Борька и изо всех сил понесся к ним.

— Миша, отпусти меня, — шепнула ему на ухо пара. Он нехотя повиновался. Охрана расступилась, Даша развела руки и раскрыла объятья. Светловолосый ураган налетел на нее и вцепился изо всех детских сил.

— Борька, ты как тут? — обняла его Даша

— Я должен был помочь! Должен! Они поехали тебя спасать, и я с ними. В багажнике спрятался. Не мог по-другому. Не уходи больше никуда, Даша! Пожалуйста! Не бросай меня.

— Боречка, ну что ты…

— Не бросай меня. Я не хочу, чтобы ты ушла…

Даша ласково погладила ребенка по голове. К горлу подкатил ком, от бесхитростного признания на глаза навернулись слезы. Но было еще что-то. Странный отблеск, словно солнечный зайчик, неприятно резанул глаза. Даша подняла взгляд и… приняла решение мгновенно. Сомнений не было. Спасать — это ее призвание, ее природа. Иначе и быть не может.

— Боречка, я не уйду. Запомни, — она резко развернулась и закрыла собой ребенка. В эту же секунду раздался выстрел.

Последнее, что помнила Даша, это собственный мысленный крик: «Марио, взять!», и фигура огромного серого волка, прыжком выскочившего из подвала.