Глава 42

Большой компанией они выехали из офиса. Ромка увязался за ними, сказал — настроение не гулящее. Даша ехала в машине с альфой, на переднем сидении сидел ее рыжий ассистент, который не смог отвертеться от ужина и вечерней трепки в лице боевиков службы безопасности. Его взяли в суровый оборот, но он не жаловался. Парню неожиданно понравилось сопровождать Луну, помогать ей, все больше и больше проникаться тем валом дел, которым она занималась, не жалея себя. Пока он ее ждал, пообщался с секретарем альфы Черных и взял на заметку несколько советов по организации и планированию работы. Уже предвкушал ее завтрашнее удивление, когда покажет ей свои наработки.

Город остался позади, замелькали деревья вдоль заснеженной трассы. Скоро уже должен был появиться шлагбаум, который перекрывал дорогу в поселок двуликих. Посторонним здесь были не рады и пресекали любые поползновения любопытных туристов. Внезапно из лесу раздался жалобный волчий вой. Именно волчий.

— Странно, — нахмурился альфа, — что волки на наших землях делают? Они нас сторонятся обычно.

— Андрюша, тормози, — сказала Даша быстрее, чем сообразила. Джип послушно остановился, и девушка выпорхнула из машины, озираясь по сторонам.

— Дашка, в чем дело? Что случилось? — Михаил вышел с другой стороны. Из машины охраны высыпали люди, окружившие машину альфы и приготовившиеся отразить любое нападение.

— Ничего, — медленно произнесла Луна, принюхиваясь. Потом подумала и направилась к обочине.

— Стоять! Ты куда в туфлях? — рявкнул альфа.

— Ты прав, — обернулась Луна, — в туфлях и пальто. Тоша, одолжи куртку, — обратилась к рыжему.

Тот, не задумываясь, снял куртку и протянул Луне. Она сбросила свое элегантное пальто, надела куртку, которая ей едва ли не доходила до колен. Подвернула рукава. Вид у нее был своеобразный — элегантный светло-серый костюм, юбка-карандаш, шпильки и огромная ветровка. Люди недоуменно переглядывались, но никто не проронил ни слова. Альфа хмурился и тоже молчал.

— Ну давай уже, выходи, — крикнула Даша.

Из-за деревьев показался волк. Обычный серый. И абсолютно дикий. Он опасливо прижимал голову к низу, почти ложась на передние лапы. Но Даша стояла к нему ближе всех! У альфы невольно поднялась на затылке шерсть, оскалив зубы он негромко зарычал.

— А ну, тихо, — рявкнула Даша и… сбросила туфли.

— Ты что творишь, душа моя? — сквозь зубы прошипел альфа.

— Ему нужна помощь. Я иду за ним.

— За волком? В лес и босиком? Совсем ополоумела? В машину вернись.

Даша повернулась к нему лицом.

— Не заставляй меня говорить слова, о которых я пожалею. Как уже жалеешь ты. Я пойду, и ты ничего с этим не сделаешь.

— Уверена, маленькая? — нехорошо прищурился альфа, делая шаг к ней навстречу.

— Вспомни своего Егора и подумай еще раз.

— Угрожаешь?

Двуликие осторожно начали отступать. Клубящаяся вокруг вожака и его Луны сила была настолько мощной, что стало трудно дышать. Черты лица альфы заострились, он обнажил клыки, собираясь принудить к подчинению упрямую пару.

— Прошу тебя. Очень прошу, не мешай мне. Я должна помочь. Пожалуйста, родной. Пожалуйста, — почти с отчаянием прошептала она.

Альфа дернулся как от удара. Он мог противостоять ей, когда она агрессирует, но сейчас, когда Дашка смотрела на него умоляющими глазами… Все его бастионы пали.

— Я иду с тобой.

— Нет! Со мной никто не идет. Волку и так страшно, хотя он пришел просить о помощи. Самца к своей паре он не подпустит. Поэтому любой, — она оглянулась вокруг, — кто двинется за мной — получит по наглой морде. Я быстро, — она подошла и чмокнула альфу в губы, — Тотоша, сгоняй до нашего дома, набери термос с горячим кофе. Будет очень кстати.

Мужчины растерянно смотрели в спину Луне, скрывшейся между деревьями. К альфе подошел брат.

— Вот что с ней делать, Ром?

— Согреть, когда вернется, — пожал плечами Рома, — никак она у тебя без приключений не может.

— Антон, езжай в мой дом. Скажи Маре, что… В общем нужен термос с кофе, плед, теплые носки. И мне вискаря, черт возьми! Вот как я ее отпустил?

— А кто бы ее удержал? — ухмыльнулся брат, — от вашей силы едва весь снег в лесу не растаял.

Даша вышла из леса через сорок минут, альфа с бутылкой виски в руке уже успел протоптать новую трассу вокруг машины. Когда она вышла в свет фар, мужчины ужаснулись: блузка, светло-серый костюм и руки Луны были измазаны кровью. Чумазое лицо, взлохмаченные волосы, но счастливая, ослепительная улыбка на губах. Михаил, едва ли не с рычанием бросился к ней.

— Это что⁈

— Тихо! Кровь не моя, — быстро бросила Луна, не дав альфе расшуметься, — но мы это сделали… Представляешь — двое волчат! Двое! Бедняжка столько мучилась…

Спокойно присела у сугроба и начала натирать снегом руки, пытаясь смыть бурые пятна. Из-за деревьев раздалось поскуливание.

— Иди к ней. Все хорошо. Спасибо, что проводил, — устало махнула рукой Даша и пушистый хвост исчез среди сосен.

— Вот что мне с тобой делать? — альфа скинул с Луны наброшенную на плечи куртку, замотал в плед и поднял на руки, — сначала глотнешь вискаря, потом кофе.

Усадил в машину, на заднее сиденье. Андрей включил печку на полную мощность.

— Я такая счастливая, Миш! Так радостно, от того, что помогла его девочке. Представляешь какой волк — молодец? Не побоялся прийти к нам и попросить о помощи паре, — Даша послушно глотнула алкоголь прямо из горла и закашлялась.

— Босиком по снегу. Ты — ненормальная! Одевай носки прям на колготки!

— Угу. Ой, какой кофе горячий! Тотошенька, ты — золотце, спасибо!

— Мы уже можем ехать домой? Или нужно еще кого-то спасать, а доктор Айболит?

Даша с улыбкой наморщила нос.

— Вроде нет. Но мы и до дому еще не доехали.

— Ох, отшлепаю тебя, чудовище! Но сначала — горячий душ. Совсем окоченела!

Прислуга в доме остолбенела, когда альфа занес окровавленную Луну на руках. Мара инстинктивно бросилась к хозяйке, чтобы защитить ту, что столько сделала для нее и дочери.

— Всем спокойно! Кровь не моя, пострадавших нет. Мара — ужин через полчасика. Я — в душ. И мне, если можно, горячего бульона.

В комнате альфа посрывал с дрожащей как осиновый лист Луны, окровавленную одежду и затащил под горячий душ. Она послушно позволяла ему намыливать свое тело, чувствуя и понимая его беспокойство.

— Миш, прости! Я не могла пройти мимо…

— А завтра что? К медведю в берлогу?

— А у нас тут медведи есть?

— Нет, но к тебе, наверняка, придут. Вместе с мамонтами из мерзлоты.

— Будет весело, — улыбнулась отогревшаяся пара и слегка потерлась грудью о торс альфы.

— Это что?

— Компенсация за потраченные нервы…

— Оставить бы тебя без сладкого… Но слишком сильно тебя люблю, — пророкотал альфа, разворачивая несносную Луну к себе спиной.

Она послушно оперлась руками о стену и призывно оттопырила попку. Он плотно прижался к ней, демонстрируя свое желание.

— У тебя самая сногсшибательная фигура, Луна моя, — пальцы одной руки сжали мгновенно затвердевший сосок, а второй — накрыли лобок и нырнули во влажные складочки, вызвав сладкий стон. Губы заскользили по нежной шее.

— Как я люблю твои пальцы, Миш… Ты из меня нимфоманку сделаешь… Да-а-а…

— Будешь меня слушаться, несносная?

— Не-е-ет!

— Мне остановиться?

— Я умру, если ты остановишься! Пожалуйста…

Он лизнул за розовым ушком, спустился поцелуями по шее до метки и слегка прикусил, заставив Луну вскрикнуть. Она нетерпеливо терлась об него, призывая к активным действиям. Разве он мог устоять, когда его так сладко просят? Мощно вошел, заставив пару застонать. Вколачиваясь, жадно целовал плечи и спину, руки бродили по хрупкому телу не в силах насытиться ею. Когда она с криком, обмякла, повернул ее голову и властно, жадно поцеловал, с рычанием спеша догнать ее удовольствие.

— Мишка, ты лучший, — пробормотала Луна, откидывая голову ему на плечо.

— Я — влюбленный дурак, из которого ты вьешь веревки, — пророкотал альфа, целуя мокрый висок. Принюхался, — детка, от тебя пахнет персиком…

— И что это значит?

— А то, родная, что извиняться ты будешь следующие три дня безвылазно.