Глава 5

— Ну вот! А ты верещала, как ишак на заре, – грубит мне невыспавшийся Кеша. А мне даже на его грубость плевать, я разглядываю свое отражение в зеркальце, что выудила из сумки.

— Я б на тебя посмотрела, если у тебя такое произошло, – взываю к пониманию кота, но он непреклонен.

— В отличие от некоторых непутевых кожаных, со мной такое никогда не могло произойти, – упрямится он.

— Ладно. Пусть будет так, не хочу спорить. Слишком хорошее у меня настроение, – на самом деле нет желания с ним спорить и портить себе настроение. Мало ли, вдруг снова “старость” вернется вместе с дурным состоянием духа. – Ты скажи, мы девушке поможем? – я убрала зеркало и посмотрела на кота.

— Конечно, – отзывается Кеша и сует мне в руки склянку. И когда успел ее найти в рюкзаке – понятия не имею. – Заговори настойку и девочке отдай.

— Как? – я покрутила в руках склянку.

— Повторяй за мной, – и он начал наговаривать непонятные мне слова. Повторяла за ним, а с кончиков пальцев появилось зеленое свечение, которое сразу же впитывалось в настойку. Спустя пять минут жидкость стала изумрудного цвета. – Все! – кот даже запыхался, так как слова и тон то нарастали, то убивали, и я в том же тоне и с той же интонацией все твердила за ним.

— Мы точно поможем? Не навредим? – я не доверяла Кеше так, как матушке Василине.

— Точно. Только имей в виду: заговор обернется на того, кто его наложил, только в двойном размере, – отвечает Кеша, а я на мгновение засомневалась. А стоит ли отдавать настойку девушке? Но, вспомнив ее лицо и эгоизм ее отца, решила, что стоит.

Девушка пришла как раз вовремя, так как Кеша увел малышку из сарая. Надо бы ей имя дать. Хотя, может, она все же перевоплотиться в ребенка и тогда сама скажет, как ее зовут. Я все жду этого момента, но, видимо, ей в облике волчонка проще.

— Сколько я вам должна за еду и ночлег? – я забросила на спину сумку.

— Нет, что вы! Я ж еще вчера сказала, что ничего не нужно, – видно было, что девушка очень уставшая. Видимо, отец не жалеет дочь.

— Я хотела дать вам свою настойку для лица. Я протираю лицо каждое утро после умывания, – я протянула ей флакон, но девушка не спешила ее брать.

— А зачем вам? У вас и так красивое лицо! – девушка искренне не понимала.

— Потому и красивое, что протираю, – улыбнулась недоверчивой девушке.

— Спасибо, – поблагодарила дочь трактирщика. И только протянула руку, чтобы взять настойку, как с улицы раздался громкий окрик. – Ой, это батюшка. Лютует с самого утра. Вчера лорд его друга Юрашку велел высечь, как в город прибудут, – тихо пояснила девушка и уже собралась бежать на крик отца, когда я поймала ее за руку и сунула туда склянку. Девушка улыбнулась, поблагодарила и убежала. А я, дождавшись, пока сердитый грубый голос затих, осторожно вышла из сарая и обошла его.

В условленном месте нашла Кешу и малышку, и мы довольно быстро вышли на дорогу. Я не сбавляла шага, так как опасалась, что гости из трактира скоро нас нагонят. Вряд ли лорд путешествует пешком.

— Ты настойку какую-то утром приняла? Куда несешься? – Кеша недовольно семенил рядом.

— Боюсь, лорд нас нагонит. Он же тоже в город едет, – отвечаю и оборачиваюсь, но никого не видно на дороге.

— Жаль, ты ему вчера как старуха предстала, – задумчиво вещает корята.

— Почему? – я недоуменно посмотрела на попутчика четырехлапого.

— А лицензию ты у кого брать собралась? – и кот многозначительно хмыкнул. – Если уж будем жить в городе, то надо арендовать домик на отшибе или бывшую аптекарскую лавку. Матушка там давно ее присматривала, да все медлила. Даже задаток внесла, – рассказал мне Кеша.

— Она знала, что скоро уйдет. Зачем внесла задаток? – я не понимала.

— Найдем старого аптекаря и узнаем, – хмурится кот. Он очень болезненно реагировал на любые темы, касающиеся матушки Василины.

— А нам долго еще до города? – признаться, уже порядком устала. Все-таки темп я выбрала излишне бодрый.

— Нет. Скоро, – неохотно ответил хвостатый и потрусил вперед, вероятно, чтобы не продолжать разговор. Я прибавила шагу, и буквально через километр лес вдруг резко закончился, и мы оказались на обычной проселочной дороге. Справа и слева возделанные поля, вдалеке – городские стены. А перед воротами вьется змейкой очередь в город.

— Книгу надо спрятать, – напоминает мне Кеша. А я-то так обрадовалась, что вот он, город, что совсем забыла про напутствия матушки Василины.

Мы обшарили всю лесную опушку, но никакого подходящего тайника найти не удавалось. Наконец-то Кеша нашел подходящее дупло, и я, завернув книгу в тряпицу, спрятала. Решила переодеться, так как вид у меня был довольно потрепанный. После двух дней пути и ночевки на сеновале. Надела шерстяное платье и накидку к нему и переплела косу. Даже прическу получилось соорудить. В общем, я была готова идти в город и искать старого аптекаря. Очарую его и сниму лавку подешевле, а то неизвестно, на сколько хватит денег, что дала матушка Василина.

Я устремилась к этой самой очереди и пристроилась в хвост. Стою, разглядываю людей и понимаю, что все больше и больше людей в очереди косится на меня и словно шепчется.

— Кеша, что происходит? – тихо, одними губами шепчу коту, которого взяла на руки, якобы погладить. Правда, чуть не получила лапой по лицу за это, но кот сдержался.

— А тебя не смущает, что ты стоишь в очереди с юным оборотнем, который крутиться у тебя в ногах? – шипит мне в ухо котяра, которого я положила себе на плечо, чтоб никто лишний не услышал нашу перебранку.

— Меня? Нет, – я не понимала, на что мне пытается намекнуть кот.

— Ну ты, кожаная, и дура, конечно. Так и не поняла, что оборотни – здесь высшие существа, – шипит Кеша, и я вот голову на отсечение даю: он еле сдерживается, чтоб не цапнуть меня за ухо.

— И что мне делать? – я старалась не смотреть на людей, которые со своим перешептыванием уже по цепочки дошли до городских стен.

От ворот, в которые пропускали желающих зайти в город людей, отделились два стражника и целенаправленно направились в мою сторону. Если честно, я чуток запаниковала. Кеша обернулся и тоже увидел всю эту картину.

— Видимо, уже ничего, – медленно муркнул кот, и я ссадила его с рук. Если уж меня прям здесь порешат, то хоть эта пушистая жопа не пострадает. Опустила руку, погладила малышку по холке. Она испуганно прижалась к моим ногам.

— Мадам, добрый день, – довольно вежливо ко мне обратился один из стражников. – Пройдемте, – а вот сейчас было очень похоже, что меня повязали полицейские из моего родного мира. Они тоже часто употребялют именно это выражение.

— Добрый день. А в чем, собственно, дело? – прикидываюсь дурочкой, авось прокатит. Мужчины строго посмотрели на меня, потом на волчонка, и я поняла, что не прокатило. Ну не устраивать же скандал прямо здесь. И потом, вряд ли кто-то из этой очереди за меня заступится. Да и не разбойники ж это, а стражи правопорядка. А значит, разберутся, что я ни в чем не виновата.

Меня вывели из очереди и повели к воротам. А там уже стоял суровый мужчина и смотрел на нас, сведя брови. Чует моя жопка: грядет армагедец.

Когда мы не дошли всего пару шагов до этого бородатого и сурового, сзади раздался топот копыт, и все уставились на кого-то у меня за спиной. А потом все бросились снимать шапки, шляпы, в общем, любые мужские головные уборы, и кланяются.

Обернулась, но солнце светило мне прямо в глаза, поэтому я сперва зажмурилась и, лишь приложив руку ко лбу на манер козырька, увидела, что передо мной на лошади гарцует тот самый лорд. Вот и нагнал он нас. И при том в самый неподходящий момент.

— Что здесь происходит? – голос словно стал громче. Или это эффект от общего подобострастия такой?

— Мадам стояла в очереди, а с ней… вот, – и стражники показывают на малышку, которая прижалась к моим ногам и испуганно смотрит на окружающих.

— За мной все! – скомандовал лорд и, подняв коня на дыбы, развернул его и направился в ворота. Меня же подхватили под руки и в прямом смысле поволокли в городские ворота. А вот теперь я поняла, что в полной мере прочувствую всю ту жопу, в которую вляпалась.

— А ну, пшел вон! Че под ногами шастаешь! – и Кешу пнули под пушистую попу, придав ему ускорения и заодно задав направление. Я с жалостью посмотрела на котика, но тот, отлетев от ноги стражника на метр, зашипел, видимо, запомнил обидчика. И все же умудрился прошмыгнуть за нами следом.

— Ты бы лучше о своей шкуре думала, а не о коте своем, – заметил главный стражник, увидев, что я ищу взглядом кота.

Отвечать на какие-то замечания было бесполезно и неразумно. Ну ответа от меня никто и не ждал, впрочем. Меня заволокли в комнату, вероятно, предназначенную для разбирательств. Там уже был лорд и какие-то еще люди.

— Кто ты такая? – Лорд церемониться со мной не намеревался. Он подошел вплотную и понюхал меня, а я шарахнулась от его действий. Я такое впервые вижу. Он фетишист, что ли? Там, около сарая с сеном, хоть нюхал не так откровенно, а здесь прям не стесняясь. – Странно, – еле слышно пробормотал мужчина и посмотрел на меня как-то заинтересованно. Вот сейчас я искренне пожалела, что не осталась старушкой, какой он меня увидел впервые.

— Меня зовут Наташа, – в последний момент спохватилась, что представилась именем, что получила с легкой руки матушки Василины, когда знакомились с ним в прошлый раз.

— И откуда у тебя, Наташа, – мужчина как-то странно произнес мое имя, слишком делая ударение на шипящей его части. – малышка-оборотень?

— Я спасла ее в лесу, – начала я рассказ. Мы с Кешей обговорили все, что рассказывать надо максимально приближенное к истине. Кот мне рассказал, что есть такие оборотни, которые невероятно хорошо чувствуют ложь, улавливают ее запах. – У нее была перебита лапка, – добавила, стараясь не слишком уж вызывающе смотреть на мужчину, а тот ходил вокруг меня и принюхивался.

— И почему ты не оповестила властей об этом факте? – мужчина отошел на шаг и посмотрел на малышку, которая все это время жалась к моим ногам и с недоверием смотрела на лорда.

— Оповещаю, – я так и не поняла, как я должна была их оповестить. – Вы же здесь местная власть? Вот вас и оповещаю. Малышку вылечила, но она не хочет пока оборачиваться.

— Потому что вы всего лишь человек, – и сказал он это так, что я себя не человеком почувствовала, а тараканом, который выскочил из-за шкафчика, когда включили свет на кухне.

Я не стала комментировать его реплику, так как нарываться мне все же не стоит. Сейчас как унюхает, что я и та старушка Таша – это одно и то же лицо, и потащат меня на костер, как ведьму и исчадие ада.

— Иди сюда, – и мужчина поманил малышу рукой. Она доверчиво отошла от моих ног и внимательно смотрела на лорда. – Маленькая совсем. Как же ты оказалась одна в лесу? – и мужчина с мягкой улыбкой протянул к волченочке руку, а та понюхала ее. Чтобы удовлетворить свое любопытство, она шагнула к мужчине поближе и начала его обнюхивать, а лорд лишь замер, позволяя малышке изучать себя.

Я бы, может, умилилась этой сцене, если бы не стражник, который оказался у меня за спиной и который начал подпихивать меня в сторону двери. Я сперва не понимала, но когда до меня дошло, что меня хотят просто вышвырнуть за ненадобностью. Типа: малышку доставила, теперь пошла прочь. Я даже уже открыла рот возмутиться. Нет, мне не нужна никакая награда. Просто хотела бы убедиться, что ее не обидят, она найдет своих родных и все у нее будет хорошо. Но только я вдохнула воздуха, чтобы заверещать, как мне на лицо легла вонючая тряпка. А меня подхватили большущие грубые лапищи за пояс и вынесли из двери, и дверь моментально за мной закрылась. Я не уверена, что малышка вообще заметила, что меня не стало в комнате, так она была увлечена изучением своего нового знакомого.

Я барахталась, брыкалась и пыталась высвободиться, но меня и не думали отпускать. Если я думала, что меня сейчас вынесут на свет божий и вышвырнут, то я глубоко ошибалась. Меня, наоборот, волокли куда-то вниз, и, судя по открывшимся мне видам, это “куда-то” было темницей.

— Да не брыкайся ты! – заворчал голос мне в ухо. – Мы чуток развлечемся с тобой и отпустим, – от слов верзилы у меня холодок прошелся по спине. Развлечемся? Мне тут явно не игру в карты решили предложить. Хотя почему предложить? Предложить – это когда ты отказаться можешь, а здесь как бы у меня никто ничего спрашивать и не планирует.

Меня приволакивают в пыточную и бросают на пол. Я уверена, что так она и выглядит. Вдоль стены стоят столы, на которых на выбор палача представлены любые предметы для пыток: от клещей,чтобы выдергивать ногти, язык или еще какие лишние, по мнению палача, части тела, а еще там есть плеть и даже палка с гвоздями. Я уже молчу про ножи, пилы, сверла и прочее, что я видела только в фильмах ужасов. Если меня хотели напугать, чтобы я сказала правду, то им это удалось.

— Что вам надо? – я, конечно, понимала, что, когда мы предъявим малышку властям, ко мне будет масса вопросов, и я готова была на них ответить. Но добровольно. Не так. Так можно и в убийстве Кеннеди признаться, не то что откуда у меня малышка взялась на воспитании.

Испуганно посмотрела на здоровяка, что меня сюда притащил, а тот лишь усмехался.

— А ты не догадываешься? – и к ремню на штанах потянулся.

— Эй, Говард! – откуда-то из-за двери раздался окрик. Боже, как же я хотела, чтобы Говардом был этот мужик и чтоб его отвлекли, увели, забрали. Да что угодно с ним сделали, лишь бы он скрылся отсюда. Я понимала, что перед смертью не надышишься, но и умирать очень не хотелось, тем более в таких условиях. Я планировала отдать Богу душу в глубокой старости на свое постели, а не вот так вот. – Иди, тебя лорд зовет.

Громила отвлекся и вышел, застегнув штаны и подмигнув мне.

— Дождись меня, милая, – и захлопнул с грохотом дверь.

От нервного напряжения меня начало трясти мелкой дрожью, а в конце концов я просто разрыдалась. Села в самом дальнем углу этого страшного помещения и, обхватив руками колени, скулила, как собака, которой прижали хвост. Жалобно и противно.

Взгляд то и дело останавливался на предметах пыток, и становилось еще страшнее, ведь я понимала, что громила вернется. А если не вернется он, то придет другой, который обязательно захочет что-то на мне испробовать. Лучше б меня волки сразу в той пещере в жертву принесли, чем сейчас будут пытать до смерти. Я же боюсь ужасно боли, я не смогу терпеть истязания.

Накрутила я себя знатно, что так, сжавшаяся в комочек, и задремала. Это, видимо, нервы у меня сдали, что я смогла отключиться в такой стрессовой ситуации.