Глава 25

Очнулась я от лязга металлических цепей. С трудом открыв глаза, попыталась осмотреться и тут же зашипела от боли. Запястья охватывали наручники, светящиеся тусклым голубым цветом. Это еще что такое? Кожа под ними покраснела и невыносимо чесалась.

Оглядевшись, я поняла, что нахожусь в крохотной комнатке без окон, а единственный источник света — оплавившаяся свеча. Похоже, мы в подвале охотничьего домика. Вновь раздалось лязганье цепей, и сердце ушло в пятки — в углу кто-то шевелился. Я, пошатываясь, попыталась подняться на ноги, но не смогла — мои лодыжки тоже охватывала цепь.

Тем временем мой сокамерник вышел на свет, и я увидела огромного черного волка, в глазах которого застыла мука. Его шею обвивал ошейник, выполненный из неизвестного мне серебристого материала. Джек!

Мы все-таки угодили в ловушку. Увидев меня, волк заскулил, а я до боли прикусила губу. Надо как-то выбираться отсюда! С помощью магии я сниму наручники и попробую освободить Джека.

Во рту было сухо, а язык еле ворочался. Усилием воли я заставила себя встать, но не успела приступить к делу, как дверь со скрипом отворилась. На пороге показался Стивен в компании лэрда Рэйласа.

Джек тут же ощерился, но вместо рычания из горла вырвался сиплый кашель. Ошейник засветился еще ярче, силуэт волка поплыл, и спустя несколько мгновений на полу лежал обнаженный мужчина. Приподнявшись, Джек попытался сфокусировать взгляд и тряхнул головой. Я бросилась к нему, однако длина цепи не позволила добраться до него.

— Так-то лучше, — усмехнулся Стивен. — Смотри-ка, и девчонка уже очнулась. Я думал, после такого удара по голове ты проспишь до самой Истинной ночи!

— Что вам нужно? — спросила я, обращаясь в первую очередь к Рэйласу, — в этом подвале в своем идеальном костюме он смотрелся донельзя странно.

— Могу задать вам тот же вопрос, — недовольно поморщился лэрд. — Оставалась бы в своем борделе, и все было бы хорошо. Теперь придется возиться с вами. Джек-Джек, неужели ты все еще не оставил свою идею с мирианом и кланом?

Джек бросил ненавидящий взгляд на Стивена, и тот едва заметно поежился.

— Нет, твой приятель здесь ни при чем, — продолжил Рэйлас. — Я и прежде знал о мириане, мои люди прочесали лес, но не преуспели в поисках. Думаю, все это лишь сказки и никакого волшебного цветка не существует. Стивен же заявился ко мне всего пару часов назад: сообщил о бегстве девчонки и твоем исчезновении. Он получит достойное вознаграждение.

— Гораздо больше удовольствия мне приносит зрелище видеть тебя в подобном виде, — осклабился Стивен. — Жаль, что я не развлекся с твоей шлюхой, но у меня-то вся жизнь впереди.

О чем это он? Страх сковал тело, и я могла лишь переводить взгляд с Джека на его отца. Тот беззлобно улыбнулся:

— Вы еще не поняли? Вы слишком мешаетесь, потому придется от вас избавиться. Завтра Истинная ночь, во время которой инстинкты зверя обостряются. Никто не удивится тому, что спятивший оборотень разорвал человечку.

Я похолодела. Похоже, этой человечкой должна стать я. В отчаянии тряхнув скованными руками, прикусила губу. Лишь бы они оставили нас одних! Тогда я избавлюсь от наручников и освобожу Джека.

Словно догадавшись, о чем я думаю, Рэйлас вдруг посмотрел прямо на меня:

— Надеешься спастись, Анна? Признаться честно, я впечатлен твоим побегом и переполохом, что ты устроила. Даже жаль губить такой ценный экземпляр. Вместе с твоей миловидной внешностью и сильным характером ты могла бы сослужить мне службу.

— Оставь ее в покое! — не выдержал Джек и рванулся к отцу, но цепь остановила его.

— Об этом-то я и твержу. Видишь, как он реагирует? — расплылся в улыбке Рэйлас и, заложив руки за спину, степенно заговорил, будто находился на очередном заседании в ратуше. — Увидев, как рьяно защищает тебя Джек, я заподозрил, что в тебе есть доля крови оборотня. Обычно этого мало для образования истинной пары. Но что мы знаем об истинных парах? Рисковать я не могу. Потому я и велел тебе оставаться в борделе.

Джек стиснул зубы и бросил на меня быстрый взгляд. Мы так и не поговорили об этом, но, кажется, подобные мысли приходили в голову не только мне. Что ж, в отношении моего происхождения лэрд оказался прав, но я не собиралась сообщать ему об этом.

— Признаться, я польщен, — вскинул бровь Джек и оперся о стену. После оборота он был обнажен, но это ни капли не смущало его. — Ты присматривал за моим лесом, подговорил судью, даже навестил Анну. Да ты в детстве не уделял мне столько внимания! Неужели все из-за кресла лэрда? Я никак не возьму в толк: за что ты меня так ненавидишь? Это ведь ты меня бросил, а не наоборот. Чем же я успел тебе насолить?

Маска безмятежности слетела с лица Рэйласа, уступив место затаенной боли.

— Фактом своего рождения, — едва не прошипел он. — Словно назло мне ты стал сильным оборотнем, тебя не сломили ни нищенская жизнь, ни приют. В то время как обе мои дочери родились слабыми и не дожили даже до трех лет, а единственный законный сын с трудом мог оборачиваться в волка! Увлекшись стимулирующими веществами, он и вовсе потерял вторую ипостась. Зато ты — бастард, плод случайной связи — жив и здоров!

На последней фразе голос лэрда сорвался, и в подвале повисла звенящая тишина. Стивен озадаченно озирался, а Рэйлас, судя по досаде, проступившей на его лице, жалел о вспышке. Джек стиснул челюсти, и я расстроилась, что не могу обнять его сейчас.

— На этом оставлю вас. Но сперва…

Повинуясь кивку Рэйласа, Стивен шагнул вперед и быстро скрутил меня. Я задергалась и, дотянувшись до его плеча, укусила. Во рту появился гадкий привкус крови, но я не разжимала зубы.

— Тварь! — взвыл Стивен и отвесил мне пощечину. Моя голова мотнулась назад, а висок взорвался болью. Пользуясь моментом, оборотень достал перочинный ножик и резанул мою ладонь. Собрав несколько капель крови в крохотный флакон, он отшвырнул меня на пол. Вновь ударившись головой, я лишь всхлипнула — не доставлю им удовольствия видеть мои слезы.

— Это еще зачем? — Джек напряженно наблюдал за действиями бывшего друга. Стиснув зубы, он обратился к Рэйласу: — Не делай этого, мы можем договориться. Мы с Анной уедем из Тарвы. И мириан, и клан достанутся тебе.

Рэйлас задумчиво пожевал губами, но все-таки покачал головой:

— Заманчиво, но слишком рискованно. Лучше покончить со всем этим сразу. — Он достал из кармана сюртука флакон с ярко-синей жидкостью и спросил: — Знаешь, что это?

Джек изменился в лице, и лэрд продолжил:

— Истинная ночь и вправду будит инстинкты зверя, но лучше их немного подтолкнуть. Да и если Анна и впрямь твоя пара, тебе будет сложно причинить ей вред. Но если ты примешь зелье…

Рэйлас открутил крышку, и Стивен перелил туда мою кровь. Жидкость вскипела и поменяла оттенок.

Подтянув ноги к груди, я сжалась в комок и нервно сглотнула. Происходящее нравилось мне все меньше и меньше. Он действительно хочет убить нас и при этом не замарать руки!

Стивен довольно улыбнулся:

— После того как ты выпьешь зелье, тобой овладеет стремление убивать. Но наивысшее наслаждение тебе принесет смерть той, чью кровь ты проглотишь. Весь день ты просидишь запертым, глядя на девчонку и мечтая разорвать ее на куски. Завтра ночью цепи Анны спадут, и она получит небольшую отсрочку, попробует скрыться в лесу. После этого расстегнется твой ошейник, и ты, окончательно потеряв разум, отправишься по ее следу. Надо ли говорить, что ты сделаешь с девчонкой, когда догонишь?

Я подойду позже, когда все будет кончено, — силы тебя оставят, и ты вновь обратишься в человека. Я пристрелю тебя из револьвера, конечно, защищая свою жизнь. Так и объясню страже. Может, меня даже поблагодарят за столь самоотверженный поступок — бешеных собак принято отстреливать.

— Но как же зелье?! — не выдержала я. — Стража поймет, что Джека опоили!

Лэрд Рэйлас холодно взглянул на меня:

— Девочка, ты думаешь, кто-то всерьез будет расследовать это дело?

Стивен угодливо рассмеялся, глядя на Джека.

— Довольно забавно: ты умрешь от рук бывшего друга в том самом лесу, который так и не принес тебе богатства. Да еще после того, как сам попробуешь вкус крови.

Джек рванул к бывшему другу, но едва добравшись до него, как подкошенный рухнул на пол. Ошейник снова засветился — наверняка им управляли! Лэрд брезгливо переступил с ноги на ногу и наклонился над сыном. Вылил ему в рот зелье и, зажав нос, заставил проглотить. Отшвырнув флакон в сторону, он поднялся и отряхнул руки.

— Дальше ты сам, — кивнул Стивену и вышел из подвала.

Я ожидала, что он обернется, в последний раз посмотрит на сына… Дверь со скрипом захлопнулась, не оправдав моих надежд.

— Он же избавится от тебя, когда ты сделаешь всю грязную работу, — прохрипел Джек, обращаясь к Стивену.

— Я позабочусь об этом, не беспокойся. — Остановившись на пороге, он замешкался. — Не скучайте тут.

В его голосе мне почудилось сожаление, однако стоило Стивену улыбнуться, как наваждение исчезло.

Джек фыркнул:

— И тебе не тужить. Знаешь, если я настолько бесил тебя, можно было просто сказать об этом в лицо, а не пытаться угробить меня и мою девушку. Впрочем, что уж теперь говорить…Моя последняя просьба: ничего не рассказывай Дороти и Моргану. Не отравляй их омерзительной ложью, просто никогда больше не появляйся рядом.

Я ожидала, что Стивен огрызнется, но он лишь сухо кивнул. Шагнул за порог, и мы с Джеком остались вдвоем.

Я в ужасе смотрела на захлопнувшуюся дверь, не веря, что это происходит на самом деле. Лэрд Рэйлас, ненавидящий сына, зелье, из-за которого Джек убьет меня, подвал и наручники. Судьба и прежде не баловала меня подарками, но сейчас я могла вовсе распрощаться с жизнью!

За спиной звякнула цепь, и я обернулась. Нервно сглотнув, попятилась — в глазах Джека разгорелось пламя. Он дернулся мне навстречу, но почти сразу пришел в себя. Ошалело покачал головой и вновь отошел к стене.

— Анна… — донеслось из угла. — Прости меня.

— Ты не виноват, — глухо отозвалась я. Немного поразмыслив, села прямо на пол — ноги не держали. — Сколько у нас времени?

— По моим ощущениям, светает. Значит, до Истинной ночи еще порядка пятнадцати часов. — Джек замолчал и, стиснув зубы, отвернулся. — Невыносимо смотреть на тебя. Все внутренности скручивает, а в глазах красное марево.

Поза Джека выражала напряжение, а ладони сжались в кулаки. Осознание накатило удушливой волной — не будь на нем цепей, он бы уже разорвал меня.

— Ты сможешь противиться зелью?

Он бросил на меня короткий взгляд и усмехнулся:

— Нет, Анна. Я не знаю, кто создал это зелье для Рэйласа, но оно уже работает. Ты не представляешь, как я рад, что прикован к стене!

В голосе Джека звучала горечь и… поражение. Под глазами залегли тени, а на лбу прорезались морщинки, словно за эту ночь он постарел на десяток лет. Неужели план Рэйласа и Стивена осуществится? Вспомнив о том, что мне в этом плане отведена роль растерзанной жертвы, я прикусила губу и упрямо покачала головой.

— Нет! Все не может закончиться так! Надо выбираться отсюда!

Я принялась рассматривать наручники. Они холодили кожу, и едва я коснулась металла, как меня передернуло, а во рту появился привкус горечи. Зажмурившись на пару мгновений, я подавила приступ дурноты и решительно тряхнула головой. Сосредоточившись, выпустила магию наружу, но ничего не произошло. Нахмурившись, попробовала еще раз — снова глухо.

— Да что такое? Почему не выходит? — в сердцах выпалила я. — Я уже взламывала артефакт!

— Этот артефакт не будет причинять тебе боль, Анна, он просто блокирует магию. Пока ты в наручниках — ты обычный человек без капли способностей, — пояснил Джек, избегая смотреть на меня.

Сердце екнуло. Худшего варианта и представить невозможно!

— Но как?..

— Твои наручники, мой ошейник, из-за которого вторая ипостась не может вырваться на свободу… Артефакты, подавляющие сущность, запрещены к использованию в Тарве, а для каждого применения требуется разрешение Совета города. Но лэрду Рэйласу закон не писан!

— И что же нам делать? — пересохшими губами спросила я.

Меня зазнобило, и я обхватила себя руками, силясь согреться. Плащ, который был на мне во время прогулки, куда-то исчез, а в подвале было совсем не жарко. Каково приходится обнаженному Джеку?

— Когда цепи спадут, не пытайся убежать как можно дальше — я все равно найду тебя по запаху. Лучше потрать время на поиск крепкого дерева, способного удержать тебя. Заберись на самый верх и не вздумай спускаться — даже если покажется, что угроза миновала! Будучи волком, я не залезу на дерево, а одурманенный зельем разум, скорее всего, не позволит мне перекинуться в человека. Все поняла?

Джек говорил уверенно и спокойно, словно перечислял список покупок. От абсурдности происходящего меня бросило в дрожь. Неужели мы всерьез обсуждаем, как именно мне уберечься от смерти?!

— Анна?! — позвал Джек, и я стряхнула слезинку со щеки.

— Я поняла. А что будет с тобой, если ты не разорвешь меня, как того требует зелье?

— Я справлюсь. — Джек стиснул зубы. — Эта боль ничто в сравнении с той, что испытаю, если своими руками убью тебя. Я должен был заставить тебя уехать, пока это было возможно! Лэрд Рэйлас не тронул бы тебя.

— Вообще это довольно спорный вопрос, — хмыкнула я. — Похоже, он здесь из-за меня. Именно мой побег из борделя заставил его придумать, как избавиться от нас обоих. Это я подставила тебя, а не наоборот.

— Знаешь, с тех пор как ты вернулась, я все ждал, когда же почувствую тебя как пару, — тихо отозвался Джек. — Мне рассказывали об этом ощущении — кровь в жилах вскипает, аромат пары окутывает облаком, а окружающий мир исчезает. Надежды не оправдались, наверное, в тебе слишком мало крови оборотня.

Я беззвучно выдохнула. Выходит, не я одна надеялась, что слова Рэйласа об истинности окажутся пророческими.

— Но это не важно. — Джек посмотрел прямо на меня. — Я понял, что хочу быть с тобой. Мечтал назвать своей женой после того, как все закончится. Жаль, что откладывал разговор, пока мы жили здесь, в охотничьем домике.

— Я бы согласилась, — вдруг хихикнула я.

Похоже, нервное напряжение решило выплеснуться таким образом. Мы заперты в подвале, а наши участи уже предрешены — самое время поговорить о будущем!

— Что ж, — улыбнулся Джек, — Анна, если нам все-таки удастся выжить, ты выйдешь за меня? Я не самая выгодная партия — у меня практически преступное прошлое, дом на отшибе и странная семейка.

— Я тоже не завидная невеста, — хмыкнула я. — Я выросла в борделе. Представляешь, какие гости будут на нашей свадьбе?! Это если моя опекунша позволит мне выйти замуж, в чем крайне сомнительно.

Уголок рта Джека дернулся, а в янтарных глазах заплясали смешинки.

— Будет занимательно. Теперь мне есть ради чего жить! К тому же я лишил тебя невинности. Как честный мужчина я обязан жениться на тебе.

У него был настолько торжественный вид, что я расхохоталась, забыв и про подвал, и про нависшую над нами угрозу. Казалось, даже зелье ослабило хватку — помедлив, Джек присоединился, и наш смех отразился от каменных стен. Однако уже спустя пару минут он посерьезнел и сказал:

— Анна, нам лучше поспать. Да, возможно, это последние часы нашей жизни… Но чем дольше я смотрю на тебя, тем острее становится желание напасть. — Эти слова он произнес с наслаждением, а лицо заострилось, словно наружу рвался оборотень. — Чем яснее будет мой разум во время Истинной ночи, тем больше у тебя шансов уцелеть. Да и тебе нужны силы, чтобы убежать.

Поежившись, я кивнула и отползла дальше к стене. Во взгляде Джека мелькнула боль.

— Да, лучше держись от меня подальше — не стоит недооценивать зверя. В сумерках я разбужу тебя, и мы… поговорим еще раз.

Почему-то показалось, что он хотел сказать «попрощаемся».

Отвернувшись, я легла на пол и подтянула ноги к груди. Позади послышалось тяжелое дыхание Джека, и меня начала бить дрожь. Как же уснуть? Да и стоит ли? Я не могла отделаться от мысли, что это мой последний день. Я многого не успела в жизни: ни разу не выезжала за пределы Тарвы, не открыла швейную лавку, как мечтала, не родила ребенка… Разве это справедливо?

На глаза навернулись слезы, но я не позволила им пролиться — ни к чему Джеку слышать мои рыдания. Еще рано сдаваться! Стивен не мог предусмотреть все, а я буду бороться за свою жизнь!

Незаметно для себя я умудрилась задремать, а снилось мне почему-то ночное небо с сияющей луной.