Глава 17

Детский сад и новые друзья понравился Никите настолько, что он попросил забрать его вечером, «как всех». И новоиспеченным родителям пришлось возвращаться домой без сына. Пообедав, Вера развесила свои нехитрые пожитки в гардеробной. Смотрелись они откровенно куцевато. Несколько офисных рубашек, один костюм, пара брюк. Повседневной одежды тоже было немного: сказывалась щепетильность в выборе качественных вещей за разумные деньги.

Покупки, сделанные во время шопинга с женой Кольского-старшего, смотрелись на порядок дороже и высокомерно посматривали на соседей по вешалкам.

Гардероб наглядно демонстрировал ее жизнь «до» и «после». Но несмотря на очевидные нынешние плюсы, тогда — «до» она твердо стояла на ногах, строила свою жизнь сама и ни на кого не оглядывалась. А сейчас приходилось приспосабливаться, балансируя между новыми обстоятельствами и неизвестными переменными.

Когда вечером нужно было забирать Никиту, позвонила Дарья и сообщила что их мальчик сегодня ночует в большом доме по приглашению Алисы. Об этом даже родная мать маленького командира узнала вот только что. Вера согласилась, не догадываясь, что имеет место быть семейный заговор Кольских по высвобождению вечера.

— Кажется твое воспитание уже дает плоды, — покачала головой Вера, закончив говорить с Дашей, — самостоятельность Ника растет на глазах.

— Значит, я делаю успехи, как отец. Раз у нас свободный вечер, пойду пока поработаю. А ты иди готовься, у нас предстоит насыщенная программа. Будь готова к девяти, поужинаем в городе, — сверкнул он улыбкой, вставая с дивана.

Фыркнув, Вера убежала к себе, отмокать в ванной. Как ни старалась себя одергивать, в крови невольно бурлило волнение. Хотелось подготовиться как следует, чтобы понравиться Роме. Не признаваясь в этом самой себе. Она отдавала себе отчет в том, что у блондина было невероятное количество женщин. И если, после всей разномастной вереницы баб, он с откровенным мужским восхищением смотрит именно на нее — это тешит самолюбие и подстегивает азарт. Чувствовать себя желанной оказывается так приятно! Она уже и забыла, каково это — флиртовать, ходить на свидание, видеть интерес мужской интерес в глазах. Это вам не «договорняк» двух взрослых людей на секс.

Вера неторопливо приняла ванную, нанеся ухаживающие маски на волосы и лицо. Поминая добрым словом Дашку, которая забросила в ее корзинку охапку чудо-средств. После нанесла легкий, мерцающий флюид на тело.

Неловко, но совершенно не стыдно признавать, что в магазине белья она потеряла голову, настолько потрясающими были комплекты. Только теперь поняла, за что платят женщины, не согласные на хлопок в цветочек и китайские неудобные лифчики.

Нынешнее темно-бордовое белье казалось невесомым, при этом прекрасно подчеркивало грудь, а полупрозрачные трусики впереди, помимо вышивки, еще и были украшены короткой кокетливой цепочкой с алыми камешками. Немыслимое в своей женственности расточительство заставляло чувствовать себя самой сексуальной. Настолько, что хотелось кокетливо распушить виртуальный «беличий хвост».

Вера повертелась перед зеркалом с удовольствием разглядывая свою подтянутую фигуру. Природные данные в виде высокой груди третьего размера и длинных ног она поддерживала регулярными пробежками и йогой — потому результат был на лицо.

Макияж решила сделать ярче — легкий, мерцающий смоки на глаза, чтобы подчеркнуть их цвет и красная помада, которую она не позволяла себе в обычной жизни. Тайный грех, что тоскливо пылился в косметичке, дождался своего часа. Закончив макияж и улыбнувшись своему отражению, Вера прошлепала босыми ногами в гардеробную — где висело платье. Сколько раз она ругала себя за покупку того, что носить было некуда. Хотя устоять было невозможно и впервые она так опрометчиво потратилась на вещь. Это была любовь с первого взгляда — простой крой черного, с мерцающим блеском платья с лихвой окупался тем, как оно сидело по фигуре. Без рукавов, с запахом и на широких бретелях, оно подчеркивало ложбинку груди, ассиметричным подолом чуть более целомудренно прикрывало переднюю часть ног, открытых его короткой основной длиной. Да, оно было дерзко-сексуальным, но не пошлым. При этом ткань слегка тянулась, не сковывая движений — то, что нужно для клуба.

Зону декольте она оставила открытой, только длинные блестящие серьги, почти до плеч.

Черные босоножки с серебристыми шпильками, такой же клатч — и ровно в девять, чуть пританцовывая, Вера спустилась по лестнице, предвкушая реакцию Романа.

Он стоял спиной к лестнице, задумчиво потягивая кофе. Черные брюки и рубашка подчеркивали золото волос и легкий загар крепкой шеи. Вера невольно окатила его внимательным взглядом. Как уверенно расставив ноги, он стоял, так и шел по жизни — прямо к цели, не сворачивая. Наглая, самцовая уверенность в себе и своих силах — не это ли притягивает женщин? Когда ты знаешь, что есть тот, за чью спину ты можешь спрятаться от мира. Но где гарантия, что эта спина не отойдет в сторону в самый тяжелый момент? Как тогда…

Словно почувствовав ее взгляд на плечах, Роман повернул голову. Хищный, собственнический взгляд заставил сердце биться быстрее. Жадность, желание обладать и железная выдержка, которая держит эмоции в узде, сверкнули на короткое мгновение в голубых глазах. Но он сразу же спрятал эмоции за густыми ресницами. Только судорожное движение кадыка выдало, что Роман далеко не так спокоен.

— Я готова, — произнесла она внезапно охрипшим голосом.

— А я потрясен. Сражен наповал. Невероятно выглядишь, Вера, — мужчина подошел ближе, неуловимым движением прихватив с дивана букет яростно-бордовых роз.

— Цветы? — растерялась она.

— Мне нравится тебя радовать. Нравится, как начинают светиться твои глаза, от такой мелочи.

— Это не мелочь, — Вера обняла букет и глубоко вздохнула головокружительный аромат, — спасибо.

— Ставь их в воду и поедем. Хотя мне чертовски не хочется. На тебя, ослепительную и сексапильную, будут пялиться посторонние мужики. А я буду злобно скалить зубы.

Роман старался не смотреть на ее губы. Ярко-алая помада будила самые пошлые фантазии, он почти физически чувствовал этот рот на себе. Судорожно сглотнул и тряхнул головой, отгоняя мучительное наваждение.

— У тебя красивые зубы, так что — можешь скалить сколько угодно, — усмехнулась Вера и направилась на кухню.

— Вера! У тебя еще и спина голая! — взвыл Роман, с трудом удерживая жадно тянущиеся к вожделенному телу руки.

— Половина спины. Последовала совету «одеться так, как хочется», — улыбнулась она через плечо. Не успела повернуться к цветам, как на талии сжались мужские руки.

— Знала бы ты все мои «хочется», — пророкотал он на ушко. Мужское тело было близко, ощущалось его тепло и головокружительный аромат с горчинкой грейпфрута.

— Рома, мы идем веселиться. Так что — убери руки, — деланно-строго заметила Вера.

— Если от твоего фантастического вида я заработаю сердечный приступ — ты будешь виновата.

— Ничего, я тебя откачаю, — она поставила букет в вазу с водой, стараясь надышаться нежным ароматом впрок.

— Надеюсь поцелуем? — блондин плотоядно улыбнулся, наклоняясь к основанию ее шеи. В ответ Вера ловко вывернулась и с усмешкой посмотрела прямо в потемневшие голубые глаза.

— Холодной минералкой на голову. Кстати, меня один мальчик в глубоком детстве убеждал, что «ловелас» — это тот, кто танцует и играет на скрипочке. Как у тебя с этим?

— Э… думаешь, именно так надо? — опешил Роман.

— Не знаю. Но тот мальчик был категоричен. Поехали! — она со смехом взяла его за руку и повела к дверям.

После непринужденного ужина в ресторане, Роман повез пару в «Медвежий угол» — ночной клуб, который принадлежал их другу — альфе полярной стаи Егору фон Герсену. Тот был предупрежден, что приедет младший Кольский с парой. Понимая, что сейчас чувствует беснующийся и голодный до своей женщины двуликий, Егор подошел поздороваться под руку со своей избранницей. Сонечка — миниатюрная блондинка почти терялась на фоне огромного рыжеволосого альфы Полярных. Что не мешало тому собственнически прижимать и без того льнущую к нему девушку. Несмотря на разность в габаритах, она выглядели удивительно гармонично, глаза обоих светились теплом и нежностью. И сочувствием к другу, ведь на шее его женщины до сих по не было метки. И она была человеком.

Поздоровавшись и познакомившись, Егор с парой благоразумно оставили гостей наедине, в вип-кабинке. Мешать Кольскому ухаживать было по меньшей мере невежливо. А скорее — опасно.

— Что будешь пить? — поинтересовался Роман, усаживая пару на диванчик, — какой-нибудь банальный мохито? Или что-то новое?

— У нас сегодня вечер экспериментов. Так что — на твой вкус. Но не слишком сладкое.

— Я понял. Противоречивое, как ты сама, — мужчина шепнул что-то подошедшему официанту, после чего переключил все внимание на спутницу.

Вера почувствовала, что начинает нервничать от пристального внимания этого хищника. Который сидел обманчиво расслаблено, раскинув руки по спинке дивана. При этом мужской заинтересованный взгляд нагло гулял по ее телу, лаская оголенные участки кожи. Повисшую паузу нужно было срочно заполнить.

— Твои друзья — они красивая пара.

— Да. Сейчас они счастливы. Но Гору пришлось в свое время за ней побегать. Сначала Дашка, а потом Сонечкина мать не давали к ней подступиться.

— Почему?

— Когда они встретились, Сонечке было семнадцать. И Дашка взяла ее под крыло. А Егор себе чуть хвост не сгрыз, пытаясь ухаживать за парой и не напугать ее своими чувствами.

— У них такая разница в возрасте? По ним и не скажешь.

— Вот тебе наглядный пример, что разница возрасте — это ерунда, — мужчина чуть снисходительно улыбнулся, сверкнув глазами. Он явно забавлялся, и Вера не могла понять почему.

— Для меня это существенно.

— Это предрассудки, Вера. И не говори мне, что не встречала инфантильных мальчиков за 50, не готовых решить какую рубашку они наденут.

— Не хочу вести бессмысленный спор.

— Ты просто не хочешь признавать свою неправоту. Потому что от смены угла зрения это становится очевидным, — он улыбнулся шире.

— Я просто не хочу об этом, — решила свернуть опасный разговор Вера, — м-м-м, а как называется этот коктейль? — она втянула жидкость через трубочку

— Неважно. Нравится?

— Очень интересный вкус, — Вера благодарно прикоснулась фужером к бокалу с виски, который держал Роман, и сделала еще пару глотков, — что дальше?

— Мы сегодня действуем исключительно как тебе хочется. Только твои желания, я лишь подстраиваюсь. Можем посидеть здесь, можем пойти на танцпол.

И почему в его голосе появились бархатно-рычащие нотки, от которых мурашки скачут бешенным галопом? Это только сегодня или она раньше этого просто не ощущала?

— Тогда, наверное, танцевать? — ей неожиданно стало не по себе в интимной обстановке отдельного кабинета. Под обжигающим взглядом голубых глаз, которые заставляли нервничать. Она резво вскочила с диванчика и зацокала каблучками к двери. Роман, предвкушающе улыбаясь, направился следом. Он не очень-то любил дерганья на танцполе, но сейчас — это возможность прикасаться к паре, двигаться вместе с ней, соблазнять. Ей нужно лишь слегка ослабить самоконтроль.

Они вышли на танцпол, лениво покачиваясь в ритме грохочущей вокруг музыки. Молодняк из волков мгновенно ретировался в другой конец зала — им было достаточно короткого взгляда голубых глаз. Человеческие мужские особи так же инстинктивно предпочли отойти подальше от золотоволосого гиганта и его спутницы.

Вера всего этого не замечала. Полуприкрыв глаза, она отдавалась ритму музыки, хотя движения были немного скованными. Тело не решалось поверить, что хозяйка разрешила двигаться, без оглядки на мнение окружающих. Как же это здорово! Разрешить себе быть собой. Делать то, что нравится. Говорить прямо, без сглаживающих формулировок. Почему она себе все это запретила? Когда?

Время бежало незаметно. Они возвращались к барной стойке, выпивали, общались и вновь уходили танцевать.

На танцполе Вера исподволь смотрела на своего партера сквозь ресницы и понимала, что задерживает дыхание, любуясь. Мощное тело — и при этом легкие, плавные движения. «Хищник, — подумала Вера, — сожрет и не подавится». Это же чудовищное по силе комбо — молодой, красивый и богатый. Разве так можно? Не мужчина, а оружие массового поражения. Нет, фу, Вера! Это не твое, не заглядывайся даже ради эстетического удовольствия. Хотелось зажаться в комок и зажмурить глаза, чтобы этот сногсшибательный экземпляр не стоял перед глазами. Он — мальчик, а я — взрослая тетка! Но он здесь, рядом. Смотрит жарким, очень мужским взглядом. Да еще эта греховная ухмылка! Прикасается легко, соблазнительно. Как устоять? Где взять силы?

Под воздействием громкой музыки и алкоголя ее тело двигалось раскованнее и мягче. Вера начала улыбаться шире, глаза сияли. Решив, что сегодня вечер вседозволенности, она чуть отпустила тормоза и начала ярче отвечать на прикосновения Романа. Тот поначалу касался ее ненароком, оглаживая плечи или едва касаясь талии. Она все более входила во вкус, ей начало это нравится. И захотелось большего. Больше прикосновений, больше тепла его рук.

Вера повернулась к нему, спиной, соблазнительно двигая бедрами. Через мгновение сильные руки легли ей на талию, а жаркое дыхание опалило шею. Она приглашающе повернула голову и у основания шеи мгновенно оказались мужские губы. Дразнящая цепочка поцелуев вперемешку с покусываниями поднялась вверх, заставив откинуть голову ему на плечо, а тело задрожать от предвкушения. Плотно прижавшиеся дуг к другу, тела двигались в жарком синхроне. Покачиваясь в такт музыке, она подняла руки и взъерошила светловолосую шевелюру.

Мужчина прижал ее к себе крепче, она почувствовала поясницей его разгоряченное состояние.

— С ума меня сводишь, Вера! — жарко прошептал он ей в ухо, чувствительно лаская мочку уха. Инстинктивно она прогнулась в пояснице, мужские руки в ответ сжали талию крепче, спустились ниже к бедрам. В ответ на призывные движения ее бедер мужчина зарычал и резко развернув лицом к себе, накрыл губы жарким поцелуем. Вере показалось, что уши заложило: настолько весь мир перестал существовать. Терпкий привкус крепкого алкоголя и умелые движения губ, кружили голову. Жадный язык ворвался в ее рот, наглядно демонстрируя все желания распаленного мужчины. Первая мысль была — оттолкнуть. Но ведь сегодня экспериментальный вечер, когда все можно? Когда можно делать так, как хочется! Эта мысль смела последние бастионы. И Вера плотно прижалась к крепкому мужскому телу, отвечая на поцелуй с неменьшей жадностью. М-м-м, как приятно поглаживать крепкие мускулы под рубашкой. В них можно вцепиться коготками, и чувствовать, как они каменеют под одеждой. Она потерлась о него всем телом, чувствуя горячие ладони на обнаженной спине и бедре.

— Вера! — он с трудом отстранился от нее. — Я же не железный. Остановись, иначе трахну прямо здесь.

Чувствуя веселый шальной хмель в крови, она легкомысленно улыбнулась и сделала шаг назад. Мужчина раздраженно рыкнул и, нехотя, выпустил ее из объятий.

— Фу, как грубо. Это просто танец. Пойду лучше в бар. Еще выпью.

— Может тебе хватит?

— Рома, не будь занудой! — она подошла к барной стойке, покачивая в танце бедрами, — можно мне еще коктейль?

— Мне минералки, — процедил Роман, буравя пару яростным взглядом. Она беспечно сидела на высоком стуле, покачивая туфлю на кончике большого пальца. У него едва рассудок не помутился на танцполе, волк внутри жадно скалил зубы, грызя прутья его выдержки. А пара легкомысленно распаляет его еще больше.

«Ничего, отыграюсь», — мысленно ухмыльнулся он, пытаясь остановить активно заработавшую порностудию в своей голове. С Верой в главной роли. Но какого лешего она так эротично тянет этот коктейль из трубочки⁈