Глава 28

Как описать предвкушение от поездки, что свалилась словно снег на голову? Как в тумане, Вера покидала в чемодан немного своих вещей и сына, переоделась в джинсы с рубашкой, и все еще не веря в происходящее, направилась к двери. В этот момент в комнату вошел Роман. В темных джинсах и майке-поло, рукава толстовки небрежно завязаны на широких плечах. Красив и элегантен одновременно. Вера в очередной раз окинула его восхищенным взглядом, не веря, что этот роскошный мужской образчик — ее муж. Причем ни разу не фиктивный.

— Ну, что — готова к приключениям? — склонился он над ней, гипнотизируя азартными смешинками в глазах.

— Мне кажется я сейчас моргну и проснусь.

— Это не сон, — Рома мягко заложил темную прядь за ушко — это я всего лишь пытаюсь порадовать любимую женщину.

— Неужели это все происходит со мной? — прошептала она в его приближающиеся губы.

— Сам задаюсь тем же вопросом… — мягкий, головокружительно-сладкий поцелуй успокаивал и заставлял забыть обо всем на свете. Она растворялась в ощущениях, в этом мужчине, в своей принадлежности к нему. Медленные, ласковые прикосновения, которые подарили умиротворение и покой. Нехотя, через силу Роман отстранился от жены. Широкая грудная клетка ходила ходуном, крылья патрицианского носа раздувались, словно он с трудом мог удержать себя в руках.

— С ума меня сводишь, родная. Пойдем скорее отсюда. Иначе окажемся в кровати, и я точно не сдержусь.

С улыбкой осознания собственной привлекательности, Вера, подхватив сумочку, направилась к двери. Роман взялся за ручку чемодана.

— Легкий какой. Совсем ты у меня скромница.

— Не люблю ничего лишнего.

— А я хочу завалить тебя «лишним». Ничего, у меня остался номер дизайнера, которая одевала Дашку, пока та жила у деда. Я ее на тебя натравлю.

— Зачем?

— Хочу, чтобы ты блистала!

— Фу, какое тщеславие.

— Не тщеславие, а желание баловать свою женщину. Дай мне время, и я развернусь на полную катушку.

На борту этого частного самолета Вера уже была. А вот Никита, не скрывая восторга, носился по салону и трогал все до чего мог дотянуться — широкие кресла из светлой кожи, диван, деревянные панели, небольшой уютный столик. Элегантно и сдержанно-роскошно.

В голове по-прежнему не укладывалось, что целый самолет летит куда-то исключительно по их прихоти. Поднявшаяся на борт молчаливая охрана целенаправленно ушла в хвостовую часть, оставив их одних.

Взбудораженного Ника едва удалось усадить в кресло и пристегнуть. Вера переживала как ребенок перенесет полет, но тот мгновенно прижался к иллюминатору и выпал из этой вселенной.

Роман лично пристегнул паре ремень безопасности и откинулся на спинку кресла, положив свою ладонь на ее пальцы.

— Сейчас ты выглядишь, как маленькая девочка в магазине подарков. Восторженная и сияющая. Совсем не так, как в прошлый раз.

— В прошлый раз я не знала, чего от тебя ждать, — нехотя призналась она.

— Я уже тогда был весь твой. И готов выполнить любую прихоть. Позже я хочу показать тебе весь мир. Свои любимые места, наш родовой замок в Шотландии…

— Родовой замок? — изумилась Вера.

— Ну, да, — Роман на ходу начал рассказывать про «далекого предка», мысленно попросив прощения у собственного отца. Как же он понимал теперь страх брата рассказать своей избранной правду! Страх быть отвергнутым, страх увидеть отвращение в глазах, которые сейчас смотрят с настороженным восторгом. Он чувствовал, что окончательно подсел на ее улыбку, теплый свет серых глаз, эмоции нежности и доверия, что жена излучала. Как всего этого можно лишиться? Что делать, если Вера скажет, что не хочет жить с «животным»? Заставить, пригрозить забрать ребенка? Так будет только хуже. За свою жизнь он насмотрелся всякого. В том числе и на пары, где у женщины были потухшие глаза через колено сломанного существа. Тогда он признавал право сильного. Но сейчас — обретя пару, понимал, что с Верой никогда не сможет поступить подобным образом.

Когда до посадки оставалось полчаса жена с сыном ушли в спальное отделение — разбирать покупки. Роман увязался за ними. Тщеславие — да, но принимать их благодарность и восторг было так приятно!

— Рома, красная куртка — мне? Это еще зачем? У меня же есть!

— Ага. Унылое серо-черное нечто. А ты — яркая, роскошная женщина. Так что нечего себя прятать, — знал, что придется преодолевать ее сопротивление. Слишком долго жила одна, экономя и полагаясь лишь на собственные силы.

— Зачем вообще столько вещей? Как мы унесем эту гору пакетов?

— Выбери то, что вы наденете в дорогу. Нам еще ехать пару часов на машине, так что остальное закинем в багажник. К нам или к охране. Разберемся на месте.

Подумав, Вера поднялась с кровати, на которой лежали ворохи одежды. Нерешительно, словно дикий зверек, подошла к стоящему Роману и несмело обняла за талию.

— Спасибо. Обо мне никто так не заботился. Мне… непривычно.

— Ты — главное, что есть в моей жизни. Я не могу по-другому, — он коротко чмокнул ее в нос и прижал к себе покрепче.

— Мне нечего дать взамен, — вздохнула Вера.

— Ты даже не представляешь, что значишь для меня, девочка моя, — глухо, словно через силу, признался он, — просто будь рядом. Что бы ни случилось.

— Можно подумать, ты отпустишь, — улыбнулась она в его свитер.

— Не отпущу. Но хочу тебя добровольно.

Самолет мягко приземлился в частном аэропорту. Первой вышла охрана, оцепила периметр самолета. Одни из охранников встал у трапа. Буквально в нескольких шагах стояло несколько — ох, как же любят эти брутальные мужчины все огромное! — черных внедорожников.

С любопытством оглядываясь по сторонам, Вера спустилась по трапу, опираясь на руку мужа. Даже воздух был другим, не просто холодным. А непривычным, будоражащим. С привкусом приключений.

Роман приветственно махнул рукой мужчине, стоящему у одной из машин. Вера проследила взглядом и вздрогнула. У мужчины была явно бандитская внешность: буйная кудрявая шапка иссиня-черных волос, густая борода и бритвенно-острый, опасный взгляд темных глаз. От такого хотелось держаться подальше, но Роман поднял сына на сгиб левой руки, правой уверенно держа ладонь жены, зашагал к «бандиту».

— Марио, ты ли это? Неужели решил сам нас встретить?

— Приказ дона встретить вас лично. Но я только рад, Романо. Приветствую, — мужчина крепко пожал протянутую ладонь Кольского и широко улыбнулся.

— Познакомься: это моя жена — Вера. И мой сын — Никита.

— Ого! Всегда знал, что ты времени зря не теряешь, — хохотнул мужчина и учтиво склонил голову, — мое почтение сеньора Кольская, юный сеньор Кольский.

— Это за тобой нужен глаз да глаз. Родная, представляешь, этот… г-хм, хитрец увел из Мишкиного дома домоправительницу, Ольгу.

— Куда увел?

— Под венец, сеньора, — усмехнулся в бороду Марио.

— Она от него в лес ушла. Так нет — и там достал. Даже транквилизаторы не помогли.

— Какие транквилизаторы? Откуда?

— Это Ольга в него стреляла, — как ни в чем не бывало продолжал Роман.

— Стреляла? — вконец растерялась Вера.

— Ну, и что? Все равно не помогло. Догнал и… — осклабился «бандит».

— И надел кольцо на палец, — резко перебил бородатого Роман, — представляешь?

— Невероятно. Очень романтично, — пробормотала Вера.

— А что было делать, если эта упрямица ни в какую не соглашалась? — пожал плечами Марио.

— Видишь, какой я у тебя деликатный, — насмешливо шепнул он жене на ухо.

— И скромный!

— Это — мое второе имя. Первое — сногсшибательный. Тебе ли не знать?

Оставалось только демонстративно закатить глаза.

— Как поживает твоя жена, дружище?

— Дон поставил ее отвечать за снабжение замка, так что сам понимаешь.

— Поставщики ходят строем и открывают рот только по команде? — хохотнул Роман.

— Примерно. Ей даже большой живот не мешает командовать. Мной в том числе.

— Дети — это счастье, друг мой. Я даже не представлял — насколько. Искренне рад за тебя, — слова были сказаны другу, но екнуло внутри у Веры. От осознания глубины того, как прочно она прикипела к еще недавно незнакомому мужчине.