Глава 16

Мира боялась выйти из комнаты. Это было фиаско. Вечер сразу не задался. Сначала Кирилл со своей тухлой романтикой, потом Рома. Этот отличился особенно. Пожалуй, настолько униженной она не чувствовала себя никогда. Не зря на выпускных в школе говорят: «У вас всё впереди». Жизнь поистине готовит немало сюрпризов.

Ей не было стыдно, выпрашивая у него поцелуй. Не было стыдно ластиться и жаться к груди, свалив большую долю вины на знатную порцию алкоголя. Ей не было стыдно затевать этот дурацкий поход в клуб с одной только целью: чтобы Рома забрал её оттуда. А что потом? Игра в отношения с одноклассником, который наверняка уже завтра будет смотреть волком? На что ещё она готова, чтобы добиться своего? Обмануть, украсть, убить?.. Да, да и… да!

Мира практически не помнила, что испытала, впервые увидев его ещё в детстве. Она не готова была наверняка сказать, что в состоянии передать ощущения, когда Рома появился в её жизни снова. Зато с лёгкостью могла бы описать их последние полтора года. Обида, злость, ненависть и снова обида. Даже не качели и не американские горки. Этот аттракцион явно навылет. Но ведь кто не падал, тот не умеет вставать, верно?! И она боролась. Как могла, как получалось, как позволяла судьба или банальный случай. Она хитрила, изворачивалась и даже… о, ужас!.. замирала в ожидании его шага. Вот только Ромка отчаянно отказывался идти в её сторону. И понимать это было больно. Больно было это видеть, больно было не ползти за ним следом, когда отступал.

Мама твердила, что Мира сильная и Мира ей верила. Верила, когда мамы не стало, верила, когда харкала кровью после крепкой отцовской руки. Почему-то сейчас вера не срабатывала, а надеяться Мира ещё просто не научилась. Она умела только бороться, доказывать, добиваться. К сожалению, с Ромкой этот номер не прокатил. И преданность принципам он почему-то счёл важнее её чувств. Вот и вчера мужчина в очередной раз указал Мире на дверь. Дверь, которая отправляла всех вон из его жизни. Она почему-то плакала. Долго и громко. И было плевать, если он услышит. Впервые не хотелось, чтобы Ромка пришёл утешать. Мира планомерно загоняла себя в угол и сейчас была практически готова к тому, чтобы встать на колени. И только странный голос, что стоял в голове уже много лет, твердил непонятные слова и не позволял окончательно опуститься. Этот голос ей снился, он же мерещился наяву. «Никого не бойся. Бить нужно смело». Голос непременно сопровождался уверенной усмешкой. Ей Мира тоже верила и училась усмехаться так же. Жаль, что выходило так себе. Наверно, когда-то этот голос принадлежал кому-то поистине великому. Бить Ромку не хотелось. С ним хотелось прожить всю жизнь. И пусть следует принципам. Но только рядом с ней.

В груди, будто сгусток бурлящей энергии, билось что-то живое и сильное, а в голове вдруг оказалось на удивление пусто. Словно чистый лист. И как ни прислушивалась Мира к себе, как ни пыталась создать очередную заготовку, пустота не исчезала. Всё ушло в тот самый пульсирующий сгусток, который словно второе сердце, жадно качал кровь, создавая параллельную реальность, и тянул в неё силы, мысли, желания. В этой реальности Мире нравилось куда сильнее. Там она была свободной, там могла сколько угодно забавляться своими жестокими играми, там могла спрятаться она настоящая.

Месяц, другой, третий. Наверно, нужно было всё это как-то перетерпеть. Ну, а если нужно, Мира была готова научиться ещё и терпеть. Весна оказалась щедра на подарки. Кир, наконец, перестал доставать своей обидой, Рома познакомил с любимой девушкой, Анной, а ещё у Миры появилось увлечение: надолго запираться в своей комнате, и пытаться заставить верить себя, а, главное, окружающих, что она справится. Такой вот особенный вид веры. Немножечко ненастоящий, но если всем вокруг нравится, то почему бы и нет?..

А, выходя и комнаты, Мира улыбалась. Софье, Ромке, Анечке. Анечке Мира улыбалась особенно. Они подолгу разговаривали, вместе ходили по магазинам, обменивались маленькими личными секретами. Вот только Рома почему-то не оценил и не одобрил такой подход. Хотя кто знает, чего он хотел на самом деле?.. Да и потом… всё как-то завертелось, что обсудить подробности было вроде и некогда. Экзамены, поступление, новые люди… И если бы не пустота, которая делала Миру похожей на воздушный шарик, что несётся вверх и вперёд от любого дуновения ветра… Да, если бы не эта пустота, всё могло бы завершиться иначе.

Лето заканчивалось и от этого становилось чуточку грустно. Мира сидела на подоконнике и уже битый час слушала рассуждения Анечки по поводу списка гостей, выбора платья, каталога цветов для украшения зоны торжества. Она рассуждала о креме для торта и цвете бисквита. Анечка любила шоколадный, а Мира косо поглядывала в её сторону и думала о том, что Рома предпочитает ванильный, впрочем, как и она сама…

– Рома сделал тебе предложение? – наконец, не выдержала Мира и вытянула руку, глядя на растопыренные пальцы: кажется, ей следовало подправить маникюр.

На этом замечании Анечка отчего-то запнулась и посмотрела на Миру как на несмышлёныша.

– Это всего лишь вопрос времени, – после недолгой заминки пояснила она.

– Это значит «нет»?

Анечка встряхнула пышной шевелюрой и мечтательно прищурилась.

– Это значит, что совсем скоро я подтолкну его к принятию верного решения.

– Ну-ну, – фыркнула Мира и соскочила с подоконника, подхватила свой рюкзак. – А ты знаешь, мне пора! – бодро хлопнула она в ладони и выжидающе посмотрела на «подругу».

Анечка нехотя потянулась и с королевским достоинством, с кошачьей грацией поднялась с кровати.

– Знаешь, что… погуляй-ка сегодня вечером… – на этом она многозначительно усмехнулась и озорно подмигнула.

– Что? Ты вздумала подтолкнуть Рому к верному решению уже сейчас? – догадалась Мира, распахнув дверь.

Анечка неспешно прошлась по её комнате, щёлкнула по носу плюшевого медведя, которого Ромка выиграл в тире, и неторопливым шагом направилась к выходу.

– Ну а чего тянуть? – резонно заметила она. – Лето скоро заканчивается, а ещё столько всего нужно успеть сделать…

Наверно, Мира не пошла в этот вечер домой только из злости. Она долго топталась в округе, и боролось с желанием громко хлопнуть дверью и испортить всю романтику. Этой свадьбе не бывать – для себя она всё чётко решила, оставалось разобраться, как то же самое донести и до Ромки. Он ведь мог из чистого упрямства и… да, чтобы избавиться от соблазна в её лице, и… о-ох! Тошно становилось от одной только мысли, чем всё это ей грозило. Хотя в то, что Рома, действительно, влюбился, верилось с трудом. Он стал избегать Миру ещё искуснее, в разговоре нередко прибегал к присутствию кого-то третьего, а домой являлся уже далеко не каждую ночь. А уж те взгляды, которые он бросал на неё, были громче любых слов. Он мучился, он высыхал, он весь извёлся! А всё ради чего?..

Окончательно вымотавшись, Мира всё же рискнула и вошла в дом. Внимание привлекла тонкая полоска света под дверью кабинета. Мысли заметались в голове, словно дезориентированные пчёлы, но места сомнениям не осталось, и она вошла. Рома сидел за столом, погрузившись в работу. Он нервно теребил пальцами карандаш и даже не сразу посмотрел на неё, так увлёкся.

– Ты один? – удивлённо проблеяла Мира, ожидая увидеть нечто принципиально иное. Новак отложил карандаш в сторону, растёр пальцами переносицу и откинулся на спинку кресла.

– А ты кого ждала?

– Ну… – замялась Мира, не рискуя пересказывать тот бред, и, пользуясь его расположением, попыталась по-быстрому прикрыть дверь и ускользнуть в спальню.

– И я просил предупреждать, если ты задерживаешься, – добавил Рома строгим тоном, и Мира резко сменила направление движения, села на диванчике у стены.

– Да я вроде не сильно… – улыбнулась она, пытаясь сделать улыбку виноватой, а по факту выходило, что она получалась счастливой. Мира вдохновенно вздохнула.

Рома неторопливо раскачивался в своём кресле и молчал. Он смотрел на Миру, будто нарочно цепляясь взглядом за каждую деталь. От спортивных туфель этот взгляд медленно полз к острым коленкам, затем к коротким шортикам, которые в её позе были практически не видны, а дальше по животу, груди и к глазам.

– Вот сейчас смотрю на тебя, и кажется, что сто лет не виделись. Как так получается, не подскажешь? – мягко проговорил он и Мира вспылила.

– Ну… это ты шарахаешься от меня по всем углам, – тут же упрекнула она. – А ещё мы давно не сидим за одним столом на завтраке, толком даже не разговариваем.

– Жаль… – к чему-то проронил он и продолжил смотреть. Теперь уже жадно, цепко, напористо.

Мира не выдержала первой.

– Тебе жаль, серьёзно? – вскинулась она и втянула в себя воздух, который показался раскалённым.

– Да-а… – скривил он губы, прицениваясь. – Я уже и отвык от того, насколько быстро ты вспыхиваешь праведным гневом.

Мира в запале подскочила, а Рома дёрнулся вперёд, к столу.

– Не убегай, присядь, – попросил он и Мира послушалась. Потому что… потому что надеяться, видимо, тоже можно научиться.

– Села, и дальше что? – нетерпеливо поторапливала она, а Новак интригующе улыбался.

– Ничего. Просто хочу, чтобы ты ещё немного побыла рядом.

– Ты сейчас меня или себя испытываешь на прочность? – понятливо ухмыльнулась Мира, испытав очередное разочарование.

– В смысле?

– Ничего не изменилось, Ром, всё осталось по-прежнему! – вспыльчиво пояснила она, зло толкнув в угол дивана рюкзак, который до этого прижимала к груди.

– Ты сейчас о чём?.. – со вздохом поинтересовался он, и Мира едва не расплакалась от досады.

– Я люблю тебя! – выкрикнула она, окинув Ромку гневным взглядом, а тот озадаченно покивал головой.

– Я твой попечитель, – напомнил мужчина, будто об этом можно было забыть, и Мира вскипела.

Она вскочила с дивана, подбежала к столу, и, упираясь в его поверхность напряжённо сжатыми кулаками, попыталась сделать внушение взглядом.

– Мне через две недели восемнадцать и плевать я хотела на твои бумажки! – выкрикнула она. Новак не шевельнулся.

– Шесть недель, Мира. Ещё целых шесть недель.

– Дни считаешь, да? Это не может не радовать! – злорадно хмыкнула она, а Рома благодарно кивнул и приложил ладонь к груди.

– Всегда к вашим услугам.

– Ты слышишь, что я сказала?! Я люблю тебя!

– Интересная версия происходящего. Мою выслушать не хочешь?

– А ты считаешь, что сможешь меня чем-то удивить?

– Насчёт «удивить» не уверен, но вразумить хотелось бы. Когда ты осталась без отца, твой круг общения замкнулся на мне. Вот и всё. Привязанность переросла во влюблённость. Амбиции и взыгравшие гормоны убедили тебя в большом и искреннем чувстве. А, не получая желаемого, ты чисто из принципа продолжаешь давить. Я тебе не нужен, Мира.

– Забыл добавить: «И ты мне не нужна», – сверкнула она глазами, и Рома подобрался, расправил плечи.

– А вот это уже в тебе говорит обида.

– А я всё равно люблю тебя! – ударила Мира кулаком по столу, и тогда-то Новак не выдержал, вскочил с места, притянул её к себе за ворот джинсовой курточки.

– Да? И что прикажешь делать? Снимать трусы от радости? – вызверился он и разжал кулак, отталкивая Миру от себя. – У кого-то из нас двоих должна оставаться земля под ногами, – гневно прорычал он, – у кого-то должен был сработать «стоп»!

– Но ты ведь тоже любишь меня, – жалобно заскулила Мира, но Рома не смягчился.

– И очень хорошо, что этот «стоп» сработал у меня, – сдержанно процедил он. – Было бы жестоко воспользоваться твоей доверчивостью.

– Да пошёл ты! – выкрикнула она, смахивая злые слёзы, а Рома благодарно кивнул.

– Давно бы так. Иди спать, принцесса. Уже очень поздно, – с тоном наставника, доброго дядюшки, старшего товарища посоветовал ей Ромка, и Мира сорвалась с места, чтобы провести в слезах очередную бессонную ночь.

А потом была ещё одна ночь, и ещё. Прошла неделя, другая. Напряжение между ними не спадало. Мира злилась, она… ненавидела. Она не понимала, почему нельзя просто жить так, как хочется. А ещё вынашивала план мести. Она тоже собиралась сделать Ромке больно. Чтобы он почувствовал, каково это. Чтобы одним махом перечеркнуть всё то, что он с таким трепетом оберегал. «Никогда не бойся. Бить нужно смело». Вот только удар всегда откладывался. То не хватало той самой смелости, а то момент казался недостаточно пиковый. Анечку Мира встретила накануне своего совершеннолетия. Случайно, в торговом центре. Та бродила с потерянным видом, безразлично водила глазами по витринам дорогих бутиков, а Мира выцепила её взглядом из толпы и подошла первая.

– Привет, чего такая хмурая? Жизнь прекрасна! – позлорадствовала она, примерно догадываясь о причинах скорби.

Анна взглянула на неё без особого интереса.

– Классно выглядишь. Так, будто у тебя вот-вот вырастут крылья. Влюбилась, что ли?

– Ага! – с готовностью подтвердила Мира и тут же перешла к сути. – А это правда, что вы с Ромой разбежались?

Анечка натужно вздохнула.

– Ну как тебе сказать?.. Я его бросила. По крайней мере, первой произнесла эти слова.

Мира разглядела в глазах Анечки неподдельную печаль и не сдержалась от укола, испытывая странное желание сделать ещё больнее.

– А что так? Вроде замуж за него собиралась?

– Я поставила вопрос ребром. Рома… ты понимаешь… он из тех людей, которые чётко знают, чего они хотят. И по всему выходит, что пока я строила отношения, он хотел всего лишь скоротать время. Вот как-то так, – Анечка безвольно передёрнула плечами, а Миру аж изнутри подзуживало сказануть какую-нибудь гадость.

– Брось, он просто тебя не достоин… – произнесла она что-то, чтобы заполнить паузу и не упустить добычу. Аня подавленно улыбнулась.

– Не знаю, что пошло не так… Видно же, что семья для него очень многое значит. Стоит только один раз уловить, как он смотрит на тебя. С таким трепетом, с такой любовью…

Играть Мире вдруг расхотелось.

– В смысле?

– Ну, Рома же твой брат…

Мира не сдержалась и хрюкнула от смеха.

– Кто тебе сказал такую глупость, Ромка, что ли?! – удивлённо воскликнула она. – Рома мой опекун! И любовник, – твёрдо добавила Мира, не понимая, откуда что взялось и что с чем перемешалось в голове.

Анечка задержала дыхание, чтобы у девчонки напротив была возможность исправиться, но та вдруг вскинула подбородок.

– А ты не знала? Я Мира Газаева. И никаких родственных уз с Новаком не имею. Папу убили два года назад, и Ромка приютил меня. Как ты понимаешь – не просто так. Он ведь со своим отцом из-за этого до сих пор не разговаривает! Тот всё про нас узнал…

– Ты что такое говоришь? – нахмурилась Анечка и потрясла головой. Мира пожала плечами.

– Не веришь? Может, тебе паспорт показать?.. Сестра! – коротко и вызывающе хохотнула она. – Надо же такое придумать! – фыркнула, пытаясь тоном описать что-то невообразимое. – Ладно, заболтались мы… Бывай, Анечка. И, кстати, ты никогда не была моей подругой, – Мира подмигнула ей и послала воздушный поцелуй.

Внутри набатом било сердце. Мира глянула на дисплей мобильника и мысленно задрожала: было только начало седьмого. Насколько быстро Анечка признает услышанное правдой и пожелает высказать Ромке своё «фи»?..

– Ромочка так трясся за репутацию, – едко процедила она себе под нос, спешно покидая здание торгового центра. – Ну, так получи и распишись! – мстительно прищурилась Мира и села в заранее вызванное такси.

Дома она прошмыгнула в свою комнату, заперла дверь на ключ и на всякий случай подпёрла её углом комода, который пришлось толкать от самого окна. Бешеная пульсация и не думала спадать. Внутри всё буквально подпрыгивало от предвкушения и затаённого страха. Такая болтушка, как Анечка, по всему городу разнесёт весть о нечистоплотности некоторых опекунов!

Мира обхватила себя ладонями за плечи и принялась мерить шагами комнату. Найти место оказалось не так-то просто. Хотелось то с головой спрятаться под одеялом, то набрать Ромку и высказать ему всё, что думает. Ни того, ни другого сделать Мира так и не смогла.

Ничего не происходило. Постепенно азарт сошёл на нет. Мира уже сонно клевала носом, а Ромка так и не удосужился появиться. Она закуталась в плед и ещё совсем немного последила за происходящим во дворе, но сон оказался сильнее сомнительных приключений, и вышло сдаться окончательно. А утром проснулась от внушительного стука в дверь.

Не понимая, как оказалась на полу, Мира подскочила, упершись двумя руками в комод, сдвинула его с мёртвой точки и распахнула дверь. Рома стоял в костюме, при галстуке и, очевидно, пытался разбудить её достаточно давно.

– Что тут у тебя за баррикады? – вскользь уточнил он, отметив неуместную перестановку. – Давай собирайся, нам скоро выезжать.

– Выезжать? – Мира сонно прищурилась и зевнула. – Куда?

– Ты что, мозги на ночь на полку выкладываешь? Вперёд в душ! Сегодня мы едем подписывать дарственную на твоё имущество! – внушительно прикрикнул Рома, и Мира подскочила на месте так, будто только в этот момент и проснулась.

– Как, уже сегодня? – она потрясла головой, в которой шумело будто с перепоя. – Да, я… сейчас! Я сейчас спущусь! – сознательно заверила она и побежала в ванную комнату.

Вихрем спустившись с лестницы, Мира едва не врезалась в Рому, который ожидал её… почему-то с цветами.

– Что происходит? – пытаясь отдышаться, поинтересовалась она, а Рома рассмеялся. Просто рассмеялся, как не делал уже давно. А ещё обнял её и, вручая букет, прижался губами к уголку её рта. Нежно и до невозможного трогательно.

– Немедленно возвращайся! – потребовал он, придерживая её под локоток. – У кого сегодня день рождения?

– У меня? – натурально удивилась Мира, как вдруг смутилась, разволновалась, вцепилась пальцами в спасительный букет. – Э-э… спасибо, – нашлась она, но пока явно не освоилась и чуть заторможено моргала, пытаясь прийти в себя.

Рома тем временем подготовил какую-то яркую коробочку с невероятно пышным бантом.

– Пусть все твои желания исполняются, принцесса, – от души улыбнулся он, вручая подарок. – Пусть все твои беды и горести останутся позади.

– Спасибо… Спасибо, а что там? – взвилась она, пытаясь разгадать, с какой стороны эта красота раскрывается, но Рома как-то безу-у-умно просто!.. крышесносно улыбнулся и неодобрительно покачал головой.

– Слушай, на самом деле ты всё проспала, я даже не ожидал… Но сейчас уже, правда, нет времени объяснять. Вечером, хорошо?

– Да, давай, – легко согласилась Мира, но коробочку всё же поставила на полку с явным сожалением.

По дороге в офис чувствовалась некоторая скованность, напряжение, в салоне авто царила гнетущая тишина. Уверенности не придавал и шофёр, что вёл машину. Мира его уже видела и не раз, но имя вылетело из головы в тот же момент, что и влетело в неё. Ромкин телефон отозвался громкой птичьей трелью, и тогда Мира поняла, что напряжение поселилось не только вокруг, но и внутри неё. Вызов Рома сбросил и даже четрыхнулся в голос.

– Это Аня? – краем глаза увидев имя звонившего, полюбопытствовала Мира и её накрыло. В один момент она вспомнила, как же сильно накосячила. Кровь отлила от лица, почувствовалось лёгкое головокружение.

– Да… – нехотя отозвался Новак, что-то старательно отбивая в телефоне. – Просто есть люди, которые слов не понимают. Мало того, что выносила мне мозг последние две недели, так ещё и всю прошлую ночь наяривала. Истеричка! Как?.. Как тут добавить номер в чёрный список? – в сердцах воскликнул он и, наконец, обнаружив нужную функцию, успокоился.

– А мы… мы едем к этому человеку? – заикаясь проронила Мира, пытаясь увести разговор в безопасную сторону. Рома посмотрел на неё совершенно серьёзно.

– Так, прекрати дрожать! Ни к какому человеку мы не поедем! Это будет арендованный зал. Я снял его на час, ровно для подписания договора. Там будут присутствовать его и мои юристы, нотариус. Никакой опасности они для тебя не представляют.

– Я поняла, – сосредоточенно кивнула Мира, а Рома притянул к себе её похолодевшую ладошку и прижал к сердцу.

От нахлынувшей беспомощности и собственной дурости хотелось застонать в голос, но вместо этого Мира до боли прикусила щёку изнутри. Нужно было привести себя в чувства!

Подписание договора закончилось как-то быстро. Мира даже ничего не успела понять. Будто под гипнозом она поставила размашистый росчерк там, куда ткнул пальцем обаятельный дядечка в очках. Заверив оба экземпляра документов, он с чем-то поздравил все стороны и откланялся. Мужчины в деловых костюмах пожали друг другу руки и быстро засобирались. Мира оглянулась на Ромку, и тот ободряюще улыбнулся.

– Всё закончилось, – шепнул он ей на ухо и осторожно погладил по голове. – Какие планы?

– Ну… мне же сейчас в универ… – с сомнением потянула Мира, уже не пытаясь унять внутреннюю дрожь. Они как раз подошли к лифтам.

Оценив её чуть ошалелый вид, Рома категорично покачал головой.

– Думаю, сегодня не стоит. Ты перенервничала, да и… такой день… Давай ты сейчас поедешь домой, а к обеду я вернусь, и мы это дело отметим, да?

– Как скажешь… – прохрипела Мира. Голос сел от напряжения и подступающей паники. Надо было признаться!

– Ром…

– Сейчас прокатимся до моего офиса, а потом шофёр отвезёт тебя, – деликатно приобнимая Миру за плечи, Рома уже вёл её к выходу из здания.

Он помог ей сесть в авто, что-то коротко шепнул водителю, а как только вышел из машины, Мира обхватила голову обеими руками и в порыве эмоций прижала её к коленям.

– Господи, какая дура?! – мученически выдохнула она.

Дома панические атаки усилились. Ощущение неправильности происходящего только начинало набирать обороты. Мира вздрагивала от звука и малейшего шороха, она проклинала себя за поганый язык, за глупую ревность! В голове разливалась дурнота, а лёгкие сковало страхом и вздохнуть толком не получалось.

Трель домофона раздалась совершенно неожиданно. Единственное, что Мира знала наверняка: у Ромы есть ключи, а, значит, звонить ему совершенно не нужно. Кое-как заставив себя подойти к домофону, она нажала на кнопку открывания ворот и направилась к двери. Уже с крыльца увидела идущего через двор Никиту.

Студента третьего курса Мира пригласила на свой день рождения с одной единственной целью: заставить Рому ревновать. Или нет, не так… Чтобы… чтобы Рома видел, чтобы он знал, что в жизни Миры есть совсем другие… решительные и смелые мужчины… ну или парни…

Никиту в универе знала каждая более или менее симпатичная первокурсница. Девушек он любил и особо своей тяги не скрывал, человеком в области интима среди молодёжи считался опытным и Миру приметил сразу. А она просто ему не отказала. Принимала куцые ухаживания и сомнительные знаки внимания, но до последнего времени держала на расстоянии. Правда, при мысли о глупой, как сейчас стало понятно, мести, Никиту она вспомнила первым, и выбор пал на него.

Ник ей откровенно улыбался и, с ходу оценив охвативший Миру нервяк, держался максимально расслабленно.

– Привет, котёнок, выглядишь волшебно, – шепнул он, довольно смело поцеловав её где-то под мочкой уха.

Ник вручил Мире цветы, щедрым движением огладил талию и ощутимо подтолкнул внутрь дома.

– Никого нет, мы одни? – понимающе зарокотал он, оценив общую тишину.

– Привет… – скомкано и с заметным опозданием ответила на приветствие Мира.

Реагируя на второй по очереди вопрос, она осмотрела дом с какой-то опасливой настороженностью и вернулась взглядом к парню.

Собственно, для чего она его приглашает, было понятно двоим. Тратить время впустую Ник не привык и потому, на ходу перехватив из ведёрка со льдом подготовленную ещё Ромкой бутылочку игристого вина, он прижал Миру к своему горячему боку и многообещающе улыбнулся.

– Ник, слушай, у меня тут планы немного изменились, – собралась Мира с мыслями, чтобы проблеять наскоро состряпанное объяснение.

Он кивнул, милостиво предлагая продолжить, но отпустил Миру только для того, чтобы справиться с пробкой. Прошло не более десяти секунд, как вино с негромким хлопком было откупорено, а затем так же ловко разлито по бокалам. Один из них Никита зажал в её непослушных пальчиках.

– Ну… за восемнадцать! – произнёс Ник тост, а Мира невежливо отставила бокал на кофейный столик.

– Ты знаешь…

– За своё здоровье грех не выпить! – пожурил он и Мира, желая уступить в мелочи, а затем всё же выиграть войну, решилась пригубить.

Она сделала один глоток, а Ник понимающе подмигнул и настойчиво придержал ножку бокала, заставляя выпить до дна.

– Ник, слушай, сегодня никак не получится.

– Ты первый раз, что ли? – ничуть не смущаясь её нервозности, парень коснулся кончиками пальцев пылающей щеки и даже бровью не повёл, когда Мира попыталась оттолкнуть его ладонь, стряхнуть касание. – Тогда надо выпить ещё!

– Никита, да перестань! Говорю же: не получится.

– Выходные? – со значением уточнил он и с задумчивым прищуром почесал макушку. – Да прекрати ты мандражировать! – прикрикнул Ник и тут же пригладил Миру, ведя ладонями по волосам, по шее, плечам. – Меня, чтоб ты знала, это не остановит. В конце концов, можно и в душе. Вода, пена, так даже интереснее, – заверил он, намертво вцепившись руками в её талию.

– Да мне вообще никак не нужно! – разозлилась Мира и толкнула парня в плечи. Правда, тот был на голову выше и на порядок сильнее…

Пытаясь вырваться, она кружила по гостиной, пока Ник, наконец, не перехватил инициативу и не подтолкнул её в сторону дивана. Борьба была больше похожа на возню. Мира извивалась, пытаясь минимизировать контакт, Ник, будто не замечая этого вовсе, жался всё теснее, попутно оглаживая широкими ладонями волнительные изгибы мягкого девичьего тела.

Он успел отбросить в сторону пиджак и снять через голову свою футболку. Блуза Миры с её маленькими пуговичками неудобств практически не доставила. Заведясь от этой игры в неприступность, он жадно скалился и впивался губами то в её шею, то в грудь, успел прикусить зубами сосок и добиться от Миры злобного рыка.

– Никита, не надо, – шептала Мира, будто не веря, что всё это происходит, а он не слушал её, касался ладонями везде, вжимался пахом, закрывал рот нетерпеливым поцелуем.