Глава 10

— И много их? — поинтересовался Дэрэлл.

— Человек сто.

— Хм… Сюда столько точно не поместится.

Тяжело вздохнув, принц поплёлся вниз — от переутомления он еле держался на ногах.

— Ну, какие проблемы? — устало вопросил он, выйдя из дома и представ перед собравшейся возле двери толпой.

— Дэрэлл, что ждёт магов, которых вы захватили вместе с нами? — задал вопрос технарь, стоявший в первом ряду.

— Неужели этот вопрос настолько актуален, что нужно выяснять его среди ночи? Суд их ждёт. Суд и казнь! — огрызнулся принц.

— Казнь за что? — невозмутимо продолжил вопросы технарь. — За преступление, совершенное более ста лет назад?

— За предательство.

— Но нельзя же казнить за столь давнее преступление, даже не поинтересовавшись, что представляет собой человек сейчас, что он делал с тех пор.

— Могу вам гарантировать, что Трэль остался той же падалью, какой был и сто лет назад, и двести, и триста, — ледяным тоном заявил Дэрэлл.

— Да мы вовсе не о нём, а о Дорэне, — пояснил технарь. — Он — действительно хороший человек! Наверное, вообще единственный человек среди королевских магов.

— Вот как? И чем же он столь хорош? — удивлённым и одновременно все же язвительным тоном поинтересовался принц.

— Дорэн спас от смерти немало технарей. Он лечил нас.

— Что, всех здесь присутствующих?

— Не совсем так. Здесь собрались и те, кого он вылечил, и те, чьим родственникам или друзьям он помог. Впрочем, если собрать всех спасенных Дорэном, их будет явно больше, чем ты видишь перед собой.

— Можно узнать, каким образом он лечил вас? Что-то я очень сомневаюсь, будто во дворец пускают всех подряд — как вы выходили на контакт с ним?

— У Дорэна есть дом в городе, в нём он живёт, когда не занят на службе у Дэстера. Собственно говоря, всё началось конкретно с меня — мы дружны с Грэндомом, сыном Дорэна. Когда мы с ним познакомились, поначалу я и не знал, что его отец — королевский маг. А когда узнал, жутко перепугался — у меня был холецистит, и я боялся, что Дорэн, заметив болезнь, выдаст меня врачу, потому долгое время старательно избегал встреч с магом. Однако, в итоге, он не только не заложил меня, но и сам предложил мне лечение. Позже я привел к Дорэну своего друга. Его он тоже вылечил. Ну, и пошло-поехало. Дорэн не отказывал никому. Правда, особо тяжёлые недуги он был не в состоянии излечить полностью, но всё равно помогал, чем мог — облегчал состояние, периодически повторял курсы. Хотя ведь знал, что обязан донести на больного.

— Он не заслуживает смерти! — выкрикнул другой технарь. И за ним эту фразу начали повторять все собравшиеся, попутно сообщая, кого и от чего излечил Дорэн. В результате поднялся гвалт, в котором уже невозможно было разобрать абсолютно ничего.

Дэрэлл поднял вверх правую руку, призывая к тишине. Постепенно люди затихли.

— Хорошо, я доведу до сведения суда данную информацию, — пообещал принц. — И, полагаю, при вынесении приговора это обязательно учтут.

***

Суд над предателями состоялся на другой день после возвращения экспедиции на Флутонир, в полдень.

Судьями стали члены Военного совета. Тангар и Сирвус попытались было назначить Лэрда секретарем суда, чтобы таким образом исключить его из числа присяжных. Однако остальные их предложение не поддержали, и в качестве секретаря пригласили Мелоса.

Первым рассматривалось дело Трэля. Его привели в помещение штаба, и Сурован сразу же объявил начало магического допроса. Оглашение истинных ответов подсудимого на вопросы суда король поручил Мэрригану.

— Трэль, главное, что мы хотим знать — причины, побудившие тебя совершить предательство и помогать Дэстеру в войне против нас, — жестко, ровным голосом вопросил Сурован.

Трэль бледный, с самого начала трясшийся как осиновый лист, при первых же звуках королевского голоса побелел ещё больше, даже губы стали белыми. Он снова едва не грохнулся в обморок. Правда, такой роскоши маги ему не позволили, быстро приведя в сознание.

— Меня заставили! Заставили! — завопил Трэль. — Дэстер захватил меня в плен, раненного, и грозился убить, если я не стану выполнять все его требования. И убил бы! Точно убил бы!

— Он нагло врёт! — припечатал Мэрриган. — Дэстер пообещал ему должность Верховного магистра при своём дворе. На это-то он и купился. Правда, получил он в итоге должность Главного мага, что, по сути, одно и то же. А кроме того, Трэль понял, что мы проигрываем, ну и поспешил перебежать к побеждавшей стороне.

— Мэрриган лжет! — замахал руками подсудимый.

— Ты что, ещё и издеваться вздумал?! — прорычал разгневанный король. — Нам не составит особого труда самим счесть верный ответ из твоей тупой башки.

— Мэрриган озвучил истинную правду, — заявил Дэрэлл. — Я тоже читал.

Магистр бросил на принца оскорблённый взгляд, понимая, что действия того явно демонстрировали недоверие к нему самому.

— Мэрриган, не злись, — примирительно улыбнулся Дэрэлл. — Я вовсе не думаю, что ты стал бы искажать факты на суде. Однако был уверен, что Трэль будет изворачиваться до последнего — и просто сэкономил время остальным.

— Лично мне все ясно, — с презрением бросил Сурован. — У кого-нибудь ещё есть вопросы к подсудимому?

Маги молчали, некоторые даже отрицательно помотали головами.

— Можно мне задать один вопрос? — нерешительно заговорил Мелос. — Конечно, я не член суда, но, может, вы всё-таки разрешите?

— Почему нет, — отозвался Дэрэлл.

Другие тоже не возражали. На всякий случай выждав несколько секунд, Мелос спросил:

— Трэль, меня очень интересует: кому принадлежала идея расстреливать больных технарей?

Тот бросил на него злобный взгляд — похоже, он бы с удовольствием прикончил технаря, если бы только мог.

— Дорэну, — ответил Трэль, продолжая сверлить Мелоса жгуче-ненавидящим взглядом.

— По-моему, он окончательно рехнулся! — воскликнул Мэрриган. — Потому что опять лжёт! Идею расстреливать больных подсказали Дэстеру Бóлар и сам Трэль.

— Больше ни у кого вопросов нет? — вновь поинтересовался король. На сей раз никто не высказал желания что-то спросить. — Значит, переходим к вынесению приговора. Итак, смертная казнь или другое наказание?

Голосование было тайным. Впрочем, решение вынесли единогласное — смерть. Когда Мелос огласил результат подсчёта голосов, Трэль громко завыл в голос, упал на колени и принялся, отчаянно рыдая, вымаливать пощаду.

В помещение штаба, ныне служившее залом суда, вошли двое магов, ментально вызванных Сурованом.

— Увести! — распорядился король. — И для надёжности приставьте к нему охрану — казнь состоится в шесть часов вечера на площади перед штабом. Объявите об этом по лагерю. Но сначала приведите сюда Дорэна.

Конвоиры молча удалились, волоча за собой упиравшегося, насколько позволяла ослабленная ловушка, и громко вопящего Трэля.

Минут через пять те же маги ввели в зал внешне спокойного, но всё-таки заметно бледного второго подсудимого. Приговор, вынесенный Трэлю, явно был уже известен ему.

Доведя и до сведения Дорэна, что будет проводиться магическое дознание, Сурован снова задал тот же вопрос:

— Дорэн, мы хотим знать, каковы причины, побудившие тебя совершить предательство и помогать Дэстеру в войне против нас?

Подсудимый обвёл глазами собравшихся, затем опустил взгляд, а после устремил его на короля. С трудом сглотнув слюну в пересохшем горле, он произнёс:

— Причиной была ненависть лично к тебе, Сурован. Если ещё помнишь, ты несправедливо вынес смертный приговор моему отцу, и я выступил не столько за Дэстера, сколько против тебя!

— Ответ абсолютно искренний, — провозгласил Мэрриган.

— Я помню, — мёртвым голосом промолвил король, наградив Дорэна тяжёлым взглядом. Секунд через десять он добавил: — Только ведь предал ты не одного меня, а всех.

— Я этого не отрицаю. Но ты спросил о причинах.

— Считаешь, мой несправедливый приговор оправдывает тебя?

— Наверное, нет. Но что, интересно, оправдывает тебя?! — вдруг вскричал Дорэн, впиваясь в Сурована гневным взглядом.

— Не забывайся! — осадил его Мэрриган, грозно посмотрев. — Судят тебя, а не Сурована.

— Ничто меня не оправдывает, — тихо ответил Дорэну король. — Казнь Билмэта была моей ошибкой. У кого-нибудь ещё есть вопросы к подсудимому?

— От кого исходила идея чистки рядов технарей посредством расстрела больных? — неожиданно повторил уже заданный Трэлю вопрос Дарк.

Дорэн обратил на того несколько озадаченный взгляд.

— Не знаю… Наверное, от самого Дэстера и исходила.

Мэрриган утвердительно кивнул, подтверждая искренность слов.

— Правда ли, что ты лечил технарей? — спросил Дэрэлл.

Маг перевел взгляд на него, потом на Дарка, снова на Дэрэлла — видимо, пытаясь разгадать, который же из них принц. И кто такой этот второй?

— Ты отвечать собираешься? — требовательно поинтересовался принц с едва заметной улыбкой на устах.

— Собираюсь, — опомнился подсудимый. — Да, это правда.

— Почему ты это делал?

— Странный вопрос. Что вообще ненормального ты видишь в моей помощи больным?

— Ничего. Однако другие, кажется, так не поступали.

— Это их дело. А я считаю, что если могу помочь, значит, должен это сделать. Кроме того, по моему мнению, расстреливать людей только за то, что они нездоровы — просто вопиющая дикость. Можете расценивать мои действия как угодно, но, между прочим, те, кого лечил я, в подавляющем большинстве родились и вовсе после войны.

— Да никто и не спорит, что эти расстрелы — отпетое скотство. Меня попросту интересовали твои мотивы.

— Мотивы… Даже и не знаю, как объяснить. Наверное, это просто чисто человеческие мотивы. К сожалению, я помогал лишь тем, кого приводили ко мне по знакомству. Но, вообще-то, больных среди молодого поколения очень много. Правда, у меня объяснения этому факту нет.

— Видимо, это вызвано резким ухудшением экологической обстановки в городах… — предположил Дарк.

— Возможно, — согласился Дорэн. Затем он вновь перевёл взгляд на принца. — Дэрэлл, я ответил на твой вопрос или всё ещё нет?

— Да я уж давным-давно понял твою мотивацию, — улыбнулся тот.

Наступила пауза, все замолчали.

— Ещё вопросы будут? — осведомился Сурован.

— Пожалуй, у меня есть, — заговорил Вар. — Дорэн, если ты так сочувствовал рядовым технарям, почему же усердно помогал твари, тиранящей их?

— А у меня был другой выход? К тому же никакого усердия я не проявлял.

— И тем не менее, если бы ты дожил при Дэстеровском дворе до начала войны, ты бы снова помогал ему истреблять магов?

Дорэн опустил глаза, уставившись в пол. Заговорил он далеко не сразу.

— Может быть. Едва бы запахло войной Дэстер наверняка поспешил бы заручиться моей верностью, арестовав мою семью.

— А если бы случилось так, что твоя семья оказалась бы в безопасности?

— Тогда я предпочёл бы спасти хотя бы их, надеясь, что на них вы не возложите ответственность за мое преступление. А при правлении Дэстера, по-моему, практически ни у кого на Валлее нет будущего.

— Довольно оригинально, что при таких мыслях ты с чистой совестью занимался обучением новых магов всё для того же Дэстера, — усмехнулся Варлок.

— А вот идея обучения новых магов вообще была явной ошибкой Дэстера. Лично я просто уверен, что, в конце концов, данное оружие обратилось бы против него самого. Технари и так на грани бунта, а уж если среди них появится несколько тысяч магов — они непременно восстанут. И, возможно, даже победят.

— Ох, вряд ли победят, — возразил Дэрэлл. — У трёх тысяч магов, обладающих способностями, не выше ваших, шансов практически нет. В войне против магинизированных роботов им не выстоять.

— Может, ты и прав. Только бунт всё равно бы наверняка поднялся.

— Ладно, не кажется ли вам, что мы слишком удалились от темы? — произнёс Сурован. — У кого-то есть вопросы к Дорэну? Нет? Что ж, переходим к вынесению вердикта. Вопрос такой же: смертная казнь или другое наказание?

Присяжные вновь приступили к тайному голосованию. Дорэн стоял бледнее смерти, однако сохранял достоинство, хотя и было заметно, что внутренне его буквально трясло.

Подсчитав голоса, Мелос объявил:

— За смертную казнь двое, за иное наказание 23 голоса.

— То есть меня не казнят? — с трудом выдавил из себя подсудимый.

— Как видишь, нет, — улыбнулся Дэрэлл.

И в ту же секунду Дорэн рухнул на пол без чувств. Похоже, даже смертный приговор стал бы для него меньшим шоком, нежели помилование.

Когда осуждённого привели в чувство, его первым вопросом было осторожное:

— Другое наказание — это что?

— Пять лет заключения, — провозгласил Сурован. — Полностью снимать с тебя вину я не вижу причин.

— Пять лет — итак слишком мягкое наказание! — пробурчал Тангар.

***

На казнь Трэля собрался фактически весь лагерь. И сочувствия его участь не вызывала, кажется, ни в ком — претензий к Дэстеровскому прихвостню хватало и у магов, и у технарей. Площадь перед зданием штаба была довольно обширной, однако она не сумела вместить всех желающих увидеть казнь ненавистного Главного мага, народ толпился и в прилегающих улицах.

Посреди площади возвышался каменный помост высотой метра два. Вряд ли в былое время он служил флутонирцам эшафотом, но сейчас ему предстояло выполнить именно эту функцию.

На роль палача вызвался Мэрриган. Вообще, на Валлее преступников обычно казнили ассепторы, однако в некоторых случаях приговор приводили в исполнение и Верховный магистр, и даже сам король.

Стражники привели осужденного ровно в шесть часов. Он по-прежнему, не переставая, молил о пощаде. Но едва узрел, кто его палач, враз прекратил умолять — видимо, осознав бесполезность попыток разжалобить Мэрригана — и просто тихонько завыл в отчаянии.

Голова предателя слетела с плеч буквально через пару минут. Магистр презрительно вытер кровь с лезвия о его же одежду и, отсалютовав толпе уже сухим мечом, быстро покинул импровизированный эшафот. Несколько магов энергетическими нитями подняли безжизненные части тела, и двинулись прочь из города. Толпа стала расходиться.

Дэрэлл, Сурован и Дарк дружно закурили. И только тут принц обратил внимание на троицу, застывшую неподалеку — они стояли, обнимая и поддерживая друг друга. Это были жена и дети Дорэна.

— Вот Рор! — воскликнул Дэрэлл. — Неужто им так и не сказали, что Дорэн почти помилован?

— Похоже, нет, — отозвался Дарк, проследив за направлением взгляда родича. — А кто это?

— Его семья. Видимо, пришли своим присутствием поддержать в последнюю минуту мужа и отца.

— Надо бы всё-таки сообщить, — сказал Сурован. Правда, в его глазах не читалось особого желания послужить добрым вестником.

— Естественно, надо, — Дэрэлл решительно зашагал к несчастным. Дарк направился следом.

Заслышав шаги в их сторону, семейство обернулось и вновь застыло — на сей раз в изумлении. Явление сразу двух принцев произвело впечатление даже на убитых горем людей. Первой из ступора вышла Вэлия, дети продолжали удивлённо таращиться на двойников.

— Где Дорэн? — тихо спросила она.

— В тюрьме. Вернее в том доме, что служит…

— Когда казнь? — перебила принца женщина.

— Никогда. Его приговорили к пяти годам заключения.

Вэлия упала на колени и, раньше чем Дэрэлл успел опомниться, принялась целовать ему сапоги, шепча слова благодарности.

— Сейчас же прекрати! — вскричал принц, поднимая её обратно на ноги. — Хоть мужа-то своего не позорь! Он, между прочим, держался достойно.

— Прости. Я слишком долго жила при дворе Дэстера, — Вэлия потупила взгляд.

— Вот я и смотрю, что уже совсем забыла гордость, — несмотря на укоряющие слова, Дэрэлл ободряюще улыбнулся измученной женщине.

— То есть там такие проявления радости считаются нормой? — усмехнулся Дарк.

— Еще бы — не то благоволение быстро обернется суровейшей карой.

— Мы можем увидеться с отцом? — спросила дочь.

— Лáйда, перестань! — цыкнула на неё Вэлия. — Свидания с заключенными запрещены.

— И у магов тоже? — разочарованно вздохнула девушка.

— Да, — строго ответила мать.

— Может, в виде исключения, разочек разрешить? — Дарк с улыбкой посмотрел на Дэрэлла. — Хотя бы в качестве компенсации за несколько часов лишней нервотрёпки.

— Почему нет, — с точно такой же улыбкой отозвался принц.

— Мы вам безумно благодарны! — воскликнула Вэлия со слезами на глазах.

Парень наклонился к матери и тихонько прошептал:

— Кто из них Дэрэлл?

Впрочем, это было все же недостаточно тихо, чтобы не услышали те, о ком шла речь.

— Я, — ответил принц.

— А… — парень запнулся, вопросительно посмотрев на второго.

— Дарк, мой правнук.

— Кстати, как твоё имя? — поинтересовался землянин.

— Грэндом.

Подходя к месту заключения Дорэна, они заметили Мэрригана, уже входившего в дверь здания. Охраны возле импровизированной тюрьмы не было. Правда, в ней не было и необходимости — дом находился под куполом защиты, настроенной на пропуск лишь членов королевской семьи, магистра и двух стражников, что сегодня уводили и приводили пленников. Хотя, на самом деле, не существовало нужды и в защите — оставшемуся здесь арестанту вряд ли пришло бы в голову пытаться бежать, навлекая на себя лишние неприятности.

— Подождите здесь, — сказал Дарк родственникам заключенного. — Нам нужно кое о чём переговорить с Дорэном.

Те согласно кивнули, оставшись возле двери. Двойники нырнули внутрь.

Войдя в коридор, через дверь в комнату они услышали вопрос Дорэна:

— Если бы решение суда было другим, казнить меня ты тоже вызвался бы?

— Нет! — решительно возразил Мэрриган. — Неужели ты правда не веришь, что я искренне рад твоему помилованию?

Дарк бросил вопросительный взгляд на Дэрэлла.

— Раньше Мэрриган с Дорэном были друзьями, — еле слышно прошептал принц. — У магистра вообще было только двое друзей — Сурован и Дорэн.

— Только вот очень зря ты чуть не сцепился с Сурованом, — послышался вновь голос магистра. — Если бы Дэрэлл не решил занять твою сторону, боюсь даже думать, чем все могло закончиться.

— Да, честно говоря, на поддержку принца я никак не рассчитывал. Но и твоей, кстати, не было видно.

— Естественно, не было видно. Потому что я никак не хотел усугубить твоё и так незавидное положение. Совет почти полностью состоит из сторонников Дэрэлла. А наши с ним отношения далеко не идеальные.

— Значит, мне здорово повезло, что состав совета именно таков. Если бы он состоял из сторонников Сурована, я бы уже составил компанию Трэлю. Ведь один из двух голосов за мою казнь наверняка принадлежал королю.

— Я в этом не уверен. Мне кажется, что Сурована мучает совесть за казнь твоего отца. Кстати, одним их двоих, уверен, был Сирвус.

— А другим — Сурован! — воскликнул Дорэн. — Я в этом также уверен!

— И напрасно, — произнёс Дарк, распахивая дверь. — Сурован действительно голосовал за твое помилование. За казнь ратовали Сирвус и… — землянин выразительно посмотрел на Мэрригана, — твой верный почитатель Тангар. Я сидел рядом с Мелосом… — загадочно улыбнулся он.

— И, естественно, пересмотрел все бумажки с голосами, — усмехнулся магистр.

— Ну, уж почерки наших извечных противников по каждому вопросу я давно изучил.

— Дарк, ты уверен, что это был почерк Тангара? — спросил Мэрриган.

— Абсолютно! Но если хочешь, пошли к Мелосу — я уговорю его показать листки с голосами

— Вот гад! — прорычал магистр.

— Кто — я или Мелос? — с наглой улыбкой поинтересовался Дарк.

— Тангар! Зачем он это сделал? А если бы его голос оказался решающим?!

— Видимо, на сей раз он неверно уловил твой настрой, — язвительно произнес Дэрэлл. — Обычно-то его мнение не расходится с твоим.

— По-моему, довольно сложно чего-то не уловить, если тебя открыто просили проголосовать так, а не иначе, — тихо заметил магистр. Но в противоположность тону в его глазах полыхала ярость.

— Забавно, — улыбнулся принц.

— Что забавно?! — возмутился Мэрриган. — Что я пытался спасти Дорэна?!

— Да нет. То, что Тангар послал твою просьбу ко всем демонам. Ладно, Рор с ним! Лично мне данный тип нравится ещё меньше, чем ты. И вообще мы пришли сюда совсем по другому вопросу. Да и семейство Дорэна, наверное, уже притомилось ожидать обещанного свидания.

— Свидания?! — вскричал Мэрриган. — Вам что, просто не терпится навлечь на Дорэна гнев Сурована?! Нет, с вами точно не соскучишься! Да как вам только пришло в головы такое нарушение закона?! Ну ладно Дарк — он мог и не знать, но ты-то!

— Хорош орать! — рявкнул на него принц. — Между прочим, Сурован, стоя в нескольких метрах от нас, прекрасно слышал о нашем намерении разрешить свидание. И никаких возражений не высказал. Кстати, с тобой тоже не соскучишься. Какого Рора не сообщил семье, что Дорэн помилован?!

— Я их не нашел, — признался магистр.

— Подождите, а когда же они узнали? — ужаснулся Дорэн.

— Только после того как народ стал расходиться, посмотрев на казнь Трэля.

Заключенный в шоке закрыл лицо руками, осознавая что пришлось пережить его семье.

— Дэрэлл, ты сказал, что вы пришли сюда по какому-то делу, — произнёс он, убрав ладони от лица.

— Дорэн, как мы поняли, особо тёплых чувств к Дэстеру ты не питаешь.

— Я его ненавижу! — воскликнул Дорэн внезапно охрипшим голосом.

— Так вот, нас интересует, есть ли среди его магов еще кто также ненавидит узурпатора?

Арестант задумался, глядя куда-то в пространство.

— Гарантировать я не могу — такие вещи никогда не обсуждались между нами, — заговорил он через минуту. — Но полагаю, что есть.

— Кто? — спросил Дэрэлл.

— Мэлгорт и Лáндор. Остальные вряд ли.

— Каковы причины для ненависти у Ландора?

— Однажды Дэстер взял себе в любовницы одну девчонку. Етественно, насильно. Когда Ландор увидел её в спальне этой свиньи, прикованную к кровати, он просто взбесился. Даже попытался убить гада. К счастью, Мэлгорт успел остановить Ландора раньше, чем его намерения засекли Трэль и Рорт — эти похотливые скоты слишком увлеклись зрелищем нагого тела несчастной девочки. Не знаю, что шептал Ландору Мэлгорт, уговаривая остыть, но видел, что того буквально трясло от ярости. Чуть позже Мэлгорт попросил Трэля отпустить Ландора с дежурства, заменив кем-нибудь другим — под предлогом, что тому не здоровится. Если бы Мэлгорт не сделал этого, думаю, Ландор всё-таки напал бы на Дэстера. Его бы уже ничто не удержало — скот всю ночь жестоко насиловал девчонку. А на следующий день та таинственным образом сбежала из дворца — наверняка не без помощи Ландора. Ну, этого я доподлинно не знаю, зато уверен, что ненависть Ландора к Дэстеру не угасла и до сих пор — девчонка явно была дорога ему.

— Интересно, чем? Может это его собственная любовница? — предположил принц.

— Вряд ли. Она была совсем ещё ребенком — полагаю, ей не исполнилось и тридцати пяти.

— Так он еще и педофил! — с презрительной усмешкой бросил Дарк.

— Тогда, может девчонка, — его дочь? — выдал Дэрэлл другую версию.

— Хм… Не знаю, — ответил Дорэн. — Я её особо не разглядывал. Но такой вариант вполне объясняет безумное бешенство Ландора. Правда, девочка была из технарей.

— А это как раз объясняет, почему Ландор скрывал родство, — улыбнулся принц.

— Возможно. Кстати, Мэлгорт-то не выдал его!

— Ты только по данному факту судишь о его ненависти к Дэстеру?

— Нет, было и ещё кое-что. Дэстер казнил его любовницу, и, по-моему, невзирая на все заверения Мэлгорта, это была далеко не случайная связь.

— А что произошло раньше — расстрел этой женщины или изнасилование девушки?

— Изнасилование случилось лет на десять раньше.

— Что ж, Дэстеру крупно повезло. Дарк, пожалуй, нужно будет выцепить и Ландора…

— Почему нет.

— А Мэлгорта не хотите? — спросил Дорэн. — Лично я считаю, что зря.

— Мэлгорт уже выцеплен, — улыбнулся принц.

— Что?! Стоп! Так вот кого вы прикрывали моим «предательством»!

— Ты весьма догадлив. Мэрриган, — обратился он к магистру, — не болтай о нашей задумке. Никому.

— Вы что, намерены провернуть это за спиной Сурована?! — взвился тот.

— Братца я сам просвещу. А больше никому не говори. Дорэн, и ты тоже.

Узник согласно кивнул. А Мэрриган недовольно процедил сквозь зубы: «Хорошо».

***

Дэлира сидела на нагретом солнцем камне возле входа в пещеру. Яркие лучи заливали жизнерадостным светом небольшую поляну перед входом. Вообще давно наступила осень, и дни становились все холоднее, но сегодня выдался на редкость погожий и тёплый денёк. Вот только настроение природы нисколько не сочеталось с настроением девушки — куда больше ей бы сейчас подошло хмурое грозовое небо. Вот именно предчувствие близкой грозы идеально бы отражало её мысли.

Она не знала, кто нынче приедет на встречу с ней. В прошлый раз это вообще оказался Кил. Впрочем, никакой встречи запланировано и не было, маг сам разыскал её в Клинте, чтобы предупредить о возможности появления шпионов Дэстера и попросить распространить среди повстанцев слух, будто теперь маги базируются не на Флутонире, а на каком-то Тайнине — планете, жители которой строго-настрого запретили технарям соваться к ним.

Предстоящая же встреча была плановой. Но как бы там ни было, обстановка на Валлее накалялась, и этот набор повстанцев станет последним. И кто бы не пришёл на встречу к ней сегодня, в любом случае, уже скоро Дэлире предстояло отправиться на Флутонир, где жили и Дарк, и Мэрриган. В общем, развязка её запутанных отношений неизбежна, и девушка была просто уверена, что ничем хорошим все это не закончится.

Неподалеку в воздухе возникла белая светящаяся точка — предвестник перехода. Всё существо Дэлиры напряглось в ожидании — уж лучше бы это не был ни один из двоих! Невзирая на откровенно тёплую погоду, её прошиб озноб, она отчаянно закуталась в плащ, но даже так нервная дрожь не унималась.

Переход наконец сформировался, и из портала выехал…