Глава девятнадцатая

Когда Глеб и Ренар ушли, я разобрала корзину, которую принес вожак. Оборотни раздобыли практически все по моему списку, за исключением четырех ингредиентов, и многое приобрели с запасом. Теперь, даже если что-то пойдет не так, и зелье не получится с первого раза, можно будет попробовать снова.

Я поставила на полку последний флакон с настойкой ядовитой хладары, растущей на туманных болотах, и задумалась, чем заняться. Очень хотелось попробовать парочку новых боевых заклинаний и очередной сглаз, но сейчас тратить силу на них нельзя, магия пригодится, когда стану готовить зелье для закрытия портала. За заказы оборотней по той же причине взяться не могла.

В лавочку, которую строили для меня волки, идти тоже не имело смысла. Там я им только помешаю, не больше, еще и Глеба отвлеку от работы.

При мысли о моем оборотне на сердце стало тепло, по телу побежала жаркая волна, а кончики пальцев начало покалывать от магии. Я сделала несколько глубоких вдохов, стараясь контролировать эмоции, но улыбка так и просилась на лицо.

В итоге, решила заняться обедом и напечь пирожков с мясом. Напевая себе под нос песенку, принялась за дело. Время пролетело как-то незаметно, я чересчур увлеклась, и пирожков получилось столько, что хватит и на десять волков. М-да…

В этот момент раздался стук в дверь, и я пошла открывать. На пороге обнаружился Даран, передал мне записку от Глеба. Мой волк на обед пока что не собирался, у них стройка была в самом разгаре.

Я прикусила губу и решила отнести ему еду сама, гору пирожков тоже прихватила. Сдается, оборотни не откажутся.

Пока шла к месту строительства, заставляя две нагруженные корзины плыть по воздуху перед собой, за мной с любопытством тянулись дети. Уловив, что у одного из них заурчал живот, я хмыкнула и поставила корзину на траву. Ребятня налетела на угощение, а я вновь при помощи магии подняла оставшиеся пирожки и обед для Глеба в воздух, и направилась дальше.

Я почти дошла до лавочки, когда из нее появился Глеб. Следом выглянуло еще несколько мужчин оборотней, принюхались и, ощутив аромат еды, жадно сглотнули. Так и знала, что они здесь все проголодались, и порадовалась, что захватила еды в разы больше, чем требовалось Глебу.

В этот момент еще и весь шум стих. Перестала звенеть пила, исчез стук забиваемых гвоздей, даже голоса оборотней слышно перестало.

– Что-то случилось? – встревожился мой волк, моментально оказываясь рядом.

– Да нет. Я просто принесла тебе обед.

Глеб вытаращился на меня, перевел взгляд на корзины, и его глаза засветились мягким желтым светом. Я смутилась, чувствуя, как к щекам приливает жар.

– Значит, решила обо мне позаботиться? – вкрадчивым голосом, от которого начинали подкашиваться коленки и вылетали все мысли разом, поинтересовался он.

– Ты разве против?

– Ну что ты, ведьма моя ненаглядная, – прорычал он, притянул меня к себе и поцеловал, не обращая внимания на волков, которые рядом.

К тому моменту, когда отпустил, я порадовалась, что Глеб крепко меня обнимает, потому что удержаться на ногах не получилось бы. Я шумно выдохнула и уткнулась моему волку в плечо, вдыхая его аромат. Мой мужчина работал без рубашки, и ощущение его горячей кожи под моими губами и пальцами было совсем запредельным.

– Как вкусно пахнет! – раздался рядом голос Тимура.

– Там и на вашу долю хватит, – улыбнулась я, выпутываясь из объятий Глеба.

Он, впрочем, сразу отпускать не стал, притянул к себе весьма собственническим жестом, вдохнул запах моих волос, потерся носом о мою шею.

– Ух ты! Так мы забираем одну корзину? – поинтересовался Ланс, выходя из заготовки сруба.

– Берите, – разрешила я, и волк обрадованно и предвкушающе щелкнул зубами.

Тимур фыркнул и закатил глаза, но снова принюхался к запахам, исходящим от корзины с едой, и в животе у него заурчало.

– Глеб, ты с нами идешь или как? – уточнил он.

– Эм… – протянул мой волк, снова утыкаясь в мои волосы.

– Судя по всему, Глеб решил начать с десерта и еще им не насладился, – раздался голос Назара, показавшегося рядом с нами.

– Смотрю, завидовать молча не получается? – не удержался Глеб от подколки.

Назар фыркнул, сунул нос в оставшуюся корзину, вытащил оттуда пирожок и довольно его откусил.

– Наглость второй счастье для волка, да? – спросил он.

– Если не первое, – с наслаждением откусывая еще кусочек, ответил Назар. – Дана, очень вкусно. А у тебя, может, дома остались пирожки про запас?

Я рассмеялась, Глеб недовольно рыкнул.

– Остались, заглядывай, угощу.

– Да я вообще-то, итак, к тебе шел. Волки принесли оставшиеся необходимые ингредиенты.

– Отлично! – обрадовалась я. – Тогда прямо сейчас и отправлюсь домой, примусь варить зелье и…

– Сначала пообедай со мной, – неожиданно закончил Глеб.

– О! Это, судя по настрою моего братца, надолго, – развеселился Назар. – Эй, ребята, вы Глеба через полчаса от его ведьмы оторвите, иначе лавочку самим придется строить!

– Обязательно!

– А как же!

Голоса волков были нестройными, но вполне отчетливыми.

– Нарвешься же…

– Напугал волка волком, – закатил глаза Назар. – Ну вы обедайте, а я пока занесу в дом ингредиенты, Дана.

– Хоть какая-то польза будет, – проворчал Глеб.

– И это вместо спасибо!

– Пирожки на кухне возле плиты, – смеясь, крикнула я вдогонку Назару.

– Надеюсь, он прихватит только их, а не половину кладовой, – заметил Глеб, и я, не выдержав расхохоталась. – Что? – удивленно приподнял он брови.

– Просто представила, как оборотень волочет на себе все припасы из дома.

– Перед твоим появлением в стае, он у меня половину косули увел из-под носа.

Теперь изумленно на Глеба уставилась я.

– На спор, – добавил мой волк.

– Все с вами ясно, развлекаетесь, как можете. Давай уже обедать.

Глеб возражать не стал, и мы устроились под деревом неподалеку от строящейся лавочки. Жаркое вышло ароматным и вкусным, пирожки воздушными. Последними Глеб кормил меня с рук, и отказаться от этого не было никакой возможности. Просто мой волк окутывал одну ведьму таким взглядом, что свое имя забудешь. То, как это смотрится со стороны, нас обоих мало волновало.

И, пожалуй, если бы мне не нужно было варить зелье, провела бы с Глебом так весь день, просто смотря ему в глаза. Вот же сумасшествие!

Я никогда не думала, что способна так сильно влюбиться за считанные дни. Этот волк пробрался в самое сердце, с ним я не боялась быть собой и мечтать о чуде.

Но мы все-таки расстались, потому что каждого ждали дела. Глеб вернулся к строительству лавочки, я направилась к дому.

* * *

Я привычно достала из нижнего шкафа котелок, проверила рецепт и принялась ворожить. В воду посыпались травы, я зашептала заклинания, вливая свою силу, помешивая по часовой стрелке и убавляя созданный магический огонь. Работа была кропотливой, требовала сосредоточенности и крайней внимательности, и я ушла в нее с головой.

Ложились в котелок травы и корешки, плелись заклинания, и я чувствовала себя легко и свободно, на своем месте.

Пока заготовка настаивалась, я перекусила пирожками с травяным чаем. Теперь требовалось добавлять самые редкие и дорогостоящие ингредиенты. Вот даже интересно, где Ренар их за такой короткий срок раздобыл? Нужно его об этом при случае расспросить.

Вымерять дозировку и взвешивать на маленьких весах требуемое количество полудрагоценных камней, корешков златоцвета и лепестков жасмина пришлось долго. Ошибка могла слишком дорого обойтись. Но и это было не самым сложным – дальше предстояло считать количество помешиваний по часовой и против часовой стрелки, вовремя шептать заклинания и следить за насыщенностью зелья.

Солнце уже садилось, освещая последними лучами кухню, когда мое творение вспыхнуло изумрудным светом и замерцало. Готово!

Я выдохнула и рухнула на табуретку, стоящую неподалеку. Охнула, увидев в дверях замершего Глеба.

– Здравствуй, ведьма моя ненаглядная, – сказал он, оказываясь рядом.

Тихонько рыкнул, не сдерживая звериной сути, отчего по спине пошла толпа мурашек, потерся носом о мою шею, шумно вдыхая, и только потом жадно поцеловал в губы.

– Я скучал, – прошептал, отрываясь от меня.

– Я по тебе тоже, – ответила, вновь его целуя.

Некоторое время мы просто стояли в объятиях друг друга.

– Как твои успехи? – спросил, поглаживая мои встрепанные волосы.

– Мыльными пузырями и киселём сегодня оборотней не радовала.

– А они, кстати, надеялись и ждали, – хмыкнул Глеб.

– Зелье непростое, но я справилась, – улыбнулась, гордясь собой.

– Я в тебе и не сомневался. Ты очень талантливая, Дана.

Я рассмеялась, потому что комплимент Глеба был приятен.

– И, признаться, пока я смотрел на тебя…

– Долго? – поинтересовалась я.

– Почти час, – хмыкнул он, и я смущенно заглянула в его янтарные глаза.

Это надо же, так увлеклась, что ничего кругом не замечала! Сдается, случись ураган или землетрясение, и на них бы не обратила внимания.

– Так вот… Пока смотрел на тебя, встрепанную, со сверкающими глазами и порхающую по моей кухне, словно мотылек…

Глеб снова меня поцеловал, и я тут же потеряла нить разговора.

– В те моменты, когда ты ворожишь, – прошептал он в мои губы, – это зрелище просто неимоверно возбуждающее, как я тебе уже об этом однажды говорил.

– Глеб! – просипела я, чувствуя, как к лицу приливает жар.

– Ты настолько настоящая, открытая, когда готовишь свои зелья и шепчешь заклинания.

– Да я и с тобой такая же! – возмутилась в ответ.

– Не всегда. Еще осторожничаешь, несмотря на все, что с нами произошло, – заметил он и вздохнул. – Но это пройдет.

И, не дав мне ответить, снова поцеловал. И я как-то забылась в этом мужчине, ласках и прикосновениях. И когда он отпустил, все, что могла, лишь сесть на стул и восстанавливать дыхание. Ни на что другое сил не осталось. Мыслей тоже, впрочем, не было.

Глеб же улыбнулся, пригладил мои взъерошенные его стараниями волосы.

– Зелье разлить по флаконам или переместить в какую-то одну емкость? – деловито поинтересовался, с любопытством разглядывая изумрудную жидкость.

– Лучше первый вариант, – нашлась я, наблюдая, как он умело и ловко справляется с заключительной частью моей работы.

– Как прошел твой день? – спросила, приходя в себя и начиная убирать со стола ингредиенты зелья.

– Отлично. До обеда я помогал строить твою лавочку, потом, когда мы расстались, четыре часа дежурил у входа в пещеру вместе с другими волками, а после вернулся в поселение и снова помогал со строительством. Кстати, оборотни так благодарны тебе за спасение Дарана, что такими темпами через пару дней дом будет готов.

– О! – выдала я.

В горле вдруг встал ком. Я прожила приличное время среди людей, но, несмотря на всю мою помощь, выручать меня они никогда не спешили.

– За прилавок, шкафчики и полки, правда, пока не брались. Да и веревки для сушки трав надо еще на чердаке натянуть. С тебя, кстати, требуется список посуды и нужного оборудования, – закончил Глеб.

Тут он поймал мой взгляд, встревожился.

– Что-то не так, Дана?

– Для меня никто, не считая бабушки, не делал за всю жизнь столько, сколько за несколько дней успел сотворить ты. Спасибо, Глеб!

– Вот нашла за что благодарить, – покачал головой мой волк. – Хотя… благодарность я принимаю теперь исключительно твоими поцелуями, – заявил он, сверкая янтарем во взгляде.

– Кому-то было мало? – хмыкнула я.

– А мне тебя всегда мало, моя ведьма, – прошептал Глеб и выжидающе посмотрел на меня.

Я положила руки ему на грудь и порадовалась, что мой оборотень такой сильный и могучий, есть за что уцепиться, когда коленки подгибаются.

А то, что мы целовались больше, чем убирали стол после моей ворожбы, а про ужин чуть вообще не забыли, – это мелочи.

Когда через два часа я добралась до своей комнаты и направилась в душ, даже под струями чувствовала, как горят не только губы, а пылаю я вся. Что-то сильное и светлое разбудил во мне этот мужчина, растревожил огонь, о существовании которого я и не подозревала, и не знала, куда теперь деваться. Тело, несмотря на теплую воду, до сих пор покалывало от его прикосновений, а мысли путались и все время возвращались к Глебу.

Вот же волк!

Я поймала себя на том, что глупо улыбаюсь и чувствую себя абсолютно счастливой.

Закутавшись в пушистое полотенце, я вышла в спальню и обнаружила на постели Глеба. Чуть влажные волосы говорили, что он совсем недавно тоже принимал душ.

– Эм, ты что тут делаешь?

– Собираюсь спать, – невозмутимо сообщил он, потягиваясь.

Я уставилась на полуголого мужчину в своей постели, моргнула.

– Ты выселяешь меня из этой комнаты? – осторожно уточнила я.

– Нет, конечно! Просто я решил ночевать у тебя. Если ты, разумеется, не против.

Я даже оторопела от его слов. Глеб поднялся, подошел ко мне.

– Когда ты сопишь рядом под моим боком, так гораздо спокойнее, – сообщил волк.

– Я не соплю под твоим боком! – не выдержала я.

– Хм… Хорошо, сопи у меня на плече, – согласился он, и я не удержалась и легонько стукнула его по груди.

– Наглец! – возмущенно фыркнула я и рыкнула, подражая своему волку.

Глаза мужчины немного засветились, как перед оборотом.

– Это что сейчас такое было, огненная моя ведьмочка, а? Ты что, дразнишься?

– Пытаюсь объяснить кое-кому на его же зверином языке, что ведьмой меня прозвали не просто так, – нашлась я, ощущая, как смыкаются на моей талии руки Глеба.

Я улыбнулась, потерлась носом о его щеку и игриво прикусила мочку уха.

Глеб на мгновение окаменел, сощурился и перекинул меня через плечо.

– Эй! Ты что меня так таскаешь? – хохоча, поинтересовалась я.

– Теперь ты моя добыча, поэтому привыкай.

– Глеб! – я засмеялась еще сильнее, когда оборотень уложил меня на кровать и пощекотал пятку.

Уворачиваясь от его прикосновений и веселясь, как-то незаметно оказалась без полотенца, прижатая к постели мужчиной.

– Какое же это счастье – слышать твой искренний, заливистый смех, Дана, – совсем серьезно, что никак не вязалось с ситуацией, заявил Глеб и медленно и нежно меня поцеловал.

На это прикосновение отозвалась каждая моя клеточка, и сопротивляться я даже не подумала, тая в руках своего мужчины.

– Вот ты вроде бы волк, – выдохнула, отдышавшись, – но в наших отношениях никаких звериных проявлений себе не позволяешь.

– Ты же моя пара, Дана. Я буду тебя холить и лелеять. Хрупкая моя, сладкая, драгоценная девочка, – прошептал волк, сопровождая каждое слово поцелуем и спускаясь все ниже. – Настоящее сокровище.

Огладил меня всю, не отпуская мой взгляд, словно желал убедиться, что я не против его прикосновений, притиснул к себе.

– Давай спать, Дана. Завтра нас ждет непростой день, – мягко сказал, целуя в волосы.

– Эм…

Я немного растерялась от подобной смены темы, но Глеб был прав. Утром предстоит закрывать портал.

– Мне бы одеться, – напомнила я.

– И так хорошо.

– Глеб! – возмутилась я. – На мне совсем нет одежды.

– Угу, – согласился он и потерся носом о мои волосы, шумно вдыхая запах. – Меня не смущает.

Нет, этот мужчина временами просто невозможен!

– Зато меня очень даже!

– Хочешь, чтобы окончательно разделся и я? – уточнил он.

– Хочу добраться до своей ночной рубашки, – выдохнула в его плечо.

– Завтра доберешься, – сообщил оборотень.

– Что?

– Может быть. Я не обещаю.

Глеб еще сильнее меня обнял, закрывая глаза.

Похоже, придется смириться с неизбежным. Я щелкнула пальцами, выключая магические огни. Спальня погрузилась в темноту.

Вот как он смог это все незаметно и легко провернуть? И в моей спальне остаться, и мне не дать и шанса добраться до шкафа с одеждой.

Но почему-то сердиться не получалось, снова тянуло глупо улыбаться.

Просто в кольце рук моего Глеба было так хорошо, так правильно, так… защищенно, что единственное, что мне оставалось, – закрыть глаза и, прислушиваясь к стуку сердца под моей щекой, заснуть.

Посреди ночи что-то пощекотало мою щеку, и я проснулась. Открыла глаза, смотря на круживших в спальне светлячков, закрыла. Может, показалось?

Увы, нет.

Светлячки шлейфом тянулись по комнате, разлетались, садились на мебель и вещи, и словно маленькие огоньки рассыпали вокруг свет, делая все иным. Каким-то волшебным и сказочным.

Я бы, пожалуй, насладилась этим зрелищем, но внутри зрело смутное и не особо хорошее предчувствие.

Приподнялась и заметила Глеба, стоящего возле распахнутого окна. Летние ночи были немного прохладные, несущие с собой запахи свежести и хвойного леса. Но светлячки залетели в комнату впервые с того момента, как я жила в поселении оборотней.

Мой волк обернулся, привычно сверкая янтарем во взгляде.

– Откуда здесь взялось столько светлячков? – поинтересовалась я, уже заранее догадываясь, каким будет ответ.

Глеб подошел ко мне, сел на кровать.

– У тебя во сне случился всплеск магии.

Я подскочила на месте, запаниковала и внезапно оказалась в объятьях Глеба.

– Тише, Дана, – он коснулся почти невесомым поцелуем моих губ.

– Глеб! – взвыла я. – Это же… это… Неконтролируемая магия. Да, у ведьм такое случается, сила не всегда стабильна, пока им не исполняется двадцать пять лет, но… Как же так! Ночь же!

– Ну что ты так распереживалась, моя огненная ведьмочка, – ласково погладил меня по голове оборотень. – Насколько я знаю, подобные всплески всегда безобидны и зависят от эмоций одаренного. Красиво, кстати.

– Это ты пытаешься меня утешить?

– Смотрю, слова на тебя не действуют.

Внутри опять начала подниматься тревога, я заерзала, и Глеб запрокинул мою голову.

– Мои глаза светятся, да? – уточнила обреченно.

Мой волк не ответил, лишь коснулся моих губ, даря медленный, невыносимо чувственный поцелуй. Мои пальцы оказались в его волосах, его руки прижимали меня к себе, лаская спину, рождая огненную волну.

Вдох – и пальцы вновь щекочет от силы. Сдерживать ее не получается, и комнату наполняют очередные светлячки.

Их так много, что они вылетают через окно.

– Представляю, как сейчас выглядит поселений оборотней, – просипела, все еще цепляясь за Глеба.

Волк закутал меня в одеяло, подхватил на руки и принес к подоконнику. Сел на него, устроил меня на своих коленях и стал медленно и нежно целовать мою шею и оголившееся плечо, пока я в состоянии шока смотрела на то, что творилось за окном.

Я думала, создала небольшой рой светлячков, но ошиблась! Их оказалось столько, что они полностью, словно новогодние огни в городах, укрыли крыши домов, окружающие их деревья, заборы и частично перекинулись на лес.

– Мухоморчки лесные! – пролепетала я. – Меня волки точно выгонят за такое безобразие.

Глеб тихонько рыкнул, от чего у меня по всему телу побежали мурашки. И возникли они вовсе не от страха. Кожа, где ласкал мой оборотень, стала чувственной, тронь – и пылаю я вся.

– Не выгонят, – прошептал Глеб. – Я не позволю.

Глаза у него мерцали огнем, и на время я даже забыла про светлячков.

– Думаю, волкам понравится. Еще и повторить попросят.

– Шутишь?

– Вот сколько еще должно пройти времени, чтобы ты осознала, – мы не считаем тебя врагом, ты теперь одна из нас, Дана. А для меня еще и моя половинка.

Глеб склонил голову, поцеловал мое плечо, втянул запах и на миг прикрыл глаза. Чему-то усмехнулся.

– Что?

– Ты просто не представляешь, скольким парам оборотней сегодня устроила романтичную любовную ночь, – голосом, от которого внутри все плавилось, сказал Глеб.

Я даже не сразу осознала, о чем он говорит, а когда до меня наконец дошло, вспыхнула вся, желая провалиться сквозь землю или как минимум закутаться в одеяло.

Но разве мне позволили? Очередной поцелуй заставил забыть и про оборотней, и про светлячков. Остался лишь мой волк, похоже, решивший свести меня с ума. А ведь он даже не представляет, что всплеск магии произошел от того, что я к нему чувствую. И чувствую так ярко и остро, что это сильнее моего контроля. Представляю, что я устрою в нашу первую ночь…

Эта мысль проскользнула и сразу же потерялась. Как вообще о чем-то можно думать, когда Глеб ласково покрывает лицо поцелуями, скользит пальцами по плечам, порыкивает и время от времени прикусывают мою нижнюю губу. И делает все это так, словно хочет заклеймить меня своими поцелуями. Каждый из них ударяет в меня, словно молния, заставляет откликаться.

Нет, надо с этим влечением что-то делать, долго я так не продержусь.

Но Глеб вновь остановился сам. Из объятий не выпустил, но его прикосновения стали не возбуждающими, а успокаивающими, и поцелуи иными, почти невесомыми. И лишь шумные вдохи моего мужчины, говорили, что это затишье временное. Он старательно сдерживался, по-прежнему держал слово и пытался не торопить меня с принятием решения. От этого внутри растекалось что-то теплое и светлое. И кружившие по поселению оборотней светлячки уже не вызывали панику, согревали и наполняли все вокруг уютом и волшебством. А может, такими они были для меня, потому что я сидела в объятьях Глеба и сейчас для счастья большего и не надо.

В какой-то момент мои глаза стали слипаться, и я почувствовала, как мой волк снова подхватил меня и понес в постель. Я поудобнее устроилась на его плече и тут же заснула.

Глеб Волков

Время тянулось бесконечно. Я сосредоточился на охране пещеры, где клубилась тьма и много раз доставляла волкам проблемы, но мыслями то и дело возвращался к Дане, моей огненной ведьме.

Я скучал по ней так, что хотелось сорваться с места, вернуться в дом… Притяжение истинной пары действовало все сильнее и ярче. Одно дело – столько слышать про это, другое – испытать на своей шкуре.

Как она там, моя девчонка?

– Волнуешься за Дану? – спросил Тимур, заметив мои метания.

– Скорее, безумно хочет ее увидеть, – улыбаясь, сказал отец, поглядывая на скалу, к которой мы не подходили, лишь ограничивались наблюдением на расстоянии.

– Как вообще можно от этого удержаться? – поинтересовался я, смотря на вожака стаи.

Тимур тоже с любопытством уставился на моего отца.

– Только силой воли.

– Вопрос, нужно ли? – выпалил я.

– Какой ты нетерпеливый! Дай хоть девчонке выдохнуть! И работа у нее сегодня серьезная, – заметил отец. – Ей зелье варить, а пока ты рядом, станет отвлекаться. Побудьте-ка немного порознь, остыньте.

Мне захотелось взвыть от досады. Понимал, что отец прав, но перебить желание быть с Даной оказалось очень сложно, даже немного болезненно.

Но на этом мои мучения не закончились. После дежурства возле пещеры, едва нас сменили другие волки, мы пообедали и вновь отправились помогать со строительством лавочки.

– Здесь от тебя хоть будет толк! – ухмыльнулся отец, и мне захотелось фыркнуть.

Силой оборотни не обделены, а если учесть, что помогать с домом приходили все свободные в стае волки, лавочку для моей пары мы поставим быстро. Неожиданно для себя я увлекся. Думал о своей девчонке, представлял ее здесь за работой и окончательно успокоился.

А когда наконец-таки вошел в дом и обнаружил Дану на кухне, увлеченную приготовлением зелья, замер, забыв обо всем на свете. Когда она ворожила, то ее внутренний свет становился лишь ярче, и меня тянуло к Дане с еще большей силой.

Открытая, порхающая, сосредоточенная на колдовстве, она была невероятно прекрасна. И невероятно желанна.

Вот сколько я так еще продержусь?

Сейчас хотелось стиснуть ее в своих руках, заласкать до огненных искр из глаз, зацеловать до опухших губ, поставить на ней свою метку, чтобы все знали: это моя женщина. Моя ведьма. Моя пара. Мое рыжеволосое счастье. И я никому Дану не отдам.

Я раз за разом сокращал между нами расстояние, но знал, что пока Дана прямо не скажет, что согласна на нашу связь, бессилен. Могу лишь защищать, заботиться о ней и убеждать себя не торопиться.

Когда Дана закончила свою работу, обернулась и увидела меня, я тут же оказался рядом. И ее объятья и поцелуи стоили каждого мгновения моего сегодняшнего ожидания.

И уже не ужасно, что сгораю от желания, подожду, сколько требуется. Гораздо важнее видеть, как сияют глаза моей пары, как трепетно она отвечает на каждый мой поцелуй, отзывается на прикосновения…

Я люблю ее. Вот такую, какая есть. И все пытаюсь найти момент, чтобы не спугнуть и сказать эти простые слова. Но теряюсь в звуке ее голоса и взглядах, забываюсь…

И знаю, что все равно настанет миг, когда я ей признаюсь. И верю, Дана ответит на мои чувства тем же.