Глава восьмая

Дана Уварова

Я проснулась совсем рано – привычка сказывалась. Выбралась из-под одеяла, раздвинула шторы, любуясь вставшим солнцем и чистым небом над темно-зеленым лесом. Распахнула окно, впуская свежий воздух, а после решила привести себя в порядок.

Заправила постель и достала чистую одежду. Хорошо, что взяла с собой запасной комплект. Подхватила его, нашла гребень и отправилась в ванную комнату.

Первое, что попалось на глаза, – чужая расческа, лежащая у зеркала.

Хм…

Я зачем-то повертела ее в руках, положила на место. Открыла шкафчик в поисках мыла и наткнулась на стопки чистых полотенец и мужской шампунь.

Замерла. И тут же у меня прокралось нехорошее такое подозрение. Чтобы проверить его, я вернулась в комнату, открыла шкаф и обнаружила мужские вещи – рубашки, туники, штаны, а в комоде – нижнее белье и носки.

Ну вот как я так умудрилась-то? Явно же это спальня Глеба. И это сразу объясняет, почему он заявился сюда посреди ночи. Дверью ошибся, как же! Тогда спросонья от резкого звука я не разобралась, что к чему, но сейчас…

Хороша же я оказалась! Едва вошла в дом, выгнала хозяина из собственной спальни! Ладно хоть не успела бросить в него пламя, непонятно как вспыхнувшее в моих ладонях. Раньше такого со мной не происходило. Похоже, опять колеблется сила. Бабушка говорила, через время, годам к двадцати пяти, это пройдет, опасаться подобных вспышек не стоит, они никому не вредят, но… так не считали жители деревни, так не считала я сама. Глеб вот, правда, совсем не испугался.

Стоило вспомнить, как он стоял на пороге, такой мощный, красивый, притягательный… Такому и никакая магия не нужна, я чувствовала его силу едва ли ни каждой клеточкой.

Вот же… оборотень! За короткое время занял все мои мысли!

К щекам прилил жар. Я быстро вернулась в ванную, побрызгала в лицо холодной водой, надеясь согнать румянец, и привела себя в порядок. Вещи сложила в сумку, подхватила ее и открыла дверь. Придется извиняться перед Глебом. Ситуация – ужаснее и не придумаешь.

В коридоре было тихо, и я не решилась заглянуть во все комнаты в поисках мужчины. Не хотелось его тревожить.

Подумав, спустилась вниз, дошла до кухни. Она оказалась просторной и вполне уютной. Очаг и печь современные, в таких удобно контролировать уровень пламени, кухонные шкафчики из светлого дерева, но полупустые. Посуды оказалось совсем мало.

Я огляделась, немного щурясь от гулявшего по кухне солнца, осмотрела правую часть помещения, где располагался большой обеденный стол с белоснежной скатертью, вернулась.

Решено! Пока Глеб спит, приготовлю нам завтрак. Раз уж он согласился меня защищать, надо хоть как-то его за это отблагодарить.

В кладовой я обнаружила свежие продукты – ветчину, мясо, сыр, зелень, яйца и молоко. Интересно, Глеб сам готовит? Сгорая от любопытства, вернулась и принялась возиться у огня.

Немного увлеклась, порхая по кухне, и не сразу заметила, как, прислонившись к дверному косяку, на меня смотрит Глеб.

Сейчас он был одет в темные штаны и рубашку с закатанными рукавами. Одежда обрисовывала натренированные мышцы, в который раз пробуждая во мне не самые приличные мысли.

– Доброе утро, – поздоровалась я.

– Здравствуй, Дана, – улыбнулся он, заходя в кухню.

Похоже, не сердится, что я лишила его спальни.

– Тебе помочь?

– Да я справлюсь сама. Еда, кстати, почти готова, – ответила я, ощущая каждой клеточкой близкое присутствие мужчины.

Приподняла крышку, потыкала омлет лопаткой и выключила плиту.

– Пахнет вкусно, – заметил Глеб, и у него заурчал живот, выдавая голодного волка с головой.

Я с трудом удержалась от улыбки, потянулась за подставкой, но переставить сковороду с омлетом не успела, Глеб все же решил помочь.

Пока я раскладывала еду по тарелкам, он заварил чай. И мы уселись за небольшой кухонный стол, рассчитанный на четверых, не больше, завтракать.

Ели молча, изредка перебрасываясь какими-то незначительными фразами.

– А ты сам готовишь? – не выдержала я.

– Нет, – сознался честно. – Ко мне обычно приходит помощница по дому, занимается уборкой и готовкой. Сейчас Майя в отъезде, навещает семью сестры в другой стае.

– А много существует стай оборотней?

– В нашем королевстве насчитывается семнадцать, но мы общаемся не со всеми, лишь с пятью, – ответил Глеб, поднимаясь и принимаясь убирать грязную посуду.

– У тебя совсем немного кухонной утвари, – заметила я.

– Большая часть пришла в негодность, решил обновить, но наш обоз задержался в пути, поэтому…

Я хотела уже расспросить про то, как они приобретают все необходимое, но не успела. Глеб увидел мою сумку, напрягся.

– Ты куда-то собралась? – тихо спросил волк, пронзая меня взглядом.

Я, помедлив, встала.

– Эм… Нет. То есть да… Глеб, ты извини, что я заняла твою спальню. Я вчера так устала, что выбрала первую попавшуюся комнату. Сегодня переберусь в любую другую.

Он внезапно переместился рывком и оказался совсем близко, отчего сердце забилось, как пойманная птица.

– Ни к чему. Можешь остаться сразу там.

– Что значит «сразу»? – не поняла я.

– Тебе не понравилась спальня? Переделаем, если что.

Я моргнула, с трудом улавливая смысл слов. Жар, исходящий от мужчины, буквально прижимающего меня к столу, сбивал с толку.

– Отличная спальня, – выпалила я. – И кровать очень удобная, широкая, мягкая…

Светлые небеса, вот что я несу? Как вообще так получилось, что мы обсуждаем кровать в его спальне?

Глеб молчал, по-прежнему смотря на меня, в глазах плясали смешинки. Смутил одну ведьму – и еще веселится! Но ведь и отступать теперь некуда. Чтобы сделать это, нужно либо почти прижаться к мужчине, либо попросить его отойти, намекнув на расстояние между нами.

Вот стоило мне только встретить Глеба, как я попадаю в одну неловкую ситуацию за другой!

– На кухне не мешало бы, кстати, кое-что подправить, – заявила я, решив не подавать вида, что раскусила этого волка. – В первую очередь наложить в кладовой заклинания, чтобы не портились продукты, заделать мышиные ходы, прочистить дымоход, заменить несколько скрипучих досок и поставить завесу от комаров и мух.

– Ты все это умеешь, краса ненаглядная? – спросил он, и я вскинула голову, осознав, что мы по-прежнему стоим совсем близко.

От этого колени подкашивались, а мысли разбегались. Как-как он меня назвал? Мне же не послышалось?

Глеб вопросительно смотрел на меня, и я не решилась переспросить, но вспомнила, что так и не ответила.

– Да. Я же ведьма. И в основном специализируюсь на бытовой магии, – пояснила, чувствуя, как тону в светло-карих глазах Глеба.

– А что еще умеешь? Расскажешь о своем даре? – поинтересовался оборотень, подхватывая меня и усаживая на кухонный стол.

Эм…

И главное, будто так и надо, словно все в порядке вещей. Хотя кто этих оборотней знает? Может, у них ведьмам положено сидеть на столе.

– Разбираюсь в травах, умею готовить настойки от простых болезней…

– Волков вчера чем окрасила?

И как я сразу не догадалась, что его, как и всю стаю, интересует именно этот щекотливый момент!

– Не поверишь, но это были мои лучшие боевые зелья, – вздохнула я. – Понятия не имею, почему они так сработали.

– А как были должны?

– Заморозить, усыпить, превратить в камень, влюбить в ближайшее дерево, вызвать зуд, чесотку, опьянение, – бодро перечислила я. – Не все разом, конечно, каждое зелье всего с одним свойством. Но шанс победить волков вполне имелся.

Тут я поняла, что выболтала лишнее, прикусила губу.

– Какое счастье, что ты не опробовала их на мне, – хмыкнул Глеб. – И что я оборотень.

Эм?

– Не подействуют. Мы после первого оборота практически не восприимчивы к магии, – пояснил он.

– Даже так… – задумчиво протянула я.

– Зато, смотрю, с фантазией у тебя проблем нет, – рассмеялся волк. – Надо же, влюбить в дерево! Да ребята еще легко отделались!

– А как мне иначе было защищаться? Это сейчас я знаю, что вы вполне разумные и нормальные… Ну, почти.

Глеб приподнял брови.

– А тогда… Про вас в моей деревне боятся упоминать. Даже шепотом.

– Не настолько уж мы страшные, – спокойно заметил он.

– Согласна. Но над репутацией вам все же еще работать и работать.

Глеб рассмеялся, и я невольно ответила тем же. Вот кто бы говорил-то! Сама же ведьма.

– Так что, мне помочь тебе разобраться с жилищем? Если ты, разумеется, не против моего вмешательства.

– Дом в твоем полном распоряжении, – ухмыльнулся Глеб.

Ух ты! Я воодушевилась и мысленно потерла руки. Не привыкла сидеть без дела, а тут… такой размах. Если Глебу все понравится, есть шанс, что и кто-то из местных согласится на мою помощь.

– Расскажешь мне про оборотней? – спросила, перестав обращать внимание, что по-прежнему сижу на кухонном столе.

– Что именно? Спрашивай! – предложил Глеб.

– Откуда ты узнаешь, что я чувствую?

Этот вопрос со вчерашнего вечера не давал мне покоя.

Глеб удивленно приподнял глаза, уставился на меня.

– Ты каким-то образом улавливаешь мои эмоции, – пояснила я.

– А… ты про это, – улыбнулся волк. – Ощущаю их по твоему изменившемуся запаху. Когда ты волнуешься или боишься, он становится сильнее и ярче.

– Волнуюсь или боюсь… Только отрицательные эмоции? – уточнила я.

– Да нет. Улавливаю любые яркие. Просто, когда ты радуешься чему-то или испытываешь восхищение, мне вовсе не нужно чувствовать твой запах, Дана, чтобы распознать их.

– А как тогда ты…

– По твоей улыбке, – усмехнулся Глеб, не дав договорить. – Она у тебя невероятно светлая. Еще по взгляду. И… Дана, да ты вся как будто светишься, когда не чувствуешь угрозы и ничего не боишься. Как на такое не обратить внимания? А уж когда в боевом настроении… От тебя разве что искры не летят, прямо гроза всех, кто попадется на твоем пути.

– Это ты сейчас надо мной подшучиваешь? – вспыхнула я, и сила защекотала кончики пальцев.

– Ого! Глаза у тебя светятся в самом прямом смысле, оказывается, – ничуть не испугался Глеб, с интересом меня рассматривая. – А я думал, ночью мне померещилось.

– То есть бежать от меня такой ты не собираешься?

Он фыркнул, наклонился, медленно провел по моей щеке пальцами.

– Ведьмочка, ты что же, вздумала меня снова проверять? Казалось, вчера мы при всей стае выяснили насчет моего отношения к твоей силе.

– Мне до сих пор не привыкнуть к подобному отношению со стороны волков, – созналась, все еще настороженно посматривая на Глеба.

– То, что ценим, а не боимся? – улыбнулся он.

– Да. Хотя, сдается, вы еще просто плохо меня знаете. И вам действительно повезло, что при первой встрече использовала только зелья, могла и сглазом порадовать.

Глеб уставился на меня, в глазах плескалось легкое удивление и любопытство.

– Полдня бы в кустах просидели, маясь с животом, – хмыкнула я.

Волк моргнул и самым наглым образом расхохотался.

Я сощурилась, но не удержалась и тоже прыснула от смеха.

– Полагаю, у нас с твоим появлением сильно измениться жизнь.

– В хорошую сторону, если не будете обижать одну ведьму.

– Да пусть хоть кто-то попробует, – тихо сказал Глеб. – Из-под земли достану и…

– Я и сама могу за себя постоять, – заметила, улыбаясь.

– Не сомневаюсь, но защищать тебя теперь буду я. И не спорь.

Я легонько стукнула его кулаком в плечо и не стала возражать. Почему бы и не позволить Глебу мне помогать? Непривычно, конечно, но так будоражит!

Оборотень шумно втянул воздух, сверкнул глазами.

– До чего же ты сладкая, Дана, – вкрадчиво заявил он.

– Чего?

Глеб хмыкнул, словно пьяный перехватил мое запястье и потерся о него носом, ласково куснул кожу зубами и легонько рыкнул.

– Только не говори, что хочешь меня съесть?

– Не в том смысле, в котором думаешь, – он снова потерся носом о мое запястье.

Я нервно сглотнула, правильно поняв его намек, осторожно высвободила руку, и Глеб тут же отпустил. Но при этом снова шумно вдохнул мой аромат.

– Сильно смущаю? – неожиданно спросил он.

– Есть немного.

– С тобой сложно сдерживаться. Ты знаешь, вчера, когда я носил в Закрылье волчью метку, то почувствовал твой запах в деревне.

Хм…

– Он был едва уловимым, но создалось ощущение, что я оказался под хмелем. А потом, задержавшись на берегу, увидел, как ты стояла в лесу.

– Так это ты был в тумане!

– Тоже меня заметила?

– Думала, показалось, что там кто-то есть.

– Тогда я даже предположить не мог, что мы встретимся, что может быть столько совпадений, – Глеб улыбнулся и серьезным тоном добавил: – Ты пахнешь земляникой, лесом, обещанием сказки…

Я глупо моргнула, встретилась с Глебом взглядом и пропала. Его глаза пылали янтарем, заставляя забыть обо всем на свете.

– А все оборотни в стае ощущают меня? – почему-то шепотом спросила я.

Глеб скользнул губами по внутренней части ладони, пощекотал пальцы и только потом, оторвавшись, ответил:

– Им это не нужно, Дана. Нас много, и если постоянно чувствовать эмоции всей стаи, с ума же можно сойти. Волк способен сосредоточиться на каком-то одном аромате, оставив другие на краю восприятия.

Я с облегчением выдохнула.

– О чем ты еще хочешь узнать?

– Про способности во время оборота.

– Отличное обоняние, острый слух и зрение. Возможность бесшумно передвигаться и быстро перемещаться. В бою все это очень пригождается, – коротко ответил он. – Хотя многие из нас владеют мечом. Как ты понимаешь, мы не можем жить совсем изолированно, необходимо закупать продукты, одежду, множество других вещей. Вот и выбираемся в ближайшие поселения или город. А там, в случае чего, когти не выпустишь.

Я кивнула. Наверняка шанс поймать оборотня не велик, но сам факт, что раса выжила, если узнают, поставит под угрозу их существование. А рисковать они не готовы, поэтому и берегут свои тайны.

– Мы ценим свободу, Дана, и стараемся жить мирно.

О большем я расспросить не успела, в дверь снова постучались, и появившийся мальчишка передал, что Глеба ждет вожак стаи.

– Вернусь к обеду, – пообещал он, не став больше ничего пояснять. – Осваивайся пока в доме, устраивайся, как тебе удобнее.

Я кивнула и на этом мы распрощались. Уходя, Глеб дважды оглянулся, а после рывком обернулся волком и потрусил в сторону поселения оборотней.