- 24 -

Мегаполис. Это походило на банки, в которых росли растения. Десятиэтажные банки, трехэтажные банки, все в траве. Небоскребы, внутри которых кусты. Дороги ровные с подогревом представляли собой колеи, между которых росла зеленая трава. Под вечер включали фонари, и весь этот парад экологии загорался янтарными, изумрудными и рубиновыми огнями.

Рай гринписовца и пацифиста с полным ограничением рождаемости. В городе почти не было женщин. Жители города Дикие, мрачные полоумные твари, приученные к чистоте и порядку. Монстры, передвигающиеся на ногах, волочащие свои длинные руки по тротуарам.

Движение электромобилей достаточно активное. На транспорте ездили граждане другого толка, это оборотни деловые и важные, строящие город семимильными шагами. Попадались трудяги, нанятые на тяжелые работы. Они ходили пешком. Среди них Лёша заметил знакомые лица Залеских, которые отвертелись от участи Диких, видимо, инженеры или строители.

Везде есть магазины самообслуживания, без продавцов вовсе. Лежит товар, стоит касса. Сам взял, сам пробил, сам оплатил. Лёша внимательно следил у витрины, как один мужчина покупал свежий хлеб, расплачивался имперской прозрачной карточкой.

Домов было много, все освещены, но населения мало. Кругом камеры слежения, в которые Лёша спокойно заглядывал и даже улыбался. Однажды Заклятский пробрался в его клан, представившись Приозерным волком, теперь Лёша пролез в логово врага, и будет утверждать, что с Залескими приехал.

Внимания к себе Лёша не привлекал, в отличие от своего или своей спутницы. Существо шагало впереди, имело такой уверенный в себе вид, что сразу было видно, здесь оно не впервые. Возможно, Нову часто видели в городе, потому что некоторые граждане кивали ей головой.

— А почему ты Нова? — интересовался Алексей, с любопытством рассматривая здания из стекла и железа, внутри которых были посажены редкие тропические растения.

— Меня так Заклятский назвал, — ответила она.

— Он так назвал планету, — указал парень.

— Я и есть планета.

— Планета — это космическое тело, которое вращается вокруг звезды.

— Да, — согласилась Нова и остановилась, чтобы задрать свою странную голову и посмотреть собеседнику в лицо. — Ты тоже тело, но у тебя есть глаза, которые видят, уши, которые слышат.

— Дай-ка подумать, — пораскинул умом парень. — Ты — часть планеты. И какая функция на тебе?

— Защитная, — она посмотрела по сторонам. — Надо тебя спрятать.

Её колючие ветки пальцев взяли парня за руку и повели в переулок между магазином одежды и товарами для дома. Там росли сосны. Высокие, с толстыми стволами. Нова подошла к одному из стволов, и он расщепился перед ней, открывая узкий проход. И хотя ствол имел свой объем, проход уводил очень далеко вглубь. Лёша возбужденно перед колдовством вздохнул и последовал за существом в ствол дерева.

— Стой! — крикнули за его спиной, но двери из сосны замкнулись, и парень оказался в полной темноте. Глаза его загорелись салатовым огнем, он оказался в круглом проходе, впереди шла Нова.

— И от кого ты должна защищаться? — спрашивал Алексей на ходу.

— От оборотней, — ответила она. — Вам было разрешено жить на изломах, а вы пришли вглубь леса. Поселились в моем замке. Убивали и жрали друг друга, кровью залили земли мои, и земля возопила от горя. Вы воткнули стволы в недра мои и жрёте ненасытно моё нутро. И нет в вас ни капли добра, только касаетесь лабиринта моего, как становитесь Дикими, потому что это суть ваша, морда ваша, и другой вы не имеете. Сильный правитель ваш привел в дом мой девушку с младенцем во чреве, она как дитя малое на фоне беззакония вашего. Душа полет знающая, сострадание не утратившая. За что отдали в руки кровавые таких беззащитных? Что хотел, то и делал он с ней. Прямо в доме моем! На ложе моем!

— Я спасу её, — застонал Лёша, догоняя Нову. — помоги мне! Помоги, я заберу её! В жизни не обижу! Её и сына нашего!

Нова остановилась, парень налетел на неё и прошел насквозь.

— Планшет надо поменять, — вспомнило существо и пошло прямо в земляную стену.

Они выползли в какой-то подвал. Там стояла большая стиральная машина, сильно пахло химическими средствами. Поднялись по лестнице, открыли маленькую дверь и вышли в дом Митяя.

Шикарно. Каркас металлический, все остальное — чистейшие стекла, вид на лес во все стороны. Потолок глянцевый со встроенными лампочками. Свет в доме не гас, освещал деревянный пол, покрашенный молочным лаком. Отсутствовала мебель. В огромном зале был кинут диван, похожий на мешок из серой мешковины, несколько компьютерных столов с соответствующей техникой. На центральном стеклянном столе три монитора неслабого размера. По бокам зала колонки и ящики с техникой, о предназначении которой Лёша не знал.

Если Нова прошла в зал, как у себя дома, то Алексей достал пистолет, принюхался, прислушался. Тайком нырнул от зала к большой современной кухне, где на столе была разведена помойка из объедков. Бесшумно скользнул по полу, войдя в тень перед двумя деревянными полотнами дверей. Загудел унитаз. Кран с водой. Митяй вышел из туалета и замер.

— Привет, Митя, — зашипел Лёша, приставив дуло пистолета к затылку старого знакомого, — давно не виделись.

— Не может быть, — выдохнул Митяй, холодея от страха. — Как ты сюда попал?

— Заблудился, — рыкнул Лёша. — Маша где?

— В замке у Заклятского.

— Как туда попасть? — он спрашивал на случай, если Нова откажется помогать дальше.

— Только по пропуску, — он стал тяжело дышать. — Лёша, прости. Я думал, он её любит. Я не знал, что он будет с ней так поступать.

— Сука! — взревел Алексей и, убрав пистолет, стал избивать парня. Вначале бил кулаками по голове, ударил в грудь, потом ногой под колено. Митяй упал на пол, уворачиваясь и защищаясь от толстых протекторов тяжелых ботинок.

— Лёха, не убивай! — взмолился Митяй.

— Не убью, мразь, жить будешь, — альфа схватил его за шиворот и приставил к стене. И хотя Митя был выше, с Лёшей он ничего не мог сделать, тот был слишком мощный, заехал стальным кулаком по почкам несколько раз резкими мощными ударами. — Месяц кровью ссать будешь, падаль!

Отпустил стонущего парня.

— А как же твои удары? — Митяй заплакал. — Даже Заклятский их боится.

— Пусть боится, — рычал взбеленившийся альфа.— Мои удары регенерацию вспять поворачивают, никакие замки вам не помогут!

— Если попадешь в лабиринт, — сказала рядом Нова, — станешь Диким.

— Станешь тут Диким, — Лёша сплюнул на Митяя, который согнулся в три погибели от боли.

— У меня планшет сломался, — Нова показала Митяю черный экран.

— Не сломался, — Митяй откровенно рыдал, — заряд кончился.

— Мне все равно, — пожало плечами существо. — Через час я закрываю все пространственные изломы. Все оборотни, которые останутся на Нове, умрут. Все, что вы здесь настроили, будет уничтожено, все, что вы выкачали из меня, заживет, как раны на ваших телах. Нова для вас закрыта, решение обжалованию не подлежит. Открою только для людей, когда Земля состарится.

— Час?! — взорвался Лёша. — Я не успею! Разреши нам с Машей уйти, — он упал перед Новой на колени. — Разреши!

— Хорошо, — согласилось существо, пожав плечами. — Пошли, — она поманила Лёшу за собой.

Он сделал шаг, чуть не упал, Митяй схватил его за ногу.

— Лёха, возьми с собой, — он старался подняться. Регенерация замка, в котором он проводил много времени, помогала двигаться. — Я буду полезен тебе на Земле. У меня счета в Швейцарских банках, я всё стае отдам.

— Клянёшься? — фыркнул Лёша, деньги его стае понадобятся. Он достал телефон. Чуть не забыл про своих волков.

— Клянусь.

— Миша! — кричал в трубку Алексей, — немедленно уводи всю стаю на Землю. Пусть возьмут всё необходимое. Убирайтесь с Новы! Изломы через час закроются!

— Откуда такая информация? — растерялся Михаил.

— Приказ выполняй! — раздраженно заорал альфа. — Все на Землю!

— Я понял!

Следующий номер был дяди Вени. Сколько сможешь поголовья вывести — выводи, приказал ему Алексей.

Альфа смотрел, как скрюченный Митя собирает себе в рюкзак самое необходимое, накидывает куртку на меху. Слабый. Не то чтобы подлый, скорее, полный приспособленец. Сейчас, чтобы выжить, всё отдаст, можно смело ему доверять, пока не окреп и полностью зависит от Лёши. Со счетами в Швейцарских банках он гражданин мира, найдет со временем, где скрыться. Но альфа своего не упустит и измену не простит.

— За Машей, — тяжело вздохнул Лёша и последовал в подвал за Новой.