Глава 17

Ирралиэнь Драктир - Мстислав Ярославович, можно вопрос? - я бестрепетно доверила руль Властелину Тьмы, здраво рассудив, что к Карпинской он ездит чаще меня, а значит, и дорогу выберет короче. Он неопределенно пожал широкими плечами, и я решила считать это разрешением. - Скажите честно, вы не почувствовали ничего странного при нашем первом знакомстве? А при общении с Ристом? Меня давно волновал этот вопрос, потому что если я права, и воплощение Тьмы даже не насторожился, значит, душа не принадлежит ни одному миру. Только тело. А это значит, что и неизвестно сколько в этом мире таких же, как мы... - Лично я чувствую только тех, в ком течет древняя кровь, - после долгого молчания неохотно признался Лыков. - Поэтому самым странным в тебе было - добровольная работа на Рейгаля. Я слишком давно живу в этом мире, чтобы такие вещи определять сходу, и поверь, за деньги так не работают. А вот драконий запашок твоего муженька Агриппина Павловна учуяла раньше, чем он охрану прошел! - Получается, Агриппина Павловна может почувствовать иномирцев, при условии, что они здесь не теряют свою сущность, - пробормотала я, продолжая думать уже вслух. - Значит, нельзя исключать, что она была в курсе происхождения своей подруги, и посоветовала мне ее не случайно. Если исходить из того, что мы правы, и ее похитил Корнеев-старший, очевидно, что гарпия недооценила опасность. Из сообщения мужу мы знаем, что на встречу со своим похитителем она отправилась сознательно... - Очевидный ответ не всегда верный, - не отрывая взгляда от дороги, вмешался в мои рассуждения Властелин Тьмы. - На Кольцевой линии двенадцать станций, одна из которых называется Октябрьская. Как называются остальные одиннадцать? Ответ очевиден. Но неверен. - Хотите сказать, она специально отправилась навстречу своей смерти? - скептически усмехнулась я. - Не похоже как-то, что Сергей Борисович ей так опротивел. - Хочу сказать, - Лыков свернул на какую-то узкую улочку и притопил газ, пока других участников дорожного движения не наблюдалось, - что Агриппина заподозрила, что эта встреча поможет решить возникшую у вас проблему... Либо предотвратить возможные проблемы здесь. Тьма все чувствует... Кожаная оплетка руля затрещала под сжатыми до побелевшие костяшек пальцами. От слов Мхефиаансиана в груди противно заскреблась тревога, а малыш зашевелился. Гарпии - порождения Тьмы, это любой эльф знает, вот только на что они способны ради тех, кто однажды не отвернулся от права древней крови, помнить было некому. Почти. Тьма все чувствует. Чувствует боль каждого своего порождения. Чувствует изменения баланса. Чувствует попытки подчинить ее. Меня передернуло от невыносимой для простого эльфийского мозга тяжести такого бытия... Интересно, каково ему все это ощущать человеческим телом? Вопрос едва не сорвался с языка, но это был тот редкий случай, когда я успела его прикусить. Пусть в этом мире останутся вещи, которых я не знаю. Тем более, что мы уже приехали... Мстислав Ярославович Лыков с небрежной галантностью распахнул передо мной дверь и подал руку. А я, оперевшись на нее таким же обыденным жестом, воспользовалась этой помощью. Кто бы мне сказал еще год назад, что я буду рассчитывать на помощь Властелина Тьмы, первый бы пошел на удобрения! Да я в принципе ни на чью помощь не рассчитывала, пока не попала в этот сумасшедший мир... Кажется, не только люди умеют быстро привыкать к любой ситуации. Эльфы на это тоже способны, если им не оставить выбора. Хорошая мысль, надо будет ее взять на заметку, когда вернусь в ледяные горы. Тьма быстро договорилась с замками и защитой гарпии. Мы почти бегом пересекли двор, прихожую, больше похожую на полноценный холл, а вот с кабинетом пришлось повозиться. Агриппина Павловна явно не жаловала непрошенных гостей - при попытке открыть дверь, по ее периметру вспыхнуло черное пламя. Я рефлекторно отшатнулась, а Мстислав Ярославович только укоризненно покачал лысой головой. Пламя смутилось и опало, но обычный человеческий замок оказался менее совестливым. - У тебя есть какая-нибудь заколка или шпилька? - на полном серьезе спросил Лыков. Я ошарашено моргнула. - Начинаю подозревать вас в незаконной деятельности, - пробормотала я, вытаскивая из уха длинную сережку с подвеской-иглой. - Поздно прозревать начали, Ирина Сергеевна, - хмыкнул он, кивнув и заковырявшись в замочной скважине. - Я ее уже веду прямо у вас на глазах. Так что если дом или эта комната стоит на охране, через пять-десять минут здесь будут сотрудники частного охранного предприятия и вы... О, получилось! Пойдете, как соучастница. Хм, руки-то помнят!.. Властелин Тьмы выпрямился и распахнул передо мной дверь, пропуская вперед. - И много у вас еще скрытых талантов? - натянуто усмехнулась я и, не теряя времени, сразу направилась к письменному столу. - Откуда я знаю? Они же скрытые, - Мхефиаансиан быстро огляделся и решительно шагнул к стене с картинами. Почему-то сомнений в том, что это какие-нибудь бесценные подлинники, не возникало. Гарпия явно любила антиквариат этого мира и могла себе позволить выбирать. Я быстро перебирала бумаги на столе, в поисках какого-нибудь планнера, ежедневника или просто записки с номером телефона. Память, доставшаяся мне от Ирины Сергеевны, подсказала, что люди прошлого века по привычке часто писали именно на бумаге. А вот Мстислав Ярославович безошибочно снял со стены портрет какого-то старика, обнаружив за ним сейф. - Это Карпинский, - зачем-то пояснил он, наткнувшись на мой вопросительный взгляд. - Леонид Владиленович был вторым или третьим мужем Агриппины и очень неплохим человеком. М-да... Она всегда умела притягивая в свою орбиту интересных мужчин. Я неопределенно хмыкнула. Определенно, гарпия была эффектной женщиной, умеющей жить в этом мире так, как нравилось именно ей. И безумно в нее влюбленный молодой муж был еще одним подтверждением... Стоп! А это что?.. - Мстислав Ярославович, - позвала я, чувствуя, как рубашка мгновенно прилипла к спине, а лоб покрылся испариной. Он тоже обернулся слишком хмурым. В глазницах клубилась самая настоящая Тьма, но на то он и был ее воплощением, умевшим держать ее в узде. Я не слышала, как открылся сейф, но стопка тетрадей, одна из которых в данный момент была у него в руках, говорили о том, что часть дневников Лисецкого-старшего мы все-таки нашли. - Дай угадаю, - тяжело вздохнул Мхефиаансиан, подходя к столу. - Схема Врат в наш мир? - Если и не она, то очень похожа, - подтвердила я, поджимая губы. - Но для кого? Она же могла просто попросить вас! - Сдается мне, Отец клана Костяных драконов, Эвриандранф Скера решил предусмотреть запасной вариант, - медленно проговорил он, протягивая мне свою находку, раскрытую на нужной странице. Пришлось сначала сесть в кресло Агриппины Павловны, потому что колени подкосились, а демонстрировать свою слабость Верховная Жрица Ирралиэнь Драктир предпочитала исключительно перед мужем. Чем дольше я вчитывалась в знакомую вязь древнего языка Долины, написанную специальными чернилами, тем сильнее понимала, как крепко мы влипли. Да, здесь, в этом мире было безопаснее, но это выбор из двух гнилых яблок, как частенько говорила Виктория. - Звоните своему помощнику, - тихо прошептала я, - этому мальчику, Корнееву. Пусть вспоминает всех, с кем последнюю неделю общался его папаша. Среди них должен быть кто-то остроухий, как его бабка. Сами бы они до такого не додумались... Мстислав Ярославович удивленно приподнял бровь, видимо поражаясь моей наглости, но номер набрал. А я снова погрузилась в чтение, стараясь запомнить каждую прочитанную букву и руну. Конечно, нельзя исключать, что утечка информации произошла еще на моменте сборки моего алтаря. Но тогда бы Филарет знал, что кто-то из его знакомых полукровка, его же магию никто не отнимал. И в другое тело не переселял тоже...*** Все прекрасно знают, что силу драконов питают стихии созидания нашего мира. Для ледяных это вода, для огненных - жар соития, а вот для костяных ею является Свет, без которого они рассыпаются прахом, становясь частью Тьмы, которая их породила. Иронично, правда? В горах, где камни - всего лишь затвердевшие со временем кости, а земля - прах когда-то обитавшего там народа. Мы не знаем, кем они были, но с тех пор, как они ушли из нашего мира, костяным драконам стала необходима подпитка извне. Воплотив смерть в живую плоть, Мхефиаансиан обрек их на вечный поиск Света. Тьма не может существовать сама по себе... Я поднял всю информацию, которая была в распоряжении Хранителей с начала летописной истории по тем, в ком текла древняя кровь. Нужно было предусмотреть все возможные риски, потому что с момента появления в моем доме Аэллы, переход в другой мир стал просто вопросом времени. И я начал подготавливать переход своих близких, с учетом того, что и Властелин Тьмы покинет наш мир вместе со мной. После истребления гарпий, костяные драконы остались последним темным народом. Они прекрасно могли существовать автономно тысячелетиями, при условии подпитки Светом. Как раз тогда молодой Отец клана Костяных драконов Эвриандранф Скера заключил договор с Верховной Жрицей. На тот момент он казался взаимовыгодным: драконы получали необходимую им для существования силу стихии, а эльфы - возможность контролировать темный народ. На какое-то время я успокоился, сосредоточившись на других задачах. Ровно до того вечера, когда Верховный Друид сам пришел ко мне с предложением объединиться. Вспомнив слова Аэллы, я понял, что медлить уже нельзя, и ночью открыл Врата в единственный безмагический мир, существование которого рассчитали эльфийские ученые. К сожалению, я узнал о том, что Верховный Друид и Светлейший лишили костяных драконов эльфийской поддержки только утром того дня. Свет истощался вместе с их жизнью, рождение в каждом поколении одного-двух мертвых это подтверждало. Но было уже слишком поздно, я уже ничего не мог поделать и балансом нашего пришлось пожертвовать... Уже живя здесь, я начал думать над тем, что мог предпринять в такой ситуации Отец клана. Лично я стал бы искать другие источники и варианты подпитки. Мои расчеты подтвердили, что возможности открытия Врат в другие миры есть у разных рас, но драконья магия - идеальный ключ. Конечно, многое зависит от уровня силы конкретного дракона* и необходимости вскрыть защиту между мирами, но разве у Скеры она была не самая, что ни на есть острая? Оказавшись в похожей ситуации я переступил через многое, в том числе и в себе. Незадолго до нашего ухода, в Главное святилище Хранителей Долины вломились неизвестные. Так как за собой они сожгли его до тла, наверняка сказать, что именно было украдено, я не могу, но боюсь, что хранящаяся там сушеная лапка первого Великого Песца могла попасть не в те руки. При проведении особого ритуала (см. дневники моего предшественника, том третий, раздел ритуалы Хранителей), эта реликвия может стать новым источником Света. Но для него нужна древняя кровь, Тьма и Свет Хранителя для активации, иначе границы нашего мира перестанут существовать. Впрочем, учитывая планы Верховного Друида, они рухнут раньше, чем костяные драконы (а я подозреваю именно их в нападении на святилище) успеют что-либо предпринять. Тьма поглотит наш мир, схлопнув его до микроскопической точки...*Например, Аристорифронис Драктир даже без должного опыта и тренировок вскрыл ткань мироздания, что еще больше подтверждает мои выводы.*** Аристорифронис - он такой, он мог. Заметка на полях, явно сделанная позже и обычной ручкой, заставила невольно улыбнуться. Мой обожаемый муж стремился избежать навязанного ему брака не меньше меня! А что в результате? Мы были счастливы вне времени и пространства настолько, что в обозримом будущем у клана Ледяных драконов появится остроухий наследник-друид. Как тебе такой поворот событий, Великий Песец? Я подняла глаза на Властелина Тьмы, тоже скользящего взглядом по строчкам. - Вы знали?.. - голос сел то ли от волнения, то ли от длительного молчания. - Вы с самого начала знали, что наш мир обречен? - Любой мир обречен с момента своего создания, - пожал широкими плечами Лыков и назидательно добавил: - А вот продолжительность его существования зависит от внутреннего баланса и того, насколько сильно его раскачивать. Наш, например, не раз оказывался на грани уничтожения, но благодаря тому, что всегда находился кто-то, кто брал на себя ответственность сосредоточить в своих руках власть, чтобы исправить ситуацию, как-то выстоял. Поэтому сейчас я и поддерживаю твои попытки вернуть равновесие сил... - Странно слышать от вас нечто подобное, - задумчиво хмыкнула я, закрывая тетрадь и возвращая ее Мхефиаансиану. - Я всю жизнь была уверена, что Тьма - это разрушение и хаос. - Ты права, - он убрал в сейф и тетрадь, и мою находку. - Тьме вообще наплевать на всю эту возню, она вечна и бесконечна. Только видишь ли, в чем дело... - он помолчал, подбирая слова. - Я впервые за время своего существования почувствовал, что значит любовь. Впервые понял, что это такое, понимаешь? И даже не сознательной частью своей сущности, которая и позволяет мне поддерживать человеческое тело, принимать решения, мыслить и запоминать. Любовь заинтересовала саму Тьму, ту самую равнодушную стихию хаоса и разрушения, о которой ты говоришь. Я кивнула. В чем-в чем, а в этом я его отлично понимала! - Думаю, именно ты, Верховная Жрица Природы и Луны, нашедшая себя в единении со льдом, только и можешь понять, насколько мне важно, чтобы все продолжалось, - Мхефиаансиан сухо откашлялся, возвращая себе человеческое... что-то, такое простое и понятное, что невозможно объяснить словами. - Я есть бесконечная Тьма, смерть - одно из моих воплощений, страх и ужас - мои вечные спутники. А Марина идет во все это с широко открытыми глазами и сердцем. Ее Свет находит в моей Тьме то, о существовании чего я и не подозревал... - Я... Я понимаю, о чем вы, - вслух подтвердила я, неожиданно понимая, что он прав в своих выводах. - Мне тоже было сложно... признаться себе, что... наш мир не так прост и однозначен, как пытался преподнести Верховный Друид... А уж в том, что я на самом деле люблю ледяное чудовище, которое меня всю жизнь учили ненавидеть, стало совершенно внезапным открытием! Властелин Тьмы приподнял брови и усмехнулся, махнув взглядом по моему плоскому в этом виде животу: - Вот поэтому я никому не позволю погасить мир, где горит мой Светоч... Мне слишком интересно, что там дальше, за известными мне горизонтами. Уже забыл, когда последний раз было так интересно. Поехали к остальным, Артур прислал мне адрес. Они только добрались до этого его особняка. Одно небрежное движение и на мгновение очертания сейфа утонули в черноте неизвестно откуда взявшихся теней. Мстислав Ярославович быстро вернул на место портрет Карпинского и кивнул мне на выход: - Агриппине печать Тьмы никак не навредит, она ее просто почувствует. А вот незваные гости будут неприятно удивлены. Я хищно улыбнулась, понимая, что удивление станет последним, что испытают желающие прочитать дневники Лисецкого-старшего. Лет пятьдесят-семьдесят назад методы Властелина Тьмы, наверное, могли бы меня даже шокировать, но сейчас в голове была только одна мысль - защитить границы миров, чтобы мой маленький сын мог вырасти в любви и заботе, а не в бесконечной и бессмысленной, как выяснилось, войне, как я или Рист. И если ценой этого будут жизни тех, кто стоит у меня на пути, что ж... Это жертвы, на которые я согласна пойти.- Что вам сказал Корнеев? - осторожно спросила я, пристегиваясь. Мне не нравилось выражение лица Лыкова, не нравилась Тьма, клубившаяся в его глазницах, четкие экономные движения. - Артур не смог вспомнить каких-либо странных визитеров отца, - стараясь глубоко дышать, проговорил Лыков. - Но Корнеева-старшего вспомнила Виктория. Он стартовал так резко, что меня просто вжало в спинку сиденья. Кажется, я поняла, почему подруга так расхваливала это произведение инженерной мысли!..