4. Сговорчивый любовник

Венки:

Ёк! Дура! Я плюхнулся на спину, на кровать. Ситуация, хуже не бывает. Я уже нализался Амосы с её губ, меня ещё минуты через две-три и накроет так, что без секса я просто вырублюсь. А эта стерва сбежала.

Дверь приоткрылась. В комнату протиснулась молоденькая неолетанка, не больше двадцати лет. Пухленькая, чуть выше меня, с белыми кудряшками, рожей по циркулю, глазками бусинками и носом картошкой. Свинка! Ёк!

— Мне тут сказали, что ты меня звал? — Она быстрым взглядом оценила моё состояние, потом оглядела комнату и широко улыбнулась. — Да я вовремя!

Юбля! Малолетка, да ещё и уродина! Только выбора у меня нет, я всё равно через пару минут потеряю контроль, и она меня отымет, как только ей захочется. Я протянул шлюшке руку и резко притянул её к себе:

— Сделаешь мне больно, найду и прирежу! — и сам поцеловал.

Есть у неолетанок такая черта, незнание которой для мужчины может быть чревато неприятными последствиями. Природа вместила в тело неолетанки множество инструментов, правильное владение которыми позволяет сделать секс умопомрачительным. Наркотики на губах, руках, коже, в области лобка, мышцы в тазовой части, способные делать невероятное, аура, запах, вкус… Только у всего этого есть обратная сторона. Совсем юная неолетанка, в теле которой эти механизмы ещё не полностью включились, или же она просто не умеет ими пользоваться, способна превратить для мужчины секс в настоящий ад. Покалечить тело, напугать до нервного тика, сделать так, что парень никогда близко больше ни к одной неолетанке не подойдёт. Хорошо зная это, я никогда не брал любовниц моложе, примерно, двадцати двух лет, то есть только почти взрослых. Конечно, неумелую шлюшку в тот же день прогонят с даккарской базы. Но, кто знает, может, она явилась сюда вот только сегодня. Хотя сейчас выбора у меня всё равно нет.

Свинка состроила обиженную рожу, потом улыбнулась:

— Я буду очень стараться! Тебе понравится!

Ретка:

Я почти час просидела в углу бара на полу. Почти голая и напуганная просто до дрожи. Вся одежда осталась в той злополучной комнате. И возвращаться за ней я не рискнула. Это ж надо было так нарваться! Из всех мужчин на этой базе подцепить именно сына Морены! Что он, вообще, делает здесь? Порядочный парень в таком возрасте должен быть давно женат и смирненько обнимать коленки хозяйки. Представив такое, я даже развеселилась. Парень, явно, с норовом. Вообразить такого перед кем-то на коленях… да он скорее придушит, чем подчинится! Да! У Морены, наверно, были проблемы женить такого отпрыска.

Я поёжилась. Холодно голышом. Надо одежду достать, да и из бара лучше уходить, пока никто не заметил меня тут, такую хорошую. Угол, конечно, тёмный, но кто его знает.

Тихонько выскользнув из помещения, я направилась к Адениану. У него в квартире есть пара моих футболок и хорошая юбка. Как-то, сбегая по срочному вызову мастеров, забыла, а потом решила — пусть лежат. Вот и пригодились!

Вообще, вызывали меня часто. Суани — не просто школа. Некоторые называют Суани секретной армией Арнелет. В этом есть доля правды. Не все Суани, но элитный отряд, называемый «Пустыня», действительно часто решает проблемы всего рода неолетанок. Руководит отрядом непосредственно Морок. А задания ей передают сами Великие ами. С тех пор, как я получила звание мастера, тоже иногда участвую в таких операциях. Сначала это были редкие случаи. Меня брали, только на что-то совсем безопасное. Но последнее время берут почти всегда.

Адениан всегда обижается, что я исчезаю без объяснений. Я и сама понимаю: иной раз заведу парня, наобещаю, а тут звонок. Но пока не рассказала, кто я и зачем, объяснить свои внезапные отъезды тоже не могу. Да и… что я ему скажу?! «Понимаю, что ты меня хочешь, я тебя тоже очень хочу, но если опоздаю, Морок меня бантиком завяжет?! Да, и ещё, когда вернусь — не знаю, и может быть, через пару часов меня убьют, и я не вернусь совсем!»

Мне повезло, Адениана дома ещё не было. Было бы трудно объяснить ему, не вызвав приступа ревности, почему я вернулась голая.

Квартирка у него небольшая: гостиная, ванная и спальня. А вещей в ней и того меньше. Такой солдатский минимализм! В шкафу три набора формы. Чайник на столе и батарея бутылок в баре. Раз в неделю приходит женщина из общеполковой службы, моет и прибирает всё. Единственный предмет, не вписывающийся в общий стиль — плюшевый медведь. Адениан сказал мне, что это — память о его первом убийстве. Ну, у даккарцев, вообще, особенный юмор. Я таким вещам даже не удивляюсь. Подумав, я этого мишку постирала. Сколько крику-то было! А что? Память должна быть светлой и чистой! Да и медведь после стирки стал просто обаяшка. Я даже потом ему как-то бантик привезла. Правда, после моего отъезда от ленты избавились, конечно. Надо было пришить! В следующий раз так и сделаю.

Посидев некоторое время, я начала задумываться, чем заняться. Адениан может ещё долго не прийти. Кто его знает, что у него там за данные пришли! Кроме того, хотелось есть. В баре я поесть не успела. А дома у Адениана, как всегда, есть нечего. Он дома не питается.

Я порылась в баре. Среди бутылок нашла жалкий пакетик сухариков и, счастливая, принялась за их поедание. Сухариков хватило ненадолго.

Да! Паршивенько сегодня получилось: не поела, секса тоже не досталось. Адениан, может, вообще, уже с планеты ускакал. А мне одной спать? Сейчас, когда я успокоилась и даже перекусила, очень хорошо давало о себе знать нереализованное возбуждение. А в моём возрасте это вредно! Это Морок уже может годами без мужчин обходиться. А моему растущему организму секс жизненно необходим. И причём, чем чаще, тем лучше!

Я и сама не поняла, как уснула. А когда проснулась, надо мной сидел Адениан. Какой-то усталый, как будто придавленный своими проблемами. Он так редко улыбается. А у него такая замечательная улыбка, искренняя и всё время как будто удивлённая. Он, хмурясь, скинул ботинки и завалился на постель рядом со мной. Так нельзя! Жизнь должна радовать, а не загружать проблемами. Открывать горизонты, манить, удивлять.

Ну, да ладно! Я знаю чудесный способ заставить мужчину забыть все свои проблемы и хоть ненадолго почувствовать себя счастливым.

Я скользнула ладошкой под ремень.

— Ретка, я же сказал что устал!

— Ну, вот я и хочу помочь тебе расслабиться.

— Юбля! Что ж ты такая упрямая?!

Адениан:

Итак, нападения участились не только на мой флот?! По мелочи, но в четырёх из двенадцати узлов братства увеличилась активность мелких банд. Если бы не сделал запрос, и не заметили бы! Что-то готовится! Я долго крутил карту. Узлы атаки в абсолютно разных направлениях. Что их объединяет? Разные сферы бизнеса… Разные порты… Одинаковое в нападениях только одно — войска оттягивают от центральной базы. Зачем? К ней не подойти, минуя отряды патрулей и периферийных баз. Если только из Клинков. Вывод поразил меня самого. Все узлы соединены порталами с Клинками. Если каким-то образом захватить Клинки, то через порталы можно захватить узлы, пока войска рассыпаны по сектору! Да… Только захватить Клинки нереально! Этот город — самая защищённая крепость всех Свободных земель!

Я в раздумьях бродил по комнате. Недооценивать врага, это последнее что может сделать полководец… Предположим, враг обнаружил слабое место, через которое можно захватить Клинки. Тогда рассеянные войска узлов, это ещё и подорванная защита. Эти войска не придут на помощь городу! Почему оттягиваются войска только четырёх узлов из двенадцати? Возможно, атаки начинаются не одновременно, чтобы не вызвать лишних подозрений. Тогда у Клинков есть время подготовиться.

В кабинет заглянул Раверстон:

— Я нужен тебе, командир? — у этого мужика просто способность появляться вовремя.

— Да, генерал, заходи.

Он внимательно выслушал меня:

— М-да! И что думаешь с этим делать, командир?

— Ну, у себя я сделаю резервный отряд, который стану оставлять здесь, куда бы ни оттягивались силы. Причём, сделаю тихо! От кого ожидать атаку, пока не понятно, но у них могут быть шпионы на базе. А в остальном… Думаю, надо просто сообщить Роджеру.

— Думаю, ты, как всегда, прав, командир.

Домой я вернулся поздно. Ретка спала. Свернулась у меня на кровати калачиком, прижав к груди медведя.

Это была моя игрушка. Когда-то я специально оставил её, чтобы помнить. Болезненная память. В двенадцать лет мы с другом угнали чужой лайнер, покататься. Модель машины оказалась нам плохо знакома. В результате, лайнер всмятку, друг погиб, а я, счастливчик, отделался одним переломом. За рулём тогда был я. Эту игрушку, его игрушку, мне отдал учитель, когда в восемнадцать я лихо вызвался поступать в командирскую школу. Отдал, чтобы я помнил, что собираюсь отвечать за людей!

Как я ни объяснял Ретке, что эту игрушку трогать нельзя, бесполезно! Сначала она этого медведя постирала. Потом как-то я нашёл его с большим бантом на шее. А последнее время она пристрастилась с ним спать. Похабное отношение к памяти! Хотя, что с неё возьмёшь?!

Вообще, я обычно избегаю спать с неолетанками. После того случая с Мореной в юности. Мужчина ничем не управляет в такой паре. Ничего не контролирует! После первого же поцелуя весь контроль целиком переходит к неолетанке! Да, любовницы они отменные. Но я всё-таки предпочитаю сам контролировать каждую секунду своей жизни.

С Реткой все получилось случайно. Она тогда несколько дней строила мне глазки. А в тот вечер мне было плохо, очень плохо. В битве за торговый путь я потерял почти полсотни людей. Я половину из них знал по именам! Ретка тогда подсела ко мне и как-то заболтала. Её присутствие, казалось, дарило тепло. Она казалась близкой, родной, думающей обо мне… Короче, я решил, что будет вполне равноценным обменом: дать шлюшке то, что она хочет — секс. И получить то, что сейчас так нужно мне — ощущение тепла, иллюзию, что кому-то в этом мире нужен и важен именно я сам. Не мои успехи в бою, не деньги, которые приносит моя армия… просто я сам, без званий и других этикеток. Конечно, всё это было самообманом, но неолетанки от природы наделены умением дарить иллюзии, а мне тогда это было просто жизненно необходимо… а потом я привык.

Я присел на край кровати, наблюдая за Реткой. Она улыбалась. Она почти всегда беззаботно улыбается. В любой ситуации видит хорошее… Конечно, это просто результат её откровенной глупости. Но так приятно смотреть иногда на мир её глазами! Мой полупустой дом она считала модой минимализма. Обычную военную форму — самой сексуальной одеждой для мужчины. Войны, корабли — романтикой. Похабные шутки в свой адрес — жарким сексуальным интересом… Конечно, девяносто процентов её мыслей занимает секс, остальные десять — игрушки, мороженное и шмотки. Какой тут негатив?!

Она открыла глаза:

— Адо! — даже не помню, как ей удалось выбить из меня детское имя. — А я тебя ждала-ждала и заснула.

Она потянулась. Потом эротично облизнула губы:

— Хочешь чего-нибудь? — Один секс на уме!

— Нет. Я устал! — если бы она могла просто полежать рядом, был бы чертовски благодарен. — Давай спать.

Ретка подвинулась, освобождая мне место на кровати. М-да! По её взгляду понятно, что мой ответ её не устроил, и трахаться мы всё-таки будем. С другой стороны, если взять привычку отказывать, она быстро найдёт более сговорчивого любовника и, вообще, перестанет ко мне приходить. А так с меня вроде как не убудет.