Глава пятнадцатая

– Уважаемые господа министры, я открываю третье заседание Совета баронства. Председательство будет осуществляться по очереди, сегодня эта честь предоставлена мне. Секретарём назначаю министра образования Амелинду фон Мюнних, пусть учится пером бегло писать. Вечер уже, чтобы опять не заснула. Я скривилась, заняла место за конторкой. Опять дружеские братские поддёвочки, издёвочки. Да, с трудом пишу этой перьевой ручкой, золотые перья царапают дорогую бумагу, с чернилами отношения как у Буратино – сложные. Высунутый язык помогает плохо. Я посещаю уроки чистописания Эммы, вместе с остальными ученицами. Имею твёрдый один балл, по десятибалльной, между прочим, шкале! Так дата, место, время, участники…Минуточку! Я записываю! Числом восемь… – Девять. Эмма, улыбнувшись, взглядом указала на ползающего по полу барона. Он с увлечением рисовал головоногов мелом прямо на половицах. – Вот, помарка теперь будет! Ай! Клякса, всё равно не видно. – Линда, карандаш возьми. Мы так до утра тебя ждать будем. Но потом перепишешь чернилами. Столько раз, сколько будет нужно. Зачту за контрольную. – Итак, господа министры, на повестке дня первый вопрос: предположения о цели нашего здесь пребывания. Хотя бы намётки, кто о чём размышлял. Кому слово? – Мне можно? Черновик я составила, потом впишу в протокол. – Прошу, Линда. Только кратко, без философии, сколько там у тебя листов исписано, целая кипа. – Краткость конечно сестра таланта, четвероюродная. Итак, инструкций ни письменных, ни устных по целям ни от кого мы не получили. Однако выбрали именно нас. Почему? Что нас всех объединяет? Общее что? Не надо галдеть. Вопрос риторический. Мы волонтёры. Мы все – хорошие, добрые люди. Прошу поверить мне на слово, этот вопрос проработан мной тщательно. Мы гуманные люди. Исходя из этого, считаю, что цели нашего заброса – гуманитарные, основанные на любви к человечеству в целом и отдельным представителям в частности. Сделать жизнь нынешних средневековых современников лучше, исходя из тех эмоций, которое мы все испытали при переносе. Почувствовать к этому обществу то, что мы чувствовали лично к себе. Действовать исходя из этого чувства. Эмоция первична, потом появляется мысль, оформляется в цель. Цель – руководство к действию. Ну а способ достижения цели называется планом. Про планирование задача пока не ставилась. Обратите внимание: осознанно, неосознанно, но работа в заданном направлении нами начата и она получается. Считаю это сигналом одобрения от ББ. Может будут более конкретизированные задачи в точных локациях, время покажет. Если кратко, то всё. – Получается у меня план прописан, не цель. У остальных вероятно тоже. предлагаю сдать наши планы для изучения и анализа председателю Совета министров. – Спасибо, потрудились, но с бумагой экономнее надо, а то придется еще бумажное производство открывать, не до того пока. Цели такого масштаба принято называть миссией. Так что, господа миссионеры? Ударим гуманитарным прогрессом по жестокому Средневековью? Верена, у тебя что? – Я ничего не написала, я пока плохо понимаю, что и как нужно думать. Пишу тоже ещё плохо. Но я точно знаю, что Иисус Христос был живым человеком. Значит, по воле Божьей, ангелы тоже могут быть людьми! Вы ангелы! И не спорьте со мной! – Так, на этой позитивной ноте прейдем ко второму вопросу нашего Совета: выполнение поставленных первоочередных задач. Слово предоставляется министру сельского и лесного хозяйства, прошу господин Северин. Да, кстати, привыкаем к официальному обращению, по должности или титулу. У нас скоро расширится состав Совета. – Я так – то вот написал всё, может, отдам Линде, да и всё? Чё я буду по бумажке талдычить, как политик в телеке. – Ладно, отдай. А теперь без бумажки давай. Будь проще, господин министр и народ к тебе потянется! – Вы отнимаете время, сейчас обоих за дверь выставлю! Разберетесь, зайдете! – Госпожа министр финансов, на осенней ярмарке продано излишков сельхозпродуктов на … талеров, закуплено на …талеров. Крупного и мелкого скота, также свиней закуплено на.., птицы на …Соли продано на …талеров. Виктор перебил занудное перечисление: – Север, эти записи есть в амбарных книгах, точнее мы их будем называть гроссбух. Спасибо, что ты так детально подготовился. Однако, тебе как министру, следует отслеживать общие тенденции, говорить о проблемах которые возникли, способах решения, которые ты нашел. Глобальнее смотреть, понятно? И всех прошу следовать такому приёму. Продолжай. – Я вообще не понял, кто дал команду соль раздаривать и продавать? Появилась новая отрасль – рыбозаготовка. Соли всего два с половиной центнера осталось! Это стратегический для нас продукт. Я прошу сократить потребление соли! – Правильно, здоровее будем! С полной ответственностью заявляю, в Средневековье пищу так обильно не солили. – Рыболовную бригаду из пяти подростков возглавит наёмник варяг Ратибор. Как только река окончательно встанет, начнётся зимняя рыбалка, подледный лов. Дополнительный белок в рационе. Если будет достаточно большое количество можно коптить, солить, вялить. Далее – лес сосновый на холмах принялся хорошо, процент приживаемости- восемьдесят процентов примерно. Хвоя темно – зеленая, ветви гибкие. Лесника по – прежнему нет, плотник наш в живом лесе ничего не смыслит. Место вакантно. Ищу человека. Лес Южной пустоши в хорошем состоянии, вредителями пока не поражен. Однако требуется расчистка от бурелома. Нужно разрешение барона на сбор валежника крестьянам. Живо расчистят. По словам крестьян лес богат мелкой дичью, есть кабаны, олени, лоси. Глухари, фазаны, рябчики. Косули. Волки само собой. Медведей не встречали. Воислав с напарником будут на охоту ходить. Дополнительное мясо. У нас всё еще мало домашнего скота. Прямо конвейер какой то по поеданию, молодняк подрасти не успевает – в котёл! Есть как в любом лесу растительные ресурсы. Но это летом. Самое главное, плотник сказал – достаточное количество зрелой древесины, можно начинать выборочную зимнюю рубку, на нужды строительства. К весне брёвна подсохнут. В свободное время от службы воины Хорс и Одинец готовы вести рубку. – Ты когда наёмников припрячь успел, а? Они только вчера договор заключили, я как министр обороны разрешения не давал! – Припрячь, как Вы изволили выразиться, я успел вчера же, за нашим хлебосольным столом. Хоть пользу извлёк из расходов на продукты. А разрешение на совместительство в свободное время им господин барон дал самолично. Соль между прочим тоже он разбазарил. И что за привычку взяли всех входящих выходящих, проезжающих за стол сажать? Мы стратегический запас никак создать не можем, нужно продуктов длительного хранения на полгода запасти. Я как министр ещё за продовольственную безопасность отвечаю. Короче! Кончайте жрать товарищи! И разбазаривать пищу! В Средние века живём. Здесь не принято отъедаться до ожирения. Предлагаю убавить нормы питания на человека процентов на пятнадцать. Потом увидим, что да как. Уверен, голодным никто не останется. – Ну, Северин, горазд брюзжать! – Согласна, ещё казну сэкономим. – И мы согласны! Да, да. – Кто это «Вы», Линда? – Я как министр образования от имени учащихся говорю. Неоднократно слышала от девушек, что питание у нас отменное, некоторые уже съесть не могут порцию. Все поддерживают? Я в протокол записываю. Пучеглазка, мы чуть не спалились! Хорошо тебе, ты виртуальная, я то покушать люблю… – На ближайшей ярмарке наша мука, зерно, зернобобовые, крупы на продажу выставлены не будут. Соль тем более. Мы должны сами скупить эту категорию товара полностью. Прошу министерство финансов выделить на это достаточно средств. Министерство вздохнуло, записало в блокнот. – Семенной фонд – это основа продовольственной безопасности. У нас в замковом хозяйстве достаточный запас семян всех видов пищевых растений, которые традиционно тут выращивались. У крестьян во время переписи был выявлен недостаток семян. Его восполнили на осенней ярмарке. Много закуплено бобовых, для засева вновь осваиваемых земель. Качество посевного материала хорошее, всё высушено. Спорынья не выявлена. В январе начнется селекционный отбор зерновых. – Как это? Север, какая селекция в январе, ты не путаешь? – Микаэль, я не селекционер по профессии. На агронома учился. Но то, что бабушка оставляла на посадку самые крупные семена, я помню. Сам ковырялся, выбирал. В таких масштабах быстро и просто самые крупные семена отделяют ситом, со специально подобранным размером ячеек. Сита уже делают. Ничего сложного. Просеем всю рожь, пшеницу, ячмень, овёс. Всю, включая пищевые запасы, семенные тем более. После нас крестьянам сита отдадим и прикажем отделять самые крупные. – Это колоссальная работа, Северин! – Прибавилось ртов, значит, вдвое прибавилось рук. Задействую всех учениц на уроках селекции. Важнейшее направление – картофелеводство! Заинтересованы темой были все, Север охранял картошку строже, чем Цербер врата Ада. – Несмотря на неоднократные поползновения желающих «картошечки покушать», семенной фонд удалось сохранить. Картофель – стратегический продукт! У нас в наличии 352 картофелины. Трех сортов, это большая удача! Из них возможно вырастить примерно три тысячи крепких хороших кустов. Если с каждого… – Север, загибаешь, ну семьсот, ну тысячу, и то если аккуратно резать! – Господин министр культуры! Я не учу вас песни сочинять, не лезьте не в своё дело! Если с каждого из трёх тысяч кустов семь – восемь штук картошки, нам любого размера на семена годится, так… То мы осенью следующего года сможем обеспечить себя, все семьи Мюнна и новой деревни семенным картофелем. Почва для этой культуры просто идеальная, рыхлая, песчаная, воздухопроницаемая, летние температуры и влажность подходящие. Колорадского жука нет! Люди забудут о голоде, можно будет резко увеличить поголовье скота, свиней, птицы. Просто представьте себе этот прорыв! Наше баронство за пару тройку лет сможет стать самым богатым! – Эту пару тройку лет ещё продержаться надо. Поэтому Вам слово, господин министр обороны. Сегодня наш неформальный лидер был одет в рабочую одежду, но прошлое впечатление от образа герцога не забылось. Мы все даже прекратили шуметь. Виктор был достаточно краток, умудрившись точно описать ситуацию. – У нас на данный момент десять наёмников, с отличной воинской репутацией. Шесть вернувшихся с войны наших крестьян воевали. Имеют опыт. Итого шестнадцать защитников. Нас в это число я включить не могу. Вид только имеем в доспехах. Появились наставники, я и Север начнем обучение сейчас. Андреас, ты – когда окончательно оправишься от раны. Микаэль пройдет обучение когда сможет, для самозащиты. Как объяснить наше полное неумение сражаться, пока не придумал. Каждый наёмник берёт в обучение трех новичков. Практически все молодые мужчины, парни и подростки от четырнадцати лет, в течение пяти месяцев, до мая пройдут курс молодого бойца. Итого к маю десять профессионалов и тридцать шесть обученных крестьян. Их необходимо вооружить. Как кузнец оружейник, по совместительству министр тяжелой промышленности, скажу, что железа нам катастрофически не хватает. Мы уже переработали всю болотную руду на орудия труда. Зимой мы не сможем осуществлять добычу. Кузня должна работать как оружейный цех бесперебойно. Нас уже трое кузнецов, трое подмастерьев. Механизировали работу большого молота и мехов. Дело за сырьем. Нужно закупать железо. Виктор выразительно посмотрел на министра финансов. Эмма насторожилась, стала черкать в своих записях. – От нашего баронства был сформирован отряд из ополченцев под руководством многоуважаемого барона, ныне инвалида войны Вальдемара фон Мюнних. Играющий на полу Вальдемар, услышал своё имя, поднял голову, улыбнулся всем искренней детской улыбкой. – Также настоящий сын барона воевал, и был ранен. Могли вообще не идти на войну, так как платили в полной мере военный налог, но посчитали долгом защищать свою Родину. Поэтому репутация у нас в графстве хорошая, не то, что у фон Бергеров. Казарму нужно оборудовать, строить заново не надо. Каретник подходит. Просторно, даже и двадцать человек разместится, есть окна, дверь, стены и крыша в порядке. Конюшня рядом. Утеплить полы, сложить большую печь с плитой, топчаны, стойку для оружия, полки, стол длинный и скамьи. Тюфяки, одеяла, подушки. Простые сундуки. Посуду. Я уже распределил задания. Вот, Идалия министерству легкой промышленности, листочек возьмите. Это тебе Микаэль, про аптечки тактические и курс первой помощи. Это Вам, госпожа баронесса. Там все суммы обоснованы, так плотнику и столяру сам отдам… – И много они там неграмотные поймут? – Фу ты, до сих пор не могу привыкнуть. Спасибо, Амелиндочка, прелесть наша, вот я с обратной стороны тогда министерству образования приказ пишу. На тебя вся надежда! Возьми. Список новобранцев и наших пока неграмотных заместителей сама составишь. – Язык мой, враг мой. Тогда прошу разрешения на сеансы жесткого гипноза. – Каждое утро в часовне это не он что ли? – Нет. Там я провожу усиление внимания, памяти, мотивацию. Легкое внушение. Знания они получают и обрабатывают сами. В этом же случае алфавит запомнят за одно занятие. На втором третьем начнут читать по слогам. На пятом седьмом бегло читать. На десятом писать. Но они никогда не смогут научить другого человека. Как, на чём ещё отразится – не знаю. Если разрешаешь, под твою ответственность, вот под приказом это напиши. Виктор ненадолго задумался, хмыкнул, подписал. Отдал мне, пристально глядя в глаза. А ты не простая штучка, читала я в его взгляде. – Итак, подытожу. Обучение с нуля воинским навыкам тридцать два человека. Оборудование казармы на пятнадцать человек. Оплата наёмникам ежемесячно сорок два талера. В год пятьсот четыре. Если думать только категорией денег, то налог выгоднее платить ими. Экономнее на сто талеров примерно. Но деньги нас не защитят, за ними наоборот – придут отнять. Поэтому вооружаемся. Изготовление оружия и доспехов из купленного железа, кожи, древесины на тридцать человек. Шесть мужчин ополченцев свое оружие и доспехи сохранили. Изготовление аптечек на пятьдесят человек. Обучение грамоте и оказанию первой помощи. Моя задача с заместителем Бером, все организовать, согласовать, выковать. На следующем заседании через месяц наши помощники будут присутствовать. Прошу учесть при подготовке. Министр здравоохранения отчитался о работе школы акушерок в Ольденбурге. Сдал триста четыре серебряных талера в казну, тут же Эмма занесла в гроссбух. Потребовал срочно строить отдельно стоящий роддом, что это за государство без роддома? И декретное пособие: по четверть талера каждому новорожденному в деревне. Открыл школу травниц в лекарне, четыре девчонки лет двенадцати – тринадцати, им преподает Верена, зимой теорию, летом будет практика. Сырья растительного лекарственного требуется всё больше. Рассказал про назначение себе еще одного зама – господина алхимика, основная задача которого будет состоять уже не в добыче драгметаллов, а в развитии фармацевтики. Признался, что хлеб на кухне воруют они с замом, с целью выращивания различных штаммов подвальной плесени на питательной среде. Успехов нет. Возможно исследования в этой области заморозят. Подумал о слишком ранней резистентности человека к антибиотикам. Стоит разрабатывать направление усиления иммунитета. Зачитал отрывки из своего научного труда по санитарии и гигиене, с цитатами и поучительными историями из Библии и жития святых. – Осталось совсем немного времени, господа и мыться станет не комильфо! Исчезнут общественные бани и мыльни в городах и селах. Всё благодаря псевдонаучным трудам шарлатанов от медицины и религии. Мытьё тела якобы способствует болезням, из- за смывания миропомазания. Пока они не написаны, не появились ещё в этом времени. Мне нужно опередить их и дать железобетонное религиозно – медицинское обоснование необходимости личной гигиены. Так же я начал писать медицинский труд о дезинфекции, стерилизации. Срочно нужен трактат о ведьмах, пока их не начали ещё массово сжигать, только отдельные редкие случаи, но ещё лет сто и начнут пылать костры Инквизиции. Пишу на латыни, мне помогает господин Доминик. Мне очень нужна твоя помощь, барон. Эти труды хочу перевести на франкский, старогерманский языки, для более широкого распространения. Стилистику тоже подправить. Нужны консультации грамотного, высокообразованного специалиста от церкви. Мои личные книги "перевелись" латынь, стали по изложению похожи на учёные труды этого времени. Суть осталась прежней. Это сокровища медицинской науки. Их нужно переписывать или нужен печатный станок, размножить медицинский справочник болезней и анатомический атлас…Тут Миша совсем понизил голос и поник. – По религиозному направлению назначить просто некого. Хотя направление важнейшее. Будем работать. Искать человека. В командировку в Ольденбург кого – нибудь послать. Жаль, что наш дядя, господин барон недееспособен. Так нужны нам в команду свои люди! Дядя, утомившись бурной деятельностью, положил голову баронессе на колени, и задумчиво чистил нос. – А наш умничка, наш хороший мальчик Вальдичек, кем хочет быть? Нежно потрепала его рыжеватые кудри Эмма. – Я бы хотел быть министром иностранных дел, а также внешней и внутренней разведки. Пока инкогнито. Секунда. Вторая. Третья. Эмма нелепо осела на стуле, словно из неё выдернули позвоночник. ПЦ. Большой такой. Н-е-е-т. Грандиозный!!! – А что вы все на меня смотрите? Я всего лишь психолог. Не психиатр. Даже психотерапевтом не работала. Мы в экспертизах не участвуем. Микаэль вон – целый врач! И, вообще, в этой отрасли медицины, кто первый халат надел, тот и доктор! – Объявляю третье заседание Совета министров экстренно закрытым. Продолжение завтра утром, нет, лучше после обеда. Всё здесь сказанное и услышанное является государственной тайной. Все свободны. Помогите баронессе. Разойтись, я неясно сказал? Прошу остаться господина Вальдемара фон Мюнних. Виктор, тоже выйди. Это наше дело, семейное. Семейное дело, ага. Где вы видели такую ненормальную семейку, члены которой родились и жили в разных странах, веках и годах, и вот нате вам! Здрасте! Давно не виделись! Ночевать к муттер пойду, если не выставит. Поворкуем. Подготовимся: как стать недосягаемо прекрасной, холодной и неприступной крепостью. Которую берут осадой толпы знатных, красивых молодых и богатых женихов. Как Пенелопу. И что делать, если Одиссей – козёл?