Глава восемнадцатая

Господин барон перед поздним ужином вынес всем участникам мероприятия благодарность, милостиво соизволил самостоятельно подсчитать барыши. Ученицам тут же выдал ими заработанное, за вычетом налога десять процентов. Как додумался только. Ах, да он ведь теперь ещё и налоговик у нас. После чего большой, увесистый мешочек Эмма унесла в неизвестном направлении. Полагаю в хранилище. Весьма сложная задача была решена: увеличить запасы долгоиграющих продуктов и одновременно продать как можно больше другого товара. В сухом остатке прибыль замка составила сто восемьдесят семь серебряных талеров. Учитывая мелкий масштаб торга и большие расходы на закупку нужных товаров, это хороший навар. Благотворительность и обжорный ряд внесли весомую долю. Десять развязанных кошелей замкового гарнизона тоже сыграли свою роль – денежный оборот оживился, мало было случаев натурального обмена. Местный рынок начал насыщаться наличностью. И это есть зер гут!!! Как в школьном сочинении, усталые, но довольные, разошлись по комнатам. Я естественно с Амалией, а муж её был приглашен разделить ложе с хозяином замка. Комнат свободных не было совсем, ни в замке, ни во флигеле. Средневековым гостям не привыкать спать в одной кровати с хозяевами, с учетом дефицита этих самых кроватей и отапливаемых комнат. Обычное дело. И даже символ гостеприимства. – Ой, подружка, красиво тут у тебя! Гобелены странные, это не вышивка? Ох ты, войлок! Как можно, краски такие разные и пейзажи как живые, да на войлоке? – Не знаю, Идалию спроси, её рук дело, точнее она научила девиц, вот под приглядом мастерицы сваляли войлочные ковры на стены, на полы. Веренка еще с ними, матушка, семь горничных и она сама: шестьдесят две женских руки – сила! –А ты? – Не нравится мне рукодельничать, освободили меня, другой работой нагрузили. –Покрывало у тебя с кружевами, подушки, а это что? Одеяло в мешке, зачем? – Подзор, простыня с кружевом называется, покрывало сверху, давай расправляй сама. Мешок снимают, отдельно стирают, одеяло так совсем не пачкается. Пододеяльник называется, наволочек сверху две, потом только внутри наперник. То же самое с матрасом, у него наматрасник есть. Также сняли, постирали. Давай с платьем поможем друг дружке и с мытьем; горничные каждая по три ученицы обслуживает, а мы сами обходимся. – А я, я на шкурах сплю, как крестьянка какая то… Блохи кусаются. Вытряхнули, посушили, готово. И все так спят, привыкли. – Служанкам вашим удобно, работы меньше, не стирать, не заправлять. Полотно опять же бережётся, можно десятки лет его в сундуках копить. Прямо золото. – Я им всем сберегу, я им так сберегу!!! И свекровь не посмеет возразить, моё приданое! – Присылай полотно, нитки, размеры, пока есть кому – сошьют. Девушки во вкус вошли. Сроду им за рукоделие не платили, а тут с продаж деньги идут. Мне ведь не бесплатно сваляли гобелены и ковер, постель сшили. Я за работу им оплатила. Рукав правый пожалуйста помоги отвязать, и шнуровку сзади распусти мне. – Так я и деньги с материалом сразу пошлю, приеду сразу отправлю посыльного. А это еще что? Ты смерти моей от зависти хочешь, подруга? – Я не сплю в той же камизе, которую днём под платье ношу. Отдельно для сна пошили мне – для зимы и лета. Ночнушки называются. Вот летняя, посмотри! – Ооо! Междометие Эллочки – людоедочки вырвалось из уст подруги. Она же почти прозрачная, ох, кружева то где, срам! Ты девица или кто??? Это…это… что? – Шальвары, только укороченные, помнишь, я показывала всем в Ольденбурге? – Эти совсем другие! Ты кому еще показывала? Не вздумай, тут тебе не развратный Восток. Живо еретичкой объявят. Штаны только мужчины носят, если мужское оденешь – преступление! – Так, это – не штаны, даже не брэ, видишь совсем по-другому скроено. Женское это бельё, женское! Трусы называется, специальное медицинское приспособление для этих дней. У мужчин такого не бывает, вот поэтому они другое бельё носят, чтобы чулки было куда привязать, неужели непонятно? – Удобно, конечно, а эти для чего? Для зимы? Тёплые какие, ой извини, померять можно? Колятся немного. Ко-го-ты… связать можно запросто, я уже понимаю, как. – Мужчинам их носить категорически запрещено, это женская одежда …в Китае, в горах женщины так носят. Если мужчина такое оденет, точно – еретик! – Хи-хи-хи, вот прям представила своего одноного еретика!!! В одной коготе! – Ему ногу в подарок сделали. Отличная нога! Андреас наверно уже вручил. – ??? – Протез называется, деревянная липовая часть от колена до стопы, наш столяр вырезал, отшлифовал. Липа очень легкое дерево. Сверху ямка под культю, в ней внутри мох, потом обклеена войлоком, иногда это менять надо, как войлок сотрется. Крепится мягкими широкими ремнями из кожи козленка, за ляжку. А внизу сделали деревяшку в форме небольшой стопы, чтобы площадь опоры была больше, кожевник бычьей кожей её оббил, чтоб не стиралась, не стучала. Ты что молчишь? – У него уже плечи выше головы от костылей, скривилось тело, мозоли под мышками, сил нет, на мучения такие смотреть. – Не плачь, Амальхен, милая. Всё поправимо. На культе мозоль тоже образуется, но это только облегчит ему носить протез. Зато можно будет просто с палочкой ходить. Снимать на ночь и днём раза два – три ненадолго надо, следи за этим строго. Одевается он быстро и легко. Так что теперь двуногий муж у тебя, радуйся! – Уверена, утром уже оденет, поскачет! – Крестникам моим приготовила подарки, смотри. Крохотные пинетки, ползунки, распашонки, кофточки, чепчики – всё было в младенческих традициях мимимишным и розово – голубым. Две больших упаковки подгузников. Кстати – многоразовых. Мох сфагнум внутри нитяных сеток хорошо выполаскивался, быстро высыхал. Имеет антисептические свойства, впитывает жидкость в пятидесятикратном объёме. Не подгузники – мечта няньки! Матрасики и небольшие подушки, из смеси пуха и мха, уютные войлочные валики для крепкого младенческого сна, балдахины с вышивкой ришелье… Много еще чего. Девушки шили изделия со счастливыми лицами. С учётом жертвенных зачастую родов этого времени, они всё равно мечтали о детях! Силён материнский инстинкт в женщине, сильнее, чем инстинкт самосохранения. Незадолго до родов, если роженице было, что завещать, она составляла завещание. В обязательном порядке. – Господи милосердный, Святая Богоматерь!!! Это же прелесть что такое, да я слов не нахожу! Спасибо, спасибо, спасибо! Мне так моих деточек жалко, в свивальниках лежат как червячки, кряхтят только, не пошевелиться даже. А платьица им пока рано носить. Это сейчас оденем, двигаться смогут. Такие удобные вещи. Это чудо, чудо! – Ну, чудо будет, если мы приглашенных на свадьбу гостей куда то втиснем…Ума не приложу, что делать? Хотя бы лето было. Матушка уже голову сломала. Делать спрашиваю что, Амалька? – Дел то! Слуг велите мало везти. – Еще и слуги будут. Ужас! – Конечно, возничие, личные слуги. Охрана. Их к своим слугам на ночь определите, пусть на пол сплошь солому стелят, сверху шкур выдай поболее. Они к этому привычны. Ты с сестрой и матушкой в одной спальне, экономку к себе. Женщин знатных распредели к девам в спальни. Всего по три на таких больших кроватях спят, спокойно еще поместится там и по пять на кровать. Горничным их по шкуре, к камину поближе. – Мужчин куда? Уплотнять своих? У нас семь спален мужских. Шесть своих мужчин в одну переведем. Пять спален по пять благородных рыл на каждую. Ну… ничего вроде. Разместим. Наследника с наставником и камердинером во флигель, к родителям переведём. Прислугу их туда же, в холле спать будут. Хорошо хоть флигель отдельный есть, удобно графской семье будет. – Чтооо? Граф с семьей приглашен? Согласился? – Да вроде не отказался. – Молодых куда? – В седьмую спальню, где сейчас наследник. Украсить надо будет её, она самая большая. – Зачем на двоих самая большая? – Для торжественности момента, не каждый год бароны рода фон Мюнних женятся. – Да, для статуса нужно, все гости спальню молодых будут смотреть, вечером и утром. – Это еще зачем? – Замуж будешь выходить узнаешь! Мы еще долго болтали, хихикали и лупили друг друга подушками, потом прокрались на кухню, украли три последних чебурека и схомячили их холодными. Самой главной тайны – что делают супруги в первую брачную ночь и последующие, подруга не выдала. Кремень! Я передумала выделять большую спальню молодым. Сделаю так, что никто не узнает, где барон с баронессой первую брачную ночь проводят, нечего аттракцион из интимной жизни на потеху публике устраивать. С утречка провожали дорогих родственников. Кумовья теперь есть у меня и брата, есть малыши – крестники. Обзаводимся родственными связями. Андреас с бароном фон Штакельберг, прямо не разлей пиво, в обнимку, вышли на четырёх ногах из спальни. Брат помогал куму осваивать новую ногу. Судя по опухшим физиономиям, дегустация фильтрованного, пастеризованного продлилась до переполненных горшков. По себе знаю, если приступаешь к распитию пенного, сначала убедись, что рядом есть туалет. Молитва дорожная, горячий завтрак. Гостинцы и покупки упакованы, сундуки прочно привязаны, спасибо шустрому управляющему транспортом Руди, не зря надбавку просил. Конюх Ганс несёт жаровню с углями в возок. На ошибках учится. Вот уже прискакали сопровождающие: два наших наёмника верхами. Гордей в возке. Проводят соседский обоз до Хаггена, потом в монастырь, за своим, теперь уже нашим, бывшим десятником инвалидом. Эмма просила привезти к нам из монастыря священника. Хотя бы на время. Надо всем исповедаться, причаститься, о венчании молодых побеседовать, постройку храма обсудить. Может, удастся уговорить святого отца служить в нашем приходе. Заодно отвезут госпитальерам провизию, благотворительный взнос. От кого? От волонтёров со всех окрестных деревень. От крестьян и ремесленников, мелких торговцев, девушек мастериц, – все старались на благо Матери нашей церкви, ибо это она печётся о сирых и убогих, а мы лишь ей помогаем. Хотя десятина была уплачена еще осенью, мы посчитали возможным от доходов ярмарки выделить ещё пять процентов деньгами. Торговцы тоже дали товара понемногу, вот и набралось. Сердечно распрощались с соседями на крылечке. Когда еще увидимся? Да на свадьбе, скоро! Я быстро побежала наверх башни, с выходом наружу. Сбылась еще одна моя маленькая мечта – помахать на прощание платочком, не просто так, а чтобы выглядело органично! Жить в замке тоже мечтала, в детстве, когда была папиной принцессой. Мечтать надо аккуратно!