Глава 22
Такое ощущение, что все происходит не со мной. Проснувшись утром, у дедушки в гостях, я привстала и увидела, как за окном медленно разгорается рассвет. Осенью он особенно красивый: золотые лучи солнца словно пронзают разноцветные листья. А деревьев у дедушки за окном много, есть чем полюбоваться.
В детстве я пыталась засушить опавшие листья, уговаривала родителей сделать это с помощью магии. Но в итоге они все равно становились хрупкими и рассыпались прямо в руках.
Прямо как мои прежние убеждения.
Я погладила заурчавшую Эсси. Та ткнулась носом в покалеченную руку, которую вчера дедушка еще раз намазал своей чудесной мазью. Мне очень хотелось сейчас же снять повязки и посмотреть, как выглядит ожог, но не решилась делать это сама.
Было еще совсем рано. На уроки мне не надо, к целителям сказали явиться в районе десяти утра. А сейчас часы показывали самое начало восьмого. Могу смело валяться еще час.
Но вместо этого я торопливо оделась, заплела волосы и придирчиво оглядела себя в зеркале. Эсси крутилась под ногами, то и дело трогая лапкой край юбки. Я вдруг ощутила что-то странное. Словно во мне всколыхнулись разом игривое любопытство, легкое опасение и детское счастье.
Но это не мои эмоции!
Посмотрела на Эсси. Та ответила невинным взглядом огромных глаз. Да ладно?! Я все же научилась чувствовать своего волшана?! Наклонилась, чтобы погладить Эсси, и вновь ощутила волну нежности и восторга. Да-а-а, волшан видела меня невероятно красивой! Я будто взглянула на себя ее глазами. Совсем не то бледное отражение в зеркале, где под испуганными глазами синяки, вся какая-то худая и нескладная. Хорошо еще, платья мои пошиты на заказ и как-то скрывают недостатки.
Но Эсси видела меня такой хорошенькой! Эх! Ну хоть для кого-то я красивая. Ну и для Адриана еще, конечно. Лео явно не считает меня красоткой, иначе не повел бы себя так.
Я провела рукой по аккуратной прическе, вскинула подбородок и вышла из спальни. Эсси дымчато-серебристой тенью скользнула следом.
– Доброе утро, дорогая!
Дедушка тоже сегодня встал рано и уже стоял возле окна, с чашкой в руках. Одетый так, точно собирался на званый обед.
– Доброе утро, – проговорила я и замолчала, не зная, что еще добавить.
Вчера мы с ним говорили о вещах, о которых не стоит говорить. Имя Зарекка если и упоминают, то шепотом и с самым презрительным видом.
А мы наоборот.
– Я слышал, что ты возишься в комнате, – улыбнулся дедушка. – И попросил Медалин подготовить столовую для завтрака. Идем? Нам надо поговорить перед твоим возвращением в школу. И сделать новую перевязку.
В столовой у дедушки стояли два стола. Один – массивный, огромный, видимо для больших приемов. А второй, более уютный, круглый, возле окна. Вот за ним мы и устроились, пока Медалин подавала завтрак и разливала чай.
– Судя по всему, ты плохо спала. – Дедушка поднял взгляд от тарелки с нежным омлетом и овощами на меня. – Думала?
– Да. И… знаете, ведь нам всегда говорили, что Зарекк – чудовище. Но теперь именно его появление может дать шанс всем на то, чтобы вернуть… равенство среди магов?
Дедушка как-то странно посмотрел на меня.
– Ты бы хотела его возвращения? Уверена?
Я едва не укусила вилку на эмоциях. Хотела бы?! Нет!
– Просто я не знаю. – Мне пришлось глотнуть чаю, так как в горле пересохло. – А теоретически это что… возможно?
– Да, – пожал плечами дедушка.
Он выглядел совершенно спокойным и явно наслаждался завтраком. Тогда как у меня кусок в горло не лез. Все мысли вертелись вокруг Зарекка.
Ох ты ж, да я, выходит, предательница, раз позволяю себе думать о таких вещах!
– И… как это сделать? – спросила и ужаснулась самой себе.
– Да, в общем-то, сам ритуал не сильно сложный, но вот ингредиенты… Кристалл улленару, особая пентаграмма, нарисованная смесью всех четырех стихий и посыпанная пылью упавшей звезды, шерстинки волшанов всех стихий, очень важно не сбиться при нанесении рун… И главный ингредиент – кровь мага, которая несет в себе четыре стихии.
– Так не бывает!
– Бывает. Если у родителей разная магия, ни одну из которых ребенок не унаследовал, а кто-то из дедушек или бабушек обладает четвертым даром. Вот и выходит…
– Так это я! – вырвалось невольно. – Ох!
– Ох, – согласился дедушка. – Такое нечасто случается. Сама знаешь, что после Зарекка семьи стараются не смешивать магию. Так что такие, как ты, теперь редкость.
– А остальные ингредиенты…
– Лиззи, зачем ты спрашиваешь это у меня?
Я быстро допила остывший чай. Внутри все дрожало, я понимала, что, если сейчас скажу то, что хочу, стану настоящей преступницей. Против короля и страны.
– Потому что… – Сглотнула, зажмурилась и выпалила быстро и сразу, пока не передумала: – Я хочу вернуть Зарекка, чтобы он все исправил.
В столовой наступила звенящая тишина. Даже волшаны, играющие в уголке, притихли.
* * *
В школу я вернулась к осмотру. Целительница развернула наложенные дедушкой бинты и удивленно прищелкнула языком.
– Жаль, что такую мазь практически невозможно достать. И уж тем более нереально создавать в промышленных масштабах. Скажу вам, ваш родственник не поскупился на очень хорошего целителя и алхимика.
– М-м-м… – промычала я, так как руку во время осмотра все еще припекало. Но выглядела она гораздо лучше. И одним из трех поврежденных пальцев я могла шевелить почти нормально!
«Ты понимаешь, что о таких вещах не следует не то что говорить, но даже думать! Везде, кроме моего дома, ты должна хранить молчание. Ни слова, ни взгляда, ни намека. Молодость склонна к порывам и необдуманным решениям. Если кто-то хоть что-то заподозрит, то это конец не только тебе».
Я решила, что лучше всего будет, если стану больше молчать и меньше разговаривать. До сих пор не верилось, что сказала дедушке такое. И еще больший шок от того, что он согласился. Но после ничего конкретного не сообщил. Только постоянные предостережения. И руны, которые предотвратят излишнюю болтливость. Ничего особенного, но говорить о нашей идее я просто не смогу.
Проверять, как это работает, конечно, не буду.
– Ну что ж. – Целительница закончила перевязку, похлопала меня по плечу. – Думаю, завтра можешь выходить на уроки. Только рунами пользоваться не сможешь. Ничего, слушать и записывать тоже полезно.
Я молча кивнула. Уже хотелось вырваться из целительского крыла, нормально поболтать с друзьями, даже увидеть преподавателей. Да и Эсси будет полезно пообщаться с другими волшанами.
Так что я в приятном возбуждении убежала в свою палату, где устроилась в кресле, взяла книгу по бытовой магии и уставилась на страницы. Время шло, но я не понимала, что читаю. Все мысли крутились вокруг того, что мы обсуждали с дедушкой.
Никому не скажу. Даже Адриану. Я стану предательницей, какой кошмар! Но только потому, что по-другому не получается. Уставившись перед собой, сейчас я понимала, что осознанно пошла на предательство, о котором даже подумать страшно.
Или нет?
Мои родители точно будут в глубочайшем шоке, если узнают. Хотя дедушка заверил, что в случае чего сделает все, чтобы я выглядела как жертва, а не как один из заговорщиков.
Я прижала ладони к пылающим щекам. Внутри творилось такое… не знаю, как описать. Меня то бросало в дрожь, то становилось жарко, словно поднялась температура. В общем, те еще ощущения. Так что хорошо, что сегодня ко мне никто не заглянул. Я знала, что после уроков устроили общий сбор по поводу будущих соревнований между школами. Ежегодное состязание, в котором Мимамо всегда побеждала. Наверное, потому, что в жюри в основном сидели маги воды и воздуха.
Почему я раньше этого не замечала?
В общем, весь день я так и просидела над книгами, но ничего из них не запомнила. Отвлекалась только на поесть. И на то, чтобы поиграть с Эсси или постараться наладить с ней более сильный контакт. У меня медленно, но получалось все сильнее чувствовать своего волшана, ее эмоции. Так интересно, когда ты понимаешь, что ощущаешь чужую радость, но как бы пропускаешь ее через себя. Когда Эсси захотела спать, то я сама не заметила, как тоже уснула. И крепко проспала до самого утра. Когда пришла пора отправляться на уроки. Ура! Кто бы сказал, что я буду рада этому!
* * *
Прошла неделя, во время которой я только и делала, что училась, болтала с Алисией или гуляла с Адрианом. О да, теперь мы официально считались парой. Только меня бесили завистливые взгляды других девчонок. Я-то тут при чем? Люди начинают встречаться, когда двое этого хотят. Я же не тащила Адриана за собой на поводке! Он выбрал меня, я выбрала его!
А еще о нас узнали наши родители. Уф-ф-ф. Адриан заверил меня, что его мама и отец поддержали выбор сына и сказали, что доверяют ему. Что же касается моих…
Это случилось, когда мы возвращались из одного уютного кафе. Экипаж остановился рядом с воротами школы, Адриан вышел первым, подал мне руку. И едва я ступила на подножку, как услышала оклик, полный изумления и ярости:
– Элизабет?!
Я едва не подпрыгнула. К нам с Адрианом, который стиснул мне руку, направлялся мой отец. Мама замерла неподалеку с таким лицом, словно я сейчас должна сгореть со стыда.
– Элизабет, мне надоел этот спектакль! Ты немедленно едешь с нами домой!
Я не выдержала и хотела спрятаться за Адриана, но тот и сам уже заслонил меня.
– Здравствуйте, лорд Килей…
– Молчи, щенок. – Отец протянул ко мне руку, но я увернулась. – Не устраивай сцен, Элизабет, немедленно в экипаж!
Его волшан распушился и зашипел. В ответ Эсси тоже зашипела, да так, что я едва не оглохла. Не знала, что моя девочка умеет издавать такие звуки.
– Быстро беги в школу, – шепотом приказал мне Адриан. – Хотя нет, бежим вместе.
Правильно. Его родители, конечно, состоятельны, но у моих сословие выше. Так что если Адриан попытается ударить моего отца, то будут очень серьезные проблемы.
Как же хорошо, когда у твоего парня голова на плечах не только для того, чтобы целоваться!
Только вот юбки мешались. Плюнув на все, под неодобрительный крик мамы, я задрала их выше, чем положено, и побежала так, будто сдавала норматив. Впрочем, держать юбки одной рукой было не слишком удобно, а за вторую меня тянул Адриан, который бегал быстрее.
– Элизабет!
Я припустила еще быстрее, кожей ощущая, что вот-вот на плечо опустится тяжелая рука отца и дернет назад.
Он почти нас догнал, когда мы вихрем влетели в ворота школы. И замерли сразу за ними. Все, дальше начиналась власть Аркано. Здесь мы в безопасности. Я уперлась ладонями в подрагивающие коленки, чтобы перевести дух. Адриан рядом со мной стоял спокойно, точно только что не пытался установить рекорд по бегу.
Отец замер перед воротами. Лицо его исказилось от злости. Я даже сделала шаг назад, но Адриан удержал меня. И попытался заслонить собой, хотя мне все же хотелось поговорить с отцом.
– Папа…
– Ты! – Он явно пытался изо всех сил сдержать ярость, так как вокруг уже собирались любопытные. – Элизабет Килей, ты должна немедленно поехать с нами!
– Зачем? – вскинула я брови.
– Затем, что мы твои родители.
– Правда? – тихо спросила я, которая не боялась скандалов, так как устала бояться.
Да и вообще, я тут того, изменницей стать собираюсь. И не кому-то, а целому королевству.
– Элизабет, быстро! – приказал отец.
К нам подбежала Алисия, остановилась и погладила меня по плечу. Ее волшан сердито урчал и явно хотел кому-нибудь настучать клювом по голове.
– Хочешь запереть мою магию? – спросила громко, слыша, как среди учеников прошел ропот.
Запереть чью-то магию – значит лишить будущего, убить волшана, навязать чужую волю.
– Элизабет, прекрати! – зашипел отец, не желая развязывать скандал.
Ну а мне терять было нечего.
– Отец, – я не могла назвать его, как прежде, «папой», – ты перестал меня любить, когда узнал, что я маг земли, а не воды или воздуха, как вы с мамой. Ты решил, что лучше убить мою Эсси, лишить свою дочь магии и спрятать ее подальше от всех. А когда я получила такой ожог, что могла остаться инвалидом… вы где были?
Кажется, на лице отца что-то промелькнуло. Стыд? Но только на мгновение.
– Еще слово, Элизабет, и я отрекусь от тебя!
– Ты уже отрекся от меня, когда захотел убить Эсси.
Я отвернулась и медленно пошла мимо расступавшихся учеников. Адриан и Алисия шли рядом. И от этого мне было немного легче.
Хотя все равно было безумно больно от того, что мама так и не попыталась даже заговорить со мной. Больно так, словно в груди поселились сотни острых стеклянных осколков. Даже дышать стало трудно. Эсси на моем плече притихла и только облизывала мне щеку.