Глава 26

Я смотрела, как господин Чандлер приближался ко мне, таща в одной руке огромный саквояж. Отметила, что сегодня он был опрятно одет и даже гладко выбрит.

— Добрый день, леди Беверли, — проскрипел Чандлер, — вижу и сюда дошла проклятая зараза.

— Вы вряд ли пришли ко мне, чтобы сообщить эту новость, — ответила я, — пройдемте внутрь.

Мы зашли в торговый зал.

— Большое помещение, — проговорил старик, осматриваясь и крепче прижимая к себе кожаный чемодан, — но почему прилавки пустые?

— Я еще не успела привести здесь все в порядок, — быстро ответила я. Хотя, если мы сработаемся, мне придется признаться, что я ничегошеньки не смыслила в производстве лекарств.

Пригласила Чандлера разместиться на кухне и вскипятила воду. Старик недоверчиво покосился на кастрюлю, подошел к огню, достал из внутреннего кармана пиджака пузырек с каплями черного цвета и добавил три капли в емкость.

— Оставьте себе, — сказал он, тяжело опускаясь на стул и скривившись от боли. Нога старика беспокоила. Чандлер выставил на стол пузырек, — вода здесь грязная и лучше лишний раз себя обезопасить, чем потом тратиться на лекарей и снадобья и терять здоровье.

— Благодарю, — ответила я, мысленно добавляя эликсир в будущий ассортимент, — что вам известно про эту новую болезнь? Как она передается?

— Я пока мало, что знаю, — сказал Чандлер, — аптекари со мной не общаются. Давно списали со счетов. Да они и не смогли бы много рассказать. Здесь властвует Коннингтон, а, значит, и болезнь изучают придворные ученые и лекари. Но я опросил людей в округе и выяснил, что зараза передается через кровь и другие жидкости в организме. Порезы, укусы животных, употребление зараженных особей в пищу.

— А какие симптомы? – взволнованно спросила я.

— В этом-то и есть основная загвоздка. На начальном этапе их нет — а когда проявляются — в виде сильного кашля и воспаления дыхательных путей, иногда резкого ухудшения зрения — то уже, как правило, слишком поздно.

— То есть мы не знаем, сколько людей сейчас заражено, — тихо проговорила я, в свою очередь тоже уселась за стол и сделала глоток травяного отвара.

— Не имеем ни малейшего представления, — подтвердил Чандлер.

Звучало все не очень обнадеживающе. Учитывая развитие современной медицины, болезнь вряд ли удастся взять под контроль. В городе даже не был объявлен карантин, жителей не проинформировали о простейших мерах безопасности.

— Леди Беверли, — обратился ко мне старик, — когда вы ко мне заходили, то делали предложение о работе.

Я кивнула.

— Каковы ваши условия? – спросил Чандлер.

— Мне нужен аптекарь, — спокойно ответила я, — человек, который будет готовить лекарства в таком количестве, чтобы аптека открылась через неделю и исправно работала. Рецепты и оборудование есть. Сырьем я обеспечу.

Я пока не очень понимала, на какие средства я все это сделаю, но решила, что этой проблемой я займусь по ходу пьесы. В конце концов, продам что-то из домашней утвари.

— На каких условиях вы готовы сотрудничать? – переадресовала я вопрос старику.

— Мне нужна лаборатория, чтобы работать над лекарством от новой заразы и средства для закупки ингредиентов, — ответил Чандлер, — это пятьдесят терралов в месяц.

— Вы собираетесь изобрести лекарство от Южного мора?

— Именно так. Эти бестолочи наверху никогда до этого не додумаются.

Так, мало того, что я нанимала на работу опального аптекаря с безнадёжно испорченной репутацией (кстати, мне еще предстояло выяснить, что с ним произошло, и за что он сидел в тюрьме), так еще и шла против Коннингтона, который запретил мне вмешиваться.

— Готова предложить вам тридцать терралов и мне еще понадобиться обучение. На этих условиях мы будем работать как минимум полгода. Если вы изобретете лекарство раньше, то останетесь работать в аптеке, а эти деньги станут вашим ежемесячным вознаграждением, — быстро сказала я.

— Сорок, — отозвался Чандлер.

— Согласна, — ответила я, — пройдемте, я покажу вам аптеку.

Старик заметно оживился и потер руки. Будь его воля, приступил бы к работе прямо сейчас. Я видела это по вмиг вспыхнувшему интересу в его глазах.

Мы спустились в лабораторию.

Чандлер с недоумением посмотрел на остатки веток деревянки, лежавших на столе и на бутыли с жидкостями.

— Вы здесь ничего не производите, — сказал он, проведя скрюченными пальцами по столу.

— Я произвела одну небольшую партию «Септиума», — замялась я, — и отдала ее на продажу.

— «Септиум»? Что это? Впервые о таком слышу, — пожал плечами старик.

— Эликсир, предотвращающий всякую заразу, — пояснила я.

— Леди Беверли, — обратился ко мне Чандлер, — я про вас ничего не знаю. Ни вашего прошлого, ни ваших способностей. И уж тем более не знаю, как вы получили эту аптеку. Аренда сейчас стоит огромных денег, а у вас даже нет сырья и инструментов.

Да глупо было думать, что Чандлер не поймет, что со мной было что-то не так. Только он даже не представлял себе, насколько.

— Меня это совершенно не интересует, — продолжил бывший аптекарь, — у всех из нас есть прошлое, и мы не всегда готовы о нем говорить. Мы с вами заключили договор и будьте уверены, что я свою часть выполню.

— Как и я свою, — отозвалась я, — только, господин Чандлер, на работу вы приходите утром и трезвый.

Старик усмехнулся и водрузил на стол свой саквояж.

— Проведем ревизию, — сказал он, — помимо этих бутылок и порошков, что еще у вас есть из сырья?

За остаток дня мы рассортировали все, что я закупила и что нашла в фургоне. Какие-то добавки и эликсиры для приготовления лекарств были у Чандлера в саквояже.

Затем пришла очередь имеющихся и у него, и у меня лекарств. Мы неплохо “закрыли” категорию желудочных препаратов и средств против простуды. На первое время их было в достатке. А также старик одобрил мою идею сделать отдельный «косметический» прилавок.

— К завтрашнему дню я составлю список того, что нужно будет закупить на первое время, — сказал Чандлер, стоя в дверях, — завтра в шесть утра я буду у вас. Всего доброго, леди Беверли.

Старик спустился по ступеням и заковылял прочь по улице. Кутаясь в шаль, я подождала, пока его фигура окончательно растворилась в темноте.

Захлопнула и заперла дверь и обвела взглядом торговый зал. Сердце радостно забилось. Завтра начинаем!