Глава 12

Лейнор открыл сразу, будто все это время прождал меня под дверью.

На нем были черная футболка с леопардом и удлиненные шорты. Взлохмаченные волосы торчали наэлектризованными в разные стороны и создавали образ полусумасшедшего фрика.

Хмуро поглядев на меня, Лейнор вздохнул и посторонился.

Я вошла в комнату, дождалась, пока закроется дверь, и выпалила:

– Ты меня осуждаешь!

Лучше прояснить все сразу и не тянуть. Во взгляде Лейнора читались разочарование и неудовольствие. Почему-то мне было сложно видеть это.

– Не в моих правилах говорить тебе что-то, – ответил он.

– И все-таки ты меня осуждаешь!

Обвинение – самая лучшая защита. Но стоит ли нападать на единственного друга?

Кажется, Лейнор подумал о том же, потому что черты лица его смягчились и он примиряюще сказал:

– Садись, раз пришла. И рассказывай, не передумала ли ты сбегать из обители.

– Конечно не передумала! – Я плюхнулась на кровать и скрестила на груди руки. – Думаешь, одноразовый секс что-то исправит? Выправит кому-то мозги или научит хорошим манерам? Нет. Каким человек был, таким и останется. И поверь, я отлично понимаю это. И всегда понимала…

– Но ты пошла на это…

– И что? – вздернула подбородок я.

Лейнор опустился на ковер и прислонился спиной к тумбочке.

– Тогда я вас, женщин, совсем не понимаю… Если он не ослабил твое внимание сладкими речами и обещаниями…

– Нет, конечно. Просто мне захотелось. Мне. И это мое решение.

– Но…

– Да, такое может случиться с каждой. Внезапно накроет, и все, – раздраженно пожала плечами я.

Допрос Лейнора был мне неприятен. Я знала, что придется объясниться, но на практике это было унизительно. Оправдываться, будто я несмышленая или легкомысленная.

Да, в глубине души мне не нравилось, как я поступила.

Да, где-то еще глубже я даже испытывала отвращение к самой себе.

Но секс уже случился. Его не исправить. Его не забыть – чего уж, если тело помнит каждую секунду, и вообще нас застукали. Придется смириться и перелистнуть эту страницу жизни.

Какое, в конце концов, Лейнору дело, с кем я сплю?

– Ты не должна была подпускать к себе барса, – нехотя проговорил Лейнор. – Ваша связь возобновилась и будет существовать еще семь лет. Семь лет качать энергию…

– О чем ты?!

– Любая связь не проходит бесследно. Особенно для женщины. Женщина – колыбель мира, в ее лоне зарождается новая жизнь. Легкомысленно считать, что половая жизнь не оставляет после себя никаких следов.

– Ты говоришь бред! – Я едва удержалась, чтобы не вскочить с кровати и не топнуть ногой. – Никакого значения случайный секс не имеет. Это всего лишь удовлетворение физиологической потребности!

– Для Георга – возможно, – тихо сказал Лейнор. – Но не для тебя…

– Нет. Давай не будем больше говорить на эту тему! – Я дернула ногой и задела тумбочку. Не обратив внимания на прострелившую боль, ехидно добавила: – Ты не моя мамочка, чтоб указывать, что мне делать, а что – нет.

– Думаешь, твоя мать одобрила бы? – поднял бровь Лейнор.

– Понятия не имею, мне даже неинтересно. Я пришла узнать, хорошо ли ты себя чувствуешь и планируешь ли перемещаться в храм?

– Да, мне разрешили. – Лейнор вдруг подался вперед. – Это сила цветка в тебе говорит. Понимаю… Постарайся не злиться, Джули. Иначе ты все испортишь.

– Что я испорчу?! – Мое настроение взорвалось и скакнуло вверх. – Опять тебе не нравится что-то?!

– Твой хвост… – Парень кивнул за мою спину. – Он очаровательный и нравится мне. Смотрится весьма симпатично, но… его надо убрать. Вспомни о выдержке, о самообладании… У тебя шерсть выступила на щеках. Еще немного, и ты обратишься. Соберись, Джули. Сегодня знаковый день. Ты должна во что бы то ни стало демонстрировать радость и спокойствие, чтобы барсы ничего не заподозрили. Ни единого нервного жеста, ни единой вспышки. Даже если Георг скажет, что ты не единственная, или он замурует тебя в подвале, ты должна улыбаться и усыплять их бдительность.

– Боже!.. – Я потрогала свое лицо и сникла. – Я провалю все, я… выдам себя. Ведь я только недавно смогла втянуть кошачью натуру обратно… А если она опять даст о себе знать?..

– Ты сможешь! – Лейнор плавно поднялся и сел рядом со мной на кровать. Его рука легла поверх моей и сжала ее. – Ты очень сильная, Джули. Я сразу это заметил. Еще когда ты бегала по лабораториям в поисках своего сына.

– Каждая мать отправилась бы на поиски, – возразила я.

От прикосновения Лейнора становилось легко и приятно, будто спокойствие парня проникает под кожу и добирается до сердца. Так приятно, когда есть дружеская поддержка!

– Не каждая. Не стоит принижать свои достоинства. Тема убежал на волке. Уже одного этого хватило бы, чтобы впасть в ступор… А ты смогла выстоять, смогла принять новую реальность. Ты очень сильная женщина, Джули. Пойми это!.. Теперь, когда в твоих венах течет сила цветка форлиуса, ты можешь еще больше. Только поверь в себя! Поверь, что ты достаточно сильная, чтобы выдержать этот день. Смирись с присутствием родни Георга и не обращай внимания на их насмешки, придирки, их самодовольство. Ты достаточно смелая, чтобы украсть сына, убежать с ним прямо из-под носа призраков… Ты сможешь это, Джули. Только ты и сможешь!

Неожиданно я хмыкнула носом.

– Будет какой-нибудь знак, что надо бежать к дверям?

– Я моргну вот так и взмахну рукой.

Лейнор сделал узнаваемое движение, будто почесал за левым ухом, а потом выставил указательный и средний пальцы в знаке буквы V.

– Поняла. А что делать, если у портальных дверей будут стоять барсы?

– Ты сможешь отбиться, – спокойно сказал мне Лейнор и нежно провел другой, свободной рукой по моему лицу. – Вот видишь, шерсть исчезла… Ты очень талантливая, Джули. Способная к магии… И я не понимаю твоих родных, что не сказали тебе это.

– Они говорили. Наверное… Только я плохо слушала. – Я изо всех сил старалась не расплакаться.

Слова Лейнора задели потаенные струнки в моей душе, и вместо того, чтобы стать сильной и уверенной в себе, мне захотелось уткнуться лбом в его плечо и дать слабину.

Но этого делать никак было нельзя.

Ни к чему смущать парня слезами. Чужие проблемы, чужие переживания – незачем вешать все это на него. Я переживу. Смогу понять свои чувства и прожить их в одиночестве. Осознать, что чувствую и почему. Курс самоанализа ждет меня, и не надо делить это важное событие с чужаком.

Пошатываясь, я встала и с твердым намерением закончить разговор шагнула к двери.

В глазах все-таки стояли слезы. Они плодились, множились, собирались похоронить меня под собой.

Одна секунда промедления – я вытерла глаза.

Неожиданно Лейнор схватил меня за руку, привлек к себе и… страстно поцеловал.

Это был взрыв! Взрыв такой силы, что у меня задрожали руки. Как будто тяжелой чугунной сковородкой со всей силы меня стукнули по голове.

Я чуть не потеряла сознание от ужаса!

И не понимала, что происходит.

Дрожь с рук перешла на тело. Я хотела вырваться, прекратить поцелуй, но не могла справиться со своей собственной силой. Она как будто сосредоточилась в одном месте и, размахнувшись, ударила мне в голову.

Мозг отключился почти полностью.

Выпустив когти, я инстинктивно вцепилась в ладони Лейнора и попыталась их пропороть. Он не позволил, крепко сжав пальцы.

Я и не знала, что в худеньком теле парня содержится столько силы!

Сделав несколько рывков, я так и не смогла вырвать руки и освободиться.

Не выдержав этой пытки, я зарычала ему прямо в губы.

– Тш-ш, Джули! – вдруг насмешливо сказал он и отодвинул свое лицо.

Глаза смотрели на меня насмешливо, с легкой издевкой.

– Неужели мой поцелуй был так противен?

– Р-р-р! – выразительно прорычала я.

– Ты забавная, – улыбнулся парень. – Теперь понимаешь, к чему следует быть готовой?

Опешив от его слов, я замерла.

– Чего?!

– Ты слишком импульсивна, – продолжил он. – Ты готова сорваться в любой момент, по любому поводу – наброситься, кусаться, драть когтями…

– Я не кусала тебя! – отозвалась возмущенно. – Не догадалась… как-то.

– Ты совершенно дикая. – Лейнор поднял мои руки. – И ты живешь эмоциями. Это неправильно. Пора брать их под контроль.

– Но ты поцеловал меня! – обличающе выкрикнула я, а в ответ услышала:

– Ну и что?

– Как… это «ну и что»? Для меня поцелуй важен! – снова возмутилась я. – Ты вторгся в мое личное пространство, поэтому и получил.

– Я сбил тебя с курса, поэтому и получил! – возразил мне дух справедливости. – А теперь подумай, сколько существ будут сбивать тебя с курса перед ритуалом? Сколько барсов будут радоваться твоим слезам и потере самоконтроля?

– То есть… – смысл пассажа доходил до меня медленно, – ты все это затеял специально, чтобы проверить меня?.. Чтобы показать, что… я должна быть осторожнее?

Лейнор широко улыбнулся:

– Конечно. И не кидаться с когтями на Фреда и Эдди, если они вдруг захотят поцеловать тебя в щечку и пожелать счастья.

– Поцеловать… в щечку? – недоуменно переспросила я.

– Конечно! У тебя же завтра свадьба. А они братья твоего жениха, между прочим… Ты очень зажата, Джули. И нервно реагируешь на сближение, – кивнул Лейнор. А потом, спустя секунду, задумчиво добавил: – Мне интересно, как вы смогли найти общий язык с Киром?.. И насколько сблизились?

– Прилично мы сблизились! – взбешенно выдохнула я. – Не твое это дело!

– Джули? – Лейнор саркастично поднял бровь.

И я сдалась. Сдулась.

– Поняла я, поняла. Держать себя в узде, эмоции под контролем. Не орать, не кидаться. Улыбаться, обниматься.

– Да. И не обращать внимания на пустяки, – добавил Лейнор, а потом сам приобнял меня за талию и подтолкнул к двери. – Иди. Пора!.. А то Темка проснется и будет искать тебя по обители.

– Угу! – Совершенно сбитая с толку, я не заметила, как оказалась в коридоре.

Дверь за мной бесшумно захлопнулась.

Лейнор остался там, со своей широкой мальчишечьей улыбкой и серьезными взрослыми глазами.

– Обалдеть! – только и смогла выговорить я и потрогала свои распухшие губы.

Заметит ли Георг в обед, что они покусаны?

Или нет?

До нашего отправления я держалась стойко. Вежливо поздоровалась с Андрианой, которая принесла нам поднос с завтраком. Благосклонно одобрила жуткий костюм для Темочки, ведь «он должен быть нарядным и красивым, раз его родители женятся». Коллет вытащила это жуткое семейное сокровище из чулана, а от пыли костюм мы очищали все втроем.

Еле очистили.

– Темочке так идет! – всплеснула руками Сара, когда мы пришли в гостиную. – Эти белые полосочки на черном бархате смотрятся так мило! Он как настоящий барсик.

– Он и есть барс! – возмутилась Коллет. – Сара, дорогая, ты, кажется, забыла свои бриллианты.

– Где? – всполошилась женщина и коснулась своих ушей. – Да нет, все на месте.

– Твое любимое кольцо, – кивнула Коллет. – Слеза тигрицы. Не вижу его что-то…

Как же смешно было смотреть на замешательство Сары.

– Ах! – уставилась на свои руки она. – И вправду забыла!.. Сейчас схожу в комнату, надену… Не переноситесь без меня! Я быстро.

Ждали мы ее минуты две. За это время к нашей «дружной» компании присоединился крайне недовольный Лейнор – и ему выдали парадный костюм по случаю праздника, тоже полосатый. Только не бархатный, а велюровый.

Впрочем, это ничуть не примиряло парня с действительностью.

– Я – ученый, – ворчал он на Эдди. Тот вел его в прямом смысле под локоток. – И не могу ходить в этом. Это… ужасная безвкусица!

– Лучше тебе не говорить такие слова при дамах, – сдержанно отозвался тот.

Еще бы, ему сердиться было не на что: остальные барсы были одеты в строгие костюмы приглушенных оттенков, в темно-синие и коричневые.

Георг сверился с часами и скомандовал:

– Пора перемещаться. Сара с Дейвом догонят нас последними.

– Но… – хотел возразить мужчина. – Сара просила…

– Мы понимаем, что Сара любит быть в центре внимания, – перебила его Коллет, – но сегодня не ее праздник. Вы догоните последними.