Глава 21

Выдох застрял у меня на губах. Мужчина был страшен.

Его лицо было обезображено жуткими и глубокими шрамами. Явно следами от когтей. Шрамов было очень много, и они были настолько длинными, что переходили на шею.

Как он выжил? Многие раны, казалось, должны стать роковыми. Но он выжил. Поразительная сила духа!

И что этот опытный бывалый вояка хочет от меня?

Я не знала и только крепче вцепилась в подлокотники.

– Живешь тут, в этих теплых и красивых покоях, и понятия не имеешь, какая борьба ведется за право обладать тобой, – насмешливо прохрипел он. – Тебе уже слали письма? Предлагали сокровища мира и личные детородные органы?..

– Ведите себя прилично! – показала зубы в ответ. – Я не знаю, кто вы и на каком основании считаете возможным оскорблять меня. В любом случае вам придется оставить ваше мнение при себе, я не намерена его дальше слушать.

– Забавно. А мне представлялось, что новообретенная семьей кошка мила и покладиста, – ухмыльнулся мужчина. – Меня зовут Конрад. Я четвертый принц в очереди на престол. Вернее… был в четвертой очереди, пока король не передумал и не отдал мое место тебе, кошка.

– Сочувствую, Конрад, – без всякого выражения ответила я. – Должно быть, обидно терять насиженное место… Но что поделать, раз судьба распорядилась так! Влиять на королевские решения я не умею. Тебе… – подчеркнула я, – лучше обратиться за этим к Анисии. Кстати, я не видела тебя на вечернем чае.

– Я не хожу на чай, – отмахнулся принц и расположился в кресле поудобнее. – Дел невпроворот. Пока его величество изволит кушать чаи, мне приходится уверять волков Горнэ, что платить налоги в казну кошек – вполне себе правильная идея. Благородное занятие, за которое не бьют по морде.

– Они против? – удивилась я.

По моим представлениям, за двести лет царства королевская династия Аурум приучила всех к порядку.

– Они всегда против. Каждый год какому-нибудь одаренному волку обязательно приходит в голову идея, что Альфреда Муррского надо скинуть с трона. И отделиться от кошек, стать самостоятельными волками, а не платить им дань. Представляешь, они так и называют налоги – дань!

– Отсталый народ?

Пока незнакомец говорил, он не был опасен. Конрад производил впечатление саркастичного управленца, уставшего от сложных дел. Хотя разве управленцы лезут в бой за шрамами?

Конрад лез. И на мгновение мне стало интересно, по своей воле, так сказать, из личных убеждений, он лез в бой, или по королевской указке?

– Нормальный народ. По сравнению с твоей земной жизнью они, конечно, живут незавидно. Как в средневековье. Нет самолетов, банков, ноутбуков с электричеством… Ну так с Землей мы не тягаемся, благо, что магии здесь в разы больше. Магия намного круче, чем техногенные штучки из твоего мира…

Мужчина сменил позу, а потом снова уставился на меня. Беззастенчиво и с неприкрытым интересом.

А я, не став отказываться от предложенной игры, принялась рассматривать в ответ его. Гляделки так гляделки. И пусть камин в комнате горел ярко, от спинок кресел на его фигуру падала длинная тень, и разглядеть лицо в подробностях было затруднительно.

Мне было даже непонятно, сколько лет Конраду. Тридцать или сорок? При условии, что волосы его были подстрижены ежиком, то могли быть и все пятьдесят. Фигура была подтянутой и ладной, как у любого привыкшего к постоянной физической нагрузке человека.

– Ты зачем пришел-то ночью? – наглядевшись на своего визави, все-таки спросила я.

– Познакомиться. Посмотреть, что ты за кошка.

– Посмотрел?

– Любопытная.

– Это характеристика?

– Вполне, – ухмыльнулся Конрад и хрипло закашлялся. – Скажу так: будет тебе у нас здесь непросто. Кошки беззастенчиво попытаются влезть в твою жизнь и поуправлять ею. Особенно королева. И уж принцы не отстанут… А с королевской охраной я тебе по-родственному советую и вовсе не кокетничать. Примут на свой счет, зажмут в каком-нибудь углу, и придется выходить замуж…

– Весело.

– Кому как, – туманно сказал Конрад. – Я не буду за тобой бегать и предлагать свое сердце. И так понимаю, что некондиционный товар, а насильно или навязываться не привык. – Он махнул рукой, показывая на лицо. – Но союзники во дворце, бесстрашные и смелые, мне нужны. Я предлагаю тебе дружбу.

– С чего ты взял, что я смелая?

– Меня не испугалась. И других не испугаешься.

Я пожала плечами. Да, Конрад не красавец. Ну так что ж, бежать от него, схватившись за голову и топая ногами?

– Ты, главное, не сдавайся. Помни, что королевскую кошку никто не вправе принудить, – добавил он и подчеркнул: – Никто.

– Даже король?

– Даже Анисия, – улыбнулся он.

– А ты юморист, Конрад.

Странно, но с каждым словом я чувствовала все большее расположение к принцу. Он вел себя пусть и необычно, но достойно. Говорил откровенно, пусть не всю правду, но хотя бы не льстил.

А уж лести во дворцовой жизни, как я поняла, хватает!

– Принцы Рогредос и Фернандос разыграли в карты, кто тебе первым напишет, – покачивая ногой, сказал Конрад. – Тебе кто-то понравился?

– Пусть разыгрывают что угодно. Меня это не касается, – отрезала я.

– Проиграл Рогредос, но мне пришло донесение, что он первым написал тебе письмо и отправил. На этом примере ты можешь осознать честность и принципиальность принца.

Обсуждать других за спиной мне не хотелось. Пусть я и чувствовала, как растет мое доверие к Конраду, отказываться от своих принципов не стоило.

– А кем ты служишь, Конрад, и где? В армии, в дворцовой охране?

– Почему тебя это интересует? – спросил мужчина. – Ты хочешь убежать? Не получится. Оставь эти глупые затеи для следующих поколений. Ты не знаешь магии, не умеешь обращаться с придворными… Тебе никто не поможет. А сама ты не найдешь лазейку… Дворец хорошо охраняется. А уж вы с барессом на особом контроле, поверь мне.

– Даже не сомневаюсь! – едко воскликнула я и решила зайти с другой стороны. – Ты в курсе всего, что происходит во дворце, так ведь?

– Возможно. – Мужчина плотоядно улыбнулся. – Только я не собираюсь делиться информацией с тобой, кошка.

– Даже если мы поговорим по душам?

Я чувствовала, что Конрад – единственный, кто может пролить свет хоть на что-то. Объяснить, что принято во дворце, а что запрещено. Кто где живет и какой репутацией пользуется. Бесценная информация для нас с Темкой. И нельзя отпускать Конрада просто так. Нужно хотя бы попробовать заинтересовать его, чтобы он склонялся хоть немного, но на нашу сторону.

Да, он предложил дружбу. Но не было ли это уловкой, зацепкой, чтобы проверить меня? Просто словами?

– Я никогда и ни с кем не разговариваю по душам, – медленно процедил Конрад. Почему-то мой вопрос не понравился ему. – Это бесполезная болтовня.

– Для тебя – может быть. Но для нас с Темкой это все!

Несколько секунд он обдумывал мои слова. Потом все-таки, словно нехотя, спросил:

– О чем ты хотела бы… поговорить?

Какой соблазнительный вопрос! Сколько ответов можно на него предложить! Сколько вариантов вопросов роем зажужжали в моей голове: «Где Лейнор?», «Могу ли я увидеться с Лейнором?», «Могу ли я динамить принцев?», «Можно ли выйти наружу, погулять в дворцовом парке?», «Можно ли попросить прислать для меня учителя магии?» Вопросы были как бытовые, касающиеся проживания во дворце, так и глобальные: «Планирует ли король войну?», «Для чего ему Темка, говорил ли он что-то?», «Насколько ты близок королю, делится ли он с тобой своими планами?» и прочее, прочее.

И вот когда я совсем подумала, что запуталась во всех этих вариантах и непонятно, с какого лучше вопроса начать разговор по душам, как мне на ум пришло имя:

– О Владимурре. Я хотела бы поговорить с тобой о своем родственнике… Том самом, что основал больницу, – сложила я руки на коленях.

Станет ли он говорить? Или тема запретная, ведь Владимурр сбежал из дворца и стал персоной нон-грата.

– Он не основал… Он лишь руководил больницей, – поправил меня Конрад. – Больница Междумирья – очень древнее заведение…

– И вы об этом знали? И не пытались его вернуть?..

– Нет. Приказа от его величества не было, – усмехнулся Конрад.

– А как же королевская кровь, конклиты?..

– Конклитов во дворце хватает, как и проблем… – тактично намекнул принц. – А Владимурр променял служение королю на личные забавы. Поступил эгоистично, не пощадив чувств матери… Королева Елизавета, его мать, умерла от расстройства… Мучилась, бедняжка, переживала, что их выкрали. Череда инфарктов, и даже наши врачи не смогли ее спасти. О, как был зол король! Особенно когда выяснилось, что их не крали пираты, а они просто сбежали с Виолеткой… Такое не прощается…

– Да, не прощается! – нахмурилась я, вспоминая, что именно Владимурр поставил тот смертельный зажим Темке. И чуть не убил его! – Как бы я хотела ему отомстить, ты даже не представляешь! Ненависти, жгучей или какой-то неконтролируемой, дикой, я к нему не испытываю. Просто хочу взять этого негодяя, положить его голову на гладильную доску, а потом долго пытать с помощью…

Мне не дали договорить.

– Довольно, Джульетта! – хрипло засмеялся Конрад. – Ты вполне подтвердила слухи о своей кровожадности. Придворные так и твердят: жесткая зазнайка и сучка.

– Это я кровожадная? Ха-ха! Насмешили… Они не видели мою бабушку и не слышали, как она ругается в МФЦ.

– Виолетта и в юности была с огоньком, – кивнул принц. – Лично я ее не застал, но слухи ходили о ней бесподобные!

– Послушай, а, кроме Владимурра и Виолетты, у короля еще были дети? От того, первого брака с Елизаветой?

– Были. Андре и Деймонд погибли при столкновении с барсами. Леонидия умерла после побега из-за несчастного случая, буквально спустя лет двадцать. И король, оставшийся без прямых наследников, женился во второй раз.

– На Анисии… – со значением сказала я. – Интересный выбор, однако… А кто все эти кошки во второй и третьей очереди на престол? Прости, если задаю глупые вопросы, но вся эта коронованная ерунда очень далеко от меня. Я не разбираюсь в деле престолонаследия.

– Все просто, – сцепил руки замком Конрад. – У Альфреда были родные и двоюродные братья и сестра. Многие полегли в ту знаменательную битву с барсами.

– А барсы считают, что у вас почти не было потерь.

Конрад сверкнул глазами, отчего мне стало как-то жутко на душе, но сердиться на ремарку не стал, спокойно ответил:

– Мы не афишируем. Не рассказываем в газетах и на каждом углу. Мы победители. И вписали свой род в историю кровью… И все же наши потери были значительны. Кроме двух наследных принцев, его величество лишился двух братьев и трех сестер. К счастью, их дети, будучи котятами, были оставлены во дворце и уцелели. Именно они стали второй и дальнейшей очередью…

– И в то же время… – медленно соображала я, подставляя знакомые имена к королю, – по праву рождения и первенства из всех присутствующих первой наследницей должна быть моя бабушка Виолетта?

Принц промолчал.

А я поняла, что опять задала неправильный вопрос и не тому человеку.

– Прости, если зашла слишком далеко. Просто все это в новинку… И я хотела разобраться чисто для себя.

Конрад понимающе кивнул.

– Из всех живых наследников самым первым по рождению был Владимурр, потом уже твоя бабушка. Но в целом ты правильно поняла. Твое существование очень не нравится Анисии, ведь король может вспомнить про этот факт и захотеть возвысить тебя… над другими придворными. Например, переставить во вторую очередь наследования…

– И вот тогда мне точно конец! – рассмеялась я. – Кошки со свету меня сживут!

Конрад хрипло рассмеялся.

– Приятно слышать трезвый взгляд на жизнь… Орхана считает тебя счастливой дурнушкой, которой повезло заарканить барса.

– Ты же не собираешь сплетни, – подколола его я.

– Это было в письме. Дело в том, что принцы и принцессы часто пишут мне. – Он похлопал себя по нагрудному карману плаща. – Большую часть времени я провожу вне дворца, улаживая деликатные дела. Сегодня, скорее, день исключения из правил. Приехал специально, чтобы познакомиться с тобой.

– Польщена. Правда. Такой приятной и спокойной беседы у меня давно не было.

Конрад чуть наклонился вперед.

– Ты тоже можешь писать мне. Если захочешь…

– Я не специалист эпистолярного жанра, – призналась в смущении. – Мне было бы приятнее поболтать с тобой вживую… И я не против, если это будет ночью, без свидетелей. Чтобы любопытные глаза и уши не шуровали поблизости…

– Они всегда… шуруют, – засмеялся Конрад. – Забавное словечко. Подходящее… Я понял тебя, Джульетта. Тогда так и договоримся. А насчет Владимурра – хочу сказать тебе, что Альфред на него очень зол. Очень. И Ника Корварда тоже ругал нещадно, грозясь снять с должности, ведь операция по захвату тебя и баресса в больнице провалилась… Я нарушу несколько запретов, но скажу тебе одну вещь: Альфред мстителен и злопамятен, даже если хочет казаться душкой. И он никогда не отступает от своих планов и предпочитает, чтобы их выполняли любой ценой. Любой, ты поняла это?.. Он помиловал Ника только после того, как тот заманил во дворец тебя. Сколько бы лет, десятилетий ни служил Ник – вся его верность ничто по сравнению с любой неудачей. Король сильно рассердился тогда и приказал силой притащить Владимурра во дворец.

– Так это он тебя так?! – Я зажала рот. – С ума сойти!

– Не только он. Но задержание Владимурра было непростым. Разумеется, он не хотел возвращаться. Пришлось попотеть, прежде чем мы заперли его тут в воспитательных целях.

– Владимурр во дворце?! – неверяще прошептала я. – Совсем близко!

Конрад поднял руку, призывая меня к спокойствию.

– Дворцовый комплекс громадный. Он не так близко, как ты думаешь. И вам точно не дадут видеться. И я точно не скажу тебе, где именно его содержат…

– И я точно не увижу его за вечерним чаем, – догадливо добавила я.

– Не увидишь. Пока его пребывание хранится в тайне. Но тебе… – подчеркнул он, – по моему мнению, лучше это знать. Как и то, что он тоже ненавидит тебя и твоего сына.

– Вот уж мы точно ничего ему плохого не сделали! – вспыхнула я. – И во всех своих промашках он виноват сам!

– Оборотням свойственно ошибаться, – перефразировал Конрад и поднялся. – Мне пора. А ты хорошенько подумай о том, что я рассказал тебе. Доброй ночи!

– Доброй, – отозвалась я.

Принц накинул капюшон на голову и, тихо ступая по ковру и почти не производя никаких звуков, покинул покои. Его темная фигура скрылась за порогом, а я даже не поняла, во что он был одет. Темный плащ до бедра из плотной неблестящей ткани. А что под ним – загадка. Конрад умел становиться почти невидимым даже без магии.

– Ну и дела!.. – пробормотала я, переходя в комнату сына. – Если в обители барсов мне нужно было постоянно оглядываться, не раздражать родственников и прятать свой запах, то теперь и подавно!..

Остаток ночи я пыталась заснуть. Сон не шел, я постоянно вспоминала Конрада, его слова, скупую мимику и выразительные жесты. Принц произвел на меня большое впечатление.

«Он был бы интересным человеком, если бы не род деятельности и не шрамы», – так подумала я на рассвете и окончательно уплыла в сон.