Глава 8

Сайласу впервые было тошно от своего вранья. Но лучше так, чем рассказать Софи всю правду. Он слишком отчетливо понимал, что не хочет увидеть в ее глазах то же, что видел в глазах Алистера и Серафины, потому что они прекрасно знали, что никакого принуждения не было. Сайлас добровольно открыл дверь, он сам пошел за Томасом. Единственное, в чем их можно было убедить, так это в том, что он на него не работал. А если Софи выяснит его лояльность, то рано или поздно сможет связать наследника Ордена и напавшего на нее мистера Ригби.

Даже сейчас, когда все они сидели за одним столом, ничего, в сущности, не изменилось. Да, они с наставником перекинулись парой фраз, а с ведьмой заключили сделку, но напряжение никуда не делось. Стало даже хуже, потому что Сайлас чувствовал, что разговора по душам с наставником не избежать. Надежда была лишь на то, что всех настолько займут разборки с этим Хейлом, что он сумеет незаметно улизнуть.

Сайлас цедил черный кофе без сахара, украдкой поглядывая на Софи. Но его взоры чаще ловил Люсьен, чем она сама, и Сайлас каждый раз раздраженно утыкался обратно в свою кружку. Он уже знал, что эта остроухая нечисть не даст ему и близко подойти к своей хозяйке. И это справедливо, но Сайласа так и подмывало едко пошутить. Однако сдерживало его не только то, что шутить над фейри себе дороже, но и… на самом деле он просто не хотел, чтобы Софи испытывала дискомфорт.

Такое желание было для него странным и незнакомым. Обычно он плевать хотел на то, кто и что чувствует, но когда эта ведьма смотрела на него своими большими голубыми глазами, хотелось сделать для нее что угодно, лишь бы заслужить еще одну смущенную улыбку и попасть в ореол исходящего от нее согревающего света. Возможно, она сама не понимала, как действует на окружающих. Но что-то подсказывало Сайласу, что, даже узнав, она бы не стала использовать это в своих целях.

Клэр суетилась вокруг нее, пытаясь накормить сомнительными результатами своих кулинарных трудов, но Софи лишь пожевала тост и отложила его, опустив взгляд.

– Хватит мельтешить, – раздраженно бросил Алистер и, пока Клэр не успела ему ответить, с громким стуком поставил кружку на стол. – Долго мы еще будем изображать счастливую американскую семейку? Во-первых, выглядит это паршиво, а во-вторых, у нас в подвале сидит сумасшедший маньяк, за которым совсем скоро прибудут из Магистрата. И если мы хотим узнать хоть что-то, надо поторопиться, потому что как только он попадет в Солис, нас к нему не подпустят.

– В подвале? – удивленно спросила Софи, словно впервые об этом услышала.

– Да, представляешь… – Клэр все же присела на стул рядом, как бы невзначай подтолкнув к ней тарелку с подгоревшими панкейками из порошковой смеси. – Оказалось, в подсобке есть подвал. Люсьен, признайся, ты жил там, пока мы не приехали, поэтому выглядел как бездомный? Почему ты вообще прятался? Это как-то связано с тем, что ты вчера сказал Хейлу?

Сайласу становилось все интереснее. Он понимал, что многое упускает, но растерянность вызывала скорее азарт, чем недовольство. Поэтому он впитывал все, что слышал, про себя радуясь такой удаче.

– Мне тогда пришлось отлучиться на время, – ответил Люсьен.

– Скажи честно. – Сцепив руки на столе, Клэр подалась вперед, как полицейский в допросной комнате. – Ты знал, что Хейл опасен?

Они с Люсьеном обменялись напряженными взглядами. Алистер наблюдал за этим, лениво откинувшись на стуле, словно смотрел утренний выпуск любимого шоу, а Серафина, не теряя времени, доедала панкейки, щедро поливая их кленовым сиропом.

– Знал, но не все. Я наблюдал за тем, как он возвращается сюда несколько раз, и не мог понять, чего он ищет. Я был слаб после ее смерти. Вы уже в курсе, что часть моих сил связана с этим кольцом. – Он кивнул на маленький перстень с фиолетовым камнем, который Софи нервно покручивала на пальце. – Обычно хозяин успевает передать кольцо перед смертью, чтобы я вручил его наследнику во время ритуала, но этот случай был далек от обычного.

– Потому что Агату убили? – прищурилась Клэр.

– Вы что, не поинтересовались причиной смерти? – уточнила Серафина, вскинув бровь, и Сайлас мог бы с ней согласиться, но не хотел привлекать к себе лишнее внимание. Даже они с боссом были в курсе, что Агата Ансуорт покончила с собой. Конечно, оба в этом сильно сомневались, но было очень странно, что Софи об этом не знает.

– Думаю, Хейл намеренно скрыл этот факт, – нахмурился Люсьен. – Это случилось, когда меня не было, время подсчитали идеально. Все выглядело так, будто она покончила с собой, но это очень похоже на… – Он замолчал, бросив на Софи слишком уж озабоченный для бесчувственной твари взгляд, и Сайлас подумал, что Люсьен довольно хорошо освоился в мире людей, раз уж научился понимать, когда его слова могут причинить кому-то дискомфорт. Действительно искусный притворщик, Сайлас, по воле службы вынужденный постоянно притворяться, мог отдать ему должное.

– Слишком похоже на смерть моего отца, – кивнула Софи, стиснув голову ладонями и искоса взглянув на Люсьена. – Я… не знаю, что произошло на самом деле, но всегда знала, что он не мог себя убить. И это оказалось правдой.

Сайлас бросил на нее задумчивый взгляд. Разве она не сказала несколько дней назад, что приехала в Сент-Ивори после его смерти? Как она могла не знать, что произошло?

– Когда мы приехали, все выглядело так, словно Агата готовилась, – задумчиво проговорила Клэр. – Помнишь, ты спросила Хейла, не убирал ли кто-то товар? Еще и это письмо… Если она не убивала себя, то знала, что за ней придут. – Она снова повернулась к Люсьену. – Почему тебя не было здесь? Разве ты не видел, что она к чему-то готовится?

– Это случилось на Лугнасад, – ответил Люсьен. – Два раза в году я могу покинуть это место, чтобы посетить Холмы или Аннун. Один из этих дней – канун Лугнасада.

Алистер присвистнул:

– Хейл за целый месяц не смог ничего найти, а ты просто смотрел, как здесь что-то вынюхивает смертный?

– Я же сказал, что не мог рисковать, потому что потерял часть своих сил, – процедил Люсьен. – И я не знал, что он делает: он ведь был нотариусом, а я в личные дела Агаты никогда не вникал.

– Хорошо, картина проясняется. – Клэр помассировала пальцами переносицу и начала перечислять, загибая пальцы. – Мы имеем непонятную книгу, за которой охотится куча волшебников. Книга зашифрована, и ее расшифровки, скорее всего, спрятаны где-то в лавке. – Сайлас заметил, как напряглись Алистер с Люсьеном, но Клэр продолжала беззаботно щебетать, не обращая на него никакого внимания, словно он был членом их безумного семейства. – Допустим, хотя мы пока не уверены в этом, Хейл убивает Агату и подстраивает все так, чтобы это выглядело самоубийством. Но почему тогда он не нашел расшифровки? Зачем убивать единственного человека, который знает, где они?

– Вы, конечно, простите за такой глупый вопрос. – Серафина, толком не спавшая несколько суток, явно с большим трудом могла уследить за полетом мысли Клэр. – Но о какой книге речь? Неужели…?

Алистер бросил тяжелый, но какой-то слишком смиренный взгляд на Клэр, немало удивив Сайласа своим спокойствием.

– Та самая, – просто сказал он, посмотрев на Серафину.

Серафина непонимающе нахмурилась, а затем ее лицо вытянулось от удивления:

– Не может быть.

– Еще как может, – возразил Алистер.

– Значит, из-за расшифровок этой книги, открывающей Хранилище с крутыми магическими артефактами и древними знаниями, на семью Софи охотятся уже двести лет? – уточнила Клэр, приподняв бровь. – А этот Хейл, получается, работает на Ригби? Или они работают вместе?

– Не думаю. – Алистер почесал щетину и изобразил в воздухе кавычки. – «Ригби» не стал бы связываться с приспешником церкви, а наш Хейл, судя по его болтовне, связан с кем-то из инквизиторских радикалов.

Клэр вопросительно повела плечом.

– Откуда такие познания об этом Ригби? Мне казалось, что ты знаешь не больше нас.

Сайлас до последнего надеялся, что пронесет, но Алистер обратил на него слишком внимательный взгляд серых глаз и криво ухмыльнулся.

– Никто не ответит лучше, чем Сайлас, правда ведь? Расскажи, куда делся Томас Мален после того, как вы с ним под ручку шагнули в портал после устроенной в Солисе кровавой бани. Или его лучше будет назвать мистером Ригби, чтобы ты точно понял, о ком речь?

Больше всего его беспокоила реакция Софи, но она лишь устало прикрыла глаза, словно ожидала чего-то подобного.

– Ригби и есть Томас, – спокойно сказала она. – Наследник Ордена, о котором ты мне рассказал?

Сайлас напряженно кивнул. Он все равно мог продолжать гнуть линию о том, что не работает с ним.

– Ладно, поступим так. – Клэр встала из-за стола и подбоченилась, как начальник, готовый раздавать приказы. – Сначала ты, – указала она на Сайласа, – расскажешь, на кого работаешь, а сразу после этого мы спустимся в подвал и узнаем, на кого работает Хейл и зачем он убил Агату. И поверь мне: если вы заодно, лучше тебе начать придумывать эпитафию.

– Томас применил ко мне свои чары подавления разума и заставил открыть дверь в Теневой город, – повторил он то же самое, что рассказал Софи. – Когда мы попали туда, его влияние развеялось, он был сильно ранен. Я попытался вернуться, но испугался, что меня лишат магии, и просто сбежал. Конечно, я слышал о Ригби и по описанию его сил не мог не догадаться, кто это, но мы ни разу не встречались.

– Ладно, в любом случае, если ты соврал, это станет понятно по реакции Хейла, – заявила Клэр, откинув волосы за плечо. – Идем? Хочется уже разобраться с этим волшебным дурдомом, сбагрить его колдунам и забыть все как страшный сон.

Сайлас поймал встревоженный взгляд Софи и улыбнулся уголками губ. Одну руку он держал в кармане – все не мог выпустить из пальцев амулет. Когда она искренне, открыто улыбнулась ему в ответ, Сайласу показалось, что амулет стал чуточку теплее. Невыносимо захотелось снова взять ее за руку, чтобы почувствовать не только ее тепло, но и то, как тьма вокруг растворяется, а свет пробивает толстую корку налипшей за последние годы грязи. Но он стряхнул это наваждение и прошел мимо, опустив глаза в пол. Не стоит привязываться к этому ощущению. Все равно это временно. Он найдет расшифровки, и больше они никогда не встретятся.

Сайлас совершенно не мог понять, почему от этого его захлестывает едкое разочарование, скребущее под ребрами. Будто ему не все равно. Будто уютный дом и красивая девчонка, рядом с которой хочется быть кем-то лучше, важнее свободы.

Будто у него есть хотя бы крошечный шанс вернуться к прежней жизни и узнать, как бы она сложилась, не соверши он ту роковую ошибку. Нет, такие мечты отсекать нужно сразу, потому что они не принесут ничего, кроме болезненного разочарования. В конце концов, на что может рассчитывать предатель, спаливший все мосты? Только на то, что, упав в холодную мутную воду, ему удастся побарахтаться еще какое-то время, прежде чем тьма затянет его окончательно.

Софи думала, что уже разучилась удивляться, но обнаружить подвал в подсобке, куда она заходила почти каждый день, было действительно неожиданно. Деревянная крышка пряталась под тем самым ящиком, который принадлежал Люсьену и который Софи в первый день не смогла открыть. Теперь его выставили в лавку, где он сильно мешал проходу. Пол вокруг него был заляпан кровью и черными следами подошв, некоторые полки оказались сдвинуты. Софи ужаснулась, подумав о том, как выглядят их задний двор и порог.

До открытия оставалось два с половиной часа, и она даже знала, чем всех занять. Разумеется, после разговора с Хейлом. Решиться было нелегко, но ей действительно хотелось докопаться до правды и узнать, кто убил бабушку и… отца. Труднее всего оказалось поверить, что все это время Софи была права – когда отказывалась верить, когда убеждала маму и всех вокруг, что он не мог пойти на такое.

И сейчас она как никогда была близка к истине, но тоненький трусливый голосок внутри умолял повернуть назад: убеждал ее, что от этой правды лучше не станет.

– Я спущусь первая, – бескомпромиссно заявила Клэр.

– Чтобы, если он освободился, сразу огрел тебя по голове? – недовольно пробурчал Алистер, оттаскивая ее от края. – За тобой Люсьен вдогонку не кинется, так что даже не рассчитывай. Еще свой костюмчик от Прада испачкаешь.

– Волнуешься о моей одежде? – елейно протянула Клэр. – Как мило. Не переживай, все равно я в нем хожу только дома.

– Он прав, не стоит рисковать, – холодно заметил Сайлас, заглянув в черный провал. – Вдруг он действительно нападет? Пусть Люсьен лезет, с ним ничего не случится.

– А может, тебя туда скинем? – раздраженно отозвалась Клэр, подавшись вперед, будто действительно собиралась его столкнуть. – По тебе никто плакать не будет.

В груди у Софи заворочался зудящий ком беспокойства. Она бы волновалась за любого, кто вызвался идти туда первым, даже за Люсьена, хотя с ним действительно вряд ли что-то могло случиться. Просто не хотелось, чтобы кто-то из них пострадал.

В подсобке из-за столпотворения было нечем дышать. Сайлас и Клэр начали спорить. Алистер задумался о чем-то, а Серафина устало привалилась к стене и разглядывала облупившийся черный лак на ногтях. Никто даже не заметил, как Софи покачнулась из-за головокружения. Ей очень повезло, что еще один скучающий участник всеобщего безумия молчаливо стоял позади.

Придержав ее рукой за талию, Люсьен прижал Софи ближе к себе. Она почувствовала, как напряглась его грудь, а волосы у нее на макушке слегка пошевелились от шумного выдоха. Он определенно вел себя иначе с тех пор, как спас ее, но Софи было странно думать, что он смущается и не знает, что делать. Хотя именно это и происходило, что было совсем не похоже на Люсьена, которого она успела узнать. Слегка развернувшись, она подняла взгляд и увидела, что он хмурится, разглядывая ее.

От него исходила нечеловеческая прохлада, благодаря которой в голове немного прояснилось, но она не успела его поблагодарить.

– Достали! – фыркнула Серафина, оттолкнувшись от стены. – Если сунется ко мне – дам в глаз. Может, он вообще сбежал или помер: вы тут орете, а от него ни звука.

– Ты-то куда, – процедил Алистер, не выпуская руки Клэр из своей, потому что она все время порывалась то ли спуститься первой, то ли толкнуть Сайласа.

– Не переживайте, я умею не только зелья варить.

Осмотрев гнилые покосившиеся ступени, Серафина включила фонарик и начала медленно спускаться. Сначала ее голова исчезла в черном провале, затем раздался приглушенный стук подошв о зашуршавшую землю, а потом что-то заскрипело, и в подвале зажегся свет.

– Тут рубильник был все это время, если что! – крикнула Серафина. – Спускайтесь, не убежал ваш нотариус.

В подвале пахло затхлостью, которую Софи уже ощущала, пытаясь открыть ящик Люсьена. После того как его открыли, Люсьен сразу же утащил все свои вещи на чердак и несколько часов колдовал над ними. Теперь Софи поняла почему.

Сгнившие доски превращались в труху, углы были затянуты паутиной. Пыльные лампочки без конца мигали и потрескивали, и это наводило на мысль, что меняли их в последний раз полвека назад. С пола до потолка подвал был завален пустыми деревянными ящиками. Несколько из них были сломаны и валялись на полу.

– Ужас. – Клэр сморщила нос. Места в подвале было больше, чем в подсобке, но она не отходила от Алистера, продолжая цепляться за него.

Софи и сама была бы рада взять кого-то за руку, но Клэр была занята, перед Серафиной не хотелось выглядеть трусихой, а настолько недвусмысленно виснуть на Люсьене или Сайласе неловко. Поэтому она обхватила себя за плечи и бросила встревоженный взгляд на мистера Хейла, привязанного к стулу. Он сидел, низко опустив голову, и, кажется, все еще был без сознания. Седых волос у него будто прибавилось; они спадали на покрытый испариной лоб и в тусклом мигающем свете казались выцветшими. Алистер подозвал Серафину:

– Есть чем его разбудить?

Ведьма покопалась в кармане безразмерной кислотно-зеленой толстовки и вытащила маленький аптечный пузырек.

– Надеюсь, от нашатыря оклемается. Жалко тратить на него составы.

Похлопав Хейла по щеке, она вынула из пузырька пробку и поднесла к его носу. Он уже начал приходить в сознание, поэтому закашлялся и, застонав, дернул головой.

– Во… ды, – прохрипел он, с трудом разлепив губы, испачканные в засохшей земле. Одна губа была разбита и сильно опухла.

Софи понимала, что он не заслуживает сочувствия. Но в ней совершенно не было злости – только жалость. В его голосе было столько отчаяния и страха…

– Может, тебе еще завтрак накрыть? – Клэр сразу перешла в наступление. – Хейл, ты и сам понимаешь, в каком положении оказался. Слежка, причинение вреда здоровью, возможно, убийство…

Он поднял к ним совершенно безразличный взгляд, который сразу же изменился, стоило ему увидеть Софи. В глазах отразилась настоящая паника, и он снова потупил голову, бессвязно замычав.

– Что он там бормочет? – спросила Клэр.

Алистер подошел к Хейлу, наклонился, прислушиваясь, и скривился.

– Молится. От него еще и фонит магией. Он точно обычный человек?

– Да, – кивнул Люсьен. – В нем нет магии, она на нем.

– Скорее всего, дело в портале, – сказал Сайлас. – Я случайно деактивировал его, когда искал… – Он бросил быстрый взгляд на Серафину, осекся и продолжил: – Прозвучит странно, но его показал кот, который постоянно отирается возле вашего дома.

– Что, просто взял и показал? – уточнила Клэр.

Сайлас снова посмотрел на Серафину. Она посмотрела на него в ответ, и Софи показалось, что они ведут какой-то безмолвный диалог.

– Нет, я спросил, где найти ее. Возможно, этот портал находился там очень долго. Я подумал, что его создал кто-то из вас.

– Фина? – Клэр выжидающе посмотрела на нее. – Ты знала что-то про этот портал?

Серафина закусила губу и почему-то сначала посмотрела на Алистера.

– Я о нем не знала. – Она покачала головой и вытащила из-под свитера шнурок с фиолетовым камнем, ярко мерцающим среди скрещенных золотых колец. – У меня есть это. И если вы начнете говорить, что он опасен – я знаю! Сайлас уже вынес мне мозг, не утруждайтесь.

– Еще бы знать, что это, – бесстрастно ответила Клэр, бросив взгляд на Софи, но она тоже пожала плечами.

– Артефакт для телепортации, – пояснил Алистер, надавив пальцами на переносицу. – Дети, какие же вы… несносные. Если Совет узнает, что все это время он был у тебя, наказание может быть очень серьезным.

– Вот именно – если узнает, – огрызнулась Серафина, прижав камень к груди, словно кто-то собирался его отнять. – Это все, что осталось от мамы. Остальное ты не смог спасти, поэтому не осуждай меня!

– На это нет времени! – воскликнула Клэр, указав на Хейла. – Он тут сейчас помрет – как мы его тогда допрашивать будем? С помощью доски Уиджи?

Сайлас подошел к мужчине и небрежно похлопал его по щеке. Софи удивлялась его спокойствию. Даже Алистер был немного на взводе, дискомфорт явно ощущали все, кроме Люсьена, что было объяснимо его природой. Сайлас же выглядел так, будто уже много раз бывал в подобной ситуации.

– Живой?

Хейл с трудом поднял голову, и Сайлас сразу же начал его расспрашивать:

– Кто нанял тебя искать расшифровки?

– Я не могу… – прохрипел Хейл. – Меня убьют!

– Кто? – Сайлас встряхнул его за воротник. – Отвечай, если не хочешь сдохнуть прямо сейчас. Кто тебя сюда послал? Отвечай, тварь! – Он влепил ему затрещину, от которой голова Хейла качнулась и завалилась назад, но нотариус так и не заговорил.

– Кажется, без твоих драгоценных составов все же не обойтись. – Сайлас обернулся и посмотрел на Серафину. – У тебя не завалялось сыворотки правды?

– Шутишь? В темницы под Ватиканом мне не хочется.

Сайлас раздраженно цыкнул и обвел рассеянным взглядом подвал, внезапно остановившись на Софи.

– Ты что-нибудь знаешь о своей силе?

Она непонимающе посмотрела на него:

– Силе?

– Мне кажется, что ты психоник. Разумеется, я не так искусен в скрининге, как некоторые. – Он бросил взгляд на Алистера. – Но чисто теоретически это не невозможно.

На него удивленно уставилась не только Софи, но и все остальные.

– Вот уж точно, ученик превзошел учителя, – пробормотал Алистер с плохо скрываемой досадой, а потом повернулся к Софи, чтобы объяснить: – Способности психоников – это влияние, но не глобальное, а более приземленное. Вы можете усилить нравственные качества или пороки, толкая человека как к спасению, так и к краю. Это зависит от личности психоника, но в общем и целом… да. Похоже на тебя.

– Этель была психоником, – добавил Люсьен. – Но не таким, как Софи. Я об этом даже не подумал.

У Софи голова шла кругом. От духоты в подвале, но больше от информации, которая не успевала укладываться в голове.

– Ну… хорошо, – кое-как выдавила она, беспомощно взглянув на Алистера. – Но я не знаю, как этим пользоваться.

– Делай то же, что обычно, – ответил он. – Тебе надо его разговорить. Не старайся, просто будь собой. У тебя все получится.

Сайлас почему-то скривился, услышав это. Клэр ободряюще ей улыбнулась, но в синих глазах плескалась тревога, которую Софи, возможно, впервые могла разделить. Хейл снова начал приходить в себя, и она неуверенно шагнула к нему.

– Мистер Хейл, скажите… – Софи попробовала задать тот же вопрос, что и в прошлый раз. – Кто вам угрожает?

– Нет, – пробормотал он, замотав головой. – Я не хотел, не хотел никого убивать! Я бы никогда… Но он… вынудил меня… взять грех… – Из помутневших глаз покатились слезы, и Софи присела рядом с ним на корточки, осторожно коснувшись предплечья.

За спиной раздался шорох и тихое «стой», после чего в подвале воцарилась тишина, нарушаемая лишь всхлипами и шелестом одежды.

– Мне жаль, – искренне сказала она, чувствуя щемящую тоску от того, в каком положении он оказался. – Я знаю, что… вы не такой человек. Вам просто страшно, и вы хотите спастись. Я вас не виню. Но если нам угрожает один и тот же человек, мы можем помочь друг другу.

Взгляд Хейла стал совсем безжизненным, он смотрел мимо Софи и бормотал что-то бессвязное, но в какой-то момент заговорил громче:

– Это не имеет смысла, все равно я скоро умру. Это проклятье, эта чума вытянет из меня все соки. Я знал, что так будет, знал, что не нужно убивать Агату, пока не получу то, что мне было нужно, но она… Я просто не мог так рисковать, поэтому пришлось… Это была случайность! – В его голосе появились истерические нотки. – Она должна была сказать, но продолжила упрямиться! Она сама себя убила!

Софи хотелось отойти от него как можно дальше. Несмотря на всю жалость к нему, инстинкты вопили об опасности, и после случившегося вчера игнорировать их было просто глупо, но…

– Как это произошло? – спросила она, попробовав заглянуть Хейлу в лицо, и он ответил, давясь словами:

– Я подлил… зелье. Сказал, что… что могу дать противоядие, мне дали противоядие. Но она… не сказала. И теперь он знает, что я не справился. Мое тело покрывается язвами изнутри. Это чума. Проклятье.

Софи едва могла понять его лепет, но что-то складывалось.

– Кто знает? Как зовут человека, который вам угрожает?

Хейл, странно дернувшись, уронил голову на грудь и совсем тихо пробормотал:

– Кард… кардинал…

Его голос затих, и Софи снова почувствовала головокружение.

– Что с ним? – Рядом тут же оказалась Клэр. Она помогла Софи встать на ноги и притянула ее к себе.

Софи уткнулась подруге в плечо, чувствуя себя совершенно вымотанной. Голова снова начала болеть. Она словно вернулась в прошлое, когда они только приехали в лавку. Боковым зрением Софи увидела, как Серафина подошла к Хейлу и проверила пульс на шее.

– Вырубился. Алистер неплохо его приложил, и он просидел здесь три дня без воды и еды. Не знаю, о каком проклятье он говорит, боюсь, выяснить это смогут только целители в лазарете Солиса. Но выглядит он очень хреново. Ты, кстати, не лучше.

Последнее было адресовано Софи. Чувствовала она себя примерно так же, поэтому лишь кивнула, сильнее опершись на Клэр.

– Ну-ну, только не падай, – успокаивающе проговорила та, бережно обняв ее за плечи. – Сейчас отведу тебя в спальню. Тебе нужно прилечь.

– Но в лавке так грязно, – попыталась возразить Софи. – И что вы будете делать с мистером Хейлом?

– Пф, узнаю мою Софи, – улыбнулась Клэр. – Пусть хоть весь мир рухнет – но убраться жизненно необходимо. Не откроемся сегодня – ничего страшного не случится.

– У вас тут есть где поспать? – Серафина зевнула, прикрыв рот кулаком. – Только не на диване. У меня вчера чуть шея не отвалилась после него.

– Можешь лечь в моей комнате, – распорядилась Клэр, и, в последний раз обведя брезгливым взглядом подвал, повела Софи наверх.

Когда все оказались в лавке, дышать стало чуть легче. Никто не спешил расходиться, словно оставалось еще что-то невысказанное и нерешенное. Один лишь Сайлас направился к двери, чем сразу привлек всеобщее внимание. Алистер проводил его настороженным взглядом.

– И куда ты собрался? Только сегодня пришел и сразу сбегаешь?

– У меня есть работа, – ответил Сайлас не оборачиваясь. – Постараюсь вернуться как можно скорее. Все равно от меня пока никакой пользы.

– Мог бы помочь Софи. – Клэр подмигнула ей, но Софи лишь обреченно прикрыла глаза, внутри умирая от неловкости.

Сайлас обернулся к ней с какой-то невыносимо печальной улыбкой.

– Больше не исчезну, обещаю. – Он поспешно отвел взгляд и скрылся в дверном проеме. Темнота, в которую он шагнул, растворилась, и сквозь маленькое окошко на двери снова полился тусклый утренний свет.

– Я ему не доверяю, – фыркнула Серафина. – Клэр, зачем ты пытаешься свести Софи с этим типом? Он странный и почти наверняка работает на Ригби-Малена. Вы поверили в его байку о том, что они якобы разошлись? Я не верю даже в то, что он не хотел всего, что сделал.

– Странный – это точно, но я всегда чувствую настоящую опасность, – задумчиво проговорила Клэр, глядя на дверь. – В его случае… не думаю, что он хочет Софи чего-то плохого. У меня на такое чуйка.

– И вас совсем не волнует, чего хочу я? – усмехнулась Софи, но голова опять закружилась, и она ухватилась за Клэр, чтобы не упасть.

– Сейчас ты явно хочешь отдохнуть, – заметила та. – А вот нам нужно разобраться… с проблемой. Кстати, что сказал Хейл?

Софи потерла лоб, пытаясь собрать мысли в кучу.

– Он сказал: «кардинал».

Софи подняла голову, заметив, как переглянулись Люсьен, Серафина и Алистер. Очевидно, это что-то значило, но у нее не было сил, чтобы с этим разбираться.

– Ну, ладно, вы справитесь, – сбоку подошел Люсьен и протянул Софи руку. – Я помогу. И постарайтесь ничего не сломать, это стоит денег.

Клэр выпустила Софи из объятий и подтолкнула к Люсьену:

– Разве ты не можешь наколдовать деньги, как лепрекон?

Он покачал головой, растянув губы в скептической гримасе:

– Ты что, не читала в сказках, как люди выносили что-то из страны фей, а потом обнаруживали в карманах глину или червяков?

Серафина, явно уставшая слушать их разговоры, обошла ящик и взбежала вверх по лестнице. Софи тихо вздохнула, представляя, как будет подниматься с головокружением. Она повернулась к Люсьену, стараясь не выглядеть так, будто сейчас упадет.

– Тебе лучше остаться и помочь им, я справлюсь сама.

– Софи, – процедила Клэр, сузив глаза, – не строй из себя…

«…героя», – мысленно закончила за нее Софи, потому что Клэр замолчала, услышав сдавленный стон из подвала. Они с Алистером переглянулись, и, пока Софи отвлеклась, Люсьен притянул ее к себе и подхватил на руки. Голова закружилась еще сильнее, и поэтому она даже не смогла отреагировать, лишь прикрыла глаза и уткнулась ему в плечо.

– Я чувствую, как тебе плохо, не храбрись, – пробормотал он, направившись к лестнице. – И нам нужно кое-что обсудить.

Софи не собиралась спорить, ей действительно стало хуже. Она медленно, размеренно дышала, стараясь концентрироваться не на покачивании от легких шагов Люсьена, а на хвойном запахе, исходящем от его белой рубашки с очередной необычной вышивкой. Она смотрела на золотистые узоры сквозь расплывающуюся пелену, пока не почувствовала под собой мягкий матрас. Тогда Софи наконец закрыла глаза и положила ладонь на лоб, покрытый холодной липкой испариной.

– Люсьен, скажи. – Она прищурилась от боли, поэтому разглядеть могла лишь размытый силуэт над кроватью. – Расшифровки этой книги действительно находятся в лавке?

– Нет, они не в лавке. Я знаю, где они, но Этель позаботилась о том, чтобы их не получил ни я, ни кто-либо еще.

– Но почему?

– По множеству причин, – хмыкнул Люсьен, отведя ее ладонь и коснувшись лба кончиками пальцев. Головокружение немного успокоилось, и Софи смогла открыть глаза.

– Если там есть печать, которая может тебя освободить, я должна хотя бы попытаться, – уверенно сказала Софи, ощутив прилив решимости. – Я ведь… должна сделать для тебя хоть что-то. Мне жаль, что ты был заперт здесь так долго.

Люсьен смягчился и посмотрел на нее со снисходительной улыбкой.

– Не нужно ничего для меня делать – просто не умирай больше. Иначе в следующий раз мы вместе останемся на другой стороне.

Этот разговор заставил Софи снова задуматься о происходящем между ними. Люсьену словно было неуютно рядом с ней. Он старался избегать прикосновений, надолго уходил куда-то, быстро отводил взгляд. Софи не понимала, что случилось, и ей начинало казаться, что он избегает ее намеренно, чтобы отучить от своего общества.

– Ты ведь собирался поговорить об этом? – уточнила Софи, сонно глядя на него. – О том, что произошло на другой стороне?

Люсьен странно посмотрел на нее и медленно кивнул.

– Возвращение из посмертия никогда не проходит бесследно. Ты не успела открыть одну из четырех дверей, поэтому все не так серьезно, но… могут быть последствия, – задумчиво проговорил он, отвернувшись к окну. – Возможно, какое-то время тебе придется принимать восстанавливающие эликсиры. У нас есть незаконченные дела, а ты… все еще имеешь значение для магического мира, хочется тебе того или нет.

Он отвернулся, но Софи поддалась глупому порыву и взяла его за руку, чтобы задержать. Люсьен замер и лишь спустя минуту обернулся, бросив нечитаемый взгляд на их сцепленные пальцы.

– Спасибо, – прошептала Софи, почувствовав, что глаза наполняются слезами. Ей хотелось сказать гораздо больше, хотелось спросить, что он имел в виду, когда сказал, что долго ждал, но она боялась, что это будет неуместно и лишь отпугнет его.

– Я… не мог иначе. Прости.

– За что? – Софи озадаченно моргнула. – Благодаря тебе я жива.

Люсьен поморщился, но не убрал руку, скользнув пальцами к ее запястью. Острые черные когти царапнули кожу, и он вздохнул:

– Если это можно так назвать.

Софи не поняла, что он имеет в виду, и решила обязательно спросить позже. Веки начали тяжелеть. Она увидела, что Люсьен выпустил ее руку из своей и направился к лестнице.

«Прости, что заставила ждать», – пронеслось у Софи в голове, и хотя она была абсолютно уверена, что не сказала этого вслух, шаги на секунду замерли, прежде чем зазвучать снова, пока окончательно не затихли в дальнем углу чердака.