Глава 9

Сайлас едва не рухнул на колени, переступив порог гостиной в доме босса. Опять он забыл, что больше двух раз в день лучше не перемещаться. Его магический резерв стал очень ограниченным после того, как они с боссом обменялись кровью. Противоположности хорошо влияют друг на друга лишь метафорически, но уж точно не когда речь идет о темной и светлой магии.

– Ну и видок, – брякнул Винси, развалившийся в кресле у камина. – Только передо мной не блюй, я недавно поел. Кстати, познакомься, это Гэл.

Напротив него сидел совсем юный парнишка, как и все они, одетый в черное. Он с интересом уставился на Сайласа, но тому было совершенно не до знакомств.

– Босс у себя?

Винси кивнул:

– Просил не отвлекать, но если дело срочное…

– У меня других не бывает, – буркнул Сайлас, быстрым шагом направляясь в коридор.

Покружив немного около двери, он постучал и заглянул в кабинет.

– Когда это тебе требовалось разрешение, чтобы войти? – Босс поднял лицо от раскрытого перед ним дневника Чарльза Ансуорта, который Сайлас передал ему еще позавчера, и с хрустом размял шею.

В кабинете царил полумрак и уже привычный беспорядок. В последние недели босс тратил на изучение своего артефакта и теперь еще дневника больше времени, чем на работу, и, учитывая последние новости, которые Сайлас готовился на него обрушить, это было очень кстати.

– У нас проблема. – Он решил не ходить вокруг да около и сразу выложить все как есть. – Даже две, если точнее.

Босс устало потер переносицу и подался вперед, сцепив руки на столе перед собой. Настроение у него было на редкость хорошим, но это явно ненадолго.

– Что случилось?

Сайлас даже не знал, с чего начать – со светлых волшебников, чудесного воскрешения Софи или с предполагаемого шпиона Ватикана.

– Я столкнулся со светлыми волшебниками в лавке. Одна из них – дочь Селестины Сомер и Фреда Пауэлла. Не думаю, что ее отправила Конгрегация, она живет в какой-то магической коммуне недалеко от Сент-Ивори и не горит желанием возвращаться в Солис.

Босс напряженно кивнул.

– Кто второй?

Сайлас ответил после довольно продолжительной паузы. Воздух между ними успел загустеть от этого молчания, а взгляд босса постепенно темнел, как грозовое небо.

– Судя по всему, они собрали светлых магов, которые были знакомы с Агатой и сейчас не лояльны к Конгрегации.

– Кто? – с нажимом повторил босс.

Сайлас ощутил хлынувшую от него во все стороны силу, которая сразу начинала давить на плечи.

– Алистер.

– Черт побери, Сайлас. – Босс откинулся на спинку кресла, подняв глаза к потолку. – Тебе всего лишь было нужно обвести вокруг пальца непосвященную, пока туда не успела сбежаться вся Конгрегация. Она же совсем никчемная – что могло занять у тебя столько времени?

Внутри у Сайласа вдруг колыхнулось недовольство. Да, он поначалу и сам считал Софи дурочкой, но босс ее совсем не знал.

– При всем уважении, вы ведь с ней не справились. Она очень проницательна, не стоит обманываться милым личиком и наивностью.

– Милым личиком? – босс посмотрел на него с прищуром, но, к большому облегчению Сайласа, не стал развивать эту тему. – Скорее всего, ей уже успели сделать внушение насчет светлых идеалов. Надеюсь, ты не стал разговаривать с бывшим наставником по душам?

Сайлас покачал головой.

– Мне дважды удалось этого избежать, но… – Нужно бы просто озвучить все разом, а не цедить информацию по капле, однако Сайлас как мог пытался оттянуть неизбежный взрыв. – Как я понял, Софи описала ему вашу встречу, и он догадался о вашей истинной личности.

– Это нестрашно, если у них нет подтверждений нашей связи. – Босс выжидающе посмотрел на него, и Сайлас поспешил ответить, чтобы не сеять в его голове сомнения.

– Нет.

– Ты сказал, у нас две проблемы. Что еще?

Озвучить это было уже сложнее. Он все же решил умолчать о том, что Софи умерла и воскресла, чтобы не привлекать к ней слишком пристальное внимание босса. Пока что для него она была средством для достижения цели, и Сайласу хотелось, чтобы так и оставалось. Босс получит свои расшифровки и утратит к Софи интерес. Информация о воскрешении… могла привлечь слишком много ненужного внимания со стороны любого колдуна, который об этом узнает.

– Это случилось до того, как я… пришел туда.

Он чуть не сказал «вернулся». Сейлас отлично помнил все плохое, что случилось тем летом, но встреча с Софи (в том, что они уже встречались раньше, Сайлас не сомневался) отказывалась всплывать на поверхность. И все же он именно вернулся, хотя, кажется, никогда не заходил в саму лавку.

Босс начал нервно постукивать пальцами по столу.

– Говори уже, я не могу уделить тебе целый день.

– Кто-то подослал шпиона к Агате пять лет назад, обычного человека по фамилии Хейл, – выпалил Сайлас на одном дыхании. – Он долго втирался к ней в доверие, а месяц назад по глупости убил, так и не выяснив, где расшифровки. Поэтому решил заняться Софи. Думаю, какое-то время он наблюдал, а вчера попытался вломиться в дом. Его схватили, и я понятия не имею, что они собираются делать дальше. Он не ответил, кто его послал. Вполне может быть, что замешана Конгрегация. Со слов тех, кто присутствовал при нападении, он наговорил кучу религиозного бреда.

Босс слушал его молча, на лице не дрогнул ни один мускул. Когда Сайлас закончил говорить, он поставил локти на стол и положил подбородок на сцепленные пальцы.

– Что ж, если это Конгрегация или Тайная Курия… – пробормотал босс, устремив задумчивый взгляд в пустоту. – В любом случае… ждать больше нельзя. Дневник оказался полезен. Я догадываюсь, почему убили Чарльза, но мне нужно кое-что проверить.

Босс повернул к Сайласу дневник, открытый на странице с вклеенным оранжевым листом, на котором была написала многократно исправленная формула. Рядом был листок с заметками босса. Сайлас пробежал по тексту глазами и почувствовал, что внутри все холодеет.

До него медленно, с трудом, но все же дошло, что босс имеет в виду.

– Хотите, чтобы я привел ее… сюда?

– Не говори, что успел к ней привязаться. Если я прав и Чарльз передал это своей дочери, ты не посмеешь испоганить то, к чему мы шли десять лет.

– Возможно, ее там не было, – как можно спокойнее сказал Сайлас. – Ее рассказ очень спутанный, но я не думаю, что она присутствовала при смерти отца. Босс, мы не можем. Нам этого не простят, светлые даже не станут вести с нами переговоры.

Босс смерил его тяжелым неприятным взглядом.

– Что, захотелось вернуться?

– Куда? – спросил Сайлас, прекрасно понимая, о чем идет речь.

Босс отодвинул кресло, поднялся и, быстро обойдя стол, схватил Сайласа за отворот куртки.

– Если хочешь – вперед. Только потом не приползай обратно, умоляя помочь и пощадить твою никчемную жизнь. Напомнить тебе, что ты пошел за мной сам? А теперь, когда мы так близки к осуществлению цели, начинаешь вилять! Поздновато ты спохватился. – Выплюнув это, босс оттолкнул его от себя. – Столько лет я прикрывал твою шкуру, отводил подозрения, оправдывался перед нашими союзниками, которых интересовало, почему ты не используешь исконное волшебство! Твоя мать однажды тоже решила пойти в Конгрегацию – и чем это кончилось? Тебе повезло, что ты не унаследовал ее дар, иначе они убили бы и тебя. Как после всего, что ты узнал, ты можешь сомневаться?!

– Не нужно мне напоминать, – процедил Сайлас, сжав кулаки, – почему погибли мои родители. И я ни в чем не сомневаюсь. Даже мысли не допускал вернуться. Но если я похищу Софи сегодня же, это вызовет подозрения, за Хейлом должны прибыть из Магистрата. Я всего лишь хотел попросить еще немного времени, на случай если Конгрегация начнет действовать. Книги ведь у нас тоже нет, и это, – Сайлас указал на дневник, – будет бесполезно в переговорах. Какой смысл в умении читать, если читать нечего?

– Ну что ты, это не совсем бесполезно, – ухмыльнулся босс. – Пока ты играл в допрос, я нашел координаты, ведущие к расшифровкам. Отсюда же я узнал, что они защищены той же печатью, что хранилище, но мой артефакт почти готов к использованию, и с этой печатью он сможет помочь. Поэтому нам осталось получить только ее, и у нас наконец появится преимущество и перед Курией, и перед всей Конгрегацией. Им придется с нами считаться.

Сайлас невольно приоткрыл рот. Неужели в дневнике действительно содержалось так много полезной информации?

– Мне все равно кажется, что нужно понаблюдать, прежде чем делать такой рискованный ход, – вернулся он к их прежнему разговору. – И у меня уже есть план, просто он… требует времени. Два дня – вот все, чего я прошу.

– Хорошо, – неожиданно спокойно кивнул босс, но в следующую секунду его губы изогнулись в жестокой ухмылке. – Но если решишь предать меня, я сожгу все дотла вместе с тобой, и моя рука не дрогнет.

Сайлас не знал, что на это ответить. Когда-то они с боссом были намного ближе, чем друзья. Некоторые в банде до сих пор судачили о том, что на самом деле их связывает кровное родство. Сайласа даже жалели из-за отношений со «старшим братом». Однажды босс называл его братом, но это было так давно, что он, наверное, и сам не помнил. Зато Сайлас все еще верил в него. И он действительно был готов на многое ради босса. Ему не хотелось менять сторону, вот только…

Никакая сторона не будет иметь смысла, если он совершит настолько жестокое предательство. Поэтому он найдет способ этого избежать, но привести ее сюда все же придется. И, возможно, раскрыть секрет воскрешения. Ведь рука босса действительно не дрогнет.

– Я понял, – тихо сказал Сайлас, отходя к двери. – Вы можете рассчитывать на меня.

Босс устало опустил голову, и Сайлас быстро выскользнул в коридор, тут же присев на корточки возле стены. Голова болела так сильно, что хотелось лечь и свернуться калачиком прямо на ковре возле кабинета. За последние три дня он наоткрывал порталов сверх своей нормы. Но нужно идти. Если у него всего два дня, время терять нельзя.

– Эй, все нормально?

Сайлас поднял голову, приложив пальцы к пульсирующему виску. В коридор заглянул Винси. За ним, как утенок на веревочке, семенил Гэл. С трудом поднявшись на ноги, Сайлас сделал глубокий вдох и через силу открыл глаза, хотя голова была готова взорваться даже от приглушенного света волшебных фонариков, парящих вдоль стен.

– Мне нужно, чтобы ты кое-что разведал для меня, – сказал он Гэлу, который тут же воодушевленно расправил плечи.

– Конечно, мистер Маккензи! Что я должен делать?

Сайлас про себя подумал, что очень удобно иметь в подчинении дурачка, готового без лишних вопросов броситься ради тебя на рожон.

– Он же зеленый совсем, – заворчал Винси, но Сайлас проигнорировал его порыв защитить юнца, который добровольно вступил в преступную группировку. К тому же Гэл явно устал от компании брюзги, предпочитающего коротать время за пересказом событий полувековой давности и чтением старых газет.

– Покрутись в районе Блик Авеню. С руной невидимости, конечно. Там есть подворотня между двумя домами с заколоченными окнами. Если кто-то придет туда – проследи и постарайся не угодить в ловушку.

– Блик Авеню? – протянул Винси, многозначительно вскинув бровь. Нам начинать готовиться к чему-то?

– Босс пока что не давал распоряжений, – уклончиво ответил Сайлас. На самом деле начинать готовиться и правда стоило, но он не хотел, чтобы дом кишел бандитами, когда он приведет сюда Софи. Пока что ему просто хотелось понять, на кого работал Хейл, и кто бы ни расположил в кустах за лавкой портал, он несомненно появится там, когда обнаружит пропажу шпиона.

– Я вас не подведу, – торжественно заявил Гэл.

Сайлас ободряюще похлопал его по плечу на дорожку и устало выдохнул, когда они с Винси остались вдвоем.

– Выглядишь паршиво, – заключил тот, почесав подбородок. – Ты же не собираешься куда-то идти в таком виде? Поспи в моей комнате.

Комнатой Винси называл каморку с поеденным молью диваном, заставленную грязной посудой и окровавленными чашками. Он проводил черномагические ритуалы там же, где ел, и у Сайласа одно это вызывало ужас. Но ему было так плохо, что он уснул бы хоть на полу.

– Спасибо, – буркнул он и отправился в самую темную часть дома.

– Кстати, – крикнул ему Винси вдогонку. – Что за кошара скребется в дверь? Я его три раза прогонял, но он все время возвращается!

Сайлас чертыхнулся себе под нос:

– Не трогай его, я разберусь.

Разобраться Сайласу нужно было много с чем.

Если бы он только мог и выполнить поручение босса, и сохранить ей жизнь… Но усидеть на двух стульях не получится. Поэтому проблема была не в том, кого выбрать, а в последствиях уже совершенного выбора.

Сайласу было страшно жить в мире, где у магов нет свободы. Но еще страшнее оказалось собственноручно создать безнадежный и тусклый мир, в котором Софи больше никогда ему не улыбнется.

На том месте, где были темные разводы, теперь лежал узорчатый ковер. Ящик пришлось задвинуть в нишу для гаданий, но в обычные дни клиентов все равно было мало, поэтому никто этого даже не заметил. Софи в последний раз окинула взглядом лавку, прежде чем отпереть дверь.

С товаром все было в порядке, на заднем дворе Серафина и Клэр прибрались в ту самую ночь… могло показаться, что беспокоиться не о чем, но внутри скреблось что-то похожее на плохое предчувствие. Впрочем, это могло быть следствием пережитых событий, поэтому Софи старалась не волноваться. Она повернула замок и отошла к прилавку.

В доме было непривычно тихо и пусто, компанию Софи составлял только Люсьен. Серафина еще не пришла, а Клэр отправилась вместе с Алистером в Солис, как ее доверенное лицо и свидетель, чтобы передать Хейла Конгрегации.

За ним пришли рано утром, и Софи осталась одна, не считая Люсьена. Это было большой редкостью, но он решил не менять облик человека и скучающе стоял у прилавка, подперев голову рукой. Его настроение продолжало колебаться, но он по крайней мере не уходил, хоть периодически и бросал на Софи тоскливые взгляды.

Ушей было не видно под распущенными волосами, поэтому можно было не переживать, что кто-то из людей заметит. Хотя, как Софи успела убедиться, большинство людей вообще не замечало Люсьена, словно его не было рядом – как говорил он сам, люди невнимательны, а настоящую магию, сосуществующую с ними, могут и вовсе не замечать или быстро забыть. Но все было иначе, когда он выходил в зал – тут-то его природа начинала работать на продажи, потому что он не стеснялся пользоваться чарами обворожения, чтобы продать даже то, что человеку не нужно.

Софи задумчиво разглядывала все еще заклеенное пленкой окно у входа, на месте которого раньше был витраж. Становилось холоднее, и она все собиралась напомнить Люсьену о его обещании показать ей особую магию, способную чинить вещи, но каждый раз забывала.

С открытия не прошло и пяти минут, как дверь вдруг распахнулась, колокольчик громко звякнул, а по полу бодро застучали каблуки.

– Дорогуша, почему же вы нигде не сообщаете свой график? Я прощала это Агате, но вы современная барышня. Вы в курсе, что можете даже продавать в Интернете? Мне бы иногда не помешала доставка.

В лавку ворвалась одна из постоянных покупательниц – обычная женщина по имени Джанис. Она покупала только благовония и заговоренные чаи – чаще успокаивающие, но иногда просила что-то будоражащее, и зная, какие туда входят травы, Софи предпочитала не задумываться о том, как та собиралась провести вечер.

Заметив Люсьена, Джанис заправила волосы за ухо и недвусмысленно одернула малиновую блузку.

– Простите, мисс Блейк, из-за отключения электричества у нас возникли некоторые трудности, пришлось закрыться на пару дней, – ответила Софи, направляясь к полке с чаями. – Вам как обычно?

Джанис повернулась к ней, недовольно изогнув накрашенные фиолетовой помадой губы. Удушливый запах ее парфюма постепенно расползался по лавке, и Софи от него всегда хотелось почесать нос.

– Это нужно было вчера, а сегодня я хочу взять кое-что другое.

– Благовония?

– Нет, кое-что… из вашего секретного ассортимента.

Софи выжидающе смотрела на клиентку. Они не могли заговаривать с обычными людьми про магию – только если те сами сообщат, что являются посвященными. Джанис нервно закусила губу и, шагнув к ней ближе, перешла на полушепот:

– Я знаю, что вы колдуете. Догадывалась, когда ходила к Агате, но пришлось пойти на очень… изощренные меры, чтобы узнать правду.

Софи обошла ее и вернулась к прилавку, потеснив Люсьена, чтобы достать блокнот, в который вносила заказы.

– Можете оставить заказ и прийти за ним через два дня.

– Так долго?! – возмущенно воскликнула Джанис, метнувшись к прилавку следом за ней. – Но мне нужно сегодня!

– У нас есть кое-какие запасы. – Софи задумчиво почесала висок кончиком карандаша. – Что именно вы хотите купить?

– Приворотное зелье.

Люсьен тихо фыркнул, и Джанис перевела на него растерянный взгляд.

– Можете купить амулет для привлечения любви, – предложил он и, повернув голову, пробормотал так, чтобы услышала только Софи: – Хотя в ее случае вряд ли поможет.

Софи взглянула на нее, после слов Люсьена ощутив легкий укол жалости к этой взбалмошной женщине.

– Простите, мисс Блейк, это запрещенное зелье, – сказала она, сочувственно покачав головой. – Я уверена, вы справитесь и без него.

Дверь в лавку снова открылась. Джанис нервно обернулась, но сразу узнала Серафину, откинувшую с головы капюшон. Повернувшись обратно к Софи, она упрямо поджала губы:

– Я заплачу вдвойне.

– Вот привязалась, – процедил Люсьен. – Мы такое не продаем.

– А о чем речь? – поинтересовалась Серафина.

– Я хочу купить приворотное зелье, – пожаловалась Джанис. – Неужели вы не можете сделать исключение для постоянного клиента?

– Очень даже могу, – улыбнулась Серафина. – Оставьте мне свой номер и предоплату, завтра все будет готово. Насчет встречи договоримся.

Джанис стрельнула глазами в сторону прилавка и отошла к Серафине. Через пару минут дверь за ней захлопнулась, и Серафина с довольным видом убрала деньги в карман. Поймав на себе один раздраженный и один непонимающий взгляд, она развела руками.

– Что? Мне же нужно на что-то жить, а от приворотного зелья никто не умрет. Если бы вы не упирались в свои правила, могли бы зарабатывать гораздо больше.

– И лишиться лицензии, – фыркнул Люсьен. – Отличный план.

Серафина закатила глаза.

– Мне кажется, тебе нужно выбрать облик, соответствующий внутреннему состоянию. Выглядишь как горячая топ-модель, а ведешь себя не лучше моего вечно брюзжащего дедули Эрни.

– Концепция возраста для фейри бессмысленна, время в нашем измерении течет иначе, – парировал Люсьен.

– Вот только ты уже давно не в своем измерении, так что прожитые годы еще как влияют на твою личность. – Серафина наставительно подняла вверх указательный палец. – И эти годы тебя не щадят.

Люсьен промолчал, и Софи вдруг почувствовала дискомфорт. Она понимала, что не виновата в поступке одного из своих предков, но на ней все равно лежит ответственность. Серафина быстро ретировалась в квартиру, словно поняла, что сказанное не совсем уместно.

– Ты все еще не хочешь сказать, где расшифровки? – осторожно спросила она, начав перекладывать свечи на полке у прилавка. – Я могу хотя бы попробовать…

– Дело не в этом, – прервал ее Люсьен. – Просто эти заклинания требуют очень высокого мастерства. Ты навредишь себе, если попробуешь. А я не хочу, чтобы ты себе вредила.

Софи еще раз убедилась: если Люсьен не хочет о чем-то говорить, пытаться вытянуть это из него бесполезно. Она будничным движением поправила ему растрепавшуюся белоснежную прядь, из-под которой выглянул кончик острого уха, и бездумно провела по нему указательным пальцем.

Люсьен, вздрогнув, повернулся к ней, широко распахнув глаза, и Софи одернула руку.

– Прости.

Весь день он словно находился где-то очень далеко, но сейчас на секунду вернулся к ней. Софи сама не осознавала, что скучала по тому, как было раньше, когда между ними не возникало этой неловкости и натянутости. Ей казалось, что с каждым днем Люсьен отдаляется все сильнее и вместе с этим отдаляется перспектива их дружбы.

– Не смущайся так. – Он взял ее руку и опустил голову, почти прижавшись щекой к ладони. – Это всего лишь уши, ты же не в штаны мне залезла.

Софи с притворным недовольством покачала головой, но руку не убрала. Он наклонил голову еще ниже, чтобы ее пальцы прошлись по всей длине его уха.

– Не бойся, не сломаешь. Можешь потрогать еще что-нибудь, хотя в остальных местах я мало отличаюсь от человека.

Она догадывалась, что позволение «потрогать» было как раз-таки жестом близости, но ей все еще было боязно сделать что-то не так или задать слишком некомфортный вопрос, хотя их у нее в голове крутилось немало. Проведя ладонью по белоснежным волосам, Софи скользнула на выпирающие под рубашкой лопатки.

– Обычно фей изображают с крыльями, – проговорила она, погладив его спину. – У тебя есть?

– В другой форме – да.

– В какой из них?

Он повернул к ней голову и задумчиво прищурился, словно решал, продолжать ли этот разговор.

– Моя первородная форма чем-то напоминает сову, – сказал он наконец. – Та, в которой я появился на свет, для человека будет выглядеть ужасно, но мы можем менять их. Эльфейм – не совсем обычное место. В человеческом мире есть леса, похожие на наши, но они отличаются, там есть тайные тропы. Животные вашего мира умеют ходить по ним, а фейри умеют принимать чужие обличья. Мне всегда нравились совы, так что… – Он словно делился детской тайной, которой немного стыдится. – Потом, когда я смог посещать мир людей, научился обращаться мальчишкой. Мои волосы в этой форме были чуть темнее твоих в те времена.

Софи представила Люсьена с медовыми волосами и улыбнулась.

– А глаза?

– Янтарные. Странно, но в форме совы их цвет не поменялся.

Софи снова прикоснулась к его волосам, пропустив белоснежные пряди между пальцев.

– Почему он поменялся в человеческом облике?

– Когда я… – Его улыбка тут же исчезла, и он отвел взгляд, поморщившись. – …попал на службу к Гвин ап Нудду и обернулся гончей, мои волосы стали терять цвет.

– Гвин ап Нудд, – повторила Софи, вспоминая лекции по фольклору. – Правитель царства темных фейри? Значит, ты…

– Гончая Дикой Охоты, – Люсьен изобразил шутливый поклон головой. – В бессрочном отпуске.

– Поэтому ты смог меня спасти, – Софи задумалась, прежде чем спросить. – Значит, ты стал таким из-за того, что связан со смертью?

– В том числе. Если встретишь существо с черными глазами – скорее всего, это дух смерти.

– Почему тогда мои глаза не почернели, когда я вернулась?

Люсьен выпрямился, оторвавшись от прилавка, и повернулся к Софи.

– Черный тебе не идет, – пробормотал он, приподняв ее лицо за подбородок и изучающе посмотрев в глаза. – К тому же ты не совсем…

«Умерла», – закончила за него Софи, уловив по связи неожиданно сильный всплеск надежды.

– Люсьен, что…

– Я отлучусь на пару дней, – сказал он, не дав ей даже начать. – Я могу отдать тебе кое-что лучше, чем расшифровки, но только если…

Над дверью вдруг звякнул колокольчик, прервав странный поток слов от Люсьена. Он убрал руку от ее лица, и Софи обернулась к покупателю. На пороге, засунув руку в карман куртки, стоял Сайлас.

Софи почувствовала недовольство и не смогла понять, кому оно принадлежит – ей, Люсьену или обоим.

– Для недавно воскресшей ты выглядишь слишком хорошо, – сказал Сайлас, очевидно, не дождавшись приветствия, и Софи тихо выдохнула, отойдя от Люсьена и смущенно потерев лоб ладонью.

– На самом деле это заслуга Фины.

– Я как раз к ней, – сказал Сайлас, удивив этим Софи. – Она здесь?

Софи кивнула:

– Она на чердаке, можешь подняться.

– Я провожу. – Люсьен вышел из-за прилавка и, проигнорировав недовольную гримасу Сайласа, жестом позвал его следовать за ним. У самой лестницы он повернулся к Софи. – Пожалуйста, будь осторожна.

Софи кивнула и погрузилась в размышления, стоило только их шагам утихнуть. О чем говорил Люсьен? «Что-то лучше, чем расшифровки». Лучше может быть только книга, но ведь она бесполезна без расшифровок, а Софи не так уж талантлива, чтобы расшифровать ее. В ее воспоминании, когда она попала к бабушке, Люсьен сказал, что отец передал ей что-то. Дневник, который Софи так и не нашла, перерыв весь чердак, явно был важен. Мог ли там быть указатель к месту, где находятся расшифровки или сама книга? Могло ли там быть что-то еще, о чем Люсьен умалчивал? Софи путалась в догадках. Но что еще казалось ей примечательным – это слова Люсьена: «Ты все еще важна». Что такого она знала и не помнила, что делало ее… не особенной, нет. Она скорее воспринимала себя как препятствие, стоящее между настоящим сокровищем и всеми теми, кто жаждал его заполучить.

Когда через полчаса на лестнице послышались шаги, Софи, все это время просидевшая в скрюченной позе за прилавком, выпрямилась и чуть дрожащими руками спешно пригладила волосы. На лестнице показался один Сайлас. Он подошел к прилавку и, опершись о него одним локтем, взглянул на Софи с хитрым прищуром.

– Твой надзиратель улетел, а мое предложение в силе. Сходим завтра куда-нибудь? Конечно, если ты чувствуешь, что готова выйти.

Софи задумалась. Выходить было действительно опасно, и она осталась совсем одна, не считая Серафины. Но к Сайласу у нее тоже были вопросы, и она обещала ему свидание. Он был симпатичным и вроде бы неплохим, да и сидеть взаперти в ее ситуации губительно. Софи понимала, что чем дольше будет прятаться от внешнего мира, тем сложнее будет вернуться к нормальной жизни, а становиться затворницей она не планировала.

– Мы можем сходить в Mave’s. Ты ведь сможешь… создать портал туда и обратно?

Перестраховаться все же стоило. Да, это было не совсем «выходом во внешний мир», но для начала неплохо. Сайлас растерянно кивнул, будто ожидал совсем другого ответа.

– Смогу, – ответил он севшим голосом. – Тогда до завтра?

– До завтра, – Софи улыбнулась ему и проводила взглядом до двери.

Может, она совершает ошибку, но ей надоело одной справляться со своими переживаниями. Клэр рано или поздно уедет, Люсьен так и будет вести себя отстраненно, а Софи нуждается в ком-то, кто будет рядом, поможет ей справляться с новой странной жизнью. Даже если с Сайласом окажется все не просто, она могла по крайней мере дать ему шанс.

Когда он вернулся на следующий день, Софи попросила Серафину ее подменить и отправилась переодеваться. Это было очень кстати, учитывая, что вчера Сайлас, воспользовавшись долгом Серафины, сделал особый заказ, а Софи об этом лучше было не знать.

– Держи. – Серафина вручила Сайласу колбочку с голубой жидкостью и внимательно оглядела его с ног до головы. – Что с тобой?

Сайлас спрятал колбу в карман и прищурился:

– А что не так? – Он заподозрил, что Серафина имеет в виду его внешний вид.

Словно в подтверждение его мыслей она ухватила двумя пальцами край его солидного черного пальто и тут же отпустила.

– Куда делся стиль гота с затянувшимся пубертатом? Если бы ты всегда выглядел как богатый британец, от девчонок бы отбоя не было.

Сайлас выразительно взглянул на ее оранжевую толстовку с принтами в виде разноцветных граффити.

– Ты будешь рассказывать мне про затянувшийся пубертат?

Серафина скрестила руки на груди.

– Значит, ведешь Софи на свидание, – протянула она. – Кстати, Алистер возвращается сегодня, можешь потом заглянуть.

Сайлас поморщился: столкнуться с наставником не хотелось. В любом случае после этого дня все взаимодействия с ним не будут иметь никакого смысла. Как и с Серафиной, и со всеми остальными.

– А где он?

– Передает Хейла Конгрегации, – ответила Серафина прохладным тоном. – Конечно, про воскрешение он упоминать не станет, но нападение на светлую колдунью из рода основателей… – Она замолчала, и Сайлас поспешил заполнить тишину.

– Не боитесь, что Магистрат заявится сюда для проверки? Как будешь объяснять свою нелегальную подработку?

– Не тебе меня учить. Кстати, зачем тебе понадобилось зелье, подавляющее волю? Чем ты занимаешься в Теневом городе?

Сайлас почувствовал, как уголок его рта нервно дернулся:

– Я работаю в антикварном магазине. И это не для меня.

– А для кого?

Он чувствовал, что Серафина не отстанет. Если она продолжит расспрашивать, то может сама догадаться.

– На улице сегодня шумно. – Он повел плечом, кивком указав на дверь. – Какой-то праздник?

– День основания Сент-Ивори. – Во взгляде Серафины все еще было подозрение, но у нее не оказалось шанса продолжить допрос.

– Прости, что так долго.

Сайлас повернулся на голос, раздавшийся со стороны лестницы, и еле заметно выдохнул. Будь трижды проклят его дед, который вбил в него христианскую чушь, но при взгляде на Софи в его голове возник образ ягненка, которого он должен отвести на жертвенный алтарь.

Она надела прекрасное платье молочного цвета с квадратным вырезом и подвязала волосы светлой ленточкой, в руках у нее было уже знакомое Сайласу светлое пальто. Он никогда не впечатлялся нарядами, но в этот момент у него перехватило дыхание.

– Я вижу, что ожидание того стоило.

Софи немного вымученно улыбнулась и спустилась к ним, на ходу поправляя подол платья.

– Будь осторожна, – бросила Серафина, отходя в сторону. – Я не для того не спала ночами, чтобы все труды пошли насмарку.

Услышав это, Софи сначала несколько раз растерянно моргнула, а потом улыбнулась. Сайласу было непонятно, как она может улыбаться таким беспардонным личностям, как Серафина или Люсьен. Она будто пропускала пренебрежительный тон мимо ушей и смотрела на реальность через какой-то искаженный фильтр. Наверное, поэтому у нее и выходило пробуждать в окружающих спрятанный глубоко внутри свет. Удивительно.

– Все будет в порядке, – заверила она Серафину, накинув пальто на плечи. А потом непринужденно взяла его под руку, словно они делали так множество раз. Сайласу от этого от этого совсем поплохело, и пришлось контролировать свои шаги, чтобы не споткнуться.

Они вышли на небольшое крыльцо с железными ступенями.

– Это служебный вход, – пояснил он, закрывая дверь, когда Софи недоуменно огляделась. – Я давно не имею ничего общего с Конгрегацией и их правилами, но тебе лучше не рисковать обвинениями в демонстрации волшебства. Соучастие тоже считается преступлением.

– Хорошо, – просто кивнула она. – Идем?

Сайлас быстро спустился по мокрым ступеням и подал Софи руку. Недавно опять прошел дождь, но теперь светило золотое вечернее солнце, раскрашивая реку и верхушки деревьев оранжевыми всполохами. Это было хорошо – не хотелось идти куда-то под дождем. Когда они подошли ко входу, он открыл дверь, пропуская Софи вперед.

Сайлас волновался, как если бы это было настоящее свидание. Нужно успокоиться, иначе он сделает что-то не так, но его отравляло осознание, что все это не по-настоящему.

В кафе было многолюдно. Сайлас отстраненно подумал, что, если бы они действительно отправились куда-то… он мог открыть дверь в любое место на земле. Что угодно, чего бы ей захотелось. Но сейчас это не имело значения, потому что все, что ему было нужно, – это напоить ее зельем.

– Привет, – перед ними вдруг возникла молодая официантка. Она окинула Сайласа безразличным взглядом и повернулась к Софи. – Мест пока нет, но можете подождать у бара.

– Привет, Челси. – Софи улыбнулась и этой нахальной девице. – А мисс Полсон занята?

Официантка покачала головой:

– Не особо, можешь зайти поздороваться.

– Ты ведь не против? – Софи повернулась к Сайласу.

Он кивнул, испытывая и радость, и горечь, оттого что все складывается настолько удачно.

– Только скажи, что тебе взять.

Заказав латте с ореховым сиропом, Софи скинула пальто на высокий барный стул и скрылась за дверью для персонала. Официантка огляделась и пробурчала:

– Опять этого мальчишку где-то носит. – Она зашла за стойку и остановилась рядом с кофемашиной. – Тебе что?

– Американо.

Сайлас решил не делать едких замечаний по поводу сервиса. Он мог, но ему не стоило привлекать излишнее внимание.

Кофемашина зашипела, официантка достала из маленького холодильника под баром молоко и завозилась с ковшиками.

– Не видела тебя раньше, – бросила она через плечо. – Ты тоже работаешь в лавке или вы встречаетесь?

– Я здесь не живу, – уклончиво сказал он, не ответив ни на одну часть вопроса и сделав вид, что очень увлечен развязыванием пояса.

Официантка хмыкнула и поставила на стойку перед ним первую чашку, сразу же повернувшись обратно. Напиток пах миндальным печеньем, и этот запах показался Сайласу достаточно резким, чтобы скрыть легкий травяной привкус зелья. Он воровато огляделся по сторонам, достал из кармана колбу и аккуратно вылил ее содержимое в кофе. С горлышка на столешницу сорвалось несколько капель. Сайлас быстро вернул колбу в карман и потянулся за салфеткой. Когда официантка поставила перед ним вторую чашку, улики были стерты, но салфетку в его руках она все же заметила.

– Что-то расплескалось? – спросила она, окинув стойку цепким взглядом, и Сайлас нарочито громко шмыгнул носом.

– У меня насморк. Есть мусорка?

Скривив губы, накрашенные ярко-красной помадой, официантка протянула руку, забрала салфетку и выбросила ее вместе с пустой упаковкой от молока в переполненный мусорный пакет.

Когда Софи вернулась, Сайлас почти допил свой кофе и даже успел расплатиться. Она забралась на высокий барный стул рядом с ним.

– Спасибо, что подождал меня. Снова.

– Такую девушку можно ждать и сотню лет, – ответил он, подперев голову ладонью. – Значит, до этого ты жила в Нью-Йорке?

Софи сначала смущенно отвела взгляд, но потом улыбнулась, и ради этой улыбки Сайлас был готов наговорить еще сколько угодно чепухи. Сделав маленький глоток, она едва заметно поморщилась.

– Мы с мамой переехали из Бостона после смерти отца, – сказала она наконец, отставив чашку. – Вообще, раньше мы редко где задерживались из-за работы родителей. Но тогда мама занялась докторской диссертацией, чтобы я пока могла окончить школу. Вскоре она опять уехала. Знаю, плохо так говорить, но… у меня будто никогда и не было родителей, я всегда была предоставлена самой себе. А что насчет тебя?

– Мои родители погибли, когда мне было восемь, – ответил Сайлас, нахмурившись. Он привык об этом не вспоминать, лишь однажды поделился этим с какой-то из своих девушек, имени которой даже не помнил, но ее это интересовало не так сильно, как его деньги. – Меня забрал к себе дед – протестантский священник. Он вскоре умер, и тогда появился Алистер. – Голос сел, Сайлас прокашлялся и отхлебнул кофе. – Он меня вырастил, но это мало напоминало семью, так что я понимаю тебя. Я тоже был предоставлен сам себе.

Софи выслушала его с интересом и сочувствием, и Сайлас отвел взгляд, не выдержав этого. Он бы никогда не признался ей, что открыл дверь в темную внепространственную бездну, куда вытолкнул старого маразматика, державшего маленького ребенка взаперти, как собаку, и пытавшегося изгнать из него Дьявола. Дед каждый раз приговаривал, что родители Сайласа были грешниками, которые сгорят в Аду, и Сайлас к ним скоро присоединится. Софи вряд ли смогла бы понять.

Он задумчиво оглядел ее. Зелье должно подействовать совсем скоро, но у них еще есть время на… он не знал, на что. Вообще-то, поговорить они могли еще о тысяче вещей, но сейчас это не имело смысла. Сайласу хотелось узнать про ее жизнь до того, как она узнала о магии, расспросить про парней, с которыми она встречалась, интересно было послушать, как они подружились с Клэр.

Из двери, ведущей на кухню, появился долговязый парень, которого официантка сразу же схватила за рукав и потащила к стойке.

– Где ты шляешься?! Пришлось работать за тебя, а мне за это даже не платят! Вынеси мусор, сделай хоть что-то полезное.

Софи и Сайлас одновременно посмотрели в их сторону, разорвав зрительный контакт. Эта ведьма чем-то неуловимо напоминала Серафину. Если бы Сайлас не был уверен, что она единственный ребенок в семье, он мог подумать, что они разлученные в младенчестве сестры.

Снова повернувшись к Софи, он решил попробовать:

– Понимаю, что безопаснее остаться в кафе, но, может, ты хочешь сходить со мной кое-куда? На окраине леса есть потрясающее место, которое я бы хотел тебе показать.

А еще там находилось сжатие, которое он создал прошлым вечером. Сайлас ни за что не рискнул бы забирать Софи через дверь – так их мог отследить даже лишенный магии Алистер.

В светлом взгляде мелькнуло сомнение, но Софи не отказала ему. Зелье начинало действовать, а значит, Сайлас мог ей приказывать.

– Ты пойдешь со мной?

Он напряженно следил за ее реакцией, и спустя минуту раздумий Софи кивнула – немного неуверенно, но этого было достаточно.

Сайлас дождался, когда она допьет кофе и оденется, а затем подал ей руку, не в силах противиться желанию побыть с ней ближе хоть немного, прежде чем такая возможность будет навсегда утрачена. Официантка с ними даже не попрощалась, увлеченная отчитыванием своего молодого коллеги. По крайней мере, Сайлас мог быть уверен, что никто не увидит, куда они пошли.

На улице стремительно вечерело, ветер становился холоднее, а последние лучи солнца едва пробивались сквозь темные облака. Скоро мог начаться дождь, идти в такую погоду в лес было просто глупо, но Софи не задавала вопросов. Под действием зелья она слепо доверилась ему, позволив увести ее в сгущающиеся осенние сумерки. Вообще-то, они по-прежнему могли говорить, но Сайлас продолжал молчать, уводя Софи все дальше от городских улочек, и каждый шаг давался ему тяжелее предыдущего.

Лес приближался, давил высотой, темными силуэтами деревьев и холодом. Из-за рыхлой земли они немного замедлились, и в какой-то момент Софи остановилась, приложив ладонь ко лбу. Сайлас машинально прошел еще несколько шагов. Почувствовав, что рука с его локтя исчезла, он обернулся:

– Устала?

– Нет, просто… чувствую себя странно, – сдавленно ответила Софи, зажмурившись. – После того как я вернулась, периодически это случается.

– Хочешь, понесу тебя? – предложил он, шагнув к ней. Он мог бы озвучить это как данность, и она бы не смогла отказать, но ему хотелось спросить.

Округлив глаза, Софи замотала головой:

– Что ты, все в порядке! – И она прошла мимо, даже не взглянув на Сайласа.

Он усмехнулся, поспешив следом, чтобы хотя бы поравняться с ней. Софи в любом случае не знала, куда идти. Через несколько метров они набрели на узкий проход между деревьями.

– Это недалеко, не беспокойся, – сказал Сайлас, первым ступая на усыпанную рыжими листьями тропу. – Иди за мной.

Софи подчинилась. Все вокруг казалось монохромным и безжизненным. Сайлас шел впереди, не оборачиваясь, и вдруг его пронзило очередное расплывчатое воспоминание, похожее на дежавю. Этот же лес, это же место, только… было светло. Он точно так же шел вперед и слышал за спиной осторожные шаги. Сквозь зеленую листву падали солнечные лучи, на земле шелестела трава, и запах ежевики с мятой щекотал нос, но исходил он не от лесной чащи.

Да, они, наверное, виделись в то лето, но, вероятнее всего, Сайлас это придумал, потому что в его реальности не могло существовать чего-то настолько светлого.

– Готова? – Обернувшись к Софи, он протянул ей раскрытую ладонь.

Она сразу же взялась за нее, и Сайласу хотелось верить, что Софи сделала это не потому, что его действие похоже на приказ, а потому, что захотела сама. Он вывел ее в центр поляны и остановился, задержав взгляд на парящих вокруг светлячках. Недалеко находился ручей, поэтому поблизости росли дикие ивы, уронив ветви на черную землю. Жухлая трава выглядела хуже, чем летом, но прекрасные фиолетовые цветы, похожие на колокольчики, которыми был усыпан лес и все близлежащие поляны, еще не завяли.

– Какое чудесное место, – выдохнула Софи, сжав его руку сильнее.

Сайлас обернулся к ней, стараясь согнать с лица траурное выражение. Софи выглядела как ангел, по ошибке попавший в темный и неприветливый человеческий мир. А вот сам Сайлас, скорее всего, походил на тень, отделившуюся от леса.

Они никогда не должны были встретиться.

В глазах у Софи отражалось слабое мерцание, и Сайлас вдруг отчетливо понял, что это последний раз, когда она смотрит на него так.

– Софи, – прошептал он, одним шагом сократив расстояние между ними и бережно обхватив ее лицо ладонями. – Знаю, что глупо просить о таком, но… прости меня, если сможешь.

– Хорошо, – ответила она, но тут же нахмурилась, словно пыталась осмыслить сказанное.

Способности психоников не очень хорошо сочетались с такими зельями. Даже ничего не умея, совсем скоро она разрушит подавляющие чары, поэтому стоило поспешить.

– Ты пойдешь за мной, – четко выговорил он, глядя ей в глаза.

И снова, как в самый первый раз, он почувствовал, что земля уходит у него из-под ног.

– Я пойду за тобой, – кивнула Софи, коснувшись холодными пальцами тыльной стороны его ладони, лежащей на ее щеке.

Не в силах противиться искушению, Сайлас наклонился и прижался к ее губам. Софи замерла, и он отстранился.

– Прости, – снова прошептал он.

Дыхание сбилось, вырываясь в потяжелевший между ними воздух комочками пара. Софи смотрела на него так, что Сайласу хотелось умереть на месте, чтобы это стало последним, что он увидит. А потом она сама потянулась к нему, вызвав у Сайласа этим страдальческий стон. Ну почему все должно быть так! Сайлас с большим трудом отстранился, шагнув назад, потому что чем ближе она стояла, тем тяжелее ему было сопротивляться.

– Нам надо идти, – сказал он, и Софи кивнула, разбивая ему сердце своей покорностью.

Сайлас совершил много плохих поступков, но среди них было мало того, за что он действительно чувствовал вину. Что касается этого… что ж, возможно, это было второй вещью, за которую он никогда не сможет себя простить.