43

43

Подойдя вплотную, я чмокнула мужчину в щёку и уклончиво пояснила:

— Чтоб не заржавел. Давно не целовала.

— Действительно! – признал мою правоту Темир и внезапно, обхватив меня за талию, притянул к себе.

Губы к губам, горячее дыхание вперемешку, очарованный туман в голове и лёгкая слабость по всему телу.

На поцелуй в щёку это совершенно не походило, и я очень надеялась, что с того берега нас никому не видно. Потому что очень не хотелось мне слушать нотации, что они там ждут, а у нас тут… профилактика.

Когда Темир выпустил меня из своих объятий и спустился в воду, я по нему уже скучала. Впрочем, управился с переносом он быстро. В одну ходку. Просто Лаврика он закинул на правое плечо, а Антон Палыча взял левой рукой.

Пёс у меня, правда, вёл себя отвратительно. Всё пытался залезть повыше, закрывал лапами обзор, вертелся на месте и почти у самого берега всё же выскользнул из рук и грохнулся в воду.

— Фу, какая она холодная! – пожаловался он, выползая ко мне. – Какая мокрая. Лучше бы меня отдельно перенесли, последним.

— Ты мог бы, знаешь, и вообще своим ходом добраться, – напомнила я, и Антон Палыч ожидаемо притих.

Правда, возмущённо и ненадолго. Буквально через минуту его прорвало:

— Между прочим, вода холодная! Я вот сейчас замёрзну, заболею…

— И будешь всю дорогу ныть, – предсказала я за него.

И хоть на ворчание пса я особо внимания не обращала, но одну дельную мысль он всё же высказал. Пока Темир нас переправлял, его сапоги вымокли совершенно, и он сейчас пытался вылить из них воду.

— Ему бы другие сапоги, чтоб не замёрз, – задумчиво пробормотала я вслух, и туфельки видимо решили, что я желаю.

Два широких тёплых «сапога» для согрева ног из толстой ткани, как положено с электрическим шнуром и «вилкой», грохнулись передо мной на дорогу.

— Что это? – изумился рыцарь.

— Артефакт из будущего, – мрачно сообщила я. – Но сейчас бесполезный. В общем так, я хочу новые удобные мужские сапоги, удобные мужские штаны и мужские носки – всё Темиру по размеру и длине.

Не хватало только голоса за кадром «слушаюсь и повинуюсь» – все вещи аккуратной горочкой сложились у моих ног.

— И банное полотенце! – дополнила я, уже глядя как махровая ткань планирует сверху.

Интересно как получалось. Как будто туфельки начали исполнять мои желания даже до того, как я их проговорю. Стоило за ними понаблюдать. Темир, поняв, что всё призвано для него, с интересом разбирал обновки.

В качестве удобных штанов мои каблуки призвали джинсы. И, судя по всему, не прогадали, потому что, переодевшись в них, рыцарь остался крайне доволен.

— Какая хорошая хитрая застёжка. И пояс, – комментировал он, вертясь в них и так и эдак.

Носки ему тоже угодили, а уж сапоги и вовсе вызвали непередаваемый восторг.

— Никогда таких не носил, – довольно решил Темир и тут же попросил: – А может мне тогда ещё рубашку?

С ней, конечно пришлось повозиться. Нам всё предлагали с воротником стойкой, даже футболки. Но в итоге какую-то кофту, походящую на местную, мне удалось выпросить – на ней и остановились.

И отправились дальше по кирпичной дороге. Лаврик, что удивительно, расходился и от нас не отставал. Даже тростью своей почти не пользовался. Но шли они с Антон Палычем всё равно чуть позади, о чём-то болтая. Дорога тоже почти не петляла – судя по всему, здесь была одна натоптанная тропинка и с неё просто никто никуда не сворачивал.

Однако в какой-то момент мне показалось, что дорога из жёлтых кирпичей словно… пропала. Довольно далеко от нас – я могла только недовольно щуриться, но продолжения нашего маршрута упорно не видела.

— И как эту чертовщину понимать? – пробормотала я себе под нос.